Коля женился на Лене будучи уверен, что она полюбила его за чувство юмора, широкую душу и интеллект, который позволяет поговорить с о черных дырах, фильмах Феллини и политической ситуации в Замбези в любое время дня и ночи.
Медовый месяц показал, как глубоко Коля ошибался.
Ни длинные рассказы о Великом шелковом пути, ни ночные обзоры Млечного, не уберегли Колю от серьезного разговора с женой о насущном:
- Это невыносимо, - однажды сказала Лена за завтраком и нахмурилась, - Больше так продолжаться не может.
- Чего? - не сразу понял Коля в угаре медового счастья.
- Того. Ты разбрасываешь свои носки, оставляешь волосы в раковине, а позавчера я нашла... я нашла твои ногти в салфетке на стуле.
- Это я забыл... выкинуть. - сконфузился Коля.
- Ты ни на что не обращаешь внимания, - продолжила Лена, заводясь, - витаешь в этих своих облаках и путях. Ну, зачем, зачем мне такой муж?
- Ну, это... Я ж работаю. - ляпнул зачем-то Коля.
- Я тоже работаю. А еще убираю, готовлю, глажу. Плинтуса я когда просила тебя прибить? Еще до свадьбы. Так и валяются посреди комнаты. У стула ножка так и шатается...
Лена вскочила и указующим перстом обозначила, какая именно ножка имеется в виду.
Коля виновато посмотрел в сторону пальца. Возразить было нечего.
- Знаешь, я все это могу сделать сама. - раззадорилась Лена. - Но зачем, зачем мне тогда ты, мужчина? Я хочу чувствовать себя за мужем, за каменной стеной, понимаешь?
Коля не понимал, какая связь между плинтусами, его любовью и каменной стеной, за которой жаждала оказаться Лена, но на всякий случай кивнул.
- Лапусь, я понял, я сегодня все сделаю.
- Не надо! - воскликнула Лена. - Я сама сегодня все сделаю. Сама! И пусть тебе будет стыдно.
Она взяла чашку с чаем и, задрав подбородок, вышла из кухни.
Весь день Лена изощрённо "наказывала" Колю деянием. Как только он появлялся в комнате, она тут же принималась вымерять плинтуса, лазила на коленках вдоль стен, демонстративно вытирала пот со лба и вздыхала.
Стоило ему пойти на кухню, как там тут же обнаруживалась Лена с молотком и гвоздями, бодро починяющая табуретку.
Феминистический марш независимости продолжался целый день без перерыва на обед и ужин.
В деле пристыжения обнаглевшего мужа Лена здорово продвинулась - пробила засорившуюся раковину, повесила картину над кроватью, починила стул и прибила все плинтусы в комнате.
Коля несколько раз старался взять ситуацию под контроль.
Сбегал за цветами. Жена букет проигнорировала.
Пытался отобрать у неё губку в ванной, но Лена ловко отпихнула его ногой.
Неплохо пошутил два раза. Ответом было гробовое молчание.
Вечером Коля сидя в комнате, задумчиво жевал губы и разрабатывая план Б. Для возвращения мужской состоятельности он решил использовать ночь. План был, конечно, так себе, но другого в запасе не имелось.
Вдруг на кухне раздался визг и грохот падающих кастрюль.
- Что случилось?! - крикнул Коля, прибежав на кухню через секунду.
- Убей его! - взвизгнула Лена, сжавшись в комок и показала пальцем на разделочную доску.
Проследив траекторию, Коля увидел таракана.
Коля быстро снял тапок и со всей дури ударил по доске.
От таракана осталось мокрое пятно.
Лена кинулась в объятия мужа, прижалась к нему и крепко обняла за шею.
Коле даже послышалось, что она всхлипнула.
Тапок, орудие убийства, тут же упал из его руки.
Семейный мир был восстановлен.
Спать Коля лег абсолютным героем.
Засыпая он понял, что как ни продвинулось современное общество в вопросах равноправия, одно осталось неизменным.
А именно, первобытный инстинкт, который говорит, что мужчина должен обеспечить женщине безопасность, убив мамонта.
Даже если мамонт давно трансформировался в таракана.
На этой мысли Коля зевнул и тут же получил удар в висок.
На него рухнула картина, которую днем повесила Лена.
Отвоеванная у таракана жена мирно сопела рядом.
Дарья Исаченко
Присоединяйтесь к ОК, чтобы посмотреть больше фото, видео и найти новых друзей.
Нет комментариев