Был полководец, который пользовался уважением и любовью и в армии, и в стране. Даже сам И.В.Сталин обращался к нему по имени и отчеству - Константин Константинович. Речь пойдёт о маршале К.К.Рокоссовском.
22 июня 1941 года генерал Рокоссовский (командир 9-го механизированного корпуса) безуспешно пытался связаться с Москвой, с округом, с армией. Никто ничего не знал. Генерал получал сверху приказы, совершенно не отражающие ситуацию на фронте.Трудно сказать, как сложилась бы судьба Рокоссовского, если бы он в 1937 году избежал ареста и в 1941-м командовал округом. Генерал армии Павлов, например, у Рокоссовского в 5-м кавалерийском корпусе командовал полком. А судьба командующего Белорусским особым военным округом хорошо известна.
Но случилось то, что случилось!.. Командир 5-го кавалерийского корпуса К.К.Рокоссовский был арестован 17 августа 1937 года. Сразу после того, как Политбюро ВКП(б) утвердило приказ наркомата внутренних дел "О ликвидации польских диверсионно-шпионских групп". Посадили 18 тысяч человек. Из поляков, служивших в Красной Армии, выбивали показания о том, что они пытались ослабить Красную Армию накануне нападения Польши (В Москве всё ещё готовились воевать с Польшей). А когда Ежова самого посадили и расстреляли, кое-кого освободили (кто не сломался под пытками и не взял на себя вину). 23 марта 1940 года отпустили и будущего маршала.
Тогда в июне 1941 года Рокоссовский умело сопротивлялся. Получил четвёртый орден Красного Знамени и уже в июле возглавил одну из пяти армейских оперативных групп, которые способствовали выходу из окружения 16-й и 20-й армий. А в августе Рокоссовский стал командующим 16-й армии.Нет смысла в пересказывании хода сражений первого года войны. Хорошо известна роль генерала Рокоссовского в Смоленском сражении и битве за Москву.
Почему он держался, когда другие - в больших чинах, растерявшись, отступали?
Рокоссовский был военным до мозга костей. Он попал в армию не по партийному набору и рос в должностях заслуженно, потому что неустанно учился военному делу. Сражаясь с немцами, нисколько не ощущал их превосходства. Он был не менее образован и талантлив в военном деле, чем его противники.
Рокоссовский искал и находил военное решение, которое позволяло с блеском выполнить задачу без лишних потерь. Известно, что даже в первых боях его корпус имел потери в соотношении 1:2,5 не в пользу немцев.Он не выносил командиров, которые отдавали приказ:
"Стоять насмерть!" За этим приказом, по мнению Рокоссовского, стояла профессиональная беспомощность.
Он действительно жалел своих солдат. И после войны часто приезжал к памятнику бойцам 16-й армии, сражавшейся на острие немецкого наступления под Москвой. Говорил:
"Это мои солдаты".
Крупнейшую наступательную операцию лета 1942 года немецко-фашистских войск и их сателлитов "Блау" Рокоссовский встретил во главе войск Брянского фронта. При назначении на должность командующего фронтом Сталин лично ознакомил Рокоссовского с положением дел на Брянском фронте и разрешил ему укомплектовать штаб фронта людьми из штаба 16-й армии.А после того, как выяснилось, что враг наносит свой главный удар в направлении на Сталинград, Рокоссовский получает новое назначение - командующим Донского фронта, где в ходе операции "Кольцо" особенно ярко проявился его полководческий талант. Уже в это время сложился его безусловный авторитет в глазах Верховного Главнокомандующего.
Главный маршал авиации А.Е.Голованов вспоминал:
"Когда мы прибыли из Сталинграда, нас принял Сталин, это после завершения операции "Кольцо", всех поздравил, пожал руку каждому из командующих, а Рокоссовского обнял и сказал:
"Спасибо, Константин Константинович!"
