События полувековой давности на Кипре — хороший повод задуматься тем, кто до сих пор воспринимает НАТО в качестве некой «волшебной гарантии безопасности». 15 июля 1974 г. на Кипре произошел военный переворот. Законного президента Макариоса (заодно главу местной православной Церкви) свергли греческие радикальные националисты. Как боевики местной радикальной военизированной организации ЭОКА-2 — так и кадровые военные, служившие и в Национальной Гвардии, и в командированном на Кипр еще в 1960 г. полку греческой армии.
Целью мятежников было немедленное присоединение острова к Греции. Собственно говоря, такое присоединение, «энозис», так или иначе поддерживало подавляющее большинство и греческого населения Кипра, и его политиков. Другое дело, что большая часть трезвомыслящих местных греков понимало, что «политика — искусство возможного», а в сложившейся ситуации немедленное объединение с материковой Грецией было, мягко говоря, затруднительным. Причиной тому было очень бурное прошлое самого крупного острова в Средиземном море, приведшее к его весьма неоднородному этническому составу. Кипр до нашей эры действительно был поначалу греческим (другое дело, что сама Греция в то время представляла больше независимые друг от друга города-полисы или небольшие царства), потом стал римским, потом — византийским. В конце 12 века его захватил один из вождей Третьего Крестового похода — известный по популярному роману Вальтера Скотта «Айвенго» — английский король Ричард Львиное Сердце. Кстати, захватил не просто так, а вполне «по-рыцарски», освобождая из плена местного византийского губернатора собственную супругу, задержанную после того, как корабль королевы штормом прибило к кипрскому берегу. Так что живописный остров в той истории стал в итоге чем-то вроде «компенсации за нанесенный моральный ущерб» со стороны родственника византийского императора Комнина.
Впрочем, долго Ричард своим «призом» не наслаждался, уступив его за довольно небольшие «откупные» лишившемуся под ударами мусульман своего королевства в Святой Земле тамошнему королю-крестоносцу Ги де Лузиньяну. Последний, как и его потомки, в качестве королей уже Кипра, оказались намного более удачливыми. Так что Кипрское королевство почти 3 века играло немалую роль в средиземноморской политике, — успешно отражая все попытки его завоевать. Увы, и эту державу постиг крах — из-за династических неурядиц, смерти и короля, и его сына. Овдовевшая же королева, родом из знатного венецианского клана, не нашла ничего лучшего, как передать в конце 15 века свое королевство Венеции. В ходе почти столетнего владычества венецианцы, мягко говоря, не оставили среди коренного населения Кипра доброй памяти. Потому сопротивление захвату острова в 1572 г. оказывали лишь не слишком многочисленные венецианские солдаты. А уж решение османов изгнать из Кипра католическое духовенство, все эти годы откровенно дискриминировавшее преобладавшую здесь Кипрскую православную церковь, однозначно было встречено с большим одобрением.
Греческое восстание 20-х годов 19 века, приведшее к обретению Грецией независимости, Кипр затронуло мало. Конечно, и здесь были сторонники освобождения от власти Османской империи, но не столь уж в значительной доле. Так что Британия с Францией в союзе с Россией, собственно, и решившие вопрос греческой независимости, разгромив турецкий флот в Наваринском сражении 1827 г., предпочли оставить за Кипром прежний османский «статус-кво». Впрочем, последнее было изменено уже одной Британией — в одностороннем порядке — в 1878 г. Решившей, что военно-политическую помощь султану — в его войне с Россией за освобождение Болгарии — вполне можно иметь в виде оплаты: предоставлением фактического протектората на важном в стратегическом плане пункте Средиземноморья. Ставшим после победы в Первой мировой войне уже официальной британской колонией.
***
«Увы» для британцев, — но их «заокеанские кузены» имели собственный взгляд на выгодный им миропорядок. В который Британская колониальная империя, «над которой никогда не заходило солнце», не вписывалась — американцев больше устраивал неоколониализм под их доминирующим контролем. Собственно, «Атлантическая хартия», подписанная Черчиллем и Рузвельтом в 1942 г. в качестве непременного условия оказания действенной помощи Вашингтона Лондону, как раз и недвусмысленно требовала от Британии отпустить прежние колонии в «свободное плавание». А чтобы «джентльмены» побыстрее соображали — в их заморских владениях вдруг, как по мановению волшебной палочки, начали умножаться «национально-освободительные восстания». Включая тот же Кипр, который до это момента подобными явлениями, во всяком случае массовыми, как-то не отмечался. Хотя чего удивляться? Если, например, упоминавшийся выше тогда еще просто клирик Кипрской православной церкви и будущий президент Макариос аккурат в 40-50-е получал богословское образование в США. Да и многие другие руководители «кипрских партизан» имели с американцами тесные связи. Благо для них — настоящие греческие партизаны, действовавшие под руководством местных коммунистов, большей частью были уничтожены еще в конце 40-х годов. Уничтожены при активнейшем участии британцев, американцев, не гнушавшихся привлекать для антипартизанской борьбы даже недавно капитулировавших гитлеровских вояк.
