ЕВРЕЙСКАЯ ПОЭЗИЯ
Более трети Ветхого завета написано в поэтической форме. Книги псалмов, притч, Екклесиаста, песней Соломона и Плачи были созданы в полном соответствии с законами еврейской поэзии. Книга Иова в основном также представлена в поэтической форме за исключением повествовательной прозы в главах 1 и 2, а также в 42:7-17. Пятикнижие, Исторические книги и Пророки содержат фрагменты иудейского стихосложения. Книга пророка Исаии практически полностью написана в форме поэзии. В книге пророка Иеремии проза и поэзия представлены поровну.
Многие исследователи считали, что поэзия была более поздним литературным жанром. Однако обнаруженные французскими археологами при раскопках холма Рас-Шамра в 1929-1933 гг. образцы угаритской поэзии стали доказательством того, что семитская поэзия возникла довольно рано. Угарит, или более известный в наше время как Рас-Шамра, был ханаанским городом, разрушенным около 1200 г. до н.э. Во время раскопок были найдены царские гробницы, два больших храма и множество артефактов, подтверждающих связи этого города с Египтом, Месопотамией и государством хеттов. Самой значительной находкой стала библиотека клинописных табличек на разных языках древнего Ближнего Востока, в том числе на ранее неизвестном семитском языке, получившем название «угаритский».
За последние два века ученым удалось расшифровать письменность народов древнего Египта и Месопотамии и изменить наше представление о поэзии древнего Ближнего Востока. Сегодняшнему читателю стали доступны переводы древней поэзии Шумера, Аккадии, Вавилона, Ассирии, Египта и Хеттского государства. С большей частью этой литературы можно ознакомиться в англоязычных сборниках Контекст Писаний и Древние ближневосточные тексты: связи с Ветхим заветом.
Более глубокому пониманию еврейской поэзии в значительной степени способствовал цикл лекций Роберта Лоута, которые он прочитал в 1753 г. по случаю вступления в должность профессора Оксфордского университета в Англии. Он сосредоточился на изучении структурных особенностей еврейской поэзии. Он обнаружил, что её сутью является смысл, а форма и звук носят подчинённый ему характер. Иными словами, выражение мысли превалирует над размером и рифмой. Параллелизм идей (синонимический, контрастный, синтетический) является квинтэссенцией еврейской поэзии.
Многие исследователи в своих трудах опирались на эти лекции Роберта Лоута. В 1947 г. вышла книга Т. Робинсона «Поэзия Ветхого завета». Отдавая должное размеру, выбору слов и их расположению, он признавал, что характерной особенностью еврейской поэзии является доминирование мысли, а не звука или формы. Он писал, что «каждый стих должен состоять как минимум из двух “компонентов”; при этом второй компонент должен в большей или меньшей мере раскрывать суть первого».
ЛИТЕРАТУРА МУДРОСТИ
Примерно к шестому веку до н.э. в Израиле сформировался класс религиозных лидеров, известных как «мудрецы». На них лежала ответственность, во всяком случае, в глазах остального народа, хранить религиозный характер всей нации. Когда жители Иерусалима замышляли зло против Иеремии, они сказали: «Придите, составим замысел против Иеремии, ибо не исчез же закон у священника, и совет у мудрого, и слово у пророка. Придите, сразим его языком и не будем внимать словам его» (Иер. 18:18).
Слово в Иер. 18:18, переведённое как «мудрый» (хакам), часто встречается в Ветхом завете. В Исх. 31:6 оно означает мастерство ремесленников (см. Исх. 35:10; 36:1, 2). Во многих других отрывках оно относится к мудрости в управлении, то есть к советникам царя (Быт. 41:33; 2 Пар. 25:16; Ис. 29:13, 14; Иер. 50:35). Хакам также использовалось как название класса учёных мужей, таких как астрологов или волхвов (Быт. 41:8; Исх. 7:11). Оно также употреблялось в этическом и религиозном смысле для названия учителей и мудрецов в книгах Иова, Притч и Екклесиаста.
Писания проводят чёткую границу между естественным приобретением мудрости (как в случае с ремесленниками и советниками правителей) и «мудростью, нисходящей свыше» (Иак. 1:5; 3:13-18). Эта божественная мудрость: (1) теократична, так как основывается на природе Бога; (2) духовна (Прит. 1:7); (3) богодухновенна (2 Тим. 3:16, 17); и (4) чрезвычайно практична.
