Шурка уже засыпала, когда мама пришла от соседки. Она рассказывала папе деревенские новости. Их было немного, но одна Шурку заинтересовала: к бабе Нине приехала внучка. Шурка точно помнит, что дочка бабы Нины жила где-то в городе, но Шурка ее никогда не видела. О внучке девочка тоже не слышала. Баба Нина была не очень разговорчива. Часто Шура видела, как бабка сидела на лавочке у избы, отпустив голову и вытирая лицо концами платка. Видно было, что плакала. О чем бабка плачет, девочка не раз спрашивала маму, но та не отвечала. Надо завтра пойти познакомиться с этой новоявленной внучкой. С этими мыслями девочка и заснула.
Утром Александра собралась и пошла к бабе Нине. Первый визит закончился неудачно: внучка спала. Бабка ни за что не стала будить внучку, и Шурке пришлось зайти попозднее. Побродив по улице. упрямая девчонка снова пошла к бабе Нине. Внучка не спала, она завтракала. Шурка увидела очень худенькую девчонку, одетую в ситцевое платьишко явно не новое. На голове девочки был повязан голубенький бабкин платок. Девочка взглянула на Шурку и продолжила завтрак. Она ела медленно, откусывая хлеб крохотными кусочками, и запивала его молоком. Это и был весь завтрак. Шурка , правда, и такой редко видела. Их семья ела картошку с квашенной капустой. Капуста была перекисшей, но другой в августе не было. Иногда мама делала малосольные огурцы, тогда картошка казалась очень вкусной, но огурцы шли на продажу, и малосольные были деликатесом. Молока для их большой семьи было мало, а хлеб мама пекла с добавками то лебеды, то той же картошки.
Девочка села на лавку, дожидаясь, когда гостья поест.
Особого интереса девчонка у Шурки не вызвала. Городские гостьи были всегда нарядно одеты, носили красивые ленты в косах или банты на головах, а эта совсем на них не походила. Присмотревшись, Шурка поняла, что девчонка очень истощена. Кожа у нее была почти прозрачная, и сквозь нее просвечивали голубые ниточки вен. Сама не очень упитанная, Шурка поразилась худобе гостьи.
Наконец, девочка съела хлеб и выпила молоко. Собрала все крошки со стола и кинула их в рот. Она сделала это так, как обычно делала бабушка: смахнула крошки в ладонь и отправила в рот. Гостья встала и вышла из-за стола. Она была невысокого роста. Одна нога немного подвернута в ступне. Девочка была сутулой и какой-то нескладной. На лице сильно выделялся большой нос, а цвет глаз было трудно определить, так как смотрела гостья из -подо лба. Она подошла к окну, посмотрела на небо и подошла к Шурке.
-Меня зовут Катя, а тебя?
-Я- Шура, -представилась Александра,- я живу в этой деревне и скоро пойду в школу. Мне семь лет, а тебе сколько. Ты в какой класс пойдешь? Ты откуда приехала? Ты же уедешь , когда учеба начнется?
-Нет, не уеду,-ответила Катя.-Я буду жить у бабушки и учиться в вашей школе. Мне двенадцать лет.
Что-что, а считать Шурка умела. Она прикинула, что Катя старше ее на пять лет, а значит пойдет в пятый класс. Тут у Александры возникло сомнение. Катя совсем не походила на пятиклассницу. Брат Коля тоже должен пойти в пятый класс, так он ого какой большой. Он на сенокосе работал, сено свозил, теперь заготовляет веники для овец, топором работает, а Катьку и представить с топором невозможно. Ее вообще трудно представить на какой-то работе. Она как первоклассница выглядит.
-Ты в пятый класс пойдешь?- Шурка недоверчиво смотрела на гостью,- тебя там заклюют. Там такие здоровенные лбы учатся: некоторым по 15 лет исполнилось. Тяжело тебе будет с ними,- вздохнув, как это делает мама, сказала Александра.-
-Нет, я пойду в первый класс, -Катя замолчала а Шурка не могла вымолвить ни слова от удивления. –Я еще не ходила в школу.
-Почему?- строго спросила Александра.
-Болела я долго. Потом после болезни еще врачи не разрешали в школу идти. Вот потому и пойду я только в первый класс,- девочка неожиданно расплакалась. Шурка посмотрела на нее и и ушла домой.
