Часть 7
Недолго думая, Лана действительно передала через курьера записку, в которой предложила Борису Валентиновичу внимательно присмотреться к другим девушкам. Борис не ответил, но на следующий же день снова прислал цветы.
Однако в тот период Егор баловал Лану редким, драгоценным вниманием, и никого другого ей было не нужно. В очередной раз она надеялась, что он наконец прозрел, и все у них наладится. Но Егор не любил ее, и этим все сказано. Насильно мил не будешь, будь ты хоть трижды Моника Белуччи. Однако сама Лана продолжала фанатично надеяться, что рано или поздно избранник ее неизбежно полюбит, надо лишь набраться терпения и ждать.
Глядя на себя в зеркало, Лана грустно улыбалась, вроде не урод, даже очень симпатичная. Правду говорят, внешность в таких делах на десятом месте. Будь ты хоть королева красоты, это не даст никакой гарантии личного, женского счастья.
Почти четыре месяца они виделись едва ли не ежедневно. Еще никогда Егор не уделял ей столько внимания, и Лана вздохнуть боялась лишний раз, лишь бы не спугнуть столь хрупкое, долгожданное счастье. Пара посещала модные премьеры и выезжала за город, объездила почти все города Золотого Кольца и слетала на три дня в нежную майскую Ялту, специально для того, чтобы полюбоваться буйным цветением и подышать морским воздухом. Егор был в ударе, а Лана засияла, расцвела как сирень, удивительно похорошела. В мечтах она уже катила по парку колясочку с младенцем, а рядом шагал Егор, гордо обнимая ее за плечи.
—На выходные летим в Стамбул, – безапелляционно объявил Егор в один из вечеров. Шумной компанией сидели в Чайхане, поедали восточные сладости, пили ароматные чаи и курили яблочный кальян.
—В эти выходные? – уточнила внезапно побледневшая Лана.
—Ну да. Именно в эти, - Егор приподнял бровь и удивленно посмотрел на нее, —какие-то проблемы, Ланочка? Что ты, детка, у тебя другие планы? - в голосе его прозвучала неприкрытая насмешка, едва ли не издевка.
—У меня истек срок действия загранпаспорта, - еле слышно пролепетала Лана, —я не смогу полететь с тобой.
—Что, что?! Как ты сказала?! Хм… Как это истек срок?! – искренне удивился Егор, —и почему же ты до сих пор не сделала новый?! По-твоему, что, я должен за этим следить?!
Около года назад они с Егором побывали в Европе, и уже тогда срок действия паспорта подходил к концу. Егору захотелось побывать в Амстердаме, прокатиться по каналам и погулять по кварталу Красных фонарей. Ему показалось, что Лана как никто подойдет для компании в этой поездке. Так и вышло. Егор беззастенчиво разглядывал девиц в витринах и обсуждал их достоинства и недостатки с Ланой, не опасаясь сцен. Они навестили нескольких девушек и уговорили их потанцевать. Егор спокойно курил травку и не боялся осуждения, вместе они посетили все самые злачные заведения города. Та поездка удалась на славу, ведь после изнурительных прогулок по городу и шатанию по сомнительным и мрачным местам Амстердама, пара возвращалась в гостиницу и предавалась любви. У Егора не имелось ни одной подружки, которая не вытянула бы из него все жилы за эти походы, за любопытные взгляды, за откровенный интерес к другим женщинам. Ни одной, которая не извела бы его бесчисленными наводящими вопросами и желанием выяснить, ЧТО все это значит?! Куда он смотрит?! Что он делает?! И так далее. Но у него всегда была Лана.
До этого они побывали в Турции на пляжном отдыхе и встретили в Таиланде Новый год несколько лет назад. С тех пор речь о заграничных поездках не заходила и Лана совершенно забыла о паспорте. И вот теперь вспомнила…
—Нет паспорта, нет Стамбула, – беззлобно хохотнул бездушный Егор и развел руками. —Викуся, - обратился он к одной из девиц, что сидели напротив, —махнешь со мной в Стамбул? А то как-то негоже молодому и красивому мужчине лететь одному? Вы же разбежались с Вовкой? Ты сейчас свободна?
—Я?! Да! Я абсолютно свободна! – поспешила согласиться Викуся, покосившись на Лану, которая мгновенно залилась краской и вся как-то съежилась от очередного публичного унижения. Однако не ушла, не возмутилась, не дала Егору пощечину, а продолжала сидеть рядом, будто приклеившись к дивану.