КНИГА ИОВА
Книга Иова получила широкое признание в силу своей уникальности. Это один из величайших шедевров мировой литературы всех времён, в котором особым образом сочетаются проза, поэзия, повествование и диалоги. В книге чётко прослеживаются жанры, существующие в современной поэзии (лирика, эпос, драма, и т.д.). Её поэзия одновременно и сложна и возвышенна; её основную тему нелегко определить однозначно. В течение многих столетий книга Иова не оставляет людей равнодушными. Начиная со времён Маймонида и до МакЛиша люди размышляют над её посланием. Она служила источником вдохновения для многих поэтов, в том числе Роберта Фроста.
ПАРАЛЛЕЛИ С НЕБИБЛЕЙСКИМИ ИСТОЧНИКАМИ
Мыслящие люди, где бы они ни жили, всегда пытались понять, почему в мире существует боль и страдание. Мудрецы размышляли о причинах человеческих страданий и об отношениях между человеком и Богом. Основная тема книги перекликается с рядом древних небиблейских произведений. Из Индии до нас дошла история о Харишчандре, которая рассказывает о том, как боги искали праведного человека и последующих испытаниях его. Египетская «Повесть о красноречивом крестьянине», состоящая из девяти полу-поэтических диалогов, рассказывает о неправедно пострадавшем человеке, которому удалось добиться справедливого вердикта правителя. Среди литературного наследия Вавилона стоит упомянуть четыре текста, посвящённые теме незаслуженных страданий: «Диалог между человеком и его Богом», «Поэма о праведном страдальце», «Вавилонская теодицея» и «Диалог об унынии». Исследуя параллельные источники, всегда следует помнить, что различия между ними не менее важны, чем сходства; возможно, даже более важны. При тщательном изучении можно увидеть, что автор книги Иова не пользовался этими источниками. Этой великой книге нет равных в самом строгом смысле этого слова.
БИБЛЕЙСКИЕ ПАРАЛЛЕЛИ
В Библии содержится немало рассказов о людях, которые незаслуженно пострадали. Открывает этот список Авель (Быт. 4:4, 7), продолжают Иосиф (Быт. 39:1-23), Иеремия, Даниил, и, конечно же, наш Господь Иисус Христос. Эта тема принадлежит к числу вечных.
ДАТИРОВКА И АВТОРСТВО КНИГИ
Высказывалось множество различных предположений о времени написания книги Иова. Критерии для определения предположительной даты были взяты из самой книги: исторические обстоятельства жизни персонажей, стиль написания, другие данные. Поскольку Иов и его друзья не были евреями, тот факт, что отец совершал жертвоприношения, может и не влиять на установление времени появления этой книги. Некоторые исследователи полагают, что в книге идёт речь о событиях, которые произошли намного раньше того времени, когда были записаны. На наш взгляд, книга была создана в эпоху патриархов, однако абсолютно уверенным в этом быть нельзя. Так же проблематично определить и личность автора.
ИСТОРИЧНОСТЬ
Некоторые современные исследователи сомневаются в исторической ценности содержащихся в книге Иова сведений, как отдельных, так и взятых в целом. Другие авторитетные исследователи доказывают историчность и целостность книги Иова. Тот факт, что Иов был реальной личностью, подтверждают по вдохновению Иезекииль в Ветхом завете (Иез. 14:14) и Иаков в Новом (Иак. 5:11). Поэтическая свобода изложения событий в книге не отрицает историчности изображённых в ней персонажей.
ТЕМЫ КНИГИ
Балмер Келлеи составил список поднятых в книге тем:
1. Бескорыстное благочестие.
2. Отрицание принципа воздаяния и наказания.
3. Безграничное ведение Бога.
4. Возможность будущей жизни.
5. Глубокое понимание человеческого греха.
6. Иов изображён как герой веры.
7. Бог воистину милостив.
Читатели книги имеют возможность взглянуть на страдания Иова под таким углом, о котором сам он даже и не мог помышлять: когда занавес приподнимается, нам позволено присутствовать при небесном совете. Иова испытывал сатана, хотя — согласно воле Бога — он не мог подвергнуть его большим испытаниям, чем тот мог вынести (1 Кор. 10:13).
Иов так и не получил ответ на вопрос, почему люди страдают. Центральным вопросом книги становится природа отношений между Богом и человеком. Эти отношения выражаются в «познании» Бога. Слово «познать» на иврите подразумевает отношения. Когда Бог явился Иову, тот всё ещё не знал, почему он страдал, но он знал, что Бог справедлив и милостив. И это знание давало ему силу выносить все испытания.
