✨️
АВТОРСКАЯ ТЕМА НАТАЛЬИ АРТАМОНОВОЙ.
ТЯЖЕЛЕЕ СМЕРТИ.
Матвея забрали на фронт в самом начале войны. Все его планы сыграть свадьбу с Маринкой рухнули. Уж очень он хотел жениться. Греховодники согрешили перед самой войной, они любили друг друга
и не скрывали от родителей и от людей своей готовности идти под венец. Вот только её отец был против Матвея, не по нраву был ему парень - рубаха, Петрович считал его малолеткой, хотя в плечах широк и ростом высок, а вот хитростью, наглостью, ловкостью маловат.
Матвей очень любил свое село, лес, речку, заливные луга. Рано утром выходил в сад и подняв руки вверх кричал:,, Не жизнь, а рай ! Ну здравствуй, небо, земля, рассвет. Ну не хватает рук вас обнять, не хватает "жабр" вздохнуть аромат сада, запаха земли. Ох, хорошо-то как !" -- и бежал опрометью окунуться в ещё ненагретую лучами солнца воду в реке. Нырял , выныривал, выходил на берег и с разгону опять в воду прыгал, исчезал на долго. Со стороны казалось, ну все малый утонул, караул! Помогите! Но он выныривал с таким ревом, с таким восторгом поднимая руки, , что сама река пугалась и начинала выталкивать волнами Матвея на берег. Словно хотела его отругать за столь ранний визит. А он все фыркал как конь на водопое, все бегал по берегу, как будто сам себя хотел догнать. Потом довольный шёл домой завтракать, на столе его ждала стопа блинов и чашка сметаны.
Мама всегда говорила : ,, Матвей, тебе надо было родиться водяным, вот у тебя жизнь была бы, девок бы пугал, тискал, когда они стирают или купаются, а ты с лошадьми возжакаешься. Когда же ты повзрослеешь. Уж очень ты открытый, что видишь, то и говоришь. Если радуешься, то готов из штанов выпрыгнуть, а если переживаешь, то готов в лежку лежать, все обдумываешь , все перемалываешь. Пора похитрей быть, а то и невеста сбежит от тебя". Не знала его мама, что невеста как раз -то уже ни к кому не сбежит.
Матвей с Мариной поздно вечером шли на реку. Свежий, чуть - чуть прохладненький ветерок, пропахнувший разнотравьем, погонял молодых к тёплой, как парное молоко воде, звезды на небе вылупляли глаза, наблюдая как нежно Матвей брал на руки свою Маринку и под её смех опускал в воду.
Луна, круглолицая иногда от смущения, пряталась за облако, а потом словно опомнившись, кто же им будет освещать дорогу, опять выходила из засады, наблюдая, как Матвей нежно обнимал, целовал свое счастье. Много хотел сказать, но молвил всегда : ,, Ох я же тебя! Ох я бы тебя! Ох мы же! О надо же, как я тебя люблю! ". Помычит, побормочет он, и только по крепким объятиям, по нежному взгляду Марина понимала, что он готов на все, чтобы поскорее быть рядом всегда . Вот так и согрешили в один из самых для Матвея счастливых вечеров.
Не знали они, что на их счастье вскарапкалась кровопийца и будет тянуть назад, бить, ломать, калечить, изматывать до самой смерти.
Все будет делать, чтобы их счастье поставить на колени. Марина просила отца разрешить принять сватов, на что он ответил,, сваты то пускай приходят, только не от Матвея, от Ильи, от Сергея, от Степана, но не от этого шалапая". Были и слезы, и рыдания , и причитания Марины, отказ есть и пить, но это только больше утверждало Петровича в правильности своего решения.
