Представленная ниже глава повести «В объятиях торнадо» - рассказ участника тех событий, с которым Виталий Бердышев случайно познакомился в поезде Москва-Иваново через несколько лет после трагедии. Это удивительное повествование, рисующее ситуацию на грани фантастики, что, как оказывается, случается и в реальной жизни…
Виталий Бердышев. В ОБЪЯТИЯХ ТОРНАДО
«…Вокруг меня происходит какое-то бешеное кручение.
Мелькают неразличимые предметы, то ли тени от них.
Я же неподвижно вишу в воздухе, словно в безвоздушном
пространстве…»
Я встретился с этим человеком совершенно случайно – в поезде, когда в очередной раз добирался через Москву в родное Иваново. Мы разговорились, и разговор зашёл о смерче, пронёсшемся над нашей областью в 1984 году и принёсшем ивановцам столько горя. Я рассказал о своих наблюдениях за этим явлением, о слайдах, отснятых мною во время следования по его маршруту, о разговорах с очевидцами. Он слушал меня, не перебивая. Потом, когда я закончил, он, как бы вскользь, заметил: «Я тоже знаком с ним. И, наверное, ближе, чем кто-либо другой. Только я мало говорю сейчас об этом, так как, сколько я ни рассказывал о произошедшем со мной специалистам, никто мне так и не поверил: ни медики, ни учёные, как в Иванове, так и в Москве... Слава Богу, – продолжал он, – всё кончилось для меня благополучно – я остался жив и здоров, и всё уже миновало, как кошмарный сон. Вы, я вижу, тоже интересуетесь этим явлением, да и связаны с ним чем-то. Поэтому я расскажу вам о том, что со мной произошло». Он пригласил меня в своё купе, где, кроме нас, в данный момент никого не было, и начал рассказ. Всё, что он рассказал, было так необычно, так неправдоподобно, так захватывающе, что я и сейчас помню его повествование почти слово в слово.
– Живу я в Москве, – начал он. – И, как и вы, частенько заезжаю летом на свою родину, в Иваново. Тут остались родственники, друзья детства. Так что для меня лучшего места отдыха и не было. Вот и в том, 1984 году я приехал сюда в конце мая. Остановился у родственников, живущих на окраине. Как всегда, старался не стеснять хозяев и проводил большую часть времени на природе... В тот кошмарный день 9 июня я решил немного прогуляться по лесу. Как вы помните, с полудня дул очень сильный ветер, и в лесу стоял сплошной гул, заглушающий все остальные звуки. Ветер свистел и гудел в листве на разные голоса. Я прошёлся по знакомым местам километров пять-шесть и не встретил ни одной птицы, ни одного другого живого существа. Обратил внимание, что на цветущих полянах не было ни шмелей, ни пчёл, ни бабочек, обычно в изобилии встречавшихся здесь в солнечную погоду. А сегодня день был именно такой. На небе не было ни облачка, и всё вокруг на открытых участках было залито солнцем. Не было сейчас и ни одного комара, обычно так досаждавших мне в этих местах. Будто всё живое в лесу вымерло.
Вокруг меня всё гудело. Слышался треск ломающихся и падающих веток и сучьев, стон гнущихся на ветру деревьев. Вверху над деревьями летали сорванные листья и целые ветви. Лес стал каким-то неузнаваемым, враждебным и даже страшным. Таким я не видел его даже перед сильной грозой. Ходить сейчас по нему было неприятно. И я направился в сторону дома. По дороге обратил внимание на два больших муравейника, жизнь в которых практически замерла, как перед бурей или сильным ливнем. И это тоже было совершенно непонятно.
Часам к трём я подошёл к опушке и решил отдохнуть перед тем, как направиться полем домой. Вышел на небольшую полянку и остановился под развесистой берёзой, гудевшей сейчас от ветра каким-то особенным, плачущим звуком. Этот оттенок создавался, по-видимому, обрывками коры на стволе дерева, болтающимися на ветру и издающими печальный свист. В то же время у самой земли ветер почти не ощущался, и я прилёг в тень, прячась от яркого солнца. Положил под голову сумку и закрыл глаза...
