автор: Гришанова (Воеводина) Наталья Ивановна
…Воспоминания моей мамы Воеводиной (Петроченко) Елизаветы
Гавриловны, тёти Амельченко (Петроченко) Валентины Гавриловны
Судьба деревень бывает разная: какие-то создавались с хуторов, увеличивалась их численность населения, росло количество дворов, они расширялись, становились крупными сёлами, районными центрами, а некоторые даже городами.
Многие малые и большие деревушки появлялись, жили какое-то время, а потом исчезали, будто бы их и не было. Причины были разные, одна из них - гибель деревень, исчезновение школ, магазина, рабочих мест для молодёжи. Это становилось одной из распространённых причин переезда людей в другие места жительства в поисках лучшей жизни. Чаще всего молодёжь уезжала в города учиться и не возвращалась, жизнь в городе была полегче, чем труд в сельском хозяйстве.
А ещё причиной исчезновения многих сёл и деревень стала ликвидация «неперспективных деревень» с 1959 года. В результате такой государственной политики СССР жители мелких сельских населённых пунктов должны были переселиться в крупные, чтобы сосредоточить в них большие сельские производственные объекты. Такая политика принесла значительный ущерб сельскому хозяйству, но это признали позже…
Неперспективными деревнями в Кривошеинском районе были признаны очень многие населенные пункты: Семёновка, Новый Мир, Междуречено, Верх-Бровка, Гурьевка, Тайлашевка и другие… Так они исчезли с карты Кривошеинского района, а жители переехали в ближайшие сёла: Пудовка, Крыловка, Белосток, Кривошеино, кто-то уехал в город Томск и за его пределы.
А сейчас, немного из истории одной из исчезнувших деревень, деревне Тайлашевка.
В 1912 году вдоль речки Сентилек, Ново-Александровской волости Томского уезда, образовался ряд Тайлашевских хуторов: Анисеня, Данилова, Пехтелёвых, Поплетай, Ракитина, Филатова, Филинова, Бенькова. Всего было 29 дворов, проживало в них около 155 человек. Раньше в этих местах была тайга, болота, леса, но благодаря трудолюбию переселенцев были построены дома, стали обрабатываться земли, выращиваться зерновые культуры, разводиться скот. Население было разным по национальности: русские, латгольцы, латыши… Там проживала семья моего дедушки Петроченко Гавриила Дмитриевича.
Когда-то там кипела жизнь, строили дома, амбары, распахивали поля, на лугах заготавливали сено, чтобы кормить коней, коров, овец. Кругом был лес, который брали для строительства, заготовки дров; собирали в лесах грибы, ягоды. В пруду ловили рыбу. Деревня была шумной. По утрам петухи будили всю округу, хозяйки выгоняли скот на пастбище, мычали коровы, лаяли собаки. Люди же были дружными, приветливыми, потому что приходились друг другу родственниками, близкими или дальними, кумовьями, сватами, соседями. Ведь жить сообща было легче, помогали друг другу и в радости, и в горе, и в работе.
Вечером молодёжь после физической работы гуляла шумной толпой, ходили на «пятачок» к дому Пехтелёвых, пели песни, частушки под гармошку, плясали на «вечорках», ходили в соседние деревни Крыловку, Пудовку.
В деревне дома строили просторные, потому что жили большими семьями: родители, дети, дедушки, бабушки. И всем хватало места!
В Тайлашевке была ферма, телятник, конюшня, свиноферма, сушилка. Техники не было никакой, только косилки, грабли, плуги для работы на конях, быках. Была кузница, без неё никак не обойтись! Работы хватало кузнецу Пехтелёву Тарасу: коней подковать, инструмент отремонтировать или выковать. У жителей был тяжёлый каждодневный труд, без выходных и праздников. Отдыхали только в большие церковные праздники: Рождество Христово, Крещение, Пасха, Троица. Ближайшая «Свято-Троицкая» церковь была в селе Ново-Александровка. Также жители отмечали такие праздники, как Новый год, Майские праздники, 7 ноября.
