1-е место в мире: русский свет, нефтепереработка, самые низкие налоги и т.д.
«Россия экономически первенствует в мире, опередив стремительно развивающиеся США» (Николай II: Венец земной и небесный. Лествица. М., 1999. С. 533).
И вот каковы показатели этого роста:
«Если в период 1885–1913 годов промышленное производство в Англии увеличивалось в год на 2,11 процента, в Германии — на 4,5, в США — на 5,2, то в России — на 5,72 процента» (Яковлев Н. 1 августа 1914. «Молодая гвардия». М., 1974. С. 117).
«Бурно развивались буквально все отрасли: добывающая, тяжелая и легкая промышленность, сельское хозяйство, активно шло строительство железных дорог, линий почтовых и телеграфных сообщений» (Бабкин М.А. Священство и Царство. Россия, начало XX века — 1918 год. «ИНДРИК». М., 2011. С. 122–123).
«В 1910 году в России 53% промышленных рабочих работало на предприятиях с численностью свыше 500 человек, тогда как в США соответствующий показатель составлял только 33%» (Мирек А.М. Император Николай II и судьба православной России. «Духовное просвещение». М., 2013. С. 141).
То есть находящаяся на верху своей экономической мощи Америка представляла собой, по сравнению с нашей промышленностью, всего лишь сеть кустарных производств.
Мало того, для Америки мы являлись неслыханно недосягаемым конкурентом по части добычи нефти:
«…в 1901 году США имело 10 млн. тонн, Россия 12 млн. 200 тысяч тонн нефти. Это обстоятельство делает Россию одной из самых индустриальных стран в мире» (Дичев Т., Николов Н. Зловещий заговор. «Витязь». М., 1994. С. 52).
Причем, лидирующее положение Российской Империи в данной области не меняется и в дальнейшем. И здесь следует подчеркнуть, что нами:
«экспортировалась не сырая нефть, а только продукты переработки. Экспорт сырой нефти рассматривался как потеря для России. Было подсчитано, что каждый пуд вывезенный заграницу нефти приносит стране ущерб, составляющий 19 копеек. Качество русских нефтепродуктов было самым высоким в мире, превосходящим американское.
Особенно ценились русский керосин и смазочные масла, которые продавались на 20–30% дешевле американских» (Мирек А.М., с. 143).
То есть и здесь мы лидеры: имеем возможность продавать лучший в мире продукт своего производства, ко всему прочему, еще и дешевле, составляя американцам более чем серьезную конкуренцию.
«К 1913 году промышленность и сельское хозяйство достигли таких высоких рубежей, что советская экономика смогла их достичь лишь спустя десятилетия. А некоторые показатели были перекрыты только в семидесятые–восьмидесятые годы. Например, энерговооруженность СССР достигла дореволюционного уровня только к 1970–1980-м годам. А в некоторых областях, таких как производство зерна, так и не догнала Николаевскую Россию» (Там же, с. 87).
Теперь вспомним про пресловутую эту «лампочку Ильича» и некий план такой всех планов: ГОЭЛРО. То есть то чудо, которым якобы темную отсталую Россию осчастливил некогда «светлый гений» Ленина:
«В царствование Государя Николая II проведена электрификация всей страны…» (Там же, с. 167).
Как-то и в голове такое не укладывается: а как же заявление большевиков? Неужели же они и об этом нам столь беззастенчиво все наврали?
«С 1898 года происходит интенсивная электрификация в Нижнем Новгороде, Курске, Витебске, а к 1900 году — еще во многих городах.
Такого уровня электрификации при советской власти страна достигла только к 1970-м годам» (Там же, с. 169).
То есть и по этой самой модной части нас дурили, как хотели, столько лет. И мы все заученно повторяли: да, план ГОЭЛРО, да «лампочка Ильича». То есть какую-то якобы уж такую сверх полезную вещь принесли нам с собою в эту страну медведей и Бальзаминовых откуда-то из самого из закордону большевики, что мы им теперь за это по самый по гроб обязаны. Но вот, что выясняется, и это наглое вранье этих маразматиков, даже наше изобретение, лампочку русского изобретателя Яблочкова (1876 г.), каким-то образом записать в актив коммунистов, раздобывших ее для нас из какого-то «прогрессивного» места. Из какого, правда, они особо и не уточняли. Но мы уточним: нами изобретенное электричество еще в середине XIX столетия на Западе именовали «русским светом».