Лана всегда сначала цепенела, так реагировал ее организм. Егор частенько позволял себе безобразные выходки, шпильки и замечания, в этом не содержалось ничего принципиально нового. Он словно дразнил ее, прощупывал, и распускался тем больше, чем больше она молчала и сглатывала обиду. Это походило на извращенную игру, в которой ни один из игроков не знает правил до конца.
Девушки из большой и шумной компании Егора, которой он обзавелся еще в годы учебы, поначалу буквально немели и будто рыбы безмолвно открывали рты, невольно оказавшись свидетельницами того, как ведет себя Егор с Ланой. С интересом и чисто женским злорадством, они ожидали взрыва, наблюдали, как если бы смотрели увлекательный фильм. Но со временем убедились, что границ не существует, а сколько-нибудь адекватной реакции не последует.
Девочки, привыкшие к Лане, стали искренне сочувствовать ей, но и невольно презирали.
—Так как, Викуля, рванешь со мной к Турецким берегам, раз уж ты пока абсолютно свободна? – не отставал Егор.
—Зачем ты так? Почему именно сейчас? – неуверенно промямлила Вика, вновь покосившись на Лану, —Как-то неудобно…
—Ничего. Я переживу. Обо мне не думай, – произнесла Лана. Ступор бесследно исчез и она решительно поднялась, —всем хорошего вечера. Я, пожалуй, пойду. Что-то голова разболелась.
—Я провожу? – вызвался один из молодых людей, поскольку Егор не двинулся с места и не произнес ни слова.
—Не стоит. Я доберусь сама, – холодно отказала Лана и, не попрощавшись, покинула ресторан.
—Похоже, в этот раз ты перегнул палку… Пеоеборщил, так сказать, - предположил кто-то.
—Сколько веревочке ни виться, а конец все равно будет, - сказал еще один.
Все дружно посмотрели на Егора.
—Может, догонишь? Извинишься? Некрасиво получилось. Хорошая же девка, зря ты так.
—Не советую вам, друзья, лезть в мою личную жизнь. Я этого очень не люблю, – ледяным тоном, надменно приподняв бровь, обрубил Егор. —Забудьте. Давайте-ка лучше выпьем вина. Здесь подают неплохое грузинское, - предложил он, менее чем через минуту.
—И все же, Викуся, - Егор присел рядом с девушкой и бесцеремонно обнял ее за талию, —полетишь со мной?
И случилось так, что Егор-таки улетел в Стамбул с Викой, а Лана в день их отлета узнала, что ждет ребенка.
Первому она позвонила папе:
—Папочка, привет! Как твои дела? – Лана улыбалась в трубку, как если бы он мог ее видеть.
—У нас все хорошо, доченька, как ты? - тепло ответил Павел.
- Па-а-а-ап, а у меня новость! - слегка интригуя, начала Лана.
—Какая? Хорошая? Я по голосу чувствую, ты улыбаешься, - Павел был явно заинтересован.
—Да! – Лана рассмеялась, —ты дедом скоро станешь, дорогой мой, папочка.
Павел Анатольевич едва не прослезился. Он хотел внуков и, зная почти все перипетии непростого Ланиного романа, не надеялся стать дедом в ближайшие несколько лет.
—От него, доченька? – не смог удержаться Павел.
—От него… от кого же еще?! Ты же знаешь. Не стоит и спрашивать, папочка, - вздохнула Лана.
—Сам-то он в курсе? Принц твой знает? – не пожелал промолчать Павел.
Лана не стала посвящать отца в подробности и ограничилась тем, что сказала:
—Я хотела, чтобы ты услышал первым. Я очень люблю тебя, папа.
Лана знала наверняка, Павел от души порадуется ребенку. А именно искренняя радость была ей сейчас необходима.
Следовало сообщить и Алине с Платоном, но Лана решила начать с Женьки.
—Женька! Ты можешь прийти ко мне прямо сейчас? – спросила Лана, как только подруга ответила на звонок.
—Что-то случилось? У меня свидание через час. Это может подождать? - закапризничала Женя.
—Нет. Подождать ЭТО не может, - заявила Лана чужим каким-то голосом и отключилась.
Женя перенесла свидание на другой день и отправилась к подруге, прихватив бутылку Мартини.
"Судя по всему без бокала никак не обойтись", - решила она.
—Привет! – Лана уже стояла в дверях, еще до того, как Женька вышла из лифта. —Я ребенка жду, – сообщила она, безо всякой прелюдии.
