Собственно, после этих слов можно больше ничего и не писать: круг замкнулся!
У непростительно рано ушедшего Ильи Калинникова, лидера группы «Високосный год», есть песня «Метро» — одна из лучших о нашем поколении:
Наши матери в шлемах и латах
Бьются в кровь о железную старость.
Наши дети ругаются матом.
Нас самих почти не осталось…
Тогда это казалось дном — бесстыдно и как-то буднично, походя матерящиеся дети, практически малыши. С ними ещё логопеду работать и работать, а они уже освоили тот пласт родного языка, который до недавнего времени считался недопустимым в приличном обществе, в присутствии женщин и детей особенно. Мы с этим выросли.
В нашем микрорайоне был пивняк, тогда говорили: «пивнушка», к которой вечером, по завершении рабочего дня, выстраивалась очередь жаждущих. Только там и можно было услышать брань, да и то уже на определённой стадии подпития, после того как кружку-другую пивка от души «шлифанули» принесённой с собой водкой. В это время мы все старались обходить пивнушку широкой дугой. Примечательно, что рядом с ней находилась помойка, куда весь околоток выносил мусор, и такое соседство представлялось более чем уместным.
А тут — матерящиеся дети! Это казалось дном. Но, как водится, снизу постучали, и теперь по улицам ходят матери с малышами в колясках, разговаривающие исключительно матом. Они не ругаются, Боже упаси! Они так общаются. Весело делятся с собеседником новостями. Это первое, что слышит их сынок или дочурка, когда только учится говорить. Единственный в этом возрасте способ передачи опыта, то есть воспитания, — это подражание родителям, что вам подтвердит любой антрополог. Теперь, как говорится, отгадайте с двух попыток, что в таком случае у нас вырастет? Поколение людей, для которых нет вообще ничего святого, кроме их гениталий. Старина Фрейд бы, конечно, на них оттоптался, но эдипов комплекс, эта инфантильная и чреватая инцестом привязанность к родителю противоположного пола, уже давно остался за пресловутой красной чертой, то есть перестал быть чем-то запретным, преступным и нравственно недопустимым.
Если не уподобляться большей части современных молодых родителей и попытаться обойтись без обсцена, то их диалоги можно описать как навязчивый обмен сообщениями о том, что каждый из собеседников зачал другого, а также и любого, о ком у них идёт речь. Или не зачал, а использовал. Иногда с уточнениями, каким именно способом. Если вы понимаете, о чём я. В подтексте — банальная жажда власти: заткнись, щенок, и слушай старших! Сомнительный авторитет, не подкреплённый ничем, кроме вербального полового акта. При этом единственным знаком препинания служит слово, означающее женщину с низкой социальной ответственностью, единственным императивом — пожелание навестить мужской половой орган, в облегчённой версии — анус, но это уже признак едва ли не симпатии.
И всё это при катастрофическом оскудении словарного запаса в целом, неспособности без вышеуказанных «связок» выстроить самую элементарную фразу, сформулировать хотя бы коротенькую мысль. Вы думаете, я драматизирую? Ничуть! В книгах, которые даже двоечники моего поколения читали и пересказывали самостоятельно (пересказ содержания гарантировал хотя бы тройку по литературе), теперешним школьникам приходится объяснять значение каждого второго слова. Как если бы Чехов или, к примеру, Пушкин писали на иностранном языке. Добавьте сюда привычку в каждом затруднительном случае обращаться к искусственному «интеллекту», который, судя по результатам, добросовестно переписанным в тетрадки моими учащимися, программируют такие же идиоты.
Которых воспитали матерящиеся матери. Круг замкнулся!
© Тори Грасс #образжизни #НашБроневичок
Художник Андрей Попов.
Присоединяйтесь к ОК, чтобы подписаться на группу и комментировать публикации.
Нет комментариев