Я не слышал, чтобы Верховный называл кого-то по имени и отчеству, кроме Бориса Михайловича Шапошникова, однако после Сталинградской битвы Рокоссовский был вторым человеком, кого И.В.Сталин стал называть по имени и отчеству. Это все сразу заметили. И ни у кого тогда не было сомнения, кто самый главный герой-полководец Сталинграда..."
При подготовке и проведении стратегической оборонительной операции на Курской дуге Сталин снова имел возможность убедиться в военном гении Рокоссовского. Именно Рокоссовский был уверен, что в ходе оборонительной , а затем наступательной операции Центрального и Воронежского фронтов решится исход кампании 1943 года. Тогда как другие (например, Ватутин) предлагали там нанести упреждающий удар по противнику. Это несколько поколебало уверенность Сталина как Верховного в принятом им уже решении вести оборонительные действия.
В конце июня разведка донесла, что противник начнёт наступление второго июля. Но ни второго, ни третьего, ни четвёртого июля ничего не произошло. Напряжение росло. Однако Рокоссовский стоял на своём. Он аргументировал свою уверенность тем, что для генерального наступления нужен как минимум трёхкратный перевес в силах, а его не было ни у немцев, ни у русских.
В ночь на пятое июля главный маршал авиации Голованов был на даче у Сталина. Он рассказывал:
"... и наконец не то с вопросом, не то с каким-то сожалением Сталин сказал:
- Неужели Рокоссовский ошибается?.. Немного помолчав, Верховный сказал:
- У него сейчас там Жуков.
Было уже утро, когда я собирался попросить разрешения уйти, но раздавшийся телефонный звонок остановил меня. Не торопясь, Сталин поднял трубку ВЧ. Звонил Рокоссовский. Радостным голосом он доложил:
- Товарищ Сталин! Немцы начали наступление!
- А чему вы радуетесь? - спросил несколько удивлённо Верховный.
- Тогда победа будет за нами, товарищ Сталин! - ответил Константин Константинович.
Разговор был окончен.
- А всё-таки Рокоссовский опять оказался прав, - как бы для себя сказал Сталин."
В 1944 году в Ставке обсуждались разные варианты проведения Белорусской наступательной операции. Командующий 1-м Белорусским фронтом генерал армии Рокоссовский предлагал, как всегда, самый необычный вариант: нанести одновременно два главных удара. Маршал Жуков и Генеральный штаб выступили категорически против такого предложения. Более того, их поддержал сам Верховный. Оппоненты Рокоссовского настаивали на одном главном ударе с плацдарма на Днепре в районе Рогачёва.
Рокоссовский вспоминал:
"Дважды мне предлагали выйти в соседнюю комнату, чтобы продумать предложение Ставки. После каждого такого "продумывания" приходилось с новой силой отстаивать своё решение. Убедившись, что я твёрдо настаиваю на нашей точке зрения, Сталин утвердил план операции в том виде, как мы его представляли.
- Настойчивость командующего фронтом, - сказал он, - доказывает, что организация наступления тщательно продумана. А это надёжная гарантия успеха."
После Белорусской операции, которую изучают во всех военных академиях мира, Сталин назвал Константина Константиновича "мой Багратион". За неё же Рокоссовский и стал маршалом.12 ноября 1944 года на должность командующего 1-м Белорусским фронтом Сталин назначает Г.К.Жукова, а Рокоссовскому предстоит принять 2-й Белорусский фронт. Такая перестановка была связана с тем, что 1-му Белорусскому фронту предстояло брать Берлин. А, как считал Сталин, брать столицу гитлеровской Германии должен был русский маршал.
Рокоссовский всё понимал и ни на кого обиды не держал. Он просто продолжал с честью выполнять свой воинский долг. А когда Н.С.Хрущёв предложил Рокоссовскому выступить на XX-м съезде КПСС с критикой Сталина, маршал отказался, сказав: "Для меня Сталин - святой!"