–Странно все это, -думала она по дороге. -Это чем же таким Катька болела, что в школу не пускали. Хотя в школе много переростков было, как говорил папа. Из-за войны многие бросали учебу. А потом доучивались. Но Катька-то не из-за войны.
Определить, когда родилась Катя и была ли война в ее жизни, Шурка не могла. С годами рождения у нее дело плохо. Она вот до сих пор не понимает, как ее сестра Нина может быть старше ее, если она родилась в 1936 году. А Шурка в 1946. 46 больше 36. А Нина утверждает. Что она старше.
Работа по огороду, главным образом с огурцами все было связано: то их поливай, то собирай, мой, сортируй на продажу , не позволяла Шурке навестить Катю. Видела несколько раз, как они с бабой Ниной ходили в лес. Но играть было некогда.
Наступило первое сентября. Шурка в новом ситцевом платье , в сандалиях отправилась в школу. Там она и увидела Катю. Та была тоже в новом платье и сандалиях. Она стала пополнее, чем была, но все также смотрела из-подо лба на всех и так же на голове у нее был платочек, только не бабкин голубой, а белый с небольшими розочками по полю. Среди первоклашек Катя не выделялась. Некоторые девчонки были и повыше ее и поздоровее. Началась школьная жизнь. Скоро все перезнакомились, подружились и никого не волновало, мальчишки пытались стащить платок с Катиной головы, но учительница строго запретила им трогать девочку, объяснив, что Катя после болезни. У нее волосы выпали, а новые растут плохо, и ей холодно без платка.
Девочка же удивляла учеников другим. Она почти не выходила в коридор, не играла с девчонками, мальчишек даже боялась. А еще она боялась громких звуков. Проезжает ли машина или трактор мимо школы, Катя сразу бледнеет, сжимается в комок и прячется под парту. Как-то случилась в сентябре запоздалая гроза, молнии сверкали, гром гремел. Все дети сидели притихнув. Катя при вспышке молнии и раскате грома потеряла сознание и упала в обморок. Еле-еле в чувство привели. Два дня она в школу не ходила, потом пришла. Училась Катя очень хорошо, охотно помогала отстающим. Школа готовилась к новому году. Все старались сшить себе костюмы. Шуркин класс ставил сказку « Мальчик с пальчик.» Найти желающего играть роль бабы Яги было трудно. Все хотели быть красавицами и красавцами, богатырями и принцами, феями и принцессами, Ягой быть не хотели.
Перед новым годом в школу пришел врач и начал осмотр. Он проверял все. Детей взвешивали, измеряли рост, смотрели головы, нет ли вшей, зубы, уши, ногти. Когда очередь дошла до Кати, все с любопытством уставились на неё. Всем хотелось посмотреть, как подросли ее волосы. Врач силком стянул с головы сопротивлявшейся девочки платок ,и класс обомлел. У Кати были две хорошие косички, уложенные в «корзиночку», но она была совершенно седая. Седые волосы немного спутавшиеся, когда врач снимал платок, разлохматились и окружали бледное лицо девочки. Нос покраснел от выступивших слез.
-Баба Яга,- неожиданно выдал Петька Чижов. –Катька, ты настоящая баба Яга. К новому году и костюма не надо: растреплешь волосы, бабкину одежду натянешь и будешь готова. Даже нога у тебя костяная.- Он расхохотался, довольный своей выдумкой. Некоторые ребята его поддержали.-Ты ведь даже крошки со стола собираешь в столовой и сметаешь их в рот. Нет, лучше не найти. Катька-баба Яга.
Врач, удивленный увиденными седыми волосами у девочки, стоял и тупо смотрел на плачущую ученицу. Шурку подбросило, как на пружине, она вскочила, подлетела к Петьке и изо всех своих, немалых для первоклассницы сил ,врезала ему по физиономии, потом еще раз и еще. Из носа Петьки полилась кровь, он заорал, зажал нос руками и выбежал из класса. Следом пустились врач и учительница. Они отсутствовали довольно долго, наконец , в класс вошла учительница, потом Петька. Замыкал шествие доктор. Нос у Петьки был заклеен, вокруг глаз были огромные синяки.
-Кузнецова, завтра придешь в школу с родителями, ты, Петя -тоