Сначала все складывалось как нельзя лучше для человека, не любящего высокотехнологичные покупки. Семен Павлович Варенников, сорока годин от роду, впервые за десять лет решился сменить старенький девятнадцатидюймовый телевизор на новый в пятьдесят. Вроде бы и прежний справлялся с работой отлично, да и Семен был вполне удовлетворен небольшим изображением, вот только друзья, иногда захаживающие на посиделки к холостяку, постоянно упрекали мужчину несовременностью и скупостью.
— Семен! Друган! — сетовали они, словно сговорившись. — Ты, как каторжник, себя совсем не любишь! Сорок лет, а о здоровье не заботишься! Посадишь зрение, сто пудово… Это чтобы мелкие детали в фильме рассмотреть, надо сильно постараться. Многое упускаешь…
— Сынок! — сетовала старенькая мама, будто подслушав разговоры Палыча с друзьями. Она приходила раз в неделю с инспекцией и желанием пожурить сына по всем поводам вместе взятым. В список ее стенаний входили и отсутствие в жизни старушки невестки, и внуков, и вечный беспорядок в квартире Семена, который она находила вне зависимости от степени чистоты квартиры, и, конечно же, маленький телевизор, «в котором нельзя нормально посмотреть любимый сериал». — Ну вообще ж ничего не видно! Поэтому и женщины к тебе не ходят!
Сперва Семен пытался объяснить матушке, что женщинам не нравится не отсутствие большого телевизора в его квартире, а, скорее, отсутствие опыта общения с дамами, естественная скромность сорокалетнего мужика и психологический блок, который установился в глубоком детстве под влиянием мамы. Ведь это она при любом удобном случае утверждала, что все женщины стервы и «никому своего пирожка никогда в жизни не отдаст», а он мальчик «хлюпкий и болезный». Но мужчина быстро понял, что любые отговорки для матери — лишь очередное подтверждение инфантилизма Семена. Поэтому давным-давно махнул рукой на такое положение дел и даже игнорировал многочисленные знаки внимания от дам с работы. Но вот, наконец, мужика допекли, и Палыч решился на обновление.
Консультант довольно оформил покупку, всунул в руки нервничающему Семену коробку с ЖК-панелью и предложил приходить в любое удобное время. Двери магазина разъехались в стороны, выпуская мужчину в яркий солнечный мир с модной покупкой.
Слегка обалдевший от новых ощущений немаленького приобретения Семен едва справился с невидимыми из-за «широкой диагонали» ступеньками, как на совершенно ровном асфальте почувствовал под ногами нечто живое и дико орущее. От ужаса Варенников подпрыгнул, руки как-то сами собой дернулись и подкинули телевизор еще выше, а тело еле успело увернуться от тяжелой высокотехнологичной штуковины, летящей прямо на голову.
Когда после падения в голове прояснилось достаточно, чтобы приподняться на локте, взгляду предстала картина разбитого телевизора в порванной коробке. Часть черных осколков осыпали асфальт вокруг недавнего приобретения. А на ярко-зелёном газоне в паре метров от Палыча сидел черный котенок и щурился от яркого солнышка.
— Ах ты па… — закончить гневную тираду не дал выбежавший из магазина консультант.
— В подобных случаях гарантийные обязательства не наступают…
— Ну и сволочь же ты, — дружелюбно сказал Семен котенку, а продавец-консультант почему-то обиделся…
— Ну, знаете ли! В следующий раз покупайте в другом месте! — возмутился мужчина в белой рубашке и алом галстуке и гордо удалился в магазин.
— Видать не судьба, — пожал плечами Варенников и отволок телевизор к ближайшему мусорному контейнеру.
В следующий раз Семен встретил этого котёнка через пару дней. Ну как «встретил»…
Мужчина ранним утром решил перебежать широкую дорогу в неположенном месте, так как опаздывал на работу.
Ничто не предвещало, как говорится. Палыч только поставил пакет с перекусом на травку и едва успел застегнуть ветровку, чтобы спастись от прохладного утреннего ветерка, как пакет сорвался с места в карьер и «поскакал» через дорогу. Нечто чёрное, прижав уши, мчалось впереди пакета.
— А ну верни бутерброды, скотина! — закричал Семен и сломя голову побежал за форсирующим дорогу перекусом. — Ах ты, черт чертов! Ах ты, скотина скотская! Я их для того, чтобы… а ты их… эх…
Визг тормозов ворвался в мир Семена и черного кота внезапно. Мужчина слишком поздно вспомнил, что на он дороге. И неожиданно для себя остановился прямо на пути автомобиля, успел попятиться и, сделав два шага, упал на асфальт, ожидая смертельной развязки, но бампер «Лады Ларгус» замер в двух сантиметрах от ног Палыча.
— Етить! — только выдохнул мужчина и, пока из машины пытался выбраться шокированный водитель, потряс кулаком в сторону уминающего чужой перекус черного котенка.
— Ты меня в могилу сведешь, чертёныш! Попадись мне еще!
— А мне кажется, он вас спас, — нервно заметил водитель.
— Правда? — зачем-то уточнил Семен, посмотрев в глаза незнакомцу с такой пронзительностью, что тот занервничал еще больше и засеменил ногами, отступая под защиту автомобиля.
— Я как увидел нечто… черное на дороге, сразу снизил скорость. А то бы… а то бы…
— О! Кажется, я и сам догадался, — кивнул Варенников с сарказмом в голосе. — Слава богу что вы не «а то бы», а то я и впрямь «того бы».
Через неделю, внемля увещеваниям и причитаниям матери, Варенников согласился на свидание с «очень особой девушкой, дочерью ее давней подруги». На вопрос «сколько особой девушке лет?», мать лишь таинственно улыбнулась.