Матвей не находил места, все думал, что вдруг уговорят любимую выйти за Илью или за Витька. Но в душе понимал, что не пойдёт Марина ни за кого, ведь по одному взгляду, по дыханию и сердцебиению он чувствует, как он ей люб и дорог. В объятиях друг друга они мечтали о будущем, о детях, о собственном доме. Матвей все твердил своей невесте о намерении доказать её отцу, что зять он, что надо, что зря он идёт супротив их воли. Иногда Матвей смотрел в небо и мечты такие выдавал, что Марина удивлялась его фантазиям, и ,в душе смеясь, думала : ,, Ну сущее дите".
Застонала земля, закипела, заплакали от страха люди от мала до велика. Война. Все планы и все мечты влюблённых подмяла, растерзала. Матвей не знал, что на фронт провожать его будут не только невеста, родители, но самый важный человек-ангел . Человечек, про которого будут говорить, что он родится то ли на горе, то ли на радость.
Проводив воевать своих мужей и сыновей село осиротело. Будто траурный чёрный платок покрыл все хаты, не было слышно смеха, радостной беготни детворы , шумных ватагных игр.
Тревога, страх поселились в душах людей. #опусы Даже солнце не так светило и грело, облака стали темнее, тяжелее и плаксивее.
Старшего брата Марины забрали вместе с её женихом на фронт. Отец как не рвался бить врага, но его не взяли. На лесозаготовке придавил ногу деревом, долго перелом срастался, а когда стал ходить, то нога стала такие кренделя при ходьбе выдавать, что ему казалось, что проще на руках научится ходить, чем на в дугу согнутой ноге.
Марина, как ей казалась от горя, что забрали жениха, напрочь потеряла аппетит,но почему-то не могла напиться холодного изъяного кваса. Как заправский мужик кружку за кружкой выпивала одним махом. Тут-то мама, увидев это, и присела на скамью, сняла с головы платок и уткнувшись в него лицом заголосила : ,,Что же ты наделала? Что же вы сколмотили,? Что-же вы так поторопилися? Что же ты бате скажешь, и как людям-то в глаза смотреть? . А время -то какое? Тут в пору самим не сдохнуть от горя ! Ведь война ! Кто знает, что впереди, а ты рожать удумала!"
Батя все это слышал, сняв в сенях вожжи, широко распахнул дверь.
Ковыляя, подошёл к дочери. Два взгляда встали друг против друга : испуг и смелость, мольба и злость, молодость и старость. Но не смог он ударить дочь. Сам не понял почему, но почему-то захотелось ему её обнять и успокоить. Но чтобы свою марку не потерять, громко сплюнул и ударил слегка жену по плечам, при этом накричал :,, Я думал, что кто то умер, и ты голосишь, а может радоваться надо?" Ничего не могли понять жена и дочь, но на душе стало легче и радостнее.
Потом Марина слышала, как отец говорил жене : ,, Мне нет разницы, что скажут в селе, теперь и говорить некому. Не люб мне зять был, а кто знает, может и я ему противен стал. Дал бы я согласие на свадьбу, и дочь бы не в девках рожала, а как положено замужней бабе. Ладно, чего уж там, сами-то, вспомни, на сеновале кувыркались до свадьбы".
Матвей первое время письма присылал исправно, минуя всякие подробности о битвах, все писал о скорой победе, о любви, о тоске по саду, речке и конюшне. Марина написала о беременности, и вскоре получила письмо не себе, а ребенку. "Сынок, может и доченька, ты моя ненаглядная кровинушка ! Я вижу во сне тебя, я чувствую запах твоего солнечного, ангельского тельца, я вижу, как ты тянешь ручки ко мне и улыбаешься. Ради вас я буду бить врага наповал, и обязательно вернусь живым, так как я должен поднять вас высоко, высоко, обнять крепко, крепко и должен вам показать свою любовь к вам, и к нашей самой лучшей маме на земле. Я не буду даже писать, что вдруг со мной, что-то случится, я знаю, что я буду жить долго и счастливо. Целую вас". Это письмо омылось слезами не только Марины, но и слезами ее отца.
