ДОРОГА В ОДИН КОНЕЦ...
Егор с Алиной — молодая пара из крупного города, путешествующие на стареньком автомобиле, — вынужденно остановились на обочине пустынной утренней дороги, потеряв колесо и «зависнув» на неопределённый срок между двумя маленькими населёнными пунктами.
Ни водитель, ни пассажирка не были сильно огорчены: они воспринимали ситуацию как часть приключений немного затянувшегося путешествия. Изначальный план был такой: купить очень подержанный автомобиль, загрузить в него минимум вещей и отправиться кататься по необъятным просторам Родины, в сторону севера, чтобы получить максимум от короткого летнего отпуска.
По поводу судьбы автомобиля, которым оказался «москвич» производства 70-х годов прошлого века, никто сильно не беспокоился. Егор и Алина, купив машину у какого-то ветхого старика с длинной окладистой бородой, совместно решили, что где «встанет» рабочая лошадка советского автопрома, там она и будет продана за бесценок, после чего жених и невеста, любящие авантюры, будут искать варианты дороги домой. С регистрацией тоже никаких проблем — в путь отправились, как говорят, «на договоре купли-продажи».
«Москвич» продержался очень и очень долго: всё бежал и бежал со скоростью 80 километров в час от города к городу, в загадочную даль, уже не на сотни, а на тысячи километров отдалив Егора и Алину от родного крова. И только подлая крупная яма в асфальте оторвала гайку крепления колеса, а другая яма — добила конструкцию до конца, погнув шпильки крепления.
Так и оказались на обочине герои этой истории. Алина — хрупкая, рыжеволосая, миниатюрная девушка-студентка с правильными чертами лица, двадцати одного года от роду и Егор — плечистый, черноволосый, немного простоватый гигант-спортсмен, который только-только окончил институт.
— Тихо как, — Алина вдохнула свежий воздух дремучего леса и немного поёжилась после того, как полоса предрассветного тумана на секунду показалась из кювета, «лизнув» своим мертвенным языком девушку по спине, — будто бы не на трассе стоим, а в деревенской глуши.
— Да кто его знает, куда нас привели все эти дороги и маршруты! — Егор имеющимся инструментом, всё ещё пытался расшатать погнувшиеся шпильки, хоть и понимал, насколько бесполезны его потуги — запасных всё равно не было.
— Мы же по навигатору шли…
— Он связь потерял ещё полчаса назад. А я решил маршрут срезать по памяти.
— То есть как — «по памяти»? — передразнила Алина своего спутника, копируя растерянные интонации, — ты ведь этих мест совершенно не знаешь. Мы же за Урал выбрались!
— Я просто вчера вечером поворот видел и то, что по одной из дорог можно километров пятьдесят срезать, — Егору было действительно неудобно за его невнимательность, так как выбираться из такой глуши было делом проблематичным и немного опасным.
— Боже! Егор! Ну опять ты за своё! Сколько раз с тобой маршруты сокращали! И половина твоих «срезок» приводила в какой-то тупик или непролазные кусты!
— Ну, ты же хотела приключений. Вот они, — раздражённо ответил молодой человек.
«Знала бы ты, что я ещё и уснул за рулём на время, отчего поймал яму — вообще бы с меня три шкуры спустила, — невольно подумал горе-водитель, — а ведь говорила мне накануне, что нужно хорошо выспаться перед тем, как отправляться в новый путь. Не послушал. Теперь хоть сжигай эту машину, чтобы никому не досталась».
По спине Егора прошёл озноб. Удар колеса о яму был столь сильным, что машину закрутило, вырвав его из объятий «незаметного», опасного водительского сна. А там, в месте удара, за бордюром, обрыв был такой, что молодой человек невольно представил те невесёлые последствия, которые могли наступить, если бы он не удержал руль.
Из-за этих мыслей, словно картины полузабытого сна, как эхо, в голове невольно прозвучали фразы воображаемых сотрудников МЧС, прибывших на место аварии, чей образ был очень размыт в фантазиях молодого человека:
«Рухнуть с такой высоты и выжить — уже везение!»
«Это про парня говори. Девушку можем и не откачать…»
«Типун тебе на язык…»
— Егор! Ты слушаешь, что я тебе говорю? — настойчивый голос Алины вырвал его из круговорота печальных мыслей, — сколько можно в облаках витать?
— Прости. Если честно — задумался.
— Сколько времени?
— Без пяти минут шесть.
— Скорей бы рассвело, — Алина поёжилась, неуютно оглядывая окрестности.
С вышины холма, на который успел взобраться «Москвич», перед тем как потерять способность к движению, открывался величественный и одновременно какой-то тоскливый вид.
Серые, свинцовые облака превратили свет восходящего солнца в белую патоку, которая терялась в тумане горизонта. Нитка дороги вилась между двумя пространствами густого леса, который был всё ещё тёмен, несмотря на рассветный час. Невольно создавалось впечатление, что ветви и корни удерживают тьму, оттягивая наступление дня. Неприятное чувство фантасмагории — вот что возникало в душе при взгляде на округу.
— Хоть бы машина какая-то… — Егор встал в полный рост, стараясь высмотреть отблеск фар.
Как эхо, на пределе слуха «забурчал» мотор какого-то грузовика, но быстро растворился в тишине.
