Не часто услышишь от неё пустые речи, в основном – слушала она. Умела слушать и понимать людей. Именно поэтому ей и любили изливать душу соседки, знакомые и малознакомые люди, не считая её родственников.
Редкое качество баба Зина несла как крест по жизни. Не думаю, что легко ей было вот так часто выслушивать людей. Ведь не батюшка в храме на исповеди. А баба Зина могла и совет дельный дать, и посочувствовать человеку. Никогда не ругала.
Однажды мне довелось услышать рассказ именно от самой бабы Зины. На мой вопрос, кого ей более всего было жалко в последнее время из «исповедующихся» ей людей, она рассказала такую историю.
Одна из женщин, живших неподалеку, часто прогуливалась в сквере со своим ребёнком. Она однажды сидела на скамейке с бабой Зиной и разговорилась. Дама, глядя на своего сына, вдруг сказала:
- А мне вот детство незавидное досталось…
Баба Зина посмотрела на женщину, а та продолжала:
- Никому не жаловалась. Вроде бы и не на что. Не сирота была. Большая семья у нас. А вот горечь какая-то на мать и отца осталась. Может потому, что я старшая была…
Женщина рассказала, что её родители работали в селе, где они жили, на льнозаводе. Там же при клубе и был народный коллектив, где они с молодых лет танцевали народные танцы.
Заниматься родители в свой кружок самодеятельности ходили трижды в неделю на весь вечер. А частенько и по выходным дням, особенно, когда были генеральные репетиции. Детей в семье было четверо. И старшей дочери – этой женщине, приходилось нянчить всех младших, отвечать за порядок в доме.
Родители часто ездили на различные выступления по району и даже на разные фестивали народного творчества, которые проводились ежегодно.
Бабушек в этой семье рядом не было. Нянек тоже. И на плечах старшей дочери лежала вся ответственность за малышей, когда родителей не было дома.
При доме был и огород, и сад, куры, собаки, кошки, которые тоже требовали внимания и ухода.
В селе многие имели большие семьи, но там помогали родные, а в этой семье дети воспитывались строго. Перечить было нельзя. Старшая дочка училась в школе, занималась с детьми, но ей не пришлось ходить в кружки или спортивные секции, потому что все время она посвящала своим младшим сестрам и братишке.
Когда мать забеременела и пятым ребёнком, старшая дочь уже была довольно взрослой, ей шёл пятнадцатый год. Впереди предстояла учёба в техникуме, куда собиралась поступать после 8-го класса девочка. Надо было уезжать в город. Родители, только учитывая этот фактор призадумались: надо ли рожать или нет?
А старшая девочка, набравшись смелости, все-таки сказала, что пятого ребёнка она нянчить не будет.
Мать прервала беременность. И больше не рожала.
- У других детей хоть детство какое-то было. Поездки, пионерские лагеря, походы. А у меня мои сестрёнки, братик и огород всё лето. Прополка, полив – ад, да и только. Несмотря на это, я люблю своих сестричек и братика. Они меня тоже. Порой кажется, что даже больше матери. Это, наверное, единственный плюс из нашего детства.
Баба Зина сочувственно посмотрела на рассказчицу.
- А что сейчас с родителями? Видят ли они внука?
- Да нет, редко очень. Они до сих пор живут в том селе, уже на пенсии, но при клубе ведут танцевальный кружок. Занимаются с чужими детьми, некогда им своих нянчить. Живут, как всегда своей жизнью, творчеством, которое им нравится.
- А другие их дети? Ваши сестры и брат?
- Они тоже разъехались, кто куда. По праздникам приезжаем все домой, навестить родителей. Жалко, что высшего образования никто не получил. Жили очень бедно. Но техникумы хоть закончили, и то хорошо. Я вот на заочном в педагогическом учусь. Скоро диплом писать буду. У моих соседей две девочки в то время росли – мои подружки. Родители работали на полторы ставки, дали им высшее образование. В отпуска вместе ездили, в областной цирк, кино…
А я детство до сих пор навёрстываю. И цирк, и кино, и музеи. Только теперь. Уже с моим сыном. Вот так.
Баба Зина, рассказывая мне эту историю, даже прослезилась.
- И что вы посоветовали этой женщине? – невольно вырвалось у меня.
- Я посоветовала ей не держать обиду на родителей. Они дали жизнь.
Спасибо хоть за это. А как построить теперь жизнь своей семьи – за ней выбор. Главное, что она понимает, в каком направлении двигаться…
Мы с бабой Зиной молчали. Она никогда не ругала людей. В конце разговора вдруг сказала:
- А я не помню своего отца. Он был фронтовиком и недолго прожил от последствий ранений. И мать умерла рано. Как бы дорого я отдала за то, чтобы они подольше пожили. И пусть бы плясали в клубе, пусть бы, - зато были бы рядом.
Баба Зина с грустью улыбалась, глядя куда-то вдаль, будто там видела своё далёкое детство. А я подумала, что, наверное, нет стопроцентно счастливых людей. У каждого - своя боль. А если и есть счастливые, то они этого не понимают...
Елена Шаломонова
ok.ru/dachniki (почти 1000000 участников) и Telegram канала: t.me/dachnikiOKru Алексея Филиппова в 2006 году.
Присоединяйтесь к ОК, чтобы подписаться на группу и комментировать публикации.
Комментарии 16