Светлана Павловна Казакова, вдова маршала артиллерии Казакова, который был начальником артиллерии 16-й армии у Рокоссовского, а затем его бессменным начальником артиллерии фронта, вспоминала: "Он (Рокоссовский) был очень красивый мужчина. Интеллигент! Говорил негромко, с милым польским акцентом. Все женщины фронта страдали по нему. Когда газеты печатали его фотографии, почтальоны носили письма в редакцию мешками - с объяснениями в любви. Одна англичанка слала их изо дня в день".
Был у него роман с известной актрисой (то ли был, а то ли не был). Речь пойдёт о Валентине Васильевне Серовой. Она даже пришла и рассказала об этом жене Рокоссовского, Юлии Петровне. "Мы сами разберёмся", - ответила ей Юлия Петровна, и актриса была поражена её благородством. Ведь она написала письмо Генеральному прокурору СССР о том, что давно близка с Константином Константиновичем, а тот почему-то не хочет оформить юридически их отношения.
Не известно, как реагировал генпрокурор - он не оставил следов на этом послании. Зато осталась резолюция другого человека: "Суворова сейчас нет. В Красной Армии есть Рокоссовский. Прошу это учесть при разборе данного дела. И.Сталин".Поэтому генеральная прокуратура вообще не стала разбирать это дело.
Знакомство генерала Рокоссовского с Серовой действительно было. Когда 16-я армия уже вела наступательные бои по очищению от противника северного берега Жиздры, генерал получил серьёзное осколочное ранение и находился на излечении в госпитале, расположенном в Тимирязевской академии. Тогда Серова вместе с бригадой артистов побывала в госпитале и встретилась с Рокоссовским. В день знакомства Серова пригласила генерала в Большой театр, разумеется, когда он пойдёт на поправку.
И спустя какое-то время они туда действительно поехали (Рокоссовский со своим бессменным шофёром Сергеем Ивановичем Мозжухиным). В театр они зашли вдвоём с водителем, нашли указанную в пропуске ложу и Серова села рядом с Рокоссовским. На них смотрел весь зал, и генералу было неудобно под пристальными взглядами театральной элиты. Из театра Рокоссовский вышел вместе с Сергеем Ивановичем. Сел в машину и вернулся в госпиталь. И пошли по Москве слухи...
Серова ещё раз приезжала в госпиталь, но её к генералу не пустили. Одно дело - актриса, которая участвует в концерте, а другое - посетитель. Её не ждут. Она попросила разрешения поговорить с его женой. Юлия Петровна вышла и искренне посоветовала ей выбросить из головы притязания на сердце Константина Константиновича.
22 мая 1942 года Рокоссовский был выписан из госпиталя. Жена Юлия Петровна и дочь Ада уже были в Москве - ещё в апреле 1942 года они переехали из Новосибирска в выделенную Рокоссовскому квартиру на улице Горького.А 25 мая 1942 года генерал Рокоссовский уже был на фронте, так что встречаться с Серовой он не мог, несмотря на её утверждения.
В 1943 году Валентина Васильевна Серова с бригадой артистов выступала на фронте у Рокоссовского. В качестве командующего Рокоссовский был предельно гостеприимен, и только. Люди из окружения Рокоссовского, и прежде всего военные, с удивлением слушали рассказы о мнимом романе и искренне смеялись.
Однако святым Рокоссовский не был - всё-таки была война...
Он встретил одну женщину - военврача Галину Таланову. Их познакомила гражданская жена начальника артиллерии фронта Василия Ивановича Казакова Галина Павловна Шишманёва, которая возглавляла 85-й походно-полевой госпиталь, а Галина Таланова, её лучшая подруга, была военврачом. Было это под Курском в посёлке Свобода, где располагался штаб командующего Центральным фронтом. По дороге в Свободу рядом с машиной разорвалась немецкая авиабомба - Шишманёва умерла от раны, а Таланова отделалась испугом. Так что гибель подруги свела Таланову с Рокоссовским.
