В момент исчезновения Поярков и Тхао выполняли полёт на истребителе Миг-21У. Это исчезновение стало одним из самых загадочных и трагических эпизодов в истории Группы советских военных специалистов во Вьетнаме.
По прибытии в ДРВ капитан Юрий Поярков проходил службу в качестве лётчика-инструктора 921-го истребительного авиационного полка Вьетнамской народной армии на основной базе полка Нойбай близ Ханоя. Среди вьетнамских товарищей он пользовался авторитетом и уважением. Советский капитан показал себя прирождённым педагогом, а такое встречается далеко не у всех хороших лётчиков, назначаемых "шкрабами".
Конг Фыонг Тхао с отличием окончил Вьетнамское авиационное училище ВВС (Truong Doan Khong Quan Viet Nam), в период войны передислоцированное на территорию КНР, и, как перспективный молодой лётчик, был оставлен в его штате для преподавательско-инструкторской работы. В этом качестве ст. лейтенант Тхао имел большой налёт на истребителях МиГ-15 и МиГ-17, в тч на учебном УТИ. Однако молодой офицер рвался в бой, и в 1970 г. добился перевода в 921-й истребительный авиаполк. Насколько известно, боевых вылетов на момент гибели Конг Фыонг Тхао не имел, проходил переучивание на МиГ-21 под руководством капитана Юрия Пояркова.
Взлёт был произведён в 10:00 30 апреля 1971 года с аэродрома Нойбай близ Ханоя, где дислоцировались командование и часть сил вьетнамского 921-го истребительного авиаполка. Лётчики вылетели на учебном двухместном истребителе МиГ-21У, имевшим стандартную серебристую окраску и опознавательные знаки ВВС ДРВ.
Место курсанта занимал ст. лейтенант Тхао, инструктора - капитан Поярков. Вооружения самолёт не нёс. Заправка топливом была произведена из расчёта на 30 минут полёта. Подлёт к району отработки учебной задачи составлял 5 минут; соответственно, столько же на возвращение, остальное - на отработку задачи. Погодные условия в тот день были хорошими. Полёт проходил в северо-западном направлении, над районами, где американская истребительная авиация обыкновенно не появлялась (хотя полностью исключить такую возможность было нельзя над всей территорией Северного Вьетнама). Весь маршрут МиГ-21У должен был проходить на малой высоте. Через 10 минут после взлёта руководитель полётами на базе Нойбай принял по радио сообщение от Конг Фыонг Тхао, просившего разрешения вернуться на аэродром. Заранее было разработано два обратных маршрута, однако ни о том, каким из них пойдет МиГ-21У, ни о причинах столь быстрого возвращения, вьетнамский лётчик не доложил.
Сразу после этого связь оборвалась, и самолёт пропал с экрана радара.
Исходя из времени радиообмена, предполагаемого курса и скорости МиГа, сразу же было высказано предположение, что последний выход на связь экипажа Пояркова/Тхао состоялся над горным массивом Тамдао, примерно в 55 км от Ханоя. Он представляет из себя труднопроходимую местность, заросшую реликтовым лесом. Впрочем, место это отнюдь не безлюдное: там расположены несколько деревень, жители которых привыкли перемещаться по этим горам и имеют репутацию людей независимого нрава - никаким властям до конца не подчиняются. Командование 921-го истребительного полка и офицеры Группы СВС ВВС во Вьетнаме сразу предположили наихудший вариант развития событий: МиГ-21У упал на склоны гор Тамдао. Незамедлительно была начата поисковая операция, к которой были привлечены экипажи 918-го транспортного авиаполка ВВС ДРВ на идеальных для подобного рода задач бипланах Ан-2.
Деревенским старостам с гор Тамдао было обещано вознаграждение за информацию о судьбе самолёта и, тем более, за помощь потерпевшим бедствие лётчикам. Десять дней поисков с воздуха не принесли результата. 10 мая 1971 года поиски были прекращены. Шла война, и у ВВС ДРВ, как и у их советских советников, имелись более насущные задачи.
Пропавший МиГ-21У капитана Юрия Пояркова и ст. лейтенанта Конг Фыонг Тхао никто больше не видел.
После войны ситуация не изменилась, в объединённом Вьетнаме о Пояркове так никто и не вспомнил, что, как показала практика, было частью едва ли не целенаправленной политики руководства СРВ, которое, судя по всему, сознательно взяло курс на преуменьшение вклада СССР в победу. Так, к примеру, памятник погибшим советским военнослужащим был открыт в Камрани только в 2009 году. При этом на мемориальных плитах памятника вьетнамцы по неизвестным причинам не стали высекать имена советских солдат и офицеров, которые погибли на их земле в период с 1961 по 1975 гг., увековечив имена только тех, кто погиб после 1981 года.
