Мы умели радоваться и заразительно веселиться. Теперь это искусство начисто забыто. На смену ему пришло убогое умение «быть позитивным».Глаза у людей теперь не горят, а сверкают – от алчности. Ласковой сегодня бывает только реклама ипотеки. Мы захлебнулись в свободе слова. Теперь пишут, снимают, ваяют все, кому не лень. Но чем больше «свободных» писателей – тем хуже читатели, чем больше «независимых» режиссёров – тем хуже зрители. Советская цензура была благом! Причём, в первую очередь, для тех, кого она через себя пропускала. Благодаря ей, творческие люди работали тщательней, вдумчивей, постепенно поднимаясь до самых вершин мастерства. Упразднить цензуру – это все равно, что упразднить контроль над качеством выпускаемых продуктов питания. Если не понимаете, чем это грозит, ищите ответ несколькими абзацами выше. Искусство в СССР романтизировало учёбу и труд, и это было здорово! Лично я вспоминаю с большой теплотой свои школьные годы. Сегодня же очень хорошо плaтят за романтизацию отморозков, кидал, мошенников и прочих тарантино-выродков, числящихся среди «друзей Оушена» и живших «однажды в Америке».Хитрость, цинизм, беспринципность возведены в достоинства. Сегодня добрый человек считается рохлей. Честный трудяга – лохом. Если порядочный и не можешь ради выгоды предать свои принципы – значит ты неудачник. (Попробуйте сегодня открыть бюро находок – вас поднимут на смех и немедленно примут за сумасшедшего).Раньше работали на родину, теперь многие (особенно известные люди) думают, как бы эту родину выгодней продать, чтобы на старости лет спокойно жить, не заботясь о хлебе насущном. Юмором теперь называют ржач. Любовью – секс. Чтобы не включались мозги, молодёжь держат в состоянии перманентной эрекции. Девки с муз-каналов и голливудские актриски соревнуются, кто из них больше похож на настоящую шлюху, а все прочие им подражают…
Комментарии 168
ПОЛИТИЧЕСКАЯ СКАЗКА: КОЗЁЛ И МЕДВЕЖОНОК. Старый медведь помер. Оставшийся хозяином в лесу медвежонок был еще мал, и поэтому многие звери почувствовали вольницу. Хряк, козел и плескавшиеся в речке шпроты, в полный голос перемывали покойному кости, не забывая о наследнике.
Из соседнего леса задумчиво щурился полосатый тигр — в отличие от остальных он хорошо помнил старую заварушку со стаей волков, в которой ему повезло оказаться с медведем на одной стороне и посмотреть косолапого в деле. И он понимал, что не просто так теперешний волк старается не портить с медведем отношения. С другой стороны медвежонок еще маловат, а лес у него велик, ой, велик.
Поэтому козлу, хряку и шпротам он на всякий случай дружелюбно пообещал свое покровительство в обмен на травлю медвежонка - нехай сидит в берлоге и не высовывается.
...ЕщёПОЛИТИЧЕСКАЯ СКАЗКА: КОЗЁЛ И МЕДВЕЖОНОК. Старый медведь помер. Оставшийся хозяином в лесу медвежонок был еще мал, и поэтому многие звери почувствовали вольницу. Хряк, козел и плескавшиеся в речке шпроты, в полный голос перемывали покойному кости, не забывая о наследнике.
Из соседнего леса задумчиво щурился полосатый тигр — в отличие от остальных он хорошо помнил старую заварушку со стаей волков, в которой ему повезло оказаться с медведем на одной стороне и посмотреть косолапого в деле. И он понимал, что не просто так теперешний волк старается не портить с медведем отношения. С другой стороны медвежонок еще маловат, а лес у него велик, ой, велик.
Поэтому козлу, хряку и шпротам он на всякий случай дружелюбно пообещал свое покровительство в обмен на травлю медвежонка - нехай сидит в берлоге и не высовывается. Те, поняв это по-своему, обнаглели в конец и подняли в лесу такой визг о задавленных и сьеденных медведем собратьях и порченной малине, что уши закладывало иногда даже у тигра.