Между Галиной Талановой и Рокоссовским вспыхнула любовь. Родила Галина девочку в январе 1945 года в городе Менжинец под Варшавой - родине Константина Константиновича. Дочь назвали Надеждой. Рокоссовский сразу же признал ребёнка и дал Надежде свою фамилию. Он разрывался между двумя любимыми женщинами, одна из которых рядом с ним переносит фронтовые невзгоды, а другая ждёт дома. Ведь Юлия Петровна ждала его всегда - и когда он сидел в "Крестах" по ложному обвинению, и когда ушёл на фронт.
А Галина Таланова никогда и не мечтала стать женой Рокоссовского, прекрасно понимая, что вместе им не быть. Ведь Константин Константинович сразу предупредил Таланову:
"Юлию Петровну предать никогда не смогу!" и объяснил ей про 37-й год и последующие годы.
Затем их пути разошлись: Рокоссовского перебросили на другой фронт, а Галина Таланова вместе с ребёнком дошла до Берлина.
В 1944 году жена Рокоссовского Юлия Петровна уехала к мужу на 2-й Белорусский фронт. Больше они никогда не разлучались...
Правнучка маршала Ариадна Рокоссовская однажды рассказала:
"Мой папа узнал лишь в 1988 году, что у него есть тётя Надежда Константиновна. С тех пор как они побывали в Свободе, подружились. Бабушка Надя - так, и только так, называю я её. Для меня это теперь самый родной человек. А прабабушка Люлю, точно знаю, поняла и простила мужа".
24 июня 1945 года маршал Рокоссовский командовал Парадом Победы в Москве. Принимал парад маршал Жуков. Последние месяцы 1945-го года были, может быть, лучшими месяцами жизни Рокоссовского. Его награждали орденами, поздравляли, чествовали. Сталин от имени государства подарил Рокоссовскому роскошный особняк на Патриарших прудах. Константин Константинович этот шикарный подарок принял, но разделил его на несколько квартир, которые предоставил своим сослуживцам по штабу фронта.А затем Сталин назначил его главкомом Северной группы советских войск, находящихся на территории Польши. Рокоссовский вернулся в страну своего детства и юности.
В 1949 году его вызвали в Москву. Сам Сталин пригласил на свою Ближнюю дачу. Когда на Ближней Константин Константинович не обнаружил вождя, то в недоумении просто сел в кресло и стал ждать. И вдруг из сада появился Сталин с букетом белых роз, и видно было, что он их не резал, а ломал - руки были в царапинах.
- Константин Константинович! - воскликнул Сталин, - ваши заслуги перед Отечеством оценить невозможно. Вы награждены всеми нашими наградами, но примите от меня лично этот скромный букет!
И далее вождь сказал, что есть идея назначить Рокоссовского польским военным министром. Эти семь лет, проведённые Рокоссовским в качестве маршала Польши, он вспоминал с большой неохотой, потому что ему как "человеку Москвы" постоянно создавались трудности в работе. А когда после смерти Сталина в стране начались перемены, то в 1956 году Рокоссовскому вообще пришлось покинуть Польшу. Он уезжал в Москву с горестными словами:
- В России я всегда был поляком, а в Польше - русским.
В Москве его поначалу встретили хорошо: сделали заместителем министра обороны, избрали кандидатом в члены ЦК, депутатом Верховного Совета. Однако в апреле 1962 года (причина лежит на поверхности) Рокоссовского перевели в группу генеральных инспекторов МО, то есть отодвинули от всех дел.
Но в армии-то его всё равно любили! Все, кто когда-то служил под его началом, обращались к нему за помощью. Он отвечал на каждое письмо, которое получал. Чем мог - помогал.
У Рокоссовского был рак предстательной железы. Он знал, что смертельно болен. Держался мужественно. Терпел боль, не просил делать ему обезболивающие уколы:
- Я же солдат!
Он скончался 3 августа 1968 года, прожив 72 года, из которых 54 - в военной форме. Смерть встретил без страха. Жалел только, что так и не успел увидеть свою книгу.Ему предлагали разные названия. Он назвал её просто - "Солдатский долг". Лучше и не скажешь!
Присоединяйтесь к ОК, чтобы посмотреть больше фото, видео и найти новых друзей.
Нет комментариев