—Чего?! – обалдела Женька. — Ну ты и дура! - воскликнула она мгновение спустя.
—Почему же дура? – спокойно возразила Лана, —мне скоро двадцать шесть, у меня есть работа, квартира и ребенок, между прочим, от любимого мужчины. И вообще, не такой реакции я от тебя ожидала, дорогая моя.
—Боже, Лана, ты же понимаешь, что это ничего, ровным счетом ничегошеньки не изменит?!
Женя отодвинула Лану, быстро вошла в квартиру и тут же откупорила бутылку. Отхлебнув прямо из горлышка, гостья закашлялась и сказала:
—Тебе теперь нельзя, потому и не предлагаю, – после чего сделала еще один большой глоток. —А вот мне просто необходимо, – добавила она. — Я знала, знала, что нечто подобное произойдет обязательно. Знала, что ты доиграешься, мать твою…
—Почему же "доиграешься"? Я хочу этого малыша и всегда хотела. Разве не понятно?! И почему не сейчас?
—Да нет. Понятно… - Женька снова припала к бутылке, после чего поставила ее на столик. Некоторое время она молчала, буравя Лану глазами.
—И когда, позволь узнать, обрадуешь папашу? – Женя откинулась на спинку дивана и прикрыла глаза, как будто смертельно устала и хочет спать. —Ты вообще в курсе, где он? Чем занят? Не думаю, что новость его обрадует. Наш пострел в папаши не годится. Да ты лучше меня это знаешь, так?
—Так, – мрачно подтвердила Лана, —но это ничего не меняет. И я не хочу сейчас об этом.
—Да что ты?! Неужели?! О чем же хочешь?! – притворно оживилась Женька. —Излагай, подруга! Жду с нетерпением!
—Понимаешь, я бы хотела, чтобы ты была рядом, когда я позвоню Егору. И пожалуйста, хватит пить, – поморщилась Лана, —ты становишься такой злой, как оса, ей-богу!
—Скажешь тоже! У меня стресс! Скоро я стану теткой, а моя лучшая подруга матерью-одиночкой. Тут невольно превратишься в осу, или кого похуже.
—Не паясничай пожалуйста. Сейчас буду звонить. Поняла? Сиди тихо, как мышь, - потребовала Лана.
—Поняла! Звони! – Женька демонстративно отодвинула бутылку на край стола и сложила на груди руки. Точь-в-точь, как ее брат.
Все-таки не смотря на непохожесть, в Троицких младших проскальзывали иной раз одинаковые жесты, улыбки, мимика. Заметить это можно было только в том случае, если хорошо знаешь обоих. Лана замечала всегда, и это трогало ее едва ли не до слез.
Прикрыв глаза, Лана глубоко, сосредоточенно задышала и вытянула руку в сторону Женьки, давая понять, чтобы та не мешала собраться.
—Все. Я готова, - торжественно сообщила она через пару минут. —Звоню! Ничего не говори и не двигайся!
Помимо воли Женька ужасно заволновалась.
—Слушай, не могу! – неожиданно призналась Лана, опустившись на диван рядом. —Наверное, я скажу ему потом. Когда вернется в Москву.
—А когда он вернется? - уточнила Женька, заметив, как скисла Лана.
—В понедельник он будет на работе. Я зайду к вам вечером и скажу. Главное, не вздумай меня опередить. Договорились?
—Ладно. Не бойся. Не скажу ни слова. Но ты не тяни. Время не ждет, часики тикают, живот растет, – Женька многозначительно подняла вверх указательный палец.
В понедельник Егор не явился ночевать. Сразу после работы он уехал в неизвестном направлении и Лана решила отложить разговор.
Однако через день он явился к ней сам.
—Это тебе! – произнес Егор, едва Лана успела открыть дверь, – на вытянутой руке он держал красную бархатную коробочку.
—Спасибо! – улыбнулась Лана, взяла коробочку и шагнула в сторону, пропуская ненаглядного в квартиру.
—Примерь! Я хочу посмотреть, как они на тебе, – потребовал тот, закрывая дверь и разуваясь.
В коробочке оказались тонкой работы серьги в виде звезд. Не слишком дорогие, но изящные - серебро, с бирюзой.
—Посмотри! – велел Егор, забирая из рук Ланы подарок.
—Что? – счастливо засмеялась Лана, —куда посмотреть?
—Вот! – гордо ответил Егор и указал на надпись, искусно выгравированную с внутренней стороны каждой звездочки:
"Самой нежной и чуткой на свете".
