Дашкин грех
Черная полоса в жизни Даши Воронцовой началась после расставания с женатиком Сашкой. Он бросил ее просто и цинично. На последнем свидании, отстранившись, сказал:
ー Что-то кожа у тебя шершавая стала.
Приподнялся на локте, осмотрел подругу с ног до головы:
ー Растолстела...
И добил:
ー Пора на пенсию, старушка.
Дашка и правда за последние полгода сильно пополнела. Лечилась от бесплодия гормональными препаратами, они ее и разнесли. 35-летней одиночке хотелось стать мамой. Папой назначила именно Сашку. Думала, любит. Ноги целовал. Как-то, пьяненький, даже расплакался:
ー Ну почему не ты моя жена!
Зачать ребенка они не успели. Может, и к лучшему.
***
Потом Дарья не смогла ни похудеть, ни справиться с комплексами. Мужчин стала избегать. Да и черт бы с ними ー погуляла и хватит. Однако правду говорят: если баба нужна хотя бы одному мужику ー она нужна всем. После разрыва с любовником все пошло кувырком.
На работе подвели под сокращение. Раньше уважали, ценили, хвалили-расхваливали. Теперь просто выгнали из конструкторского бюро, где проработала пятнадцать лет. И это на фоне дурацкой «перестройки». Отлаженная жизнь с гарантиями на работу и прочими хорошими устоями трещала и рушилась.
Знакомые челночили, ездили с клетчатыми сумками в Китай и Польшу, еще как-то крутились. Дашка тоже решила попробовать. Но лучше ей было не соваться.
Отжали у нее квартиру, в которой жила с рождения.
Соседка Матильда в челночном бизнесе преуспела. Она и трешку в центре себе сделала на международном обмене барахлом и водкой. Теперь предложила безработной Даше челночить вместе, обещала 100-процентную прибыль. Сама привела кредитора с нотариусом.
Тусклый мужчина достал из кармана пиджака толстую пачку стодолларовых бумажек и положил на стол вместе с подготовленным договором-распиской. Дама в строгом костюме показала, что где подписать. Дашка подписала, ничего не читая: Матильда же своя.
ー Ты прибери деньги-то, прибери, ー горячо шептала «своя» Матильда, блестя глазами и золотыми зубами, когда они остались вдвоем. ー Сейчас поедем договариваться насчет товара. Не надо такую сумму с собой носить, мало ли.
Деньги пропали. Проценты в расписке были космические. Матильда теперь в квартире Воронцовых и живет, присоединила к своей.
***
Подруги поначалу помогали. То одна приютит, то другая. Даша в это время активно-безрезультатно искала работу.
Приезжала мама из недалекой деревушки. Она там поселилась сразу, как на пенсию вышла. Хотела забрать Дарью к себе, раз такое горе случилось. Но и сама понимала: нечего ей в опустевшей деревне делать.
Посмотрев, как дочь мается, мать продала свой домик. Деньги положила в банк на Дашин счет: хотя бы в первое время помогут. Сама плюнула на все и умерла. Не в ее силах было наяву переживать такой апокалипсис.
Отгоревав, Даша Воронцова решила сучить лапками, чтобы не уйти вслед за мамой. Расклеила объявления и стала брать заказы на чертежи у ленивых студентов и не только. Со счета снимала понемножку ー на аренду маленькой комнатки в коммуналке. Надеялась найти, наконец, хорошую работу, преумножить мамино наследство и купить какое-никакое жилье.
Однажды денег в банке не дали. И вообще никогда не дали ー дефолт. Чтобы протянуть еще месяц в коммуналке, Дарья продала украшения. Ничего путного за это время не придумала и пару ночей провела на вокзале. Днем искала работу с жильем, ходила к подружкам ー умыться, чайку попить. Те сочувствовали бедной скиталице, но ночевать уже не приглашали.
Весь пожиточный скарб Даша сдала в камеру хранения. Ютясь на деревянной лавке, мечтала об упакованных там подушке и одеяле.
Когда удавалось вздремнуть, ей снился Тапка.
***
Несколько лет назад девушка нашла его под своей дверью ー мокрого, грязного и печального. Щенок дрожал на подгибающихся лапках и смотрел в пол. Как будто не понимал, где он, кто он и зачем.
ー Господи, чудо-юдо, откуда ты здесь взялся, ー жалостливая Даша запустила моську в квартиру.
Два дня щенок отлеживался у батареи, ничего не ел. Девушка открывала ему крошечную пасть и с ватки закапывала теплое молоко. Ничего, отошел заморыш.
Как-то Дашка возилась на кухне и услышала странный шорох. Зашла в комнату ー на паркете танцует огромный тапок. Был у нее такой друг с ногой 48 размера. Его диковинные тапочки девушка оставила на память. И вот сейчас один из пары чудес обувной промышленности сам по себе елозил по полу.