Постепенно странное ощущение овладело мною. Непрерывный шум ветра, временами то усиливающийся, то ослабевающий на какие-то мгновения, создавал иллюзию бушующего моря. И мне стало казаться, что я нахожусь на лёгком паруснике, несущемся куда-то по ветру. Ветер свистел в снастях, паруса надувались, отчаянно хлопали, но держали. И молчаливая команда, вся в белых робах, управляла ими. «Куда мы плывём и где сейчас находимся?» – спросил я у одного из матросов. Тот ничего не ответил, только показал рукой куда-то на север и, непонятно почему, на безоблачное небо. «Что бы всё это могло значить?» – подумал я. Через какое-то время заметил, что небо стало хмуриться, а ветер как будто ещё более усилился, и вся команда заволновалась. Волнение передалось и мне – будет буря! Как-то мы справимся с нею на таком небольшом судёнышке? Но сразу успокоил себя – ведь ходят же и сейчас на яхтах под парусами. И даже кругосветные путешествия совершают!..
Тем временем небо совсем нахмурилось, и всё вокруг потемнело. Внезапно ветер задул с бешеной силой. В какие-то мгновения сорвал и унёс паруса, повалил мачты; потом подхватил наш корабль в свои объятия и, как пушинку, понёс его с бешеной скоростью над волнами. Вокруг стало совсем темно. Ни корабля, ни команды уже не было видно. Я не мог понять, наяву это или во сне. Вокруг меня происходит какое-то бешеное кручение. Мелькают неразличимые предметы, то ли тени от них. Я же неподвижно вишу в воздухе, словно в безвоздушном пространстве. Только вот, где верх, где низ, определить не могу. Ощущение довольно неприятное. Такое я однажды испытал во время ночного купания. Нырнул около берега и в полнейшей темноте под водой не могу определить, куда же надо выныривать. Загребаю изо всех сил руками и неожиданно упираюсь в дно. Сразу сориентировался, оттолкнулся и выпрыгнул из воды. А когда встал на дно, оказалось, что нахожусь только по грудь в воде. Вот так и сейчас: куда толкаться и что делать, не знаю... Руками, ногами, головой могу двигать. Вроде всё цело. Какой-либо боли не ощущаю. Только всё тело как-то ноет и покалывает – как от тысяч мельчайших иголок, или как от слабого тока.
Кругом меня висит серая мгла. Где-то вдалеке за ней видно какое-то непонятное сине-фиолетовое свечение. Сильного шума не слышу, но в ушах гудит непрерывно. Попробовал крикнуть – не услышал собственного голоса. И во рту страшно пересохло. Удивительно, но страха у меня в тот момент не было. Я чувствовал себя, как обречённый смертник, приносимый в жертву и не способный на какое-либо сопротивление. Где я и что со мной произошло?! Ведь не инопланетяне же меня с собой захватили, пока я спал, и не в безвоздушном же я пространстве! Дышать могу, только с трудом...
А вокруг, кажется, всё бушует, крутится, будто в адском водовороте. Но почти беззвучно. А я сам не ощущаю никакого движения, никаких ускорений. Правда, временами кружится голова и туманится сознание... Кажется, что всё длится бесконечно долго. Чем же всё закончится?.. Сознание моё продолжает работать. Однако понять что-либо в происходящем я не в состоянии... Вот опять в голове туман, и я вновь на какое-то время потерял сознание...
Когда пришёл в себя, обнаружил, что лежу посреди зелёного поля. Рядом со мной – моя сумка. Несколько поодаль валяются с десяток досок, два больших бревна и ещё какие-то предметы. В полукилометре от меня высится лес. Я цел и невредим. И даже одежда в порядке. Часы – на руке. Показывают 16 часов 14 минут. Но стоят. Тряхнул – снова пошли. Надо мной вновь синее небо. Светит такое же яркое солнце, и по-прежнему дует такой же сильный ветер...