Медвежонок был ещё маленьким, и это добавляло крикунам храбрости. И если хряк, по причине природной лени, повизгивал только за компанию, а шпроты булькали меж собой, и из-под воды их особо слышно не было, то козел, в силу горячего темперамента, возбужденно тряс рогами и во всеуслышание грозился медведя забодать.
Гром грянул неожиданно. Если раньше козел просто бродил вокруг берлоги и воинственно блеял, на что медвежонок только недовольно ворчал, то теперь он решил привести к порядку живущего возле берлоги бурундука, который давно мозолил ему глаза. Бурундук, вроде как, по старой памяти, дружил с медвежонком, но того давно не было видно, тем более, что тигр одобрительно подмигивал из соседнего леса…
Но на этот раз все пошло не по плану. Неожиданно для всех из берлоги высунулась лапа и двинула козлу так, что он, громко блея, пролетел через весь лес. Потом из берлоги вылез медвежонок, за это время вымахавший почти с папашу, и пошел искать, куда улетел козел. И, судя по выражению морды, совсем не за тем, чтобы извиниться.
Всем резко поплохело: козел метался по лесу со скрученными в косичку рогами и требовал, чтобы лесное сообщество спасло его от агрессивного медведя. Разбуженный хряк озабоченно повизгивал, не столько из солидарности, сколько от нехорошего ощущения, что следующим на очереди может быть он. Шпроты заметались, из-за чего речка практически кипела - старый медведь любил порыбачить, и если молодой пошел в папашу…
Тигр, которому в основном адресовались козлиные жалобы, сидел в раздумьях: с одной стороны хоть и козел, но союзник, с другой - когти у медведя длинные, и зубы ого-го, хоть и меньше, чем у папаши. Вон волк, опосля медвежьих когтей, совсем зарекся на чужие поляны зариться, хотя дело казалось выигрышное, и поначалу удалось медведя аж до берлоги загнать.
Сам волк, хоть и не показывал виду, но все же про себя ухмылялся. Он, в отличие от остальных, отношения с медведем держал, хоть и не дружеские, но ровные, в чужой огород не лазил и получить промеж ушей не рисковал.
Еще не рисковал огрести петух - в силу того, что просто не мог поклевать много из-за размеров. Поэтому сейчас он носился над взбудораженным лесом и пытался мирить всех подряд. Правда получалась это неважно - козел был слишком напуган, а медведю так все осточертело, что он гонял козла, не отвлекаясь на петушиные вопли откуда-то сверху.
За ними на почтительном расстоянии бегал хряк и возбужденно повизгивал - ему давно намекали, что молодой медведь может попросить назад ту дубовую рощу на берегу, которую старый дал ему попользоваться просто потому, что желудей не ел. Но в той же роще находилось любимое медвежье место для рыбалки, с котого хряк медвежонка выживал чисто из вредности. Теперь ему могли припомнить старые грешки и рощу отобрать совсем. И, судя по ситуации с козлом, на тигра надежды было мало.
Шпроты просто паниковали: с одной стороны, в речке они были большинством, с другой стороны, речка разделяла два леса
...ЕщёЕще не рисковал огрести петух - в силу того, что просто не мог поклевать много из-за размеров. Поэтому сейчас он носился над взбудораженным лесом и пытался мирить всех подряд. Правда получалась это неважно - козел был слишком напуган, а медведю так все осточертело, что он гонял козла, не отвлекаясь на петушиные вопли откуда-то сверху.
За ними на почтительном расстоянии бегал хряк и возбужденно повизгивал - ему давно намекали, что молодой медведь может попросить назад ту дубовую рощу на берегу, которую старый дал ему попользоваться просто потому, что желудей не ел. Но в той же роще находилось любимое медвежье место для рыбалки, с котого хряк медвежонка выживал чисто из вредности. Теперь ему могли припомнить старые грешки и рощу отобрать совсем. И, судя по ситуации с козлом, на тигра надежды было мало.