ПЕРСОНАЖИ В КНИГЕ
Иов
Бог сказал об Иове: «Нет такого, как он, на земле: человек непорочный, справедливый, богобоязненный и удаляющийся от зла» (Иов 1:8). Какое удивительное признание Бога вселенной! Ни о каком другом библейском персонаже так не сказано. Иов поистине был непорочным человеком.
Сатана
Слово, переведённое как «сатана», необязательно является личным именем. Перед этим словом (хассатан) стоит артикль, поэтому правильнее было бы перевести его как «враг». Тем не менее, очевидно, что здесь идёт речь о дьяволе. Уош Уоттс выделяет четыре основных характеристики сатаны:
1. Он — враг благочестивых добрых людей. Недаром его имя означает «враг, противник».
2. Он подчиняется власти Бога [Яхве]. Он не имеет силы выше дозволенной Богом [Яхве].
3. Его власть ограничена властью Бога. [Яхве] определяет пределы и времена действия его силы в согласии со Своей волей.
4. Он не в силах сокрушить веру в Бога. Несмотря на то, что Иов не знал, почему Бог позволил сатане испытать его и наложил границы для этих испытаний, он сохранил свою веру до конца.
Жена Иова
Жена Иова упоминается в книге трижды (2:9; 19:17; 31:10), но её имя нам не сообщается. В 2:9 она произносит свои единственные слова, призывая Иова: «Похули Бога и умри!» Прежде чем торопиться осуждать её, давайте не будем забывать, что она также понесла тяжёлую утрату. Смерть детей, потеря имущества и болезнь мужа не могли не отразиться на ней.
Елифаз
Первым из трёх друзей Иова произносит речь Елифаз феманитянин. Вероятно, этот факт указывает на его старшинство, что полностью соответствует восточному обычаю, на который ссылается Елиуй (32:6, 7). Феман был древним центром мудрости (Иер. 49:7; Авв. 3:3). Имя Елифаз означает «Мой Бог — чистое золото». Комментаторы обращают внимание на такие его качества как мягкость, достоинство и сочувствие. Эдгар Джоунс называет его «старейшим политиком» этой группы друзей. Сэмюэль Кокс пишет: «На правах старейшего и мудрейшего Елифаз говорит первым. И хотя все трое разделяли похожие чувства и убеждения, его речь выделяется своим благородством, мягкостью и изяществом».
Свои знания Елифаз приобрёл из двух источников: (1) во-первых, он обращается к общим знаниям о событиях и опыте прошлого. Он призывает Иова вспомнить, как раньше он сам утешал и поддерживал других людей. Бесспорно, Иов признал бы, что ни один человек не погибал без вины. И он, и Иов верили, что тот, кто боится Бога и хранит себя непорочным, будет благословлён (4:3-7). (2) Во-вторых, у Елифаза был ещё один источник знаний, вероятно, самый важный. Однажды ночью, размышляя о греховности человека, которая лежала тяжестью на его сердце, он пережил нечто особенное (4:12-16). Это «мистическое» переживание повлияло на его мышление и придало силу его словам. Нельзя однозначно утверждать, что этот духовный опыт, который так сильно изменил мировоззрение Елифаза, был божественным откровением. Но сам Елифаз в это искренне верил, и оно определило его теологические взгляды.
Вилдад
Вторым в спор с Иовом вступил Вилдад савхеянин. Всё, что о нём можно узнать, взято исключительно из текста книги. Где находилась его родина Савх, не известно.
Теологические воззрения Вилдада в основном такие же, как и Елифаза. Однако они имеют несколько иной фундамент. Вилдад преимущественно апеллирует к мудрости предков, за что и получил прозвище «традиционалист».
Джеймс Стран так пишет о Вилдаде: «Если Вилдад не является ни провидцем, ни оригинальным мыслителем, — если он не может похвалиться пережитым личным откровением, — то, по крайней мере, он претендует на звание учёного мужа, который испытывает глубокое уважение к мудрости древних. В его понимании источником знаний являются традиции, а его мыслительный инструментарий представлен притчами и цитатами. Страстные речи Иова пронеслись над ним, как ураган, оставив в его сознании лишь ощущение того, что Божью праведность попытались осквернить. Именно об этом он и говорит».
Вилдад противопоставляет личный трагический опыт Иова и сконцентрированную мудрость веков: «Ибо призываю тебя: спроси у прежних поколений и вникни в то, что обнаружили твои отцы. Ибо мы [подобны] вчерашнему дню и не знаем [ничего], потому что, как тень, проходят наши дни на земле» (Иов 8:8, 9).