Попробовал встать на ноги. Боли нет, но ощущается сильная слабость и дрожь во всём теле. Голова гудит. Однако явления покалывания прекратились. Руки и ноги в порядке. Надо идти, искать ближайшее жильё или дорогу. Но что же всё-таки случилось? Какая неведомая сила занесла меня неизвестно куда?!. Пока размышлял, дошёл до леса. Взял палку. Идти с ней стало легче. Пошёл краем леса через какие-то луга и перелески. Шёл медленно и долго. Наконец вышел на тропинку, которая вывела меня на проезжую дорогу. Остановил грузовик. Оказалось, что недалеко проходит трасса Иваново – Фурманов. Вот это да! Попросил водителя подвезти до неё, объяснив своё положение. Он, хотя и не поверил ни одному моему слову, но довёз до самого Иванова. А тут уж я быстро добрался до дома. Было уже около восьми часов вечера...
Дома я рассказал о своих сегодняшних приключениях. Однако поверили мне только на следующий день, когда весь город узнал о разгулявшемся по соседству с нами смерче. Через несколько дней, немного придя в себя от потрясения, я отправился в поликлинику с целью показаться специалистам и поделиться с ними своими впечатлениями. Осмотрели меня терапевт, хирург, невропатолог. Показали даже психиатру. Каких-либо существенных отклонений от нормы не нашли...
Не нашли ничего и в Москве. А что касается моих впечатлений, то, говорят, через нас сейчас столько проходит народу «с впечатлениями», что как бы самим с ума не свихнуться! Оставляйте их при себе. А лучше попытайтесь забыть о них. А не то можете и в наше отделение угодить (психиатрическое), если будете сильно настаивать. Особого удовольствия от такого предложения я, естественно, не испытал. Так что пришлось свои «впечатления» действительно сохранить целиком при себе. Но забыть о них я так и не смог. Хотя и верующим после всего случившегося не стал. Просто что-то внутри меня изменилось. В частности, в характере. Я стал замкнутым и неразговорчивым. Даже с друзьями потерял интерес общаться. Но на природу всё-таки тянет. В отпуске часто брожу в одиночестве по Подмосковью...
А в Иваново сейчас в командировку еду. На несколько дней. Зайду и на своё «святое» место – откуда меня смерч похитил. Я там, конечно, бывал неоднократно. Но с трудом нашёл поляну и берёзу, под которой лежал. Всё кругом было переворочено, выдернуто, повалено. Но каким чудом я-то остался жив, ума не приложу. Здесь есть нечто таинственное... Как и внутри смерча тоже. Не понимаю, почему учёные не заинтересовались этим. Ведь не скоро они смогут внутрь его заглянуть! Точнее, забраться-то смогут, а вот выбраться оттуда – вряд ли! Не каждого он назад живым отпускает!.. А меня более десяти километров тащил. Сколько это могло по времени длиться? Часы-то мои остановились. Да всё равно я не знал, когда и как всё началось. Всё началось во сне, или... как во сне... А стоило бы обо всём этом написать. А то печатают, в основном, о нашей героической борьбе с его последствиями. Да ещё – почему метеорологи не могут предвидеть его возникновения. А о внутренней сущности явления, о его тайнах никто ничего сказать не может. Между тем, внутри смерча создаются какие-то зоны полной невесомости, зоны, не доступные для поражения крутящимися предметами. И эти зоны сохраняются длительное время в неприкосновенности от остальной, крутящейся части. Видели вы берёзку в центре событий? Ведь одна единственная живой осталась... А мне здорово повезло. И если бы я решился сказать во всеуслышание обо всём произошедшем, то назвал бы мой рассказ «В центре торнадо», или «В объятиях торнадо». Многое можно было бы рассказать. Всего вот так сразу и не вспомнишь... С другой стороны, разве можно словами передать всё пережитое на грани жизни и смерти?..
И я был с ним полностью согласен. Ибо то, что я сам увидел и услышал, следуя по пути смерча даже через несколько дней после его прохождения, глубоко взволновало и потрясло меня. Потрясло как невероятной стихийной силой подобных явлений природы, так и страшными последствиями их безудержной мощи. Жаль, конечно, что в те годы всё подобное тщательно скрывалось от народа, порождая всевозможные вымыслы и кривотолки. С другой стороны, в местах его прохождения осталось действительно много непонятного, о чём и сейчас вспоминают и говорят многочисленные свидетели. Так что есть, над чем задуматься и учёным...
1996 год
Комментарии 1