От неожиданности сердце девушки ухнуло ー мистика! Забыла, что не одна дома. Напомнил ей об этом торчащий из танцующего тапка хвостик. Дашка расхохоталась. А щенка назвала Тапкой.
Зажили они весело. Совпали чувством юмора, понимали друг друга по шаловливым глазам. Когда Даша уходила, скучали оба.
***
В квартире собралась большая компания. Праздновали день рождения хозяйки. Много пили, танцевали, целовались. Дашка вообще напилась в зюзю ー тридцать лет, а она одна. Это повод.
Нет, замужем она побывала, еще в студенчестве. Но быстро заскучала. Пошла дальше гулять. Прыгала от романа к роману. Допрыгалась ー встречаться с ней хотят многие, но выйти замуж почему-то не предлагают.
ー А вы знаете, что мой Тапка космонавт? ー пьяная именинница позвала всех на лоджию. ー Смотрите, как мы летаем!
Она протянула руки со щенком на улицу и подбросила его вверх. Ладони держала наготове, чтобы поймать.
ー Дашка, солнце мое, поздравляю! ー притянул в это время девушку сзади опоздавший гость и горячо поцеловал в затылок.
Тапка спикировал вниз. С девятого этажа.
Этот грех Даша себе не простила. Бог, как видно, тоже.
***
ー Девка, проснись!
Даша открыла мокрые глаза и увидела перед собой седую тетку со шваброй.
ー Чего ревешь, мужика что ль хошь? Гы-ы-ы. Я могу устроить. Накормит, напоит, а то и деньжат даст. Сидишь тут вторую ночь. Вон он, смотри.
Проследив за теткиным пальцем, Дашка встретилась взглядом с помятым одутловатым мужиком. Он делал бедрами неприличные движения и звал ее руками.
ー Не смотри, что он такой, у него деньги есть. У бомжей здесь главный. Меня не берет, ушлепок. Старая, говорит.
Закончив презентацию покровителя одиноких вокзальных девок, уборщица повернулась к лавке и заорала:
ー Ты что делаешь, ***!!!
Дашку выворачивало на только что отшвабренный пол. Старуха огрела ее по спине инструментом труда, пинками погнала к дверям:
ー Чтобы не видела тебя здесь больше, *** поганая!
***
Зареванная Дарья бежала к реке по сонному городу. Подходящий камень нашла на берегу сразу. Стала его обвязывать пояском от плаща.
ー Черт, как они это делают?
Камень все время выскальзывал из-под гладкой ткани.
ー Ладно, топятся и без камней.
Скинула боты, плащ, решительно пошла в воду. Старалась ни о чем не думать, чтобы не передумать. Зашла с головой, преодолевая сопротивление воды. Разжать рот и нос долго не решалась, а когда решилась, тут же вынырнула. Отфыркиваясь и хватая ртом воздух, порвалась к берегу.
ー Го*но ты, Воронцова, даже не тонешь, ー пробормотала, проваливаясь в темноту.
Утром она отыскала боты и плащ, двинулась обратно в город. Умереть не удалось, придется жить дальше.
***
ー Пусти помыться, тв*pь! ー крикнула Дашка в глазок своей бывшей квартиры.
Было бы чем, она сейчас в этот глазок выстрелила.
За ее спиной щелкнул замок.
ー Дашенька, детка, не связывайся.
Соседка тетя Наташа потащила разъяренную Дарью за рукав в свою квартиру. Закрылась на все задвижки:
ー Она ведь и до меня добирается. Заставляет продать ей квартиру. Хочет всю площадку прибрать. Не продашь, говорит, мои песики тебя случайно на лестнице встретят. А песики у нее знаешь какие...
Пожилая женщина опустилась на табуретку в коридоре.
ー Митрофановых обманула. Я вам, говорит, за вашу двушку трешку куплю. В итоге они в коммуналке оказались. И меня обманет. Я последняя осталась…
Пожилая женщина затрясла плечами, не сдерживая слез.
ー Какие мы глупые, советские люди... Разве могли подумать, что такие подлости можно делать безнаказанно?
***
Дарья осталась у тети Наташи жить. Та сама ее об этом попросила. Страшно было одной в соседстве с Матильдой и ее бойцовскими песиками.
Работать устроилась в круглосуточный киоск неподалеку от дома. Хозяин платил три процента от выручки, как большинство торгашей в то время. Сносная могла быть зарплата ー пиво, жвачки, сигареты, водка в жестяных банках и пластиковых стаканчиках шли бойко. Если бы ларечник еще не обворовывал своих продавцов…
Явится вечером, сядет в углу, говорит что-то. В окошке покупатели все время, не уследишь за ним. Потом уходит с оттопыренными карманами, а то и с пакетом. Не обыскивать же хозяина. Приходилось оплачивать «недостачу» из своей зарплаты.
