Сами виноваты
В свои семьдесят с хвостиком лет Оксана Игоревна совершенно не чувствовала себя «старухой», как часто называли её дети, которые каждый день играли на детской площадке во дворе дома и за которыми она «подсматривала» украдкой.
- Смотрите, смотрите, старуха вышла! – кричали мальчики и девочки, а потом прятались кто куда.
Почему-то они считали её бабой Ягой и были уверены, что она хочет их съесть на ужин.
- Сынок, почему ты так решил? – спросила мама сына, с опаской косясь в сторону Оксаны Игоревны, когда он поделился с ней своими догадками.
- А почему тогда эта старуха с таким «аппетитом» смотрит на нас? Другие бабушки вон вообще внимания не обращают, а эта смотрит, смотрит, смотрит. Будто больше смотреть не на что.
Оксана Игоревна этот разговор слышала.
Нет, она не обижалась: дети же... Что с них возьмешь? Просто пропускала их слова мимо ушей.
Единственное, о чем думала Оксана Игоревна, когда сидела на скамейке возле подъезда – как это она еще не слегла с таким букетом хронических болячек, которые «заработала» вместе с пенсией?
Многие её подружки давно уже с постели не встают или ушли в мир иной… А она живет. Вопреки всему. «Почему?».
Обычно люди живут «до конца», когда у них есть стимул жить. Например, дети и внуки. Ради них живут.
А у нее не было ни того, ни другого. Не дал Бог. Уж не знала Оксана Игоревна, чем она так нагрешила в прошлой (или нынешней?) жизни, что обречена на одиночество...
Но давно смирилась.
Свои горькие слезы она выплакала в подушку еще лет тридцать назад, когда от нее ушел второй муж, не желавший оставаться без наследника/наследницы. Больше по этому поводу не плакала.
Зачем? Ничего уже не изменишь.
*****
Однажды Оксана Игоревна сидела на скамейке, с наслаждением вдыхая утренний воздух, и щелкала семечки, как вдруг к подъезду подъехали две машины. Одна - грузовая, а вторая – легковая (в марках автомобилей Оксана Игоревна разбиралась плохо, но точно знала, что это не «Жигули» и не «Москвич»).
Из второй машины вышли мужчина, женщина и ребенок лет семи, который держал на руках маленького щенка.
Она почему-то сразу улыбнулась, увидев их.
Впрочем, понятно почему. Люди, которые любят животных, не могут быть плохими. Значит, подружатся.
То, что в их дом должны заселиться «чужаки», Оксана Игоревна знала уже давно. Как подруга, Раиса Петровна, померла, так дочь её сразу сказала, что квартиру будет продавать.
Недавно вот как раз вступила в наследство, приехала из другого города, мебель старую вывозила.
- Что, продавать квартиру будешь? – спросила она у Юленьки, дочери Петровны, когда встретилась с ней на улице.
- Продала уже. Скоро новые хозяева приедут, заселяться будут. А я вот освобождаю жилье от ненужного хлама.
- Не алкоголики случайно? - встревоженно спросила Оксана Игоревна, которая пьющих людей на дух не переносила.
- Откуда у алкоголиков деньги на квартиру? – улыбнулась Юля. – Нет, нормальные люди.
Теперь Оксана Игоревна и сама видела, что люди нормальные. Обычная молодая семья.
Да еще и с собачкой.
Через некоторое время ей удалось даже познакомиться с новоселами. Главу семейства звали Степаном Викторовичем, хозяйку – Антониной, а сынишку их, который в этом году уже должен был идти в первый класс – Тимофеем.
Познакомилась Оксана Игоревна и с еще одним членом этой замечательной семьи – Платоном. Хороший щенок. Добрый, ласковый.
Поначалу всё было хорошо. Родители часто гуляли вместе с сыном и щенком во дворе дома.
Оксана Игоревна наблюдала за ними с нескрываемым интересом и по-доброму завидовала их счастью.
Тимофей, кстати, был единственным мальчишкой на детской площадке, который не называл её старухой и не считал бабой Ягой. Мелочь, а приятно.
А потом Оксана Игоревна увидела нечто такое, что заставило её возмутиться до глубины души.
Тимофей играл на детской площадке (родители уже стали отпускать его на улицу одного), а потом ушел куда-то, оставив там своего щенка. Еще и привязал его к лавочке, чтобы тот не убежал.
«Это как же так? Такого маленького и одного оставить? А если украдут? А если убежит? Да мало ли чего случиться может!» - не понимала Оксана Игоревна.
Естественно, она сразу высказала всё, что думает, когда мальчик вернулся из магазина с мороженым.
- Тимофей, нельзя такого маленького щенка оставлять без присмотра. Он может испугаться и убежать. Может даже на дорогу выбежать, а там машины. Понимаешь, что это опасно?
- Оксана Игоревна, вообще-то это моя собака и я лучше знаю, как с ней обращаться. Знаете, сколько книжек прочитал про собак? Больше вашего знаю.
- Не знаю, что ты там читал, если одного так и не понял: люди в ответе за тех, кого они приручили. А твое поведение безответственно. Вот расскажу твоему отцу, он тебе тогда объяснит популярно.
- Ой, напугали!
Тимофей отвязал щенка и, облизывая мороженое, побежал играть в другое место, подальше от этой странной бабки.
«А может, правы те мальчишки, которые говорят, что она на ужин ест детей?» - думал он, глядя на соседку.
На первый раз Оксана Игоревна решила не выносить сор из избы. Понадеялась, что мальчик задумается над её словами.
Однако через несколько дней ситуация опять повторилась. Тимофей привязал Платона к лавочке, а сам побежал играть с мальчишками. Да так заигрался, что снова оставил щенка одного.
Мальчишки убежали в другой двор, а Платон лег на землю, жалобно скулил и смотрел в ту сторону, где еще пять минут назад был хозяин.
Комментарии 2