Жизнь была трудная, жили бедно, за работу получали трудодни, поэтому одежда была плохая, а обувь берегли. Ходили либо босиком, либо в лаптях, чирках (шил Кобяков Анатолий), зимой ходили в валенках. Часто люди недоедали, нужно было платить налоги: ловили рыбу, собирали грибы, ягоды. Ели колбу, лебеду, крапиву, картошки не хватало (берегли на весну, на сады (посадку)). И все же не унывали, жили с задором, умели радоваться мелочам. Растили детей, строили планы на будущее…
В деревне имелась также начальная школа, обучались в ней до 4 класса. Учились в две смены 1-й с 3-м классом (1-я смена), 2-й с 4-м классом (2-я смена). Продолжали обучение в Ново-Александровке (большое село с хлебопекарней, церковью, больницей, избой-читальней, лавкой, где можно было купить товары первой необходимости, школой). Там учили до 7 класса. Потом после седьмого класса ребята доучивались в Кривошеинской средней школе, здесь заканчивали 8-й, 9-й, 10-й классы.
В школе деревни Тайлашевка было две комнаты, стояла печь, отапливались дровами. Дрова заготавливали работники школы вместе со старшими учениками. В школе было холодно, зимой за ночь могла замёрзнуть вода в помещении. И хотя техничка Петроченко Марья Фёдоровна добросовестно топила печь перед занятиями, это мало помогало. Печь была плохая, дрова сырые, горели плохо. Но дети с удовольствием ходили на занятия за знаниями. Были у них хорошие педагоги: Анна Фортанатовна (фамилия неизвестна), Анисеня Екатерина Васильевна, Поплетнёва (Егорова) Валентина Григорьевна, которая приехала в деревню молодой учительницей. Здесь она повстречала Поплетнёва Антона Степановича и вышла за него замуж. После распада деревни Тайлашевка, молодая семья переехала в Пудовку. В Пудовской восьмилетней школе Валентина Григорьевна проработала до пенсии.
В те времена в школе не кормили, если мама положит с собой кусок хлеба и вареную картошку, тогда на перемене можно было подкрепиться. В Ново-Александровскую школу дети ходили пешком, собираясь «толпой». Не возили детей никогда, даже зимой, не было свободных коней с санями, все были задействованы в хозяйстве. Сокращали путь по полям, через Гайскую, была дорога и через Пудовку, но так идти было дальше. Ученикам деревень Крыловка и Пудовка нужно было ходить тоже в Ново-Александровку. Так же возвращались домой. Была большая радость, если кто-то из знакомых ехал на коне, тогда подвозили до дома. Некоторые ученики в зимнее время жили на квартирах у местных жителей Ново-Александровки. За проживание брали дровами, продуктами, зерном.
После уроков в школе дети бежали на помощь взрослым: воду носить с Тайлашевского пруда, скот пасти, помочь в огороде, по хозяйству. Зимой снег расчищали, дрова носили. Летом ловили рыбу удочками и корчажками, ловились караси и гальяны. Были и обласки (долблёные лодки), что позволяло ловить рыбу подальше от берега. Наша бабушка Таня тоже умела ставить корчажку, ловить рыбу, тогда многие женщины умели это делать, надо было чем-то кормить семью.
Был «детский сад» по договорённости между родственниками и соседями, потому что малышей не с кем было оставить, все были на работе, и мужчины, и женщины, бабушки и дедушки на домашнем хозяйстве. Женщины после рождения детей отдыхали только два месяца, а затем выходили на работу, бегали домой, чтобы только покормить малышей.
В деревне было четыре бани по-чёрному. Это баня без трубы, печь-каменка, камни, чан с горячей водой, кадка с холодной водой. Строились они в землянках или из брёвен. Крыша застилалась берестой и засыпалась землёй. В субботние дни баня топилась весь день, ведь мылось много народу. В первую очередь мыли детей, помогали друг другу, потому что деток в каждой семье было много, надо было присматривать за ними, чтобы не обожглись об жаркую печь и не вымазались в сажу, которая была на стенах бани.
Воду брали из пруда. На берегу были вырыты и колодцы (ямы 1-1,5 метра в глубину, возле них деревянный настил), закидывали ведро с верёвкой вглубь, потом вытаскивали. Оттуда же брали воду для приготовления еды, питья, для стирки с золой, мытья посуды, полив насаждений в огороде, для скота брали из пруда. Зимой таяли снег.