— У женщин не спрашивают возраст, Сёма! А она… особенная! Впрочем, тебе не все ли равно? Ты ж помрёшь скоро, а так и не испытаешь этого сладостного чувства…
Помирать Семену, конечно, не хотелось, еще больше не хотелось помирать, не испытав сладостного чувства. Но совсем-совсем не хотелось выслушивать всякую чушь от заботливой мамы. Посему ради эксперимента, чтобы собрать доказательства, что дама не совсем особенная, а как и все обычная, Палыч согласился на одно свидание.
И вот день встречи. Вечерний ветер шелестел листьями липы. Сквозь них пробивались алые лучи предзакатного солнца. Немногочисленные прохожие очень кстати решили как можно дальше обойти место встречи двух «юных» сердец. Семен стоял у киноафиши, а по аллее шла особенная девушка лет под пятьдесят и улыбалась. Палыч улыбнулся в ответ, поднял, как шпагу, на вытянутую руку букет желтых хризантем и пошел навстречу девушке. И…
— Ты! — восклицание само вырвалось из уст, когда на тротуар между потенциальными влюбленными на дорогу вышел черный котенок. От злости у Семена свело скулы, а особенная мадам в этот момент тоже остановилась и с выражением ужаса на лице попятилась. Кот, недолго думая, гордо пересек тротуар и исчез в траве.
— Маргарита! — окликнул Семен удаляющуюся даму и услышал в ответ лишь:
— Мы не подходим друг другу!
— Как это? — опешил мужчина. И почувствовав прилив краски к лицу, разозлился. Закричал: — Но как же так! Это же вы меня позвали на этот фарс! Это вы все начали и так… так позорно бежите!
— Ох, не принимайте близко к сердцу, — крикнула особенная дама, на мгновение остановившись. — Вселенная мне открыла правду! Это все черный кот. Он предвестник несчастья. А значит нам с вами не по пути. Быть беде…
— Что, простите? — побагровел от гнева Палыч. — Вселенная? Беде? Вы в своем уме?
— Всего хорошего! — попрощалась Маргарита и, развернувшись, быстро засеменила прочь.
— Нет уж, постойте! — крикнул Семен и побежал за дамой. — Я хочу закончить начатое! Не соизволите ли прогуляться со мной, уважаемая!
— Не соизволю! — взвизгнула женщина и, подхватив руками юбку, побежала. Семен первый раз видел, как бегает пятидесятилетняя женщина. И сильно удивился скорости, с какой особенная дама покинула место встречи и зону свидания. Ему оставалось лишь грустно прошептать: — Твою же лужу…
Через пол часа начался легкий летний дождь. А еще вечер плавно окутал скверик темнотой. Варенников купил в магазине бутылку водки и нарезку колбасы и промокший один сидел на лавочке под липой. Он не плакал и не расстраивался, но на душе было погано и скребли кошки.
Такие маленькие и черные, если что.
Конечно, он и сам не хотел никаких свиданий, но все же. Он что не человек? Почему жизнь так с ним обходится? И почему к нему прицепился этот чертов котенок? Неужели сам Сатана прислал это животное, чтобы скорее сгубить никому не нужного Варенникова? Мужчина тяжко вздохнул и выпил первую стопку. После он потянулся к закуске, и рука вдруг наткнулась на нечто мягкое и теплое, и оно сразу же замурлыкало на весь двор.
— Ну ты блин, даешь, — прошептал Семен и улыбнулся. — Если бы я был Маргаритой, то тебе бы тяжко пришлось, Чертенок. Ведь она верит в приметы, а по ним ты страшный зверь, получается. Но к твоему счастью, Маргарита убежала как заправская спортсменка. Я даже в школе никогда так не бегал. Хех.
Чертенок тем временем трескал закусь Сёмы и урчал от удовольствия, а мужчине пришлось ждать своей очереди. Но едва котенок закончил, подошел к Варенникову и забрался на руки.
— Эх, чудо-чудное, — сказал Семен и прижал зверя к груди. Тут рука наткнулась на что-то твердое, и мужчина посветил фонариком.
— Да ты ж домашний! — воскликнул Палыч и прочитал адрес на ошейнике. — Да и вообще — местный. В соседнем доме живешь… Оказывается, и имя у тебя есть. Пушок. Вот дела! А ну пойдем-ка прогуляемся, друг.
Варенников поднялся и быстрым шагом пошел вдоль домов, совершенно забыв о бутылке.
Дверь открыла миловидная женщина с большими глазами. Она удивленно хлопала огромными ресницами и, раскрыв рот, долго молчала, подбирая слова. Мокрый Семен стоял в дверях и обнимал черного котёнка. Лишь маленькая мордочка выглядывала из-за рукава и жмурилась сонными жёлтыми глазами. Наконец, Пушок мяукнул, и женщину отпустил столбняк. Она широко улыбнулась и протянула руки. Приняла «потеряшку» обратно и предложила Семену зайти.
— Ой, знаете, я сегодня немного выпил, — оправдывался Варенников, зная, что слабому полу подобное состояние мужчин не нравится, — поэтому пойду, пожалуй.
Но женщина улыбнулась и настояла:
— Это ничего страшного. Сегодня можно. Правда! Ведь у нас сегодня праздник.
— Какой? — удивился Семен.
— День черного кота, — заговорщицким шёпотом сказала она и добавила: — День найденного черного кота. У меня тут настойка как раз настоялась. Заходите! Отметим.
И Варенников согласился…
Присоединяйтесь к ОК, чтобы подписаться на группу и комментировать публикации.
Комментарии 9