—Спасибо! Я тронута! Правда! Большое тебе спасибо! Это так романтично! - Лана обняла его и страстно поцеловала в губы. —Я соскучилась, – прошептала она, чувствуя, как предательски кружится голова от такого родного, желанного запаха.
—Я тоже соскучился, – Егор потянул ее в спальню,- хочу, чтобы через минуту на тебе были только эти серьги.
Лана отдавалась Егору пылко и, как всегда, абсолютно самозабвенно. Разговор о ребенке она решила завести позже, улучив подходящий момент. Не хотелось отягощать встречу новостью, от которой, как подозревала Лана, у Егора может испортиться настроение.
Момент долго не появлялся. Прошло почти два месяца, прежде чем Лана все же сообщила будущему отцу новость. Надо отдать должное Женьке, та сумела сдержать нетерпение и ни словом не обмолвилась о том, что знала. Время от времени она звонила или писала Лане:
—Когда?
Или:
—Ты сказала? Есть у тебя ум? Чего ты тянешь?! Мое терпение на исходе!
В пятничный вечер после работы, Егор пригласил Лану поужинать в одном из родительских ресторанов.
—Мои сменили концепцию. Сделали ремонт, поменяли меню, давай, сходим, посмотрим. Тем более что дизайном занималась Женька. Никому ничего не показывала, никого не пускала, напустила тумана, таинственности… Официальное открытие завтра, но мы можем увидеть все уже сегодня. Не правда ли, заманчиво?
—С удовольствием, – не колеблясь, согласилась Лана, — Женька говорила мне, что получила от родителей карт-бланш на оформление. Только я не знала, что ремонт уже закончен и ресторан вот-вот откроется. Судя по тому, ЧТО она сделала с нашей квартирой, это должно быть здорово.
Вместо деревенского стиля, кружевных занавесок на окнах, деревянных скамей и столов, молодых людей встретили гладкие стены аппетитного апельсинового цвета, по стенам несколько картин с городскими сценками, простота, воздушность, обилие света и изящные столики на витых ножках. Настоящее Парижское кафе в самом центре Москвы. В меню значились пирожные, сэндвичи, салаты и легкие закуски. Ничего тяжелого, ничего фундаментального. Винная карта включала вина, шампанское, несколько сортов пива и вермут. Ни коньяков, ни водки, ни каких-либо других крепких напитков, в этом кафе не предлагалось. Получилось место, куда приятно прийти с подружками или пригласить девушку на свидание.
—А Женька-то наша какая молодец! – одобрительно присвистнул Егор.
—Да. Женька настоящая умница, – согласилась Лана, присаживаясь у окна, —а я, Егор, беременна и собираюсь рожать, – без обиняков выпалила она, когда после салатов перешли к десерту. Поднять глаза и посмотреть на Егора Лана боялась, и потому сидела, тупо уставившись в тарелку и ковыряя вилкой пирожное с кремом.
Несколько мгновений Егор как будто не понимал смысла сказанного. Затем по лицу его пробежала тень, меж бровей образовалась складка:
—Ты же знаешь, я не готов к детям. Мы же это не раз обсуждали! – процедил он сквозь зубы, —я не хочу детей. Почему ты ставишь меня перед фактом? Чего ты добиваешься?! Это же так пошло! Это как в дурном кино, Лана. Ты сама этого не понимаешь? От тебя я такого не ожидал, вот именно от тебя.
—Егор, я ничего не требую. Я только хотела, чтобы ты знал, — оправдывалась Лана, — постарайся понять, я люблю тебя и хочу от тебя детей.
—Вот именно "я люблю" и "я хочу", и конечно же "я ничего от тебя не требую", - зло передразнил Егор, —меня тут вообще нет, Лана! Я не буду менять свою жизнь. Это, надеюсь, ясно? Поступай, как считаешь нужным. На меня не рассчитывай. Такие вещи не решают в одиночку, неужели ты этого не знала? Или ты думала, я заплачу от радости? Ведь мне скоро сорок, пора бы уже и обзавестись потомством. Мужики же размякают в этом возрасте, так, милая?
—Я хорошо зарабатываю и мне правда ничего от тебя не нужно. В любом случае, ты должен был знать, – бесстрастно повторила Лана. Ей очень хотелось плакать, в горле образовался неприятный комочек, на глаза навернулись слезы, удерживать которые с каждой секундой становилось все сложнее.
Надежда Ровицкая
Продолжение следует
#НадеждаРовицкая_опусыИрассказы
Комментарии 9