Возле каждого дома были большие огороды. Выращивали картофель на еду и на корм скоту, надо было сдать ещё и государству: овощи, горох, турнепс, репу, коноплю (для изготовления конопляного масла), лён (для изготовления ткани, верёвок, мешковины, льняного масло). Ткань ткали, ткали и половики на «кроснах». Палисадников возле домов не было, не было тогда ещё такой «моды». Да и некогда было заниматься цветами, работы было много, особенно летом много сеяли, много ребятишек, заготовка ягод, грибов, сенокосы.
Браки, рождение детей регистрировали сначала в Ново-Александровской «Свято-Троицкой» церкви, позднее в селе Пудовка, в конторе Сельского совета. Свадьбы гуляли весело, шумно, три дня с соблюдением всех свадебных традиций: сватовство, девичник, выкуп невесты, стол с угощениями в доме невесты, венчание (регистрация брака), благословение родителей, вынос каравая, разбивание фужеров (стопок), стол в доме жениха, «надел» молодых подарками, осыпание крупой или зерном, как пожелание: «Пусть у вас будет много детей и счастье в семейной жизни!», снятие фаты, выметание соломы, бросание букета, угощение от молодых. Гуляли обычно в зимнее время или осенью, после уборки урожая. Надевали лучшие наряды, обувь (летом- лапти, зимой- валенки). У невесты на голове был венок из искусственных цветов, фата из марли, белое платье. Жених в белой рубашке, костюме. Свидетельницу невесты звали «Боярка»- подружка, свидетеля жениха – «Подженишничек» - дружок. Запрягали лошадей, украшали их как могли: цветами, лентами, колокольчиками. Бывало, свадебный «поезд» с санями, в которых катали гостей, насчитывал до 16 конных упряжек. Была и русская «тройка» лошадей, т.е. запрягали три коня в ряд.
Так как люди жили небогато, на свадьбу дарили подарки, приготовленные своими руками. Чаще всего дарили сундуки разных размеров, они всегда были нужны в хозяйстве для хранения одежды, продуктов; кадки деревянные. Хорошими подарками на свадьбу были домашние животные: телёнок, овца, куры. Дарили посуду, чугунки разных размеров, инструменты (вилы, лопаты).
Первым гостем на свадьбе был гармонист. В Тайлашевке гармонистами были Пехтелёв Александр Кузьмич, Шумский Костя (подшивал пимы, играл на гармошке), Горохов Александр Сафронович.
Жили дружно не только в радости, но и в горе. Жителей деревни хоронили на Пудовском кладбище. Землю под кладбище в Тайлашевке выделили после объединения хуторов, стал он называться посёлок Тайлашевский. Было это уже в 1941 году перед Великой Отечественной войной. А церковь в Ново-Александровке закрыли еще летом 1940 года.
Семья моего дедушки Петроченко Гавриила Дмитриевича:
Отец – Петроченко Дмитрий Александрович
Мать – Петроченко Елизавета Ипполитовна
Жили сначала на хуторе, потом переехали в Тайлашевку.
Семья была большая:
Сыновья: Гаврила, Касьян, Порфирий, Иван
Дочери: Арина (Ирина), Татьяна
Когда стали дети обзаводиться семьями, то в доме стало проживать до 17 человек. Сначала срубили дом сыну Касьяну, а потом и дочери Татьяне, когда та вышла замуж за Воеводина Михаила Николаевича. Порфирий уехал жить в Колпашево, а Иван - в Кривошеино.
По соседству жили Пехтелёвы, Осиненко, Филиновы (два брата, Денис с Марьей и Афанасий с Винодорой). После смерти отца стал главой семьи Гаврила. В доме было две комнаты: зал, спальня. В первой комнате стояла железная печь (она обогревала весь дом), труба шла в русскую печку, за тем на крышу. В русской печи готовили пищу (щи, кашу, картофель), пекли хлеб. А потом, когда печь ещё была горячей, ставили чугун с нарезанной репой, турнепсом и «парили». Ели сами и давали на корм скотине (свиньям).
