Я первый смерил жизнь обратным счётом, Я буду беспристрастен и правдив: Сначала кожа выстрелила потом И задымилась, поры разрядив. Я затаился и затих. И замер. Мне показалось – я вернулся вдруг В бездушье безвоздушных барокамер И в замкнутые петли центрифуг. Сейчас я стану недвижим и грузен, И погружён в молчанье. А пока Меха и горны всех газетных кузен Раздуют это дело на века. Хлестнула память, как кнутом, по нервам, В ней каждый образ был неповторим: Вот мой дублёр, который мог быть первым, Который смог впервые стать вторым. Пока что на него не тратят шрифта: Запас заглавных букв – на одного. Мы вместе с ним прошли весь путь до лифта, Но дальше