Он своей рукой написал Матвею письмо : ,,Здорово зятек. Пишет тебе тесть., которого надо было отходить по хромой ноге палкой, да и по мозгам не мешало бы. Я жду тебя здоровым и невредимым, а если, что, это все таки подлюка - война, то все равно ты знай, что мы тебя любим и ждём любым. Недотепа-тесть." Нельзя описать лишения, горе , слезы, принесенные войной. Каждый надеялся, что родных минует пуля, разрывы снарядов. Все ждали мира, но война затянулась. Марина родила сына , и её к себе забрала мама Матвея , так велел Матвей. С первого дня как две подружки, как две сестры они жили очень дружно.
Внук был радостью для всех, каждый видел в нем частичку Матвея: таже улыбка, тот же взгляд, теже голубые глаза. Как могли вместе выживали, трудились, ждали и надеялись, что Матвей вернётся живым.
Словно он был завороженный, лез под пули, но пули меняли траекторию, казалось, что они сами боятся его храбрости и наглости.
Прошло два года войны ни царапины, ни серьёзного ранения. Не знал он тогда, что любое ранение и смерть легче перенести, чем то, что переживёт он.
Пехота, у которой боеприпасы на счету и фашистские тигры. Звериный оскал, ярость, злость, способность растоптать все на своём пути и практически не вооружённая пехота встали друг против друга. Приказ :
,,Ни шагу назад, умереть, но не отступать! " Приказ не ждать подмоги, хоть сдохни, но ползи с последней гранатой под танк и погибай, но не пускай врага дальше." Матвей взорвал танк, но был взят фашистами в плен . Страшные муки, боль , унижения и избиения он выносил молча. Все мысли были о побеге и о победе. Ну никак он не хотел умирать, не увидев своего сыночка.
Разговаривая с своим другом, которого тоже взяли в плен Матвей говорил : ,,Если бы у меня был хотя бы один патрон я бы застрелился. Ведь приказ был живым не сдаваться, а я выходит сдался, значит я предатель, значит я не выполнил приказ." Долго они с другом думали о побеге и наконец-то им удалось бежать. ,,Главное добежать до реки, а там я как у себя дома, могу часами плыть, могу нырять и долго задерживать дыхание, а ты давай за меня держись, я тебя не брошу". Бог услышал его молитвы и все пошло по плану. Собаки, добежав до реки, потеряли след, и Матвей с другом благодаря полноводной, глубокой, широкой реке спаслись. Трудно им было
себя оправдать у своих, трудно было смыть клеймо предателя.
Допросы, истязания, унижения превратили Матвея в скелет, обтянутый рваной кожей. Руки и ноги дрожали, зубы выбиты, глаза заплыли от кровоподтеков, седой, при разговоре изо рта сочилась кровь, все тело было искалечено от ударов.
Казалось ещё один допрос, и он сломается. Но Матвей твердил : ,,Я не сдавался сам в плен. Я чудом остался жив. Как я могу предать свою жену, сына ! Ведь мы же скоро победим, осталось малость до победы. Я обыкновенный крестьянин, для меня что мама, что Родина. Я хочу воевать и бить гадов. А убежали мы по реке, я и своего командира в 41-ом спас при Соловьёвской переправе. Мне река не страшна, она мне сродни с малых лет. " Только благодаря фамилии командира, и тому, что он подтвердил, что Матвей героически сражался и ,действительно , его спас при переправе и не только его -- удалось Матвею избежать расстрела.
Но до выяснения его невиновности прошло много времени, много ещё было допросов и казалось, что НКВД было за радость измываться, избивать, сбивать своими вопросами с толку голодных, обессиливших, раненых солдат.
Матвей понимал фашистов , но своих он понять не мог. В душу ему вбили раскаленный штырь, который мешал дышать, думать, плакать, говорить, мыслить. Матвей в себе замкнулся и стал безжизненным, молчаливым, ничего хорошего не ожидающим роботом.