Районный Архив
По данным похозяйственной книги на 1937 год проживали в доме Петроченко Елизавета Ипполитовна – 1865 г.р.( мать), Гавриил Дмитриевич, его жена Татьяна Степановна, их дети: Надежда -1931 г.р., Владимир -1933 г.р., Иван -1934 г.р., Елизавета – 1937 г.р., (Валентина - 1940 г.р., Нина – 1942 г.р.) Хозяин был грамотным, его жена неграмотная. Дедушка Гавриил был старше бабушки на 6 лет, и ему пришлось ждать 2 года, пока невеста подрастёт, на тот момент было ей всего16 лет. Поженились они в Ново-Александровской «Свято-Троицкой» церкви на Михайлов день 21 ноября 1930 г.
На усадьбе деда имелась изба, покрытая дранкой, амбар (крыша, покрытая соломой, ботвой картофеля, тростником), баня с земляной крышей, хлевок (покрыт соломой), заплот (забор), ворота. В хозяйстве была 1 тёлочка, 1 бычок, 1 корова, 3 свиньи (держали, конечно, больше, но прятали, чтобы меньше было платить налоги и чтобы что-то оставалось себе). Выращивали коноплю – 0,01, горох, корнеплоды (репу, турнепс) – 0,02, картофель – 0,30, овощи – 0,05 сотки.
К тому же государству нужно было платить налоги. Так, необходимо было сдавать картофель, мясо, а с одной коровы полагалось сдать 13 кг масла, а также молоко. Начислялось и самообложение -20 рублей (платили за 2 раза по 10 рублей). Был культ сбор – 25,90 руб., платили тоже за два раза 15 руб.-10,90 руб.
В семье имелись кросна – ткали холсты, прялка для льна и шерсти. Жили, как и все, небогато. Из мебели был большой деревянный шкаф, деревянная кровать, на которой спали 3 дочки (Надя, Лиза, Валя), стол, сундук, лавки, кровать, где спала бабушка Лиза, кровать, где спали хозяева. Сыновья Володя и Ваня спали на печи. Если же было жарко, спали на полу возле печки, Нина спала в люльке. Также в доме имелся большой и красивый диван, по тем временам роскошь. Красивая этажерка, сделанная руками брата Касьяна, украшала комнату. А ещё поставили хозяева между комнатами (в спальню) деревянную дверь со стеклом. Но так как в семье было много детей, и они любили бегать из комнаты в комнату, то хлопали дверью, и стекло часто разбивалось. Поэтому хозяин дома поставил эту дверь в кладовку, где хранились продукты. В одно время в кладовке был магазин, привозили продукты: соль, сахар, муку, масло, конфеты – подушечки. Имелись и весы с гирями, счёты, стол. Дедушка сам вёл учёт.
Работал дедушка с 14 лет, был он человеком ответственным, поэтому назначили его бригадиром полеводов. А в 25 лет избрали его односельчане председателем колхоза. Выделили ему коня, чтобы мог успеть побывать на полях, на ферме. Вместе со всеми трудился, никому в помощи не отказывал, дома почти не бывал, забот было много.
Брат моего деда, Петроченко Касьян Дмитриевич, был «ликвидатором неграмотности», учил женщин читать и писать. Они после тяжёлого трудового дня садились за парты. Им хотелось быть грамотными, но дома ждали дети, хозяйство, поэтому не всегда учёба была результативной.
Жили люди, стоили планы на будущее, а тут пришла новость, началась война с Германией!
Многие Тайлашевские мужчины ушли на фронт:
1. Ракитин Алексей Иванович
2. Петроченко Пётр Гаврилович
3. Петроченко Николай Гаврилович
4. Пехтелёв Михаил Егорович (пропал без вести)
5. Горохов Никифор Сафронович
6. Горохов Дмитрий Сафронович
7. Анисеня Михаил Михайлович
8. Поплетнёв Филипп Константинович (пропал без вести)
9. Поплетнёв Николай Константинович
10. Беньков Фёдор Фёдорович (пропал без вести)
11. Беньков Василий Фёдорович (погиб)
12. Осиненко Леонид Иосифович
13. Данилов Пётр Иванович (погиб)
14. Данилов Фёдор Иванович (погиб)
15. Данилов Александр Иванович (погиб)
16. Данилов Тимофей Иванович
17. Дубровин Егор ….
