*** Глубокая осень – пора ностальгии… И вот, что подумалось мне: Ни хуже, ни лучше – мы просто другие, Мы жили в советской стране. Счастливое детство… девчонки, мальчишки… Неведом нам был интернет, Взахлёб мы читали любимые книжки, Частенько забыв про обед. Смотрели кино об отважных героях, Про подвиги наших солдат. Сейчас говорят: был период «застоя», Но каждый вернуть его рад. Никто не стеснялся одежды в заплатках, Разорванных, стареньких кед. Делили на всех мы одну шоколадку И горсть леденцовых конфет. Хлеб чёрный с подсолнечным маслом и солью – Любимый детьми бутерброд. Такой не наносит ущерба здоровью, Лишь сил детворе придаёт. В походы гурьбой без опаски ходили, Удили в пруду карасей. И воду сырую без робости пили Ватагой дворовою всей. Задорно смеялись над тем, кто споткнулся, Но только лишь после того, Как помощь оказана, друг улыбнулся, И страшного нет ничего. Мерилом поступков была только совесть, Не деньги большие, не власть… Вот так незаметно ушёл детства поезд, И жизни с н...Ещё*** Глубокая осень – пора ностальгии… И вот, что подумалось мне: Ни хуже, ни лучше – мы просто другие, Мы жили в советской стране. Счастливое детство… девчонки, мальчишки… Неведом нам был интернет, Взахлёб мы читали любимые книжки, Частенько забыв про обед. Смотрели кино об отважных героях, Про подвиги наших солдат. Сейчас говорят: был период «застоя», Но каждый вернуть его рад. Никто не стеснялся одежды в заплатках, Разорванных, стареньких кед. Делили на всех мы одну шоколадку И горсть леденцовых конфет. Хлеб чёрный с подсолнечным маслом и солью – Любимый детьми бутерброд. Такой не наносит ущерба здоровью, Лишь сил детворе придаёт. В походы гурьбой без опаски ходили, Удили в пруду карасей. И воду сырую без робости пили Ватагой дворовою всей. Задорно смеялись над тем, кто споткнулся, Но только лишь после того, Как помощь оказана, друг улыбнулся, И страшного нет ничего. Мерилом поступков была только совесть, Не деньги большие, не власть… Вот так незаметно ушёл детства поезд, И жизни с ним лучшая часть. *** О.К.
Глубокая осень – пора ностальгии…
И вот, что подумалось мне:
Ни хуже, ни лучше – мы просто другие,
Мы жили в советской стране.
Счастливое детство… девчонки, мальчишки…
Неведом нам был интернет,
Взахлёб мы читали любимые книжки,
Частенько забыв про обед.
Смотрели кино об отважных героях,
Про подвиги наших солдат.
Сейчас говорят: был период «застоя»,
Но каждый вернуть его рад.
Никто не стеснялся одежды в заплатках,
Разорванных, стареньких кед.
Делили на всех мы одну шоколадку
И горсть леденцовых конфет.
Хлеб чёрный с подсолнечным маслом и солью –
Любимый детьми бутерброд.
Такой не наносит ущерба здоровью,
Лишь сил детворе придаёт.
В походы гурьбой без опаски ходили,
Удили в пруду карасей.
И воду сырую без робости пили
Ватагой дворовою всей.
Задорно смеялись над тем, кто споткнулся,
Но только лишь после того,
Как помощь оказана, друг улыбнулся,
И страшного нет ничего.
Мерилом поступков была только совесть,
Не деньги большие, не власть…
Вот так незаметно ушёл детства поезд,
И жизни с н...Ещё***
Глубокая осень – пора ностальгии…
И вот, что подумалось мне:
Ни хуже, ни лучше – мы просто другие,
Мы жили в советской стране.
Счастливое детство… девчонки, мальчишки…
Неведом нам был интернет,
Взахлёб мы читали любимые книжки,
Частенько забыв про обед.
Смотрели кино об отважных героях,
Про подвиги наших солдат.
Сейчас говорят: был период «застоя»,
Но каждый вернуть его рад.
Никто не стеснялся одежды в заплатках,
Разорванных, стареньких кед.
Делили на всех мы одну шоколадку
И горсть леденцовых конфет.
Хлеб чёрный с подсолнечным маслом и солью –
Любимый детьми бутерброд.
Такой не наносит ущерба здоровью,
Лишь сил детворе придаёт.
В походы гурьбой без опаски ходили,
Удили в пруду карасей.
И воду сырую без робости пили
Ватагой дворовою всей.
Задорно смеялись над тем, кто споткнулся,
Но только лишь после того,
Как помощь оказана, друг улыбнулся,
И страшного нет ничего.
Мерилом поступков была только совесть,
Не деньги большие, не власть…
Вот так незаметно ушёл детства поезд,
И жизни с ним лучшая часть.
*** О.К.