Но и та лампочка, которая дошла до самого загнивания у нас этого их социализма совершенно в неизменности тоже изобрели мы. Мало того, внедрили в качестве основного осветительного прибора. Так что теперь выясняется, что полная электрификация России проведена вовсе не большевиками.
«Развитие электрических сетей страны способствовало внедрению нового вида городского транспорта — трамвая. Впервые трамвай появился в Киеве в 1892 году» (Там же).
То есть так и вообще за четверть века до этой их модной революции, якобы и принесшей нам с собой, как нам с детских пор усиленно внушали, эту столь модную электрификацию!
Некоторое время спустя трамвай появляется сначала в Богородске (г. Ногинск Московской обл.), а:
«В 1899 году пущена первая линия трамвая в Москве» (Там же).
В Петербурге некоторое время тормозит развитие трамвайных путей конка, договор с которой городскими властями был заключен на много лет вперед. А потому основным средством передвижения по столице становится все от тех же электрических сетей запитанный городской транспорт, и по сию пору успешно используемый в наших городах, — троллейбус, изобретенный тоже нами и испытанный впервые в мире в 1902 г.
Но может быть из-за вопиющей неготовности к войне и случились с Россией все произошедшие затем революционные события?
Однако и здесь все обстояло с точностью до наоборот:
«К 1914 году кадровая русская армия была обучена в ряде отношений лучше, чем войска противника — Германии и Австро-Венгрии. Русский устав полевой службы 1912 года, по которому готовился личный состав, был самым совершенным в мире» (Яковлев Н. 1 августа 1914. «Молодая гвардия». М., 1974. С. 31–32).
То есть даже воинский устав — лучший в мире.
Но и главное средство ведения войны, что представляла собою наша 76-мм пушка, ему ничуть не уступало:
«Орудие, разработанное на Путиловском заводе, было одним из лучших в мире по всем показателям» (Там же, с. 33).
Может, наших лучших в мире орудий было выпущено вопиюще мало?
«Россия была полностью обезпечена орудиями по существующему мобилизационному расписанию — 959 батарей при 7 088 орудиях. Это была громадная сила — союзная Франция имела только 4 300 орудий» (Там же).
Так что и здесь никакой отсталости со стороны России не прослеживается.
Но, может быть, мы себя довели до «ситуации», случившейся лишь почему-то исключительно у нас, непомерными расходами на заклейменную социалистической историографией якобы нами и развязанную «империалистическую агрессию»?!
Но и с этим мифом сегодня можно расстаться достаточно легко:
«За два года войны Россия истратила на войну меньше других воевавших стран. Стоимость войны: Россия истратила на войну около 14 миллиардов рублей, Англия 15 миллиардов р., Франция 16 миллиардов р…» (Николай II: Венец земной и небесный. Лествица. М., 1999. С. 568).
Так кто там воевал на четыре фронта: мы или англичане?! Именно мы были вынуждены воевать сразу против всех 4-х стран милитаристской коалиции: и Германии, и Турции, и Австро-Венгрии, и Румынии! И не мы Германии, как лгали нам столько лет большевики, но Германия нам объявила тогда войну!
Но никакой горячки правительство не пороло. И даже от производства изобретенного нашими инженерами танка отказалось, лишь сконструировав и испытав один опытный экземпляр, передав чертежи своего величайшего изобретения союзникам — англичанам. Но при всем притом все же произвело перевооружение армии по ходу войны и к весне рокового 1917 года уже прекрасно подготовилось к генеральному победоносному наступлению.
Но затраты все равно были минимальны. Так что и революционерам никакой такой «особой ситуации» по вышеуказанной версии «из пальца высосать» вновь никак нельзя.
А может быть у нас, по тем временам, какие-либо слишком особенные нелады с законами происходили? Потому-де и народ — «похотел бунтовать»?
Однако же и здесь:
«Русское рабочее (социальное) законодательство — самое совершенное в мире (о чем президент США Тафт в 1912 г. публично заявил: “Ваш Император создал такое совершенное рабочее законодательство, каким ни одно демократическое государство похвалиться не может”)» (Там же, с. 544).
То есть и законодательство — лучшее в мире!
Ну, было б там, опять же, — второе–третье… Но ведь лучшее! О чем даже глава самой нам враждебной масонской страны (практически открыто собирающей деньги на устроение у нас хаоса революции) принародно заявляет!