18. Филатов Яков Петрович
19. Филатов Сергей Федотович
20. Филатов Виктор Федотович
Ушёл на фронт и брат дедушки Петроченко Касьян Дмитриевич, был ранен в лёгкое. Воевала племянница Александра, дочь сестры Ирины. Была Александра медсестрой. Деда Гавриила тоже призывали, был он в Новосибирске в трудовой армии, но потом дали ему бронь, отправили в запас. В тылу работы тоже хватало.
Трудные это годы были. В селе работали на тракторах «колесниках», работы было много, жали серпами на полях, в хозяйстве в основном оставались женщины. Кроме того, нужно было отправлять людей в Ергайский леспромхоз лес готовить, а потом сплавлять его по реке. Дед тоже ездил лес возить в леспромхоз. Лес всегда был нужен стране. Помогали фронту как могли. Дети в войну тоже трудились, помогали взрослым: пасли скот, на быках пахали поля (коней забрали для нужд фронта), сено готовили, дрова, верёвки со льна плели. Пололи хлеб от сорняков, возили зерно в мешках. Не дала война детям учиться, многие окончили только начальную школу 4 класса, на этом их учёба закончилась. И детство тоже…
В годы войны в Сибирь отправляли жителей Ленинграда, чтобы спасти их от голода, бомбёжек во время блокады. В Тайлашевку тоже прибыли ленинградцы, их нужно было определить на проживание в семьи жителей. Петроченко Гаврила Дмитриевич был председателем колхоза, и он в свою семью, где было шестеро детей и мать Елизавета, пригласил семью Лифановых. Это были люди преклонного возраста, работать в поле, на ферме они не могли, но оставались дома, приглядывали за хозяйством, за малышами Валей, ей было 2,5 года, Нине 1 год.
Однажды родственники прислали беженцам из Ленинграда посылку, в ней печенье, конфеты, отрез розового атласа. По тем временам это было целое богатство! Печеньем угостили всех членов семьи, а вот конфетами угощали только младших Валю и Нину. Они их сильно жалели, нянчились с ними. Старшие дети обижались на них, тоже сладкого хотелось, но недолго, время было трудное, дети рано взрослели и всё понимали. После войны ленинградские беженцы вернулись домой, их дальнейшая судьба неизвестна. Розовый отрез, который прислали в посылке, выменяла Татьяна Степановна у беженцев за продукты, которые им нужны были в дороге. Этот отрез хранила в сундуке, а потом из этой ткани сшили свадебное платье старшей дочери Надежде. Красивая была невеста в этом платье! Вышла она замуж за Селезнёва Николая.
У Петроченко Гавриила Илларионовича (однофамильца деда) сыновья Пётр и Николай ушли на фронт. И у него тоже разместили женщину из Ленинграда. Женщина Анна была очень худая и больная, местные жители думали, что она не выживет. Но хороший уход, а главное молоко, спасли её. Работать она не могла, «была слаба здоровьем», но когда немного поправилась, то ей хотелось хоть чем-то помочь людям, которые её приютили и выходили. Поэтому, когда ей стало немного лучше, прибирала в доме, готовила еду.
Очень много было латышей, их ссылали в Сибирь. Они работали наравне с местными жителями. Дети их тоже играли с местной ребятней. Любимой игрой была лапта, а мяч шили сами. Хоть и немного было времени для игр, но умудрялись быстро сделать работу и поиграть. Ещё играли в догонялки, прятки. Старшие дети присматривали за малышами. Играли летом, зимой ребятишки сидели по домам, одежды, валенок не хватало на всех детей в семье. Ходили в ней только в школу.
Много похоронок пришло в деревню за годы войны. Погиб муж сестры Татьяны Воеводин Михаил Николаевич в декабре 1941 года. Осталась сестра одна с дочерью Танюшкой. Ушла жить к ней, помогать по хозяйству бабушка Лиза. В семье сына много детей, шумно, а у неё уже был возраст преклонный.
После войны вернулись мужчины на малую родину, кто остался жив, многие с ранением, с подорванным здоровьем. И все же стало немного полегче. Вздохнули с облегчением женщины, часть работы взяли на себя мужчины. Стала поступать в сёла техника, МТС образовалось, дали трактора, жизнь налаживалась.
