СУДЬБА УЛЬЯНЫ....🙆
Ночь парила на чёрных крыльях, звеня искрами звёзд. Лес замер в безветрии, мрачной стеной встал вдоль дороги, тишина и покой воцарились вокруг.
Малейший хруст ветки и крик сонной ночной птицы, громко раздавались, заставляя одиноко бредущую девушку тревожно вздрагивать. Она крепче прижимала к себе свой узелок, боязливо косясь в сторону лесной чащи, приведениями застыли там белые стволы берёз, дымчатые кроны хранили в своих глубинах неведомые опасности, бледный свет рассеянных звёзд играл тенями и сплетал их неведомыми чудовищами, распластанными на сером фоне тропы.
Но девушка всё крепче прижимает узелок и выражение упрямой решительности не сходит с её совсем ещё молоденького личика. Ещё немного и начнёт бледнеть край неба, а потом разгорится малиновая свечка рассвета, там уже веселее будет идти. Ещё немного и город.
Откуда - то из темноты потянуло коровником, робкий крик петуха донёсся издалека. "Стало быть деревня рядом, - подумала девушка, - наверное Сомовка."
В Сомовке жил её дядька с семьёй, это была последняя точка невозврата, ещё можно было свернуть и покаяться, всё рассказать дядьке и он на телеге отвёз бы поутру свою заблудшую племянницу домой. Но нет, она продолжала мерить шагами дорогу. Уж лучше в город, в неизвестность, чем замуж за нелюбимого.
Ульянка была самой младшей в большой крестьянской семье и всеобщей любимицей. Баловали её все кому не лень, а как не баловать коли такая милая шалунья растёт? Всё ей прощалось и с рук сходило, своим добродушием и ласковой улыбкой могла Ульяша и лёд растопить.
Возраст подошёл стали на неё парни заглядываться, но ей всё был не люб никто. Отец одобрял такую разборчивость. Правильно - всякому чугунку своя крышка и эти местные разгильдяи не пара дочке.
Худ. Пётр Стахевич
Сама же Ульянка давала всем отворот - поворот вовсе не из - за дурности характера или какой - то меркантильности. Просто ждала она большую и настоящую ЛЮБОВЬ! Это было её навязчивой идеей, вот идёт она по улице и ах!
Увидела его, сердце вскачь, день стал ярче и вот уже венчаются они в церкви - купола золотом горят, звенят колокола и голуби белые летают...
Совсем не готова была Уля к тому, что однажды после ужина, отец присев рядом с ней на лавку сказал: "Знаешь ли ты Фому Косого, мельника из соседнего села?"
"Я батюшка на косых не заглядываюсь, - усмехнулась девушка, - не припомню такого." "Оно и не важно, - продолжил отец, - есть у него сын меньшой, твоего возраста. Потолковали мы намедни с Фомой и решили, что неплохо было бы вас поженить!"
С того и кончилась Ульянкина беззаботная жизнь, она поначалу и поверить не могла, что собрался отец выдать её замуж за какого - то парня, которого она и в глаза не видела. Но тот настаивал, мать поддакивала, они недоумевали, чем она недовольна. При мельнице жить всегда кусок хлеба иметь, уж они очень старались ей хорошего мужа подобрать, а та и не рада! В доме грозовые тучки сгустились, отец стал необычайно строг с ней.
"Разбаловали на свою голову, - говорил он, - сёстры твои замуж шли за кого укажут и ни слова против, а тут нашлась барыня! Хочу - не хочу! Ишь взяла моду, ещё молода слишком, чтоб своё разумение иметь. Свадьбе быть и всё тут."
Тут - то и вызрел план в Ульянкиной голове. Решила она сбежать из отчего дома и в ближайший городок податься. Заранее припрятала узелок и как все спать легли, отправилась в путь. Страшно ночью идти, ни разу не оказывалась она так поздно вдали от дома, иногда изменял ей её запал и хотелось бежать обратно, ведь и волки могли попасться и люди лихие. Но упрямство и отчаяние толкали её вперёд.
