Несколько лет назад я наткнулась на текст в мужском глянце, где манифестировалось: мужчина.может.плакать.
«Ну да, всё верно, наконец, в русскоязычном пространстве стали поднимать тему легитимности проявления эмоций мужчинами за пределами узкого выбора: стирай в крошку зубы/грязно ругайся/инфаркт в 30» — подумала я. Но дальше глянец продолжил: оказывается, слезы мужчине положены не абы когда, а по ИСКЛЮЧИТЕЛЬНЫМ ПОВОДАМ. Список поводов выглядел примерно так:
Мужчина может плакать Когда нестерпимая боль; Когда холодный ветер в лицо; Когда понял, что стал отцом Конец маршрута.
Не знаю как вам, а мне хочется радикально расширить эту непозволительно узкую палитру вариантов, скромно заметив: мужчина может плакать тогда, когда ему захотелось. Все, кто считают иначе, живут в параллельной реальности, застрявшей где-то в мире «мужицких мужиков», у которых для слез должны быть особые поводы.
Довольно странно табуировать мужские слезы (как любые другие, кроме крокодиловых), когда помогающие практики всего мира трубят о целительности и важности этого физиологичного для всех людей механизма — слез. Нет никакого гендерного деления у слезных желез, а уровень персональной чувствительности не обязан соответствовать гендерным стереотипам.
Слезы — нормальная для человека практика. Если у тебя есть слезные протоки и повод — этого достаточно, чтобы плакать, когда хочется. Я не призываю погружаться в бездну рыданий по поводу и без. Хорошо, когда больше поводов для улыбок и радости, но каждый раз, когда кто-то пытается взять на флаг вредную идею о неприемлемости мужских слёз, спешу заметить — чувствительность и эмпатия действуют во благо миру.
Привет, всякому читающему! Люди — социальные существа, которые любят цифры, поэтому держите 6 фактов с мини-историями обо мне. 1. Меня зовут Лена Низеенко. На четверть я татарка. Комментаторы часто зовут меня Лизой, потому что мозг любит упрощать и схлопывать (в данном случае фамилию с именем). Мой блог называется «Без стыда» не потому что я за тотальное бесстыдство, а потому что стыд — это часто история про скованность, ограниченность, онемение, невозможность двигаться к важному для себя. С такими проблемами я работаю как психолог. О них же планирую писать в своем блоге: о теле, отношениях и гендерных вопросиках. 2. Я гендерная исследовательница и нарративная
Подробности, описанные ниже, я узнала скорее против своей воли. А точнее, вследствие одного пикантного наблюдения на огороде. Я всего лишь шла сорвать пару веточек укропа к обеденной глазунье, когда на одном из укромных кустов было обнаружено это:
Комментарии 1