- Тоня, чего такая квелая? – спросила соседка. – Вижу, последнее время, как будто нездоровится тебе.
- Да и впрямь нездоровится, - ответила сорокасемилетняя Антонина, - и делать ничего не хочется, даже перед мужем стыдно.
- Вроде, прежняя ты, а вот все равно какая-то другая. Слушай, Тоня, а может, это порча? У меня такое было, так бабка Анисья воском выливание делала.
- И что, помогло?
- А как же?! Сама же помнишь, что и деток с тобой лечили у той же Анисьи.
- Понять не могу, откуда порча-то взялась? – недоумевала Антонина.
- Да разве мало по деревне людей приезжих шастает. Помнишь, давеча ходили по домам покрывала цветастые предлагали, - люди чужие, глаза темные, завидущие, могли и порчу наслать.
- Да они и в дом-то не заходили.
- Ну тогда вспоминай, кому дорогу перешла, может, из мужниной родни зуб на тебя имеют.
- Да типун тебе на язык, живем душа в душу со Степаном, а родственники его с добром да с лаской ко мне.
- Ну, тогда не знаю, думай сама голубушка, потому как на порчу похоже.
Антонина тяжело вздохнула и пошла к бабке Анисье – от порчи избавляться.
Анисья , также как и соседка, стала уверять, что порчу наслали на Антонину, и взялась подготавливать обряд избавления от недуга.
- Несколько раз ко мне придешь, - наказала Анисья.
Но никакие выливания воском не помогли, чувствовала себя Антонина также худо.
* * *
- Чего-то ты как будто раздобрела, Антонина, - окинув взглядом пациентку, сказала Мария Захаровна. Ну-ка покажи живот. – Порча, говоришь? Ты же грамотная женщина, Антонина, - стала укорять Захаровна, - ну какая порча, миома это. Надо в райцентр ехать, доктору показаться.
- Этого мне еще не хватало, - расстроилась Тоня, - внука как раз привезли, а тут миома откуда-то взялась.
Но утром раненько пошла на автобус. «Не порча, так миома, - думала она, что же это навязалось-то».
Доктор Ольга Васильевна осмотрела Антонину, в подробностях рассказывающую, что в последнее время самочувствие ее неважное, а что такое с ней, понять не может.
- Я даже думала, что порчу кто-то наслал…
- Порчу, говоришь? – Ольга Васильевна взглянула на Антонину. – Муж твой и наслал на тебя порчу.
И чем больше становилась улыбка на лице доктора, тем больше было удивление на лице Антонины.
- Беременность это, а не порча и не миома. Раньше не могла приехать? А то ходишь по деревне, диагнозы собираешь. Порчу какую-то придумала.
Антонина с минуту не могла сказать и слова.
- Ольга Васильевна, это как же, может, ошибка какая?
- Ага, ошибка, это ты мужу своему расскажи, пусть тоже подумает, как он ошибся. В общем, дорогая моя, есть у тебя все шансы родить здорового малыша. Или ты не хочешь?
- Нет, ну почему, это дите мое, хочу, конечно, - растерянно бормотала Антонина, - только старшим-то чего сказать, у нас уже внук есть.
- Ну, это уж ты сама думай, что сказать, а мое дело на анализы тебя направить. И если решила рожать, то тяжести там у себя дома – ни-ни, не смей поднимать.
Антонина приехала домой под впечатлением, еще до конца не веря, что в третий раз станет матерью.
- Степа, - позвала она мужа, копавшегося в гараже, - тяжелая я.
- Как это?
- Ну как, дите у меня будет.
- Мать честная, - Степан присел на ступеньку крыльца, - ты же говорила, миома вроде, а до этого жаловалась на какую-то порчу.
- Вот тебе и миома!
- Ну и чё теперь делать? – спросил Степан.
Антонина промолчала, взглянув на мужа.
- Ай, где двое, там и трое! Рожай давай, а там разберемся.
- Детям-то что скажем`?
- А то и скажем: брат или сестра у них будет.
В планово-производственном отделе эта женщина всегда выделялась миловидностью и невероятным обаянием. Она и внешне, и в разговоре была приятной дамой.
- Вот так и получилось, - сказала Любовь Степановна, - думали порча, а потом миома, а оказалось… в общем, я родилась. Спасибо мамочке!
И было удивительно смотреть на нее – такую красивую, много лет назад совершенно «незапланированную», и такую любимую родителями всю жизнь.
Автор Татьяна Викторова
Присоединяйтесь к ОК, чтобы подписаться на группу и комментировать публикации.
Комментарии 21