В город она решила идти не наобум. Там жила бабёнка из их деревни - Катерина, постарше Ули и роднёй им какой - то приходилась. Она работала в доме у зажиточного купца. Запали в Ульянкину память её рассказы о жизни городской.
Работа лёгкая, деньги большие, ходишь по красивому дому в белоснежном переднике, чай да кофий господам предлагаешь, иногда самовар припрёшь - вот и все дела. Катька и дом помогла своей семье отремонтировать и сёстрам приданное организовала. Может и Ульяне поможет место сыскать. Будет и она в белом переднике порхать, а глядишь и засмотрится на неё какой барин, дрогнет в руках чашечка с кофием, влюбятся они друг в друга безоглядно, а там и в церкви повенчаются с золотыми куполами...
Меж тем вокруг расцветало утро, рубиновые лучи солнца пробивались сквозь листву, страхи отступили, а усталость навалилась свинцом на ноги и плечи. К обеду она добрела до города. На улицах было людно и пыльно, в животе урчало, девушка пожалела, что из еды сунула в узелок лишь краюху хлеба. Никогда раньше она не была здесь одна, в базарный день ездили сюда всей семьёй и всё вокруг виделось приветливым и весёлым.
Сейчас же люди казалось смотрели враждебно, улицы норовили завести не туда, а здания нависали хмурыми громадами, закрывая солнечный свет.
Дом где жила Катя, нашёлся не сразу, одной разыскать его было не просто. Она осторожно постучала в дверь и едва не запрыгала от радости когда ей открыла сама Катерина, высокая девица с тёмной копной волос по - модному взбитых и уложенных. "Откуда ты взялась - то, - удивилась та внезапной гостье, - я и не знала, что вы приедете сегодня, иначе бы гостинцу собрала своим передать!" "Одна я." - отозвалась Ульяна. Катерина нахмурила брови, почуяв неладное. "Пошли за мной, - сказала она, - только тихо, хозява почивают после обеда."
Ульяна вздрогнула увидев в прихожей саму себя, зеркало в человеческий рост отражало её в мельчайших подробностях. Она невольно замерла перед ним красуясь.
Пухлые румяные щёчки, светлые кудряшки выбились из - под платочка и совсем ещё по - детски распахнутые голубые глаза. Катя потянула её за руку и они пошли по блестящему полу, узорчатым коврам, мимо комодов с вензелями, стола под белой скатертью со стоящей на нём дорогой посудой.
Никогда Ульяна не видела такой роскоши. "Вот бы и мне здесь работать!" - мелькнуло у неё в голове.
Катя привела её в свою комнату, что тоже вызвало массу восторгов у её подруги. Своя собственная большая кровать, сундуки с одеждой, окно в сад и главное зеркало! "Рассказывай давай!" - строго скомандовала Катерина и Ульянка как на духу выложила про свои планы устроится на работу, найти непременно свою большую любовь и про купола золотые с голубями добавила.
Катя устало обхватила голову руками. "Ой глупая, ты глупая, - протянула она, - тебе одна дорога: обратно домой, бухнуться в ноги перед родителями и идти замуж за этого мельникова сынка, партия выгодная, всегда сыта будешь. В этот дом слуг не требуется, в соседние тоже. И не сладка эта доля поверь мне. Неизвестно к каким хозяевам попадёшь, а уж платят какие грошики просто ужас, ещё и вычтут вдвойне коли чашку разобьёшь.
"Ну ты же сама говорила, как тебе работается хорошо и платят исправно!" - удивилась Ульяна. "Говорила, да не договаривала, - поморщилась Катя, - побожись, что никому не скажешь!" Когда подруга осенила себя крестом, глядя на икону в уголке, она продолжила: "Я уж который год в любовницах у хозяина хожу, отсюда и деньги и привилегии различные. Ой да не ужасайся ты так и не осуждай меня. Знаю о чём думаешь: старый и страшный... Но ночью все кошки серы, да и много ли ему надо, всё больше послушать его жалобы на жену и детей, в лысинку чмокнуть и пожалеть. Не суди меня строго, судей и так полно, а вот помощников было мало, когда отец помер.
