В это время в Москве в каждом доме кипели самовары. Чайные и трактиры были полны, и жизнь на время замирала. Пили его вечером; пили, когда взгрустнется; пили и от нечего делать, и «просто так». Пили с молоком, с лимоном, с вареньем, а главное – с удовольствием, причем москвич любил чай крепкий, настоистый и горячий, чтобы губы жег. Вот такими строками писатель Сергей Вьюрков описывал страсть жителей Москвы к самому обожаемому ими напитку – чаю.
Сегодня просто невозможно себе представить, что когда-то на Руси чай был не в почете, а царь Михаил Федорович презрительно оценил полученные в подарок от Алтын-Хана четыре пуда отборного китайского чая. Правда затем одумался, когда чай помог ему победить недуг, расстройство желудка, и повелел наладить регулярные закупки чая, прямиком из Китая. И если раньше русские люди с удовольствием пили взварцы, кисели да сбитни, то к середине XIX столетия начали и в сортах чая разбираться.
Конечно, чай пили поначалу исключительно в домах дворян и богатых купцов, но уже к началу ХХ в. чай был доступен и крестьянину.
Французский писатель и путешественник маркиз де Кюстин писал: «Русские, даже самые бедные, имеют дома чайник и медный самовар и по утрам и вечерам пьют чай в кругу семьи… деревенская простота жилища образует разительный контраст с изящным и тонким напитком, который в нем пьют».
Чай в русских семьях обычно хранили в специальных шкатулках, обязательно закрывающихся на ключик. Ключ хранила либо хозяйка дома, либо ключница, за чаем следили как за зеницей ока.
Чайные предпочтения в русском обществе значительно отличались. Состоятельные горожане предпочитали зеленый, белый и желтый чай, темные улуны. Эти сорта имели тонкий вкус, но и заваривать их надо было уметь, по этой причине очень ценились слуги разбирающиеся в этих особенностях.
Черный чай, был менее тонким и по вкусу и по аромату, и конечно не таким дорогим, его в основном и заваривали в трактирах да чайных.
Самовар, как главный атрибут для приготовления чая, был в особом почете только в России.
Каждый москвич чутко прислушивался к тому, как себя ведет самовар: если угли громко потрескивают и перестукиваются, значит быть добру, а если не дай бог самовар загудел и засвистал, жди беды. За самоварами следили как за самым главным членом семьи, холили и лелеяли, тщательно чистили и яростно начищали, чтобы блестел словно золотой.
И хотя в дореволюционной России чай, после хлеба, был вторым по важности продуктом, для москвичей все выглядело иначе, чай был главнее всего, наверное, не будет преувеличением сказать, что у москвичей по жилам текла не кровь, а чай. В каждом московском доме, трактире и конечно в чайной, москвичи пили чай в каких-то космических количествах, во многочисленных исторических заметках упоминается что для москвича 20 стаканов чая, выпитых до полудня, это разминка перед главным чаепитием, которое устраивалось, в отличие от англичан, в 16-00.
К четырем пополудни, в каждом без исключения московском дворе растапливали самовар, в богатых домах заваривался ароматный китайский чай от Перлова, в домах попроще цейлонский цветочный, а для тех, кто жил скромно, «рогожский», из спитого чая и кипрея.
В трактирах и чайных к заветному часу, подавали на столы чайную пару, а именно, один чайник с кипятком, а второй с заваркой. На стол ставились чашки и обязательно блюдца. Выставлялся в отдельных сахарницах кусковой сахар или сахарная голова, в придачу к которой шли специальные щипчики. Подавались различные калачи да плюшки, баранки и пряники, пирожки и блины, бублики и конфекты, ароматный фруктовый сахар и конечно карамельки.
И пусть церемония чаепития не была такой серьезной и строгой как в Китае или в Японии, но свои правила и особые знаки, безусловно, имелись. Чай должен быть огненно горячим, именно по этой причине чай из чашек переливался в глубокое блюдце и шумно выпивался.
Мужчины из дворянского сословия пили чай из стаканов в подстаканниках, а подстаканники были самыми разнообразными, от простых казенных оловянных до драгоценных серебряных, с медалями и вензелями.
Различные столоначальники и служащие любили попить чайку с «позолотой» или с «адвокатцем», это означало с коньяком или ромом, после такого обычно нападала необыкновенная говорливость и свобода в общении.
Простой люд и купцы победней пили чай из жестяных или глиняных кружек, и напившись чаю, могли отставить стакан в сторону, но этот знак не всегда обозначал, что гость напился чаю по самые глаза.
Вот какие удивительные строки про московское чаепитие имеются у великолепного знатока Москвы и москвичей, писателя Александра Вьюркова: « Если москвич, выпив десяток стаканов, отставлял стакан в сторону, это не значило ещё, что он напился: так он делал передышку. А вот когда он, опрокинув стакан вверх дном, клал на него остаток сахара и благодарил, это означало, что с чаепитием покончено и никакие уж тут уговоры не помогут».
Особым почетом чай пользовался у московских извозчиков, вот кто за раз мог по сорок стаканов уговорить. В конце XIX столетия стали открываться чайные для извозчиков из различных землячеств или по роду деятельности. К примеру, ломовые редко пересекались с легковыми, и дворы таких трактиров и чайных имели разное устройство. Подобные заведения очень часто работали круглосуточно, в них извозчики и ямщики могли и ночь провести.
Чайные для рабочих открывались очень рано, в 4-5 утра, и обычно на завтрак там готовили пару тройку самых простых блюд, подавали вчерашний хлеб и пироги, в эту же чайную рабочие могли зайти вечером, после трудодня. К началу ХХ столетия, подобные чайные открывали различные политические партии для привлечения электората, в таких чайных велась активная агитация.
Некоторые чайные открывали для рабочих сами работодатели, а для того чтобы вести борьбу с пьянством, в этих чайных устраивались настоящие просветительские вечера, лекции и чтения, и даже имелись библиотеки.
Московское купечество пило чай до «семи потов», по этой причине на плече у каждого купчика лежало небольшое полотенце для утирания пота, пили чай на показ, чем больше чаю купец выпил, тем он богаче.
Купцы из московской Мещанской слободы могли чаевничать часами, наслаждаясь чаем и закусками, очень уважали блины с икрой и рыбой, различные варенья и мармелады, пирожки с мясом и ливером на один укус и конечно различные сладости.
Высшим шиком считалось пить чай из расписной китайской фарфоровой чашки, а уж если имелся целый сервиз, это было предметом особого почитания, а порой даже зависти.
Москвичи чаем лечили хвори и уныние, согревались в холода и утоляли жажду в жару, чаем встречали и званых и незваных гостей, поили им и малых и старых, без чая москвич не представлял себе жизни, да и по сегодняшний день от чашечки чая никто из столичных жителей не откажется.
/ Источник: Бритенкова Л.В., хранитель Музея самоваров и бульоток.
Присоединяйтесь к ОК, чтобы подписаться на группу и комментировать публикации.
Комментарии 53
То, что сейчас называют чаем, это издевательство над благородным напитком.
Пакетик, залитый кипятком, да ещё и с сахаром, это что угодно, только не чай.