Можно говорить об активизации очередных «мирных усилий» вокруг Украины, свои «мирные планы» предлагают многие. Возможно, неким толчком к этому стала заметная смена риторики киевского режима, имевшая место некоторое время назад.
27 июня Зеленский, прибыв в Брюссель на подписание очередных «судьбоносных» документов с Евросоюзом, сделал внезапное заявление, что «Мы должны положить этот план [урегулирования] на стол в течение нескольких месяцев. У нас нет много времени, потому что у нас много раненых и убитых на поле боя <…>. Поэтому мы не хотим, чтобы эта война продолжалась годами…».
«Украина может найти модель (переговоров. — Авт.), при которой в соответствии с документами, шагами и модальностями можно найти решение», — ещё одна его цитата.
А пару дней спустя в эфире пресловутого телемарафона состоялся примечательный диалог двух неофициальных говорящих голов главы Офиса президента Ермака, через которых всегда вбрасывались новые вводные. Они долго рассказывали о неизбежности грядущей победы Украины и призывали к войне до победного конца.
А тут внезапно Фесенко признал, что Украина не сможет выиграть войну с Россией. И предупредил Зеленского о том, какую ловушку готовят ему его киевские конкуренты: «Если ты пойдешь на мир с Россией — всё, ты предатель! Мы тебя заклеймим: ты предатель, ты предал, ты проиграл эту войну и так далее».
А дальше пошла (от обоих собеседников) и совершенная крамола: «Людям снова-таки надо пояснить: ну не проигрывает войну тот, у кого остается столица, большая часть территории, выход к морю!»; «Наш главный интерес — не просто возвращение территорий! Мы должны сберечь державу, нацию! А территорию мы сможем чуть позже вернуть. <…> И второе — привести страну в Европейский союз, потом и в НАТО. Вот в этом формула нашей победы!»
Нужно отметить, похожие месседжи, что победой Украины будет её сохранение как таковой, с нынешней идеологией, даже при фактической уступке территорий, которые она продолжает считать своими, видимо в формате заморозки, давно уже прокачиваются ведущими западными СМИ.
Очевидно, что это является подготовкой западного общественного мнения, а теперь начали готовить и украинцев (маловероятно, что команда Ермака — Зеленского, осознавая безнадежность ситуации на фронте, искренне это делает, скорее, с одной стороны, это рассматривается как план Б, с другой — «партнерам» нужно демонстрировать исполнительность).
Напомним, ранее, 16 июня, Владимир Путин озвучил российские предложения по прекращению конфликта, на взгляд многих, учитывая складывающуюся ситуацию «на земле», предложения для Киева весьма либеральные и максимум того, на что Россия готова согласиться в принципе.
И хотя в них говорится о необходимости полного юридического урегулирования, фактически речь идет о более реалистичной в нынешней ситуации заморозке, но на определенных условиях. Ведь в подавляющем числе случаев соглашения о прекращении огня сопровождаются договоренностями о переговорах по разрешению имеющихся противоречий, но в итоге получаются именно замороженные на десятилетия ситуации.
Очевидно, что российский план исходит именно из этих реалий, того, что политическое урегулирование может быть достигнуто весьма нескоро: условия прекращения огня сводятся к освобождению конституционных территорий Российской Федерации и провозглашенному отказу Киева от вступления в НАТО, которое в любом случае заняло бы не один год (очевидно, этот пункт нужен, чтобы на Украину не распространялась 5-я статья альянса).
Так или иначе, то, что на дипломатическом языке называется сближением позиций сторон, которое служит базой для дальнейших переговоров, наметилось, и, естественно, произошла активизация потенциальных посредников.
Самым заметным стал первый с 2012 года (!) визит в Киев венгерского премьера Виктора Орбана (случайно или нет, но он совпал с началом полугодового председательства Венгрии в ЕС).
Сам Орбан сообщил, что привез Зеленскому предложения о прекращении огня, дабы уже после оного начать переговоры об урегулировании конфликта, причем уже через два дня венгерский премьер побывал в Москве (подробней об этом визите ниже), что, признаем, похоже на активный переговорный процесс с участием посредника, что нередко до достижения реального результата стороны стараются не афишировать.
Ответ же официального Киева не заставил себя долго ждать: замглавы офиса президента Украины Игорь Жовква заявил: «Он (Орбан. — Авт.) высказал свою мысль. Это не первая страна, которая говорит про такие возможные варианты развития событий. Президент (Зеленский) выслушал собеседника, однако в ответ изложил свою позицию. Позиция Украины довольно четкая, понятная и известная», — сказал он.