Мать болеть начала, сёстры малы совсем. Без мужика не управиться с хозяйством. Зиму еле пережили, голод у порога топтался. А по весне я в город подалась, считаю, что повезло мне. Семью из нищеты вытащила, сама в тепле и сытости. Не самая худшая доля!"
Худ. Джордж Лесли Данлоп
Ульяне стало тошно, с содроганием косилась она на мягкую, застеленную покрывалом с бахромой, кровать. Мечты о белом переднике рассыпались в прах. "Пошли на кухню, - сказала Катя, - покормлю тебя, потом дам денег, переночуешь в гостинице, тут я тебя не могу оставить, хозява ночивальщиц не жалуют. А с утра снова в путь, простят тебя родители, не беспокойся."
Ульяна послушно проследовала за Катериной. Она не перечила ей и не спорила, только послушно кивала головой, но на уме держала своё. И покинув дом, двинулась по центральной улице, заходя во все встречные лавки и интересуясь - не требуется ли продавщица или помощница.
Но провинциальный город жил по своим законам. На работу брали знакомых или по рекомендациям опять же знакомых. А чужая девица была никому не нужна, всюду её ждал отказ. Мал по малу отчаяние начало захлёстывать душу, неужели и правда придётся возвращаться домой и покорно принимать свою судьбу...
Трактирщик оглядывал её кривя губы и покуривая трубку. "Мне вообще - то не нужно никого, - проговорил он, - но уж коли тебе так надо, будешь у меня комнаты прибирать. Только работай добросовестно! Нужно уметь быть благодарной, за то, что тебе помогли в трудную минуту."
Сказав это, он двусмысленно усмехнулся и глаза его нахально скользнули по ладной девичьей фигурке.
Ульяна возмущённо вспыхнула и невольно попятилась назад. А так как стояли они на улице возле трактира, то она вмиг налетела на какую - то бабку, толкающую впереди себя тележку. "Тьфу, раззява! - выругалась старуха, - Раздавишь окаянная!" Ульяна пробормотав извинения, уже собралась скорее идти прочь, как вдруг бабка уже другим тоном продолжила: "Коли работёнку ищешь я могу подсобить, деньги считать умеешь?"
Ульяна кивнула и старуха ухватив её костлявыми пальцами под руку увлекла за собой.
Агриппина Ивановна, так велела себя величать бабуля, жила вместе с сыном на берегу реки за городом. Домишко был маленький и когда - то добротный, сейчас же явно переживал не лучшие времена. Ульяна должна была продавать на базаре рыбу, которую исправно ловил старухин сын Сеня, самой бабке это было, в силу возраста, уже сложно делать. А сам рыбак с рождения был слаб умом и ничего кроме как тягать из реки рыбёшек, делать не мог.
Оплатой за труд было жильё и еда. Каждый день Ульяна носила рыбу на рынок, лил ли дождь, палило солнце, девушка стояла у прилавка. Иногда торговля шла плохо и тогда старуха обвиняла во всём Ульяну. Хорошая прибыль тоже её не радовала, ей всегда было мало.
Деньги Агриппина прятала, питались они исключительно рыбой: жарили, тушили, делали уху.
Худ. Edouard Jean Dambourgez
Спала девушка на чердаке, в дом её особо не пускали, если только помочь убраться или готовить. Старуха уже не справлялась с хозяйством, а сын отказывался этим заниматься. Так и текли их дни, рыба преследовала Ульяну даже ночью, пробравшись в сновиденья щуки и окуни таращили на нёё свои мутные глаза и карпы били серебристыми хвостами. А утром снова базарная суета, тучи мух над рыбными рядами и запах въевшийся в одежду, волосы, пропитавший всё насквозь.
Как прекрасно торговать бубликами и пирожками, чей аромат струился сладким ручейком, а как очаровательны девушки - цветочницы в окружении нежных роз и пахучих лилий. Ульяна же сидела в своём рыбном углу, среди совсем других запахов.