Паспорта продавцов ларечник хранил у себя дома, жил он в двух шагах от торгового ряда. Если кто-то собирался от него уходить, то последнюю смену работал гарантированно бесплатно ー в лучшем случае. В худшем босс вешал на него такую недостачу, что возмещать ее приходилось еще несколько смен. Редкая сволочь был.
Один раз Дарья случайно услышала, как ее шеф наставляет нового хозяина соседнего ларька:
ー Если каждой девке три процента отдавать, на хорошую выручку не выйдешь.
Мерзко захихикал и добавил:
ー Можно подходить к вопросу творчески, и они сами тебе еще доплачивать будут.
Даша в очередной раз поразилась человеческой подлости и стала думать, как бы ей сбежать из этого гадского ларька. С паспортом и, желательно, с заработанными деньгами.
Вскоре случай подвернулся. Сменщице Ленке надо было уехать из города на свадьбу сестры. Договорились, что Даша отработает четыре дня, а потом будет столько же отдыхать.
Отсидев в киоске несколько суток кряду, Дарья отчиталась хозяину по дебету-кредиту (удивительно, но все в этот раз сошлось), передала смену Ленке, получила свой процент за четыре дня и попросила у хозяина паспорт на денек:
ー Ванечка Дмитриевич, родственники перевод прислали на сапоги. Сегодня получу и сразу верну.
ー На, возьми, ー достал хозяин Дашкин документ из кармана, как будто знал, что сегодня он ей понадобится.
Радостная, она схватила паспорт, выскочила на улицу и оттуда сунулась в окошко:
ー Я больше не приду! Гори он синим пламенем, твой ларек!
И весело зашагала прочь.
Хозяин хмыкнул, посмотрел на Ленку. Та уставилась на него выжидающе.
ー Лови, ー кинул ей купюру. ー И молчала чтобы!
От Матильды он получил гораздо больше. Это она подкупила его, чтобы на несколько дней организовал Дашкино отсутствие в квартире. Ленка ему помогла ー не было у нее никакой сестры.
***
Выйдя из лифта на девятом этаже, Дарья наткнулась на стальную перегородку от стены к стене. Рабочие монтировали дверь. На заднем плане маячила Матильда, а на переднем, перед ограждением, лежали Дашкины пожитки.
ー Умерла твоя тетя Наташа. Сердечный приступ, есть медицинское заключение, ー скороговоркой выдала Матильда и помахала какой-то бумагой.
ー Квартиру перед смертью мне оставила, вот завещание заверенное, ー помахала другой бумагой.
Подошла к перегородке и тихо прошипела:
ー Я ее кремировала, как она сама просила. Так что забирай свое барахло и больше сюда не приходи. Не то худо будет.
***
Пару лет бездомная Дарья Воронцова скиталась по убогим съемным углам. Иногда удавалось хорошо заработать, и месяц-два жила в приличной комнате. Или селилась в гостиницу на ночь, чтобы отмыться и отоспаться.
Больше всего на свете она боялась стать бомжихой. Поэтому очень обрадовалась, когда увидела объявление «Ищем сиделку с проживанием. Можно без опыта».
ー Только бы взяли, только бы взяли, ー шептала, звоня в дверь.
Взяли Дарью сразу. Позже она узнала, что прежние сиделки сбегали отсюда через неделю, а то и через день.
Уход требовался сухонькой старушенции интеллигентного вида ー Серафиме Андреевне. На инвалидной коляске она восседала как царица. После того как три года назад у пожилой дамы отказали ноги, она погрузилась в тяжелейшую депрессию.
Состоятельные дочери лечили ее в лучшем медицинском центре, в отдельной палате с индивидуальным уходом. Старшая была замужем за генерал-лейтенантом, другая сама достигла материальных высот. Из директора швейной фабрики выросла в уважаемую бизнес-леди с депутатским значком.
В Серафиме, бывшей приме местного театра оперы и балета, они души не чаяли. Делали все, чтобы жизнь мамочки в новом состоянии была как можно более комфортной.
Однажды мамочка заявила:
ー Хочу домой.
Дочки стали наперебой звать ее к себе.
ー Хочешь, увезу тебя в загородный дом? Там воздух, цветы, прислуга, ー спросила генеральша.
ー А хочешь, живи у меня. Хоть в городе, хоть на даче. Все желания буду исполнять, – молвила младшая.
ー Хочу к себе домой! ー визгнула старушенция.
К себе ー это в двушку в сталинке в рабочем районе города. Ее полвека назад получил покойный муж Серафимы, будучи главным инженером завода.
Дочери исполнили приказ матери. И началось.