— Егор! Это ненормально же?
— Что ты имеешь в виду?
— Лето, а солнце не встаёт…
— Да это облака, Алина. Такого полога я с прошлой осени не видел. Помнишь, когда неделю хмарь царила?
— Помню...
Обычно весёлая и довольная Алина заметно присмирела и словно бы ещё больше сжалась от окружающей обстановки:
— Зябко как-то… — подышав на руки, как-то жалобно прошептала девушка.
— Не простыла?
— Не знаю.
— Сейчас плед возьму. Укутаешься.
Егор нырнул во всё ещё тёплый салон «Москвича» и наклонился к спортивной сумке, где был плед. Разогнувшись, молодой человек очень больно ударился головой об арку дверного проёма. Да так, что искры посыпались из глаз.
— Ай! — невольно вырвалось у него.
Разогнуться стало невероятно трудно. Создавалось впечатление, что защемило спину.
И снова разыгралась фантазия:
«Теряем её…»
«Аня. Нельзя. Молодая…»
Пришлось с усилием протереть глаза руками, чтобы отмахнуться от нового наваждения. Но в душу прокрался липкий страх, который как будто внёс сумятицу и «муть» в его внутренний мир.
— Алина, что-то мне плохо… — решил честно признаться своей девушке Егор и вынырнул с пледом из пространства салона, — Алина?
Девушка молча стояла за ограждением опасного участка дороги. Туман всё сильнее поднимался из сырой вмятины обочины и как-то цеплялся за девушку, постепенно закрывая её образ от глаз любимого человека. Ни слова не говоря, загипнотизированная фигура шагнула в сторону леса. Потом ещё и ещё.
— Стой! — Егор бросил плед и кинулся вслед за ней, быстро перемахнув через ограждение.
Снова голоса:
«Святые угодники! У парня тоже кризис. Пульс стал нитевидным».
«!?»%!! Вколи ему адреналин! Ещё этого не хватало! Был стабильным».
Егор не обращал внимания на назойливые голоса. Примерно на середине спуска вниз он смог поймать Алину и сбить её с ног, упав на траву. Пребольно упав — камни впились в рёбра с такой силой, что «выбили дыхание из тела».
— Что ты творишь?
Девушка молчала, но тело ее беспрестанно выгибалось дугой, в непреодолимой тяге сорваться в темноту канавы. Канава мерцала белым светом тумана и словно бы немного светилась в темноте, пугая явным запахом сырой земли.
Языки тумана окутали жениха и невесту. Субстанция стала плотной, удушающей, обдавала то теплом, то холодом и… явно тянула в сторону этого проклятого провала.
«Адреналин!» — раздалась команда сверху.
В руки и ноги Егора словно налилась новая сила. С великим трудом он оторвал Алину от липких языков и, стиснув зубы, путём невероятных усилий потянул её к верху.
«Аня! Прогресс! Парень стабилизируется…»
«Девушка тоже».
«Чудо. Они словно вдвоём борются друг за друга…»
«Столько на скорой помощи работаешь, а всё в чудеса веришь!»
«Верю — упрямствовала невидимая незнакомка, — тащи её сюда, парень. Ты сможешь!»
— Да что происходит?! — взревел юноша и утроил усилия, — ну, его, ко всем чертям этот проклятый «Москвич» и это колесо!
— Ко всем чертям, говоришь? — помолодевший и крепкий старик, бывший хозяин автомобиля, протянул руку с обочины, — лучше Бога вспоминай.
— Как вы здесь оказались?
— Мимо проходил, — усмехнулся старик, помогая затянуть Алину через бордюр, — я на этом, как ты говоришь, «проклятом Москвиче», большую часть своей жизни отъездил. Да так накатался, что невольно одной судьбой с ним повязан стал.
— Зачем тогда продали? — взор Алины стал осмысленным, едва она оказалась на асфальте дорожного полотна.
— А на кой он мне, если помирать собрался? — мужчина подал руку Егору и помогу ему перелезть через бордюр, но сам остался на той стороне.
Воздух заметно потеплел и стал более прозрачным. Солнце всё-таки начало пробивать полог туч и день постепенно, поэтапно начал запоздало вступать в свои права.
— Без пяти минут шесть, — улыбка медленно ушла с лица бывшего хозяина, — что ж… пора уходить.
— Куда? — Егор сильно запыхался и чувствовал себя всё хуже.
— Больно? — участливо поинтересовался старик.
— Да.
— Хорошо, что больно. Значит — живой, — мужчина махнул рукой. развернулся и уверенно зашагал в рассвет…
…
— Есть! Глаза открыл! Молодец!
— Боже мой, как больно, — один глаз Егора очень сильно заплыл, а всё лицо перекосила гримаса боли.
Несмотря на это, он мог рассмотреть лицо симпатичной, слегка полноватой женщины в белом халате и двух санитаров, что виднелись поодаль, в салоне скорой помощи.
— Где Алина? — Егор попытался подняться, но женщина легко надавила на его плечи и опустила его вниз, заботливо накрыв окровавленным пледом.
— В другой машине, богатырь, — и, склонившись очень близко к уху, прошептала, — Молодец! Не отпустил! Я верила!
Автор: Иван В.
Комментарии 4