Шпроты просто паниковали: с одной стороны, в речке они были большинством, с другой стороны, речка разделяла два леса и, в случае чего, вся движуха шла по их головам, вне зависимости от их желания. Причем даже самые невменяемые шпроты понимали, что для любого берегового жителя они просто легкая закуска, а кто будет прислушиваться к мнению закуски.
Тем временем енот, которому козел тоже попортил немало крови, из солидарности с бурундуком, да и пользуясь, чесно говоря, удобным моментом, лихо затер козлиные метки на ведушей к его логову тропе. С одной стороны, это оправдывалось скотским поведением козла, с другой - даже ежу было понятно, что козлу сейчас ну очень сильно не до него. Тем более он тоже дружил с молодым медведем, и тот его поведение молчаливо одобрял, что изрядно добавляло еноту смелости: тигр - он далеко, а медведь - под боком, и в случае чего, ему только, как вот сейчас, лапу протянуть.
В кустах тихо радовался заяц - несмотря на недовольное повизгивание других зверей и предложение тигра нагадить медведю на порог он продалжал держать нейтралитет и, как показал пример козла, не зря. Теперь он мог спокойно пожевывать травку - перспектива разборок с разьяренным медведем, в отличии от всяких козлов и хряков, ему не светила. И это было, черт возьми, прекрасно.
Вполне возможная страница новейшей истории Украины.
Решили однажды все выросшие из старых покрышек Майдана мелкие украинские зверушки и насекомые организовать большую уличную драку с огромным русским медведем на его собственной территории и первыми героически перешли границу вечно правые серые волки и коричневые тараканы под ручку со своей украиномовной блохой.
Шли они очень и очень долго по почти совсем первобытным густым лесам, и бескрайним степям и в результате этого победоносного марша оставшиеся в живых через три месяца пришли в сибирскую тундру и тайгу.
Замёрзли они в дороге, конечно, ужасно и стуча оставшимися после цинги зубами держались только на давно проверенном импортном средстве- адской смеси из американского огненного шнапса и давно заплесневевших от спонсорских обещаний европейских галетах.
Одевались эти отважные украинские завоеватели только в широкие и яркие шаровары и прикрывали свой политический срам тяжёлыми булавами с богат...ЕщёКиевские звери и насекомые на войне.
Вполне возможная страница новейшей истории Украины.
Решили однажды все выросшие из старых покрышек Майдана мелкие украинские зверушки и насекомые организовать большую уличную драку с огромным русским медведем на его собственной территории и первыми героически перешли границу вечно правые серые волки и коричневые тараканы под ручку со своей украиномовной блохой.
Шли они очень и очень долго по почти совсем первобытным густым лесам, и бескрайним степям и в результате этого победоносного марша оставшиеся в живых через три месяца пришли в сибирскую тундру и тайгу.
Замёрзли они в дороге, конечно, ужасно и стуча оставшимися после цинги зубами держались только на давно проверенном импортном средстве- адской смеси из американского огненного шнапса и давно заплесневевших от спонсорских обещаний европейских галетах.
Одевались эти отважные украинские завоеватели только в широкие и яркие шаровары и прикрывали свой политический срам тяжёлыми булавами с богатым национальным орнаментам на рукоятках.
Каждый день посылали они голубиную почту на киевский Майдан с длинными победными реляциями и обещаниями в самый ближайший срок взять штурмом Москву и поселиться в Кремле.
Так просидели они на холодном берегу океана до конца существования святой киевской власти и после её стремительного падения в пекло попросили у вышеозначенного русского медведя политического убежища хотя бы в самой провинциальной тюрьме.
Что и было с удовольствием исполнено в тот же самый день.
И до конца своего немалого срока они будут находиться в тепле и полной безопасности, пока украинский народ не организует новый Нюрнбергский процесс.
Заставляет этот диалог задуматься !!!