А моцарелла – это если в молоко плеснуть скисшего вина (уксуса, проще говоря) и откинуть на марлю. Неликвид, который пить никто уже не может, и надо хоть как-то утилизировать.
Добить тем, что суши - это когда нищий рыбак сидит в море в лодке и срезает дольками мясо со свежепойманной рыбы, потому что развести огонь в лодке нельзя, а есть очень хочется прямо сейчас. Потом макает куски в уксус, потому что в рыбе весёлые червячки кишат, а потом лезет холодной рукой в мешок с рисом, скатывает комочек влажного и солёного от морской воды риса и ест это.
Можно провести контрольный выстрел, рассказав, что такое фондю. Это когда нищий швейцарский крестьянин собирает окаменелые обрезки сыра, чтобы разогреть их. И когда они станут мягкими - туда сухари макать. Просто потому, что жрать больше нечего.
А престижный французский суп буйабес - это когда рыбак, продав основной улов, заваривает остаток улова - который не удалось продать даже за гроши.
И на всё это смотрят и жаждут они, живущие в стране, где буженина, расстегаи, блины с икоркой, стерляжья уха из пяти сортов рыбы, да двенадцатислойный мясной пирог, балык, кулебяка на 4 края и 4 мяса, наваристый борщ с ломтем домашнего хлеба, чесноком и куском сала. Где играющая на солнце капельками рассола брынза, где неповторимый банош, где сытный кулеш со шкварками, мелодично хрустящими во рту.
Почему для многих всё вышеперечисленное (российское) внезапно стало не престижно? Ибо НЕ загранично?
(Автор неизвестен)
Присоединяйтесь к ОК, чтобы подписаться на группу и комментировать публикации.
Комментарии 123
Пусть кушают не обкакаются, не жалко, это их ненасытная утроба, все дерьмо переварит!
Куда как противнее, когда засирают русский язык, порой совсем не понимая истинного значения и применения этой иностранной тарабарщины.