Жители сами проводили свет и радио в деревню, копали ямы, устанавливали столбы, протягивали провода. Когда провели радио, любили слушать его и взрослые, и дети. По радио первый раз услышали песню «Едут новосёлы, по земле целинной», очень понравилась людям эта песня, выучили и стали сами её петь.
Привозили в деревню и «немое» кино, показывали в доме у Коржовых, рассаживались кто где, даже на полу сидели. Стоил билет 20 копеек. Не все родители могли дать детям деньги на кино. 20 копеек стоило одно яйцо, дети брали яйцо из-под курицы, несли в магазин, там его принимали и давали деньги.
***
Выросли дети в семье Петроченко. Сыграли свадьбы в Тайлашевке своим детям. Старшая дочь Надежда вышла замуж за агронома Николая Селезнёва, стали они жить в Новом Мире, а затем в Пудовке. Сын Владимир женился на Маине Косачёвой. В годы войны Семья Косачевых приехала в Крыловку из Белоруссии. Иван женился на Таиси Волковой. Жили они сначала с родителями жены, потом переехали в старенький дом, а новый строили рядом в Крыловке. Дочь Елизавета вышла замуж за Ивана Воеводина. Дом они построили в Пудовке на улице Центральная, 35. Замуж вышла за Николая Амельченко из Крыловки дочь Валентина. Уехала в Томск младшая дочь Нина, вышла замуж за Вячеслава Горлова.
А тут другие времена настали! «Централизация» - говорили людям. Административными решениями было приказано укреплять сёла за счёт маленьких деревень. Тайлашевка была признана бесперспективной. Перевезли фермы, технику, стали люди ездить, ходить на работу в Пудовку. Трудно было покидать родные места, но время диктовало свои условия! Вот и Петроченко, отцу и сыну, пришлось строить сразу два дома. Место выбрали хорошее, на улице Зелёной. Там уже было несколько домов. Трудная работа – дом построить! Сначала решено было сыну дом построить, там дети, самим на работу нужно ходить. Помогали родственники, сруб перевезли, сложили, женщины мазали стены, готовили еду. Так потом и дедушке с бабушкой дом помогли перевезти и обустроить. С 1962 по 1966 года разъезжались люди кто куда. Была деревня и не стало… А ведь какие хорошие поля были в Тайлашевке, пруд. В одно время была там ферма, скот пасли, в пруду коров поили…
А жизнь продолжалась! Надо было разрабатывать огород, огородчик для того, чтобы обеспечить себя и животных овощами. Обживались на новом месте. Рядом поселилась семья Осиненко, соседи по Тайлашевке, на этой же улице стали жить дети Касьяна: Викентий Касьянович с женой Валентиной, Шулятьева (Петроченко) Нина Касьяновна с мужем Александром Николаевичем, Прокопенко (Петроченко) Ирина Касьяновна с мужем Владимиром Васильевичем, Поплетнёва (Петроченко) Федосья Касьяновна с мужем Николаем Гавриловичем. Виделись все часто, на дне по несколько раз, помогали друг другу, делились, чем могли.
Дед Гаврила, дед Касьян, у которого были «золотые» руки, делали красивые наличники на окна, ставни, ни у кого в Пудовке их не было. Нам, внучкам очень нравилось, когда летом в жару дед закрывал ставни в спальне, тогда становилось прохладно и темновато. Дом был обшит «ёлочкой», так назывались маленькие деревянные дощечки, которыми оббивали дом для красоты, потом их красили. Двор был большой, ворота красивые, сверху «крыша-козырёк». Возле дома был палисадник с яблоней-ранеткой, росли цветы космея. В огородчике кусты малины, смородины, виктории, но покушать ягоды внукам мешали пчёлы. Дед Гаврила ещё в Тайлашевке имел несколько ульев для своих ребятишек, лечились мёдом и так ели. А в Пудовке он развёл много пчёл, интересовался пчеловодством, у него были книги на эту тему, всегда стояли на видном месте, на этажерке. На зиму спускали колодки в подполье в доме, выкопано оно было специально большое. Нас дед зимой просил слазить в подпол, послушать живые ли пчёлы. Мы не могли отказать в его просьбе, хотя боялись, что пчёлы покусают, но лезли и слушали. Если в колодке было тихо, просил постучать по ним и слушать. Заодно в подполье набирали картошку на еду и для скотины.