В общем, скрепя сердце, британцам пришлось предоставить в 1960 г. Кипру независимость, — правда, выторговав для себя сохранения там важнейших военных баз. Вот тут-то и выяснилось, что будущее острова его граждане видят часто в абсолютно противоположном ключе. Кипрские греки, конечно же, были не прочь воссоединиться с Грецией. Хотя, кстати, их церковь является Поместной и Авктокефальной еще с 5 в. — то есть независимой как от Константинопольского патриархата, так и от Элладской (собственно греческой) церкви. Вот только на острове была еще и многочисленная турецкая община. Тоже имевшая за собой целые поколения предков, родившихся и выросших здесь, — пусть и в меньший период времени, чем греки. Надо отдать англичанам должное — перед своим уходом они постарались сделать все для смягчения межнациональных противоречий. В конце концов, Лондону не очень улыбалось иметь важные военно-морские и военно-воздушные базы в ключевом пункте Средиземного моря, охваченном гражданской войной. А потому Конституция независимого Кипра предусматривала серьезные гарантии против ущемления прав турецкого меньшинства — 30-процентную квоту на его представительство в парламенте и органах исполнительной власти, пост вице-президента с правом «вето» на невыгодные общине законы и т.д. Греческому же большинству подобные ограничения прогнозируемо не нравились. Оно ж составляло от 75 до 80 % населения острова, то есть имело «подавляющее большинство» — так соблазнявшее именно что «подавлять», а не учитывать интересы соседей.
На таком фоне межнациональные столкновения не замедлили себя долго ждать — самым крупным из них стало «кровавое Рождество» 1963 г. В ходе самых настоящих боев погибло 374 турка и 173 грека. Еще более показательной стало количество турок, изгнанных из своих жилищ — свыше 20 тысяч! Правда, с тех пор и доселе в ряде источников утверждается, что «это сами же турецкие террористы их изгнали — и загнали в анклавы, больше похожие на концлагеря». Но право, подобные объяснения чем-то неуловимо напоминают тезисы украинской пропаганды о «самих себя обстреливающих жителях Донбасса, превративших ОРДЛО в гигантский концлагерь». Концлагеря — они колючей проволокой окружены, и при попытке сбежать из них охрана стреляет на поражение. А с Кипра, как и из Донбасса, все годы можно было достаточно легко и свободно уехать — в отличие от нынешней «европейской Украины», которую мужчинам от 18 до 60-ти можно покинуть лишь вплавь через Тису. И туркам-киприотам, заключи их собственные радикалы в «концлагеря», без особых проблем можно было бы уехать в Европу — в той же ФРГ вот уже десятки лет есть очень многочисленная диаспора турецких «гастарбайтеров» и их потомков.
Так что не стоит оправдывать собственную неспособность поддерживать межнациональный мир лишь максимально возможным очернением оппонентов. Что (забегая наперед) греческое население Кипра продемонстрировало и в 2004 г., — когда убедительным (в 75 %!) большинством отвергло план Генерального секретаря ООН Кофи Анана. Предусматривавший объединение обеих общин острова с возвращением гарантий турецкому меньшинству — в общих чертах сходных с теми, что были записаны в Конституции 1960 г. Турки, кстати, на этом референдуме проголосовали 65 % голосов «за» мирный план ООН…
***
Но вернемся к 1975 году. Предыдущий кризис «кровавого Рождества» с трудом был локализован — вводом войск ООН на разделительную линию и успешным убеждением Турции не вводить на остров собственные войска для защиты соотечественников. Однако в 1967 г. в самой Греции к власти пришла хунта так называемых «черных полковников». Во имя «борьбы с коммунизмом» покончившая с последними куцыми остатками демократии на исторической родине этого явления. Как представляется — не без «отмашки» (если не непосредственной организации) со стороны того же ЦРУ, всегда готового поддержать любого «сукина сына», даже самых «коричневых» оттенков, только бы он был ярым противников коммунизма, поддерживаемого СССР и его союзниками. Больше всего фашистских диктатур в это время, конечно, появилось в Латинской Америке, — но, раз желающие идти таким путем оказались в европейской стране — отчего ж не «дать им зеленый свет»?