Второй раз история капитана Пояркова привлекла к себе внимание спустя 46 лет после исчезновения самолёта, когда в 2017 году внучка пропавшего капитана обратилась за помощью в общество российско-вьетнамской дружбы. Её обращение дошло до состоящего в обществе бывшего военного топографа Нгуена Ле Аня, который, подняв свои связи, попытался инициировать государственную экспедицию по поиску останков Пояркова. Однако это не дало результатов, хотя, по расчётам Ле Аня, участок на котором разбился самолёт Пояркова в диаметре был не больше пяти километров и каждый сантиметр этого участка за неделю мог бы прочесать один инженерно-сапёрный батальон. Организовать поисковую экспедицию не помогло даже обращение к участнику советской космической программы "Интеркосмос" первому вьетнамскому космонавту Фам Туану, поэтому в феврале 2018 года Нгуен Ле Ань сам отправился в горы Тамдао. На второй или третий день экспедиции Нгуен Ле Ань нашёл металлический обломок, позже он будет идентифицирован как фрагмент фюзеляжа МиГа. Этот фрагмент Ле Ань передал местным военным.
Находка Нгуена Ле Аня сдвинула дело с мёртвой точки и в сентябре 2018 года на поиски Пояркова и погибшего вместе с ним лётчика отправился более менее многочисленный отряд (около 50 человек) вьетнамских военных. В результате интенсивных поисков удалось обнаружить обломки МиГ-21У, в том числе с элементами надписей на русском языке. Двигатель истребителя, впрочем, найден не был; по предположению поисковиков, он мог скатиться в горную расселину. На месте были обнаружены резиновые подошвы лётной обуви и несколько кусков от двух разных парашютов - тормозного парашюта МиГ-21У и одного парашюта лётчика. Ни на фрагментах парашютов, ни в остатках обуви не было найдено никаких биологических материалов, с помощью которых ДНК-тест мог бы подтвердить гибель капитана Пояркова и Конг Фыонг Тхао. В конечном итоге местные старики указали и примерное место нахождения останков лётчиков. 29 сентября 2018 года поисковая экспедиция официально рапортовала: останки капитана Юрия Пояркова и ст. лейтенанта Конг Фыонг Тхао обнаружены после 47 лет безвестности. Ранее родственники обоих погибших лётчиков сдали необходимые для идентификации образцы ДНК, так что опознание лётчиков представлялось участником поисков делом решённым...Однако всё оказалось не так просто.
1 октября 2018 года доставленные в районный центр провинции Тхайнгуен остатки снаряжения погибших лётчиков осмотрела целевая группа Министерства обороны Вьетнама, сил противовоздушной обороны и армейского судебно-медицинского института. Заключение специалистов было однозначным: человеческих останков, необходимых для проведения ДНК-теста, среди находок нет. Возможно, в условиях очень высокой влажности и агрессивной активности биологической среды, за прошедшие 47 лет они полностью разложились, а, возможно, просто не были обнаружены. Таким образом, последние минуты (часы, или даже дни?) жизни советского и вьетнамского лётчиков, погибших в горах Тамдао, до сих пор окутаны мрачным туманом тайны. Район, в котором разбился истребитель, зарос труднопроходимыми джунглями. Выйти к людям в принципе было возможно - деревушки горцев расположены неподалеку - однако для этого надо знать тропы, а лётчики их не знали. Кроме того, катапультирование из самолёта чревато получением тяжёлых травм, и это значительно снижало шансы выживших. Лётчиков вполне могли убить и местные, приняв за американца и южновьетнамца, а то и не приняв - в качестве мести "Ханойскому режиму" за какие-то обиды.
Вьетнамское правительство и военные спустя 47 лет отдали погибшим лётчикам должные воинские почести. У двух символических гробов, накрытых государственными флагами Вьетнама, был выставлен почётный караул. Долг памяти капитану Пояркову и ст. лейтенанту Тхао отдали представители военных и гражданских властей, поисковики, жители провинции.
Интересно, что во время поисков, в которых под конец начали активно принимать участие местные крестьяне, в тех местах, где исчез капитан, был найден дикий чай. Выросший без удобрений, без должного ухода и достаточного количества солнечного света, на вкус этот чай оказался ничем не хуже чайных культур, выращенных в наилучших условиях. Сейчас местные жители собирают до 50 килограммов этого чая в год. Он получил название "МиГ-21".
Присоединяйтесь к ОК, чтобы подписаться на группу и комментировать публикации.
Комментарии 4