Она не оставляла своих попыток найти нормальную работу, но все они были безуспешны.
Особенно влекли её лавки торговавшие тканями, кружевом и прочими милыми девичьему сердцу безделушками, она так и видела себя среди этой красоты, мило улыбающийся покупателям. Идеальное место, чтобы встретить большую любовь! Однажды зайдя в такой магазинчик и едва заикнувшись о работе, девушка была грубо выдворена восвояси. "Пошла вон оборванка, - неиствовал лавочник, - после тебя весь магазин рыбой провоняет, вовек не проветришь!"
Ульяна горько жалела, что совершая свой ночной побег из дому, не сообразила даже взять себе платье на смену. Теперь она действительно всё больше становилась похожей на оборванку, сама поражаясь своей самонадеянности и наивности. Двери богатых домов не распахивались перед ней наперебой предлагая работу и молодцы не выстраивались в очередь предлагая руку и сердце.
В отношении парней Ульяна столкнулась с неведомой ей доселе проблемой. У себя в деревне никогда не слышала она от них грубостей или сальных шуток. Там все знали, что братья никогда не дадут её в обиду. Здесь же одинокая девушка была совершенно беззащитна перед рыночными зубоскалами, водилась здесь шайка бездельников, норовивших то спереть рыбу, то довести несчастную Ульяну своими шутками до слёз.
Но она упрямо верила, что вот - вот появится ОН! И увезёт её куда - нибудь далеко, где под золотыми куполами они поклянутся друг другу в вечной любви. Но время шло и неуловимо ощущалось первое дыхание осени, небо нависло как - то тяжело и неприветливо, крики грачей раздаются всё чаще и грусть при виде первого жёлтого листочка прокрадывается в сердце. Ночевать на чердаке становилось всё холоднее, Агриппина вовсе не торопилась приглашать её в дом, тёплых вещей не было, грубияны на базаре кружили как стервятники и Ульяна всё чаще плакала над своими порушенными девичьими мечтами.
Однажды, старуха предприняла попытку утешить её. "Давай - ка Ульяша, выходи замуж за моего Сеньку, - сказала она, - придёт время и вам этот дом достанется и тебе польза и моя душа за него будет спокойна!" Агриппина так и не поняла, отчего девушка ещё пуще залилась слезами, вот уж лучше в реке утопиться, чем выйти за пускающего слюни Сеньку. Лучшей судьбы для себя искала, а ей предлагают хуже втройне.
Худ. Уолтер Лэнгли
Тревог было много, опасалась Ульянка, что кто - нибудь из родной деревни увидит её на базаре. Но этот страх не оправдался, крестьяне сами ловили для себя рыбу, а на рынок ездили за другими вещами. Постоянными же покупательницами в рыбных рядах были зажиточные горожанки и служанки из богатых домов. И однажды поймав на себе чей - то хмурый взгляд, она узнала Катю.
"Что ты здесь делаешь? - без предисловий начала та, - твои родные с ног сбились тебя разыскивая! Почему не пошла домой, как я тебе велела?" Но Ульяна только упрямо поджала губы: "Я добьюсь чего хочу, выйду замуж только по любви. Коли сильно в это верить, оно обязательно сбудется!" Долго спорила с ней Катерина, всё бесполезно, упрямства Ульянке не занимать. На следующий день принесла ей одежду потеплее и пригрозив пальцем велела обращаться, если что.
Тяготы и лишения легче пережить, если есть человек, который поможет на крайний случай. Стало Ульяне потеплее на душе и работалось повеселее. Дни сменяли друг друга, всё больше обрастая жёлтой листвой, солнышко пряталось по утрам в холодной дымке, а ночью с неба всё чаще падали звёзды, словно небесное полотно прохудилось и было больше не в силах их держать. Завернувшись в одеяла, любезно подаренные Катей, Ульяна наблюдала в окошко звездопад и мечтала о большой любви.