Наклонив голову, от боли сжимал кулаки. Его оправдали, но у него не было сил ни плакать, ни радоваться. Так как он знал, сколько таких, как он, которые с одной гранатой ползли под танк были взяты в плен фашистами, и своими же потом расстреляны. Он просыпался ночью, и перед его глазами вставали все пытки, и слышался мертвецки тихий голос : ,, Ты предатель". Матвей не мог забыть ни тех боев, ни погибших друзей, ни плена. Он не мог забыть того унижения, допросов, скрипа половиц под ногами медленно шагающего НКВДешника, и его рук по локоть в крови.
Ну не мог Матвей есть своим окровавленным ртом, не мог брать ложку сломанными пальцами, не мог думать своим воспаленным мозгом, не мог спокойно спать. Его друга расстреляли за то, что он сказал, что свои не отличаются от фашистов своими методами пыток.
Марина чувствовала, что что-то случилось с Матвеем. Не было писем больше года, но и похоронки не было.#опусы Сын рос. Дед в нем души не чаял и тысячу раз сказал дочке за внука спасибо. Пытался объяснить Марине, чтобы не рвала душу о Матвее, ведь война не спрашивает кого убивать, она косит всех подряд, и что похоронки тоже не успевают отправлять. Так что надо жить и радоваться сыну -- частичке Матвея.
Но Марина, чувствовала, что мужу очень плохо, но он жив. После оправдательного приговора Матвея отправили в штрафроту. Он также сражался, так же рисковал своей жизнью.
Так же думал о сыне, о жене, о маме, так же мечтал поскорее их обнять. Но многое он хотел бы забыть, но не получалось, вопросы сверлили мозги и воспаляли до острого приступа головной боли. Письма он не писал, только брался за карандаш тут же перед глазами вставал лист бумаги и карандаш, который силой пытался всучить нквдешник, и видя, что ничего не получается, от зла ломал у Матвея пальцы рук. Не мог писать Матвей, единственно, что мог, то это в мыслях разговаривать с Маришкой, с сыном, с мамой, доходила очередь и до тестя.
Победа, радость, слезы, многократное ура, мечты о светлом будущем . Души людей ликовали. Марина с свекровью , как все от счастья, от надежды, что Матвей жив, плакали и готовы обнять весь мир. Ведь похоронки не было.
В селе бурно отмечали день Победы. Много погибших, много инвалидов, но многие вернулись живыми. Вернулся и брат Марины, но без ноги, смеясь, отцу сказал : ,, Батя, я тебя переплюнул по части ноги". Солнце стало светить ярче и теплее, облака поднялись выше и стали воздушнее, нежнее и легче. Река бурлила сильнее, как будто манила к себе и хотела поиграться с народом. Земля пахла цветами,травой и ветерок нежно её поглаживая, как будто хотел сказать ей : ,, Родная, измучилась ты от фашистов, от их танков, от снарядов, от их сапог. Теперь дыши, цвети, никто тебя бить, топтать не будет ".
Не могли понять женщины, кто же в реке так плавает, можно подумать, что ходит по воде и не тонет? Кто же так ликует, кричит и плачет ? Кто такой седой, худой человек ?
Матвей с берега опять нырял, опять с разбегу прыгал в воду, фыркал, плескался как будто хотел смыть с себя всю грязь, изнутри все вынуть и прополоскать чистой водой и , поставив все на место, начать жить с нуля.
Марина признала Матвея по его манере плавать. Быстро, что было сил, с рыданиями и с радостью прыгнула в воду. Как будто заново родились, как будто то не было той войны бежали они домой, чтобы всех обнять, чтобы всем сказать, что Матвей - герой , и никакой он не предатель.
#КраснаяБусинка_опусыИрассказы
#опусыирассказы
Присоединяйтесь к ОК, чтобы подписаться на группу и комментировать публикации.
Комментарии 20
Мне нравятся ваши рассказы, Спасибо