По словам Жовквы, вопрос прекращения огня не может рассматриваться в отрыве от ситуации. Чиновник добавил, что Украина будет добиваться урегулирования конфликта путем организации саммитов мира.
Зацикленность Киева на «саммитах мира», даже после полного провала первого из них, имеет свое объяснение: во-первых, пусть и не в итоговой резолюции, но в комментариях большинство его участников признали необходимость приглашения России и Зеленский надеется, что если не срослось с ультиматумом России со стороны «всего мирового сообщества», то получится при его помощи выторговать более приемлемые условия для себя.
Эти условия, одобренные мировым сообществом, можно подать и украинскому обществу как максимум того, чего можно было бы добиться, при этом заключенное на таком мероприятии через посредников соглашение не будет считаться нарушением запрета Зеленского самому себе вести переговоры с Россией.
Но в тот же вечер зазвучали и совсем другие заявления. «Украина не готова идти на компромисс с Россией и отказываться от какой-либо территории, чтобы прекратить конфликт», — заявил в Вашингтоне Ермак, уточнив, что хотя Киев открыт к советам по достижению «справедливого мира», но не готов идти на компромисс в вопросах, касающихся основополагающих ценностей и принципов страны. К таким принципам, по его словам, относятся независимость, свобода, демократия, территориальная целостность и суверенитет Украины.
А далее последовал очередной пассаж от Зеленского: «Если мы говорим о каких-то изменениях наших территорий, то это изменение Конституции и это преступление. Поэтому, когда нам предлагают некую “немецкую” или “корейскую” модель завершения войны, то нужно понять мнение народа Украины, а не только мое. Потому что народ является владельцем Украины».
В общем, «я и рад бы», но вот народ (который, как скот, отлавливают на улицах), конституция (что в ней говорится о сроках полномочий президента?)… Особенно показательно, что Зеленский чётко уточнил, что это касается и заморозки, притом что существует множество схем, позволяющих избежать юридического признания стороной потери своих территорий.
И к слову, нигде в украинской конституции не написано, что при потере территорий власти обязаны вести бескомпромиссную войну за их возврат и даже перемирие является зрадой.
Причины такой метаморфозы чётко показывает удавшийся пранк Вована и Лексуса с Хиллари Клинтон, которой они представились экс-президентом Украины Петром Порошенко и предложили помощь в поддержке Байдена перед выборами, пообещав найти компромат на Дональда Трампа.
Однако экс-госсекретарь сказала о куда более важном, на её взгляд: «Вам нужно оказать поддержку, чтобы попытаться не только удержать линию, но и перейти в наступление. И тогда, очевидно, многие в нашей стране сделают все возможное, чтобы переизбрать президента Байдена».
Как говорится, что и требовалось доказать. Все действия администрации США так или иначе завязаны на выборы 5 ноября, на переизбрание Байдена, все решения принимаются именно в этом контексте. После провала «саммита № 1» следующий (с участием России) был анонсирован примерно на октябрь, т. е. аккурат под выборы за океаном, «триумф» на котором должен был бы помочь Байдену. Когда стало ясно, что шансов на это никаких, то вернулись к идее, озвученной Клинтон, которая, безусловно, в курсе стратегии штаба Байдена.
Очевидно, это было доведено и до находившегося в Вашингтоне Ермака, откуда и заметная смена риторики. Одновременно ему указали на недопустимость любых игр с Трампом, к победе которого уже готовится весь мировой политикум. Прямым следствием этого стал отказ от интервью с Такером Карлсоном, которое последний уже успел анонсировать.
Понятно, что, как было всегда и раньше, Киев будет демонстрировать показную исполнительность, но пытаться вести свою игру, подспудно саботируя те пожелания, выполнять которые ему совершенно не хочется. В данном случае в первую очередь речь идет о новом масштабном наступлении, которое почти наверняка станет лебединой песней ВСУ.
Но в вопросе мира, точнее продолжения войны, на данном этапе интересы киевского режима и Вашингтона полностью совпадают. Повторюсь, у Белого дома может быть интерес к прекращению горячей стадии конфликта, но только в таком, которое можно подать американскому обществу как «победу», и тем самым выбить один из козырей из рук Трампа, обещающего быстро закончить эту войну, дескать, Байден уже этот вопрос решил.
Но это возможно только при корейском варианте, выполнение любых других требований Москвы как условия прекращение огня будет означать признание поражения, чем тот же Трамп не преминет воспользоваться в своей предвыборной риторике. Особенно чувствительным в этом плане является вопрос конституционных территорий Российской Федерации — их сдача без боя будет однозначным признанием поражения не только Украины, но и всего коллективного Запада.