Иногда просто скучала по дому, по родне, запаху сена, гоготу гусей и мычанию коров... По миру сотканному из множества звуков и запахов и теперь утраченному для неё, а ведь где - то там, в полях, падают в высокую траву звёзды...
Агриппина иногда скупала по дешёвке рыбу у других рыбаков и тогда Уля везла весь улов в специальной тележке. Это было тяжело и с трудом дотолкав её до рынка, она уже была без сил. "Что - то сегодня запоздала красавица, - раздался ехидный голосок, - с Сенькой - дурачком в койке кувыркалась?"
Ульяна поморщилась узнав давнего своего обидчика - Гришку. Он глупо заржал, видя её недовольное лицо, а в это время чумазый пацанёнок выхватил из тележки рыбину и пустился наутёк.
Однако далеко ему убежать не удалось. Какой - то парень за ухо притащил его обратно и скомандовал: "Ну - ка, положи на место!" Мальчишка послушно кинул серебристую тушку в тележку. А Гришка тем временем нахмурил брови. "Ты по что моего братишку обижаешь?" - пробасил он. "Могу и тебя обидеть!" - не остался в долгу незнакомец, нависая над Гришкой всем своим ростом. Тот здраво оценив свои силы предпочёл раствориться в толпе.
"Он может с дружками своими вернуться!" - забеспокоилась Уля, с тревогой глядя на парня. "Не беспокойся, - отозвался он, - я тоже не один здесь!" Он улыбнулся ей, взъерошив свои светлые кудри и всё случилась, как в самых сладких девичьих грёзах: день засиял во сто крат ярче, а сердце пустилось вскачь...
С тех пор они виделись постоянно, оба деревенские и понятные друг другу. Иногда и не надо было разговаривать, без слов всё ясно, словно где - то там за облаками, в неведомых высотах, их души давно знали друг дружку и говорили без слов. Его звали Глеб и когда он улыбался у неё кружилась голова, а когда она смеялась у него от восторга подкашивались ноги. Уже через неделю он сказал: "Хватит с тебя этой рыбы, поехали со мной, к моим родителям.
Просить благословения на свадьбу, если благословят - хорошо, а нет, так всё равно обвенчаемся!" Она радостно кивнула и уточнила: "В церкви с золотыми куполами?" "Если надо, то найдём такие купола!" - отозвался Глеб.
Они ехали на телеге, мимо лугов и полей, где цвели последние летние цветы и наверное где - то лежали упавшие звёзды... Облака плыли клубками белой шерсти и Ульяна с радостью вдыхала сладкий воздух пахнущей травами и словно пропитанный мёдом. Она рассказала Глебу свою историю, как бежала из дому, прочь от брака с нелюбимым, терпела нужды и лишения пока рука Господня не соединила их. А не то быть ей женою неведомого младшего сынка мельника Фомы Косого.
Внезапно Глеб согнулся пополам от смеха, Ульяна непонимающе смотрела на него, а он всё никак не мог остановиться. Наконец успокоившись, он сказал: "Душа моя, так я и есть меньшой сын мельника Фомы Косого!"
А облака плыли над ними дальше, над лесами и луговинами, над городком и его жителями, едва не задевая кресты старой церквушки, в которой Катя молилась за всех своих близких. Перемигивались поставленные её рукой свечи, изгоняя тени с ликов святых. Глядя на танец пламени, она думала, что наверное стареет и становится сводней. Все в округе друг друга знают и найти сына Фомы Косого не составило труда, вот упросить его помочь незнакомой девушке отбиться от негодяев было сложнее.
Но едва увидел Глеб Ульяну, сам пошёл к ней, как приворожённый. Она всего лишь подтолкнула их навстречу друг другу, а дальше уж всё само сладилось.
Сбылась заветная мечта Ульяны и родители будут довольны.
Может за то что Катя помогла этим двоим, Бог простит её грех...😔🌷🙄🙏🙏
Присоединяйтесь к ОК, чтобы подписаться на группу и комментировать публикации.
Комментарии 4