Первая сиделка, профессиональная и вымуштрованная, продержалась пять дней ー пока хозяйка хмуро обдумывала свою жизнь с постоянным присутствием в доме какой-то челяди. Тактика и стратегия были выбраны. Серафима Андреевна начала войну.
Однажды, когда белоснежка шла к ней с подносом, старушенция в нужный момент в нужное место подставила свою палку. Летела профессионалка некрасиво, стукнулась носом о тумбочку, упала ничком. А бронзовый поднос накрыл ее сверху. Кофейник при этом прима успела подхватить. Потягивая кофе прямо из носика, старая хулиганка позвонила старшенькой.
Далее дочки только успевали улаживать конфликты с агентствами по жалобам обиженных Серафимой работниц. Мамочка каждый раз пожимала плечами:
ー Чистая случайность.
***
К Даше старуха долго присматривалась. Не могла придумать, что бы такого сотворить с этой чертежницей. Какая она сиделка? Ничего не может сделать нормально ー ни подгузник поменять, ни перетащить Серафиму с кресла в кровать. Однако ее это забавляло.
Один раз в банный день старуха ушла с головой под воду ー Даша не смогла удержать ее намыленное тело. Она чуть с ума не сошла, поднимая хозяйку из глубин ванны: вдруг захлебнется. А та, едва мокрая голова с лысоватой макушкой появилась на поверхности, захохотала, отплевываясь:
ー Дашка, ты прелесть! Ха-а-а…
Другой раз, переодевая Серафиму, сиделка хотела ее повернуть, чтобы достать подол платья, и опрокинула коляску. Серафима, выглядывая из-под колеса, прорычала:
ー Ну ты, Дашка, корова! Ха-а-а...
Старуха не давала покоя ни днем, ни ночью. Казалось, она никогда не спит. В пять утра будила Дашу колокольчиком:
ー Посмотри, что у меня там под простынею, мешает.
Сиделка шарила рукой под телом старухи, та хихикала:
ー Щекотно!
Потом Даша доставала из-под простыни... горошину.
ー Ха-а-а...
Барыня решила поиграть в принцессу на горошине. И таких игр у нее было много.
***
Дарья вылезла из ванны на коврик и, вытирая волосы, привычно приговаривала:
ー Спасибо, Боже, что есть вода, еда, крыша над головой.
Серафима сердито постучала в дверь палкой:
ー Хватит намываться! Не слышишь, в дверь звонят!
Это были дочери хозяйки. Они пригласили Дашу в ее комнату для разговора.
Сердце сиделки екнуло: «Неужели опять придется по углам скитаться?» От этой мысли захотелось плакать.
Разговор начала генеральша:
ー Дарья Сергеевна, вы с нами уже восемь лет. Мы очень довольны вашей работой. Все знаем про мамин характер и ее, мягко говоря, шалости.
ー Знаем, что вам нелегко, и очень благодарны, что продолжаете оставаться с Серафимой Андреевной, ー вступила депутатша. ー Мы хотим, чтобы вы довели маму... Чтобы вы всегда жили с ней и никуда не уходили!
Дальше они пели хором:
ー Мама любит вас! Она никогда не скажет, но мы это видим. Если какая-то шалость зайдет далеко, звоните, мы все уладим. Но... не уходите, пожалуйста.
Дашка не верила своим ушам.
ー Ну что вы… Конечно… Я и не собиралась…
ー Скажите, вас устраивает зарплата?
ー Да, да, зарплата хорошая!
Зарплата действительно была немаленькая, дочки не скупились для мамы. Даша уже скопила некоторую сумму. Но, заглядывая в газеты с ценами на недвижимость, тоскливо понимала, что годам к семидесяти скопит на пять метров.
ー Дарья Сергеевна, ー смущенно, как будто ей было неловко это говорить, продолжила старшая, ー извините, но мы захотели обеспечить себе гарантию, что вы не уйдете от мамы. Разделили эту квартиру на двух собственников. Эта комната теперь ваша. А свою мама также уже завещала вам.
Несколько секунд Дашка переводила недоуменный взгляд с младшенькой сестры на старшенькую и обратно, а потом расплакалась:
ー Шутите, что ли? Так не бывает…
ー Ну что вы, голубушка, вы заслужили, ー обняла женщину генеральша. ー А в вашей порядочности мы абсолютно уверены.
Провожая сестер до порога, сиделка глянула на Серафиму. Та отрешенно смотрела в окно. А в глазах уже прыгали чертики, задумывая новую шалость.
***
В эту ночь Дашу никто не потревожил.
Она тихо лежала, боясь сдунуть свою благодать. Потом осторожно встала, открыла ящик комода и достала из-под стопки белья тапок 48-го размера, аккуратно завернутый в шелковый платок. Прижала его к груди и покачала как ребенка.
ー Спасибо, Тапка, что простил…
Автор: Светлана Незванова
Комментарии 5