Медогонка, фляги для мёда стояли в кладовке, с дверью со стеклом, которую перевезли из Тайлашевки. Когда качали мёд, все были в сборе, взрослые носили рамки, качали, а дети первыми пробовали мёд и соты. Тут же и пчёлы летали, куда без них! Переняли интерес к пчеловодству сначала сын Владимир, потом внуки Николай Петроченко, Александр Селезнёв. Есть пасека у внучки деда Гаврилы Людмилы Оленберг. Они с мужем Юрием тоже пчеловоды. Александр Селезнёв живёт в Колпашево, держит пасеку, продолжает любимое дело деда. Дед Гаврила с бабой Таней всегда держали корову, свиней. Корову держали до тех пор, пока не заболела и не умерла хозяйка, ей было 79 лет. У всех детей тоже было своё хозяйство: коровы, овцы, свиньи, куры.
Готовили сено всегда сообща, на 4 семьи, дед тут был за главного, командовал, когда косить траву надо, когда сухое сено убирать. Сам до преклонного возраста управлял конём с конной косилкой и конными граблями. Уезжал на покос раньше всех, приезжал позже всех. Так и остался в наших детских воспоминаниях на коне с конными граблями, в белой рубахе и белой кепке на сенокосе. Так же, как и взрослые, мы внуки и внучки тоже участвовали в заготовке сена. Убирали «дудки», растение с толстым стеблем плохо сохло и на сено не годилось, подгребали сено в валки, стаскивали сено в копны, позднее ставили скирды, когда была техника, чтобы возить волокушу, на которую и собирали копны в скирды. Почти все умели «вершить» стога и скирды, когда выросли, лет по 17 нам было.
Дружно готовили дрова для дома дедушки и бабушки. Всем работы хватало! И сыновьям, и дочерям с зятьями, и внукам, и внучкам!
Была на усадьбе деда баня по-чёрному, её построили сразу, как поставили дом. Много народу в ней мылось. Ходили семьи дочерей с детьми, семья сына, пока свои бани не построили, сами хозяева, родственники. Дым коромыслом стоял. Воду носили сначала с колодца, который был единственным на всю Пудовку, были очереди. Потом стали проводить водопровод в селе, и носили воду уже с колонки, а потом воду провели домой. Баню потом перестроили, была с трубой, сажи по стенам уже не было. После бани ужинали, пили чай с мёдом.
Шли годы, дружны между собой Петроченко, их дети, внуки. Всё делали сообща: урожай собирали, картошку копали в первую очередь у дедушки с бабушкой, мёд качали, дрова, сено готовили. Дочери помогали поддерживать в порядке дом, белили, красили пол, окна со ставнями, забор. Внучки во всём помогали, каждую субботу ходили мыть пол, полоть грядки, собирать ягоды, убирать овощи осенью, носили воду с колонки. А потом бабушка всегда поила внучек чаем с мёдом или вареньем. Много внуков и внучек было у дедушки и бабушки. У дочери Надежды было трое детей, у Владимира - четверо, у Ивана – четверо, у Елизаветы – 4, у Вали – двое, у Нины – сын. Вот сколько помощников!
По выходным, в праздники приходили в гости: вели разговоры, строили планы на будущее, играли в карты. Ведь раньше не было телевизоров, потому общение с родственниками было частое, не то, что теперь! Шумно было в праздники в доме Петроченко, собирались взрослые за столом, а дети, кто в спальне готовил концертные номера для родных, стихи, песни, кто-то слушал разговоры старших. А любимым местом была печка, три девочки умещались там, играли в куклы. Раньше никогда детей за общий стол не сажали, накрывали для них на кухне.