Сэмюэль Драйвер и Джордж Грэй считает, что в этом отрывке вся прошлая история человечества рассматривается как одно поколение (дор), поэтому фраза в 8:8 на иврите означает «прежний род».
Дальнейший свет на понимание этого отрывка проливает комментарий Сэмюэля Терриена: «Традиции древних мудрецов нужны человеку, чья жизнь слишком коротка, чтобы успеть приобрести необходимый опыт и знания. Вилдад является более догматичным и нравоучительным, чем Елифаз. Последний опирается преимущественно на свои духовные откровения... В отличие от него Вилдад просто религиозный учитель. Он знает, в чём его религиозное кредо, и ему этого достаточно. Его знания происходят не из личного общения с живым Богом, а из традиционного обучения и накопления опыта прошлых поколений. Он — такой себе “палео-ортодоксальный” тип богослова, который взывает к прошлому, не понимая, что настоящее требует переосмысления старых, недействующих формул».
Софар
Последним из трёх друзей обратился к Иову Софар. Из текста известно о нём немного. Он был родом из Наама или Наема. Город Наем находился в области Шефела в Иудее (Нав. 15:41).
Джеймс Стран называет Софара «обычным ортодоксальным догматиком», в чём с ним соглашаются и другие исследователи Библии. Возможно, Софар является догматическим богословом в том смысле, что он «говорит с “властью”, ничуть не сомневаясь в собственном знании, и не нуждаясь ни в подтверждении его, ни в поддержке из других источников» (Робинсон).
Софар был возмущён «многоречивостью» Иова, которую приписывал его безответственности (11:2-4). Ему хотелось, чтобы Бог ответил на резкие слова Иова, но поскольку Бог этого не сделал, Софар взял эту роль на себя! Он первым открыто заговорил о вине Иова и обвинил его (11:6).
Елиуй
В главе 32 книги Иова неожиданно появляется новый персонаж: Елиуй, сын Варахиила вузитянина. Как и в случае с тремя друзьями, всё, что нам известно об Елиуе, взято из текста книги, где изложены его речи (гл. 32—37). Судя по всему, он был потомком Нахора, брата Авраама (Быт. 22:20, 21). Его родной город, Вуз, вероятно, находился в той же области, что и Фема (Иер. 25:23), хотя о точном местонахождении обоих нельзя говорить с уверенностью.
Подлинность речей Елиуя в книге Иова не вызывала сомнений вплоть до всплеска критических заявлений в девятнадцатом веке. Среди первых, кто усомнился в их подлинности, были Дж. Айхорн и М. Штульманн в 1803-1804 гг. Их поддержали и другие исследователи девятнадцатого и двадцатого веков. Однако большинство библеистов уверены в том, что речи Елиуя были в книге изначально. Эти речи являются неотъемлемой частью книги Иова (Шэклфорд).
О важной роли речей Елиуя свидетельствуют его заявления о том, как Бог сообщает Свою волю людям. Вдохновение, сны и видения, страдания, посредничество ангелов и чудеса творения, — всё призывает к благоговению и прославлению всемогущего Бога.
Сэмюэль Терриен так оценивает роль Елиуя: «...рассуждения Елиуя... являются как положительной, так и отрицательной подготовкой к тому, чтобы услышать голос из бури (38:1—42:6). С точки зрения риторики, они создают драматическую напряжённость между заверениями главного персонажа в своей непорочности и вмешательством Господа. Психологически, они показывают неспособность человека справиться с глубокими страданиями и одиночеством. Теологически, они подготавливают главного персонажа к тому, чтобы незамедлительно предстать перед Богом. Елиую не удаётся донести до Иова богословское измерение греховности: это под силу лишь голосу из бури. Но Елиуй сумел поднять мышление Иова с уровня эгоцентризма до уровня области, в центре которой царствует Бог во славе. В этом отношении речи Елиуя можно сравнить с коридором, ведущим в святая святых».
Господь
Искреннее желание Иова услышать ответ от Бога исполнилось, но Господь обратился к нему совершенно неожиданным образом. Обрушив на Иова меткие иронические вопросы, Бог призвал его использовать все имеющиеся в его распоряжении знания. В главах 38—41 записаны две речи Господа, которые разделяет краткий ответ Иова (39:33-35). Именно в этих речах книга Иова достигает своей кульминации.
> СЛЕДУЮЩИЙ УРОК
#Иов #ВсеПроповеди #КнигиБиблии
Присоединяйтесь к ОК, чтобы подписаться на группу и комментировать публикации.
Комментарии 2