«Налоги в России до 1914 г. были самыми низкими в мире! Прямые налоги с населения были почти в четыре раза меньше, чем во Франции, более чем в четыре раза меньше, чем в Германии, в 8 с половиной раз (!) меньше, чем в Англии» (Священник Рожнов В. О тайне воскресения России. Курск, 2001. С. 166).
«До 1917 года русские налоги были самыми легкими в мире» (Иванов В.Ф. Русская интеллигенция и масонство от Петра Первого до наших дней. ФондИВ. М., 2008. С. 27).
Но ведь и это еще не все:
«При этом, без малейшего увеличения налогов, доходы государства неуклонно росли… С 1904 по 1914 гг. общая сумма превышения доходов над расходами составила 2 миллиарда 400 миллионов золотых рублей…» (Священник Рожнов В., c. 167).
И ведь все это притом, что:
«…Государь за это время отменил выкупные платежи с крестьян, снизил железнодорожные тарифы и уменьшил ряд налогов!» (Там же).
После чего Россия:
«…по дешевизне для пассажиров и комфортабельности поездов занимала первое место в мире» (Там же).
Вот и здесь — первые. Только у нас 3-й класс имел спальные места: те же модные французы на берег Средиземноморья ездили из своего модного городу Парижу в сидячем положении, забив вагоны как в бочке селедка. Причем, выплачивая за такое удовольствие много больше, чем русские крестьяне, развалившись на ночь и вытянув ноге для удобства сна на отдельной полке.
Мало того:
«Символом экономического процветания России конца XIX – начала XX века являлась Великая Сибирская железная дорога… явив миру русское экономическое чудо» (Мирек А.М. Император Николай II и судьба православной России. «Духовное просвещение». М., 2013. С. 142).
То есть мы и здесь были впереди планеты всей — ни одна страна мира не могла похвастать столь гигантской и технически обезпеченной железной дорогой, которая простиралась вдоль самого огромного материка на планете — Азии.
Причем:
«Великая Сибирская железная дорога была далеко не единственной, построенной в царствование Николая II. При нем ежегодно возводилось примерно две тысячи километров дорог» (Там же).
А всего:
«В Царской России в период с 1880 г. по 1917 г., т.е. за 37 лет, было построено 58 251 км, что дает средний годовой прирост в 1 575 км. За 38 лет советской власти, т.е. к концу 1956 г., было построено всего лишь 3 250 км…» (Тарунтаев Ю. А. Никто как Бог. «Издательство Алгоритм». М., 2012. С. 43).
То есть темпы строительства железных дорог при советской власти, когда сталинскими вертухаями с собаками, науськанными на людей, в землю вколачивались столько людей, сколько укладывалось в нее шпал, уступали дореволюционным ни много, ни мало, а почти в 20 раз!
Причем, само качество этого большевицкого ударного строительства, которое начато еще на костях зеков в 20-е и заканчивалось комсомольцами аж в 80-е, слишком наглядно можно лицезреть на примере того же БАМА, разваливающегося сегодня буквально на глазах. При этом построенные еще при Царе железные дороги прекрасно используются на постсоветском пространстве и по сию пору.
Так что большевицкий метод строительства железных дорог, шпалы которых уложены прямо на трупы уработанных зверскими методами эксплуатации миллионов погибших при их строительстве людей (в своей основе попавших сюда по ложным доносам — только реабилитированных, то есть убитых большевиками просто так, насчитывается за 2 млн. человек!), выглядит кривой ухмылкой людоедов над могучей индустриальной поступью нашей Великой Державы. Страны, разрушенной инородцами и иноверцами. То есть большевиками интернационалистами — зверьем, обманувшим простого русского мужика, придя к нему с американской натянутой улыбкой на лице и в человеческом обличье. Потому и здесь, говоря о каком-то якобы преимуществе над своими предшественниками еврейских революционеров, пришедших к власти в России в октябре 1917 г., заикаться также не стоит. Ведь пусть и были у нас войны и революционная разруха в те годы, но это вовсе не повод, чтобы четыре десятилетия усилий большевиков, по части обустройства доставшегося им даром железнодорожного транспорта, могли уместиться всего в два года вовсе не ударных, как при большевиках (вспомните Павку Корчагина), но обыкновенных строек железных дорог при Царской власти в Российской Империи.
Присоединяйтесь к ОК, чтобы подписаться на группу и комментировать публикации.
Комментарии 6