Не только радости, но и горе коснулось семьи Петроченко. Неожиданно в детском возрасте умирает дочь Наташа в семье Селезнёвых. Как позже стало известно, у неё был сахарный диабет, эта болезнь в то время не была особо известна. Умерла жена Ивана, Таисия, а после её похорон скоропостижно умирает зять Николай Селезнёв. Большое горе было для всей родни. У сына Ивана остались двое детей, через некоторое время стал он жить семьёй с Любовью Волковой, у которой погиб муж, и осталась она вдовой с двумя сыновьями. Вместе они воспитывали четырёх детей, хорошие они выросли людьми. А дедушка и бабушка не отличали, где свои, а где чужие внуки.
В преклонном возрасте приехала жить к дочери её мать Бычкова Любовь Кондратьевна. Умерла она в возрасте 94 лет, похоронили ее на кладбище села Пудовка. На соседней улице жила семья брата Ивана, который пришёл домой через год после окончания войны, после госпиталей, после ранений, и умер он рано, в 1949 году. Но осталась его жена Анна Яковлевна, их дети: дочери Надежда, Елизавета, Татьяна и сын Александр Бычковы. Недалеко от бабы Тани жила тётя (сестра бабы Любы) Ганна Кондратьевна Анисеня. В Чагино жил брат, Бычков Василий Степанович. Со всеми общались, навещали друг друга.
Сменяют друг друга дни, недели, месяцы, годы, вот уже и внуки с внучками все нашли свои половинки, создали свои семьи. Увеличился род Петроченко, внуки продолжают хранить свою фамилию, а внучки меняют на фамилию мужа. Летит время, дедушки и бабушки стареют, вот у них уже и правнуки пошли, а затем и праправнуки. Жизнь продолжается!
Дед Гаврила умер в 1994 году, возрасте 88 лет…
У нашего дедушки были награды:
1. Медаль «За Победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945г.г.» - 09.05.1945г.
2. Медаль «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.»
3. Юбилейные медали
Дом и сейчас стоит красивый, украшает улицу Зелёную. После смерти хозяев жила в нём семья Сергун Владимира Ивановича и Натальи Александровны, потом в нем жили Гороховы Александр Сафронович и Наталья Никитична. Хорошие люди, трудолюбивые хозяева. Перекрыта железом крыша, обшит дом сайдингом, пластиковые окна, есть водопровод, отопление, к дому подведён газ. Сейчас в нём живут замечательные люди, семья Клебак Юрия Ивановича. А мы, внуки и внучки, проезжая мимо, радуемся, что дом наших родных, бабушки и дедушки «живёт» в чистоте и порядке. Пусть и дальше так будет!
История деревни Тайлашевка тесно связана с историей страны, со всеми ее переменами. Сначала это был хутор Ново-Александровской волости Томского уезда Томская губерния Российской империи. Потом был Кривошеинский район, Томский округ, Сибирский край, Российской империи, с июля 1930 года Западно-Сибирский край, РСФСР. Потом был Нарымский округ с сентября 1937 года, Западно-Сибирский край. С сентября 1937 года - Новосибирская область, с августа 1944 года - Томская область, РСФСР. Первые жители, переселенцы – православные крестьяне из малоземельных районов Российской империи. Жили хуторами, единоличниками, пережили революцию, раскулачивание, борьбу с неграмотностью, образование колхоза имени «Островского».
В разные годы председателями были:
Данилов Тимофей Иванович,
Беньков Николай Фёдорович,
Поплетнёв Степан Захарович.
Перед войной и после войны – Петроченко Гавриил Дмитриевич.
Деревня Тайлашевка, которая просуществовала более 55-и лет, осталась в памяти её жителей, которые там родились, жили, создавали свои семьи, а когда её покинули, с теплотой вспоминали родные места, рассказывали о жизни в те годы своим детям, внукам, правнукам. Осталось небольшое кладбище, которое навещают родственники, похороненных там людей.
Тайлашевский пруд стал местом, где можно отдохнуть, половить рыбу, покупаться. Бывший житель Данилов Иван Иванович с сыном Сергеем установили там крест, в память о деревне. Здесь Иван Иванович жил, работал, женился, здесь родились его пятеро детей. После распада села переехал он в деревню Крыловка. Несколько лет назад он умер, но его дети, внуки следят за порядком возле креста: красят его, обкашивают траву.
Людскую память не сотрёт время…
Комментарии 31