К сожалению для Вашингтона, кроме пещерного антикоммунизма, борьбы с любой «левой идеей», осуществляющейся самыми зверскими методами (за которые многие «хунтари» потом сели в греческие тюрьмы очень надолго), вся эта публика ничего другого делать, по сути, и не умела. А потому очень скоро экономика, социальная сфера, просто качество жизни в Греции стали катиться под откос. И вот тогда в «светлых головах» «черных полковников» созрел блестящий план «маленькой победоносной войны» — блиц-присоединения к Греции Кипра, должного прогнозируемым взрывом ура-патриотизма заставить большую часть греческого населения «понять и простить» «объединителям Отечества» все их провалы и преступления. На беду этим планам на их пути стал президент Кипра архиепископ Макариос — и значительное число стоявших за ним мало-мальски трезвомыслящих политиков. Тоже любивших Грецию и не прочь тоже организовать «энозис», — но как-нибудь потом, в светлом будущем, и однозначно не ценой возможной большой войны. На Макариоса устроили несколько покушений, — но служба безопасности оказалась на высоте. Тогда афинские «хунтари» и их подельники на Кипре и решились уже на открытый мятеж.
Вначале у мятежников почти все получилось — захватить президентский дворец, ключевые пункты столицы. В самом деле, против почти полутора десятков тысяч до зубов вооруженных солдат выступали только полиция и силы безопасности, — сохранившие верность законной власти, глава которой успел выступить по радио, призвав сопротивляться мятежу. Но путчисты не учли главного — они слишком понадеялись на то, что являются единственной «любимой женой» у своего хозяина дядюшки Сэма. Очень скоро выяснилось, куда более важным партнером по НАТО для США является Турция — чья армия и сейчас является самой мощной в Европе. А в масштабах всего блока именно эта страна являлась передовым форпостом против СССР — недаром в начале 60-х американцы разместили там свои ракеты средней дальности, что стало началом знаменитого Карибского кризиса. И турецкие офицеры еще больше, чем греческие, учились в военных академиях США — и получали оттуда же «рекомендации» насчет смещения неугодных политиков в Анкаре в ходе военных переворотов.
Так что когда греческая хунта организовала мятеж против законного президента Кипра, дабы аннексировать последний, с очень вероятным началом новых «этнических чисток» турецкого меньшинства образца 1963 г. — Турция немедленно вмешалась. На что, кстати, имела законное право — как страна-гарант достигнутых ранее мирных соглашений по урегулированию прежних кризисов. Как считают многие, эта быстрота обусловлена еще и тем, что турецкая разведка была прекрасно осведомлена о планах «черных полковников». Может быть, благодаря собственным усилиям. Но, вполне возможно, и благодаря «сливу» информации американцами, с которыми их греческие «подручные» неосторожно поделились своими замыслами. Да и как не поделиться — если их задумка была чревата развитием военного конфликта между странами НАТО, надо ж заручиться предварительным согласием «сюзерена»?
***
Уже 20 июля на Кипр воздушным и морским путем было высажено около 40 тысяч турецких войск. Турецкий флот в 300 «вымпелов» однозначно доминировал над греческим в количестве всего 80-ти, а турецкая авиация очень скоро заставила греческих солдат на Кипре панически разбегаться при одном только звуке приближающегося самолета. Конечно, не то что все НАТО — один только мощнейший 6-й флот США, дислоцированный в Средиземном море, мог в считанные часы прекратить военные действия между Грецией и Турцией. Но «черные полковники» не учли, что разрешение на войну со стороны некой «высшей инстанции» в западной традиции вовсе не означает автоматических обязательств этой инстанции быть союзников своих «вассалов». Точно так же, как в Средние Века императоры и Папы достаточно терпимо относились к междоусобным войнам отдельных герцогов, графов — даже и королей. Главное, чтобы их самих не трогали, вместо этого обращаясь как к верховным арбитрам и, при необходимости, «миротворцам».
Так и в ходе Кипрского кризиса. Определенные усилия для его умиротворения все же были приняты — и в рамках Совета Безопасности ООН, и в рамках НАТО. Так что с 22 июля начались было переговоры в Женеве. Но поскольку в ходе них турки поняли, что их водят за нос, не давая гарантий реальной защиты прав турецкого меньшинства на Кипре, боевые действия в середине августа возобновились снова. В результате чего под контролем турецкой армии оказалось почти 40 % территории острова. Хотя с учетом реальной «боеспособности» воинства «черных полковников», способных воевать только с собственными коммунистами, «левыми», студентами и остальными борцами с хунтой — остается лишь удивляться тому, что турецкая армия не заняла и весь Кипр… Вместо этого 60 с лишним процентов кипрской территории сохранили юрисдикцию Кипрской республики, — которую в следующем году, после закономерного фиаско мятежников, вновь возглавил архиепископ Макариос. Фиаско, кстати, потерпели мятежники не только кипрские, но и греческие тоже. Обанкротившийся режим «черных полковников» вскоре был свергнут, и его деятели оказались за решеткой. Правда, греки, обидевшись на НАТО за «неоказание должной поддержки», даже на несколько лет вышли из состава блока. Впрочем, все равно туда вернувшись, — поняв, что лучше хоть плохонький патронат со стороны США, чем гордое одиночество перед превосходящими их по всем военно-государственным параметрам турками.
#НиколайВознесенский
Присоединяйтесь к ОК, чтобы подписаться на группу и комментировать публикации.
Нет комментариев