Российскую же позицию Владимир Путин вновь обозначил на саммите ШОС в Астане и по ходу переговоров с Виктором Орбаном. Тезисно её можно обозначить так… Россию неоднократно «кидали», о чем российский лидер подробно, с новыми деталями напомнил в Астане: «Когда наши войска стояли под Киевом, мы получили предложение и даже настойчивую просьбу со стороны западных партнёров прекратить огонь, прекратить боевые действия для того, чтобы были предприняты определённые вещи с украинской стороны. И мы это сделали…
Украинская сторона не прекратила боевых действий. А потом нам было сказано, что украинские официальные власти не могут контролировать все свои вооружённые формирования, потому что там якобы есть такие, которые не подчиняются центральным властям. Так нам было сказано, здесь я ничего не прибавил, не убавил.
Нас просили отвести войска от Киева с целью создания условий для окончательного заключения мирного соглашения. Мы сделали это и опять столкнулись с обманом: все договорённости, достигнутые в Стамбуле, были выброшены в помойку. И так было неоднократно.
Поэтому просто сейчас взять и объявить о прекращении огня в надежде на то, что обратная сторона предпримет какие-то позитивные шаги, мы просто не можем. Нам нельзя допустить, чтобы после прекращения огня этим прекращением противник воспользовался для того, чтобы улучшить своё положение, довооружиться, доукомплектовать с помощью насильственной мобилизации свою армию и быть готовым к продолжению вооружённого конфликта.
Нам нужно добиться того, чтобы противная сторона согласилась предпринять такие шаги, которые являлись бы необратимыми и были бы приемлемыми для Российской Федерации. Поэтому прекращение огня без достижения этой договорённости невозможно».
Это заявление мне представляется очень важным, поскольку 14 июня вопрос о гарантиях неиспользования прекращения огня для восстановления сил Украины не был озвучен. Поэтому это заявление президента России можно рассматривать и как ужесточение позиции, после того как предыдущие предложения были отвергнуты.
Также Владимир Владимирович указал, что, хотя любое посредничество приветствуется, соглашения, заключенные через посредников, нельзя считать достаточно твердыми: «Кто может дать полномочия посреднику такие, которые бы могли поставить окончательную точку и положить конец этому противостоянию?»
При этом и на Украине говорить особо не с кем: Зеленский нелегитимен, а «все полномочия должны перейти к Раде, но она эти полномочия не берёт на себя. Поэтому обратиться, конечно, можно, но, исходя из практической ситуации, из того, что происходит в реальной жизни, это более или менее бессмысленно». Тем паче, что «Киев не допускает мысли о прекращении военных действий, так как исчезает предлог для продления военного положения».
Называя вещи своими именами: Россия демонстрирует (прежде всего «ищущим мира» партнерам) конструктив, готовность к разумному и даже достаточно мягкому для Киева, учитывая ситуацию на земле, компромиссу, но в то же время такому, который ныне достичь практически нереально. А значит, СВО будет продолжаться и в дальнейшем, в зависимости от её хода, российские требования будут ужесточаться.
Нет никаких оснований полагать, что жесткие и пессимистичные относительно возможности мира в ближайшее время заявления сторон являются дымовой завесой уже идущих серьезных переговоров, такая работа всегда подразумевает постепенное снижение градуса риторики, подготовку общественного мнения.
Соответственно, и «турне» Орбана не было элементом челночной дипломатии, а он — «почтальоном» между Москвой и Киевом. Скорее это более глубокая игра, в которой венгерский премьер претендует на роль лидера всего правого, антимейнстримного фланга европейского политикума, который против нынешней повестки в целом и, в частности, выступает за компромисс по Украине и постепенную нормализацию отношений Европы и России (по крайней мере первый и третий пункты полностью в российских интересах).
Наверняка сторонников такой позиции намного больше, чем осмеливающихся демонстрировать это публично. Весьма вероятно, Орбан был их эмиссаром, задачей которого было в доверительных переговорах за закрытыми дверями прояснить в деталях позицию Кремля, может, и проработать совместную тактику.
Собственно, об этом говорят и заявления Орбана на встрече с Путиным:
— Европе нужен мир;
— главной задачей в предстоящие полгода нашего европейского председательства будет борьба за мир;
— я хотел услышать и услышал мнение Путина по трем важным вопросам: что он думает о мирных инициативах, о прекращении огня и мирных переговорах, в какой последовательности их можно провести, и третье — видение Европы после войны.
При этом он признал, что «позиции Москвы и Киева очень далеки друг от друга».
Александр Фидель
https://www.putin-today.ru/archives/211382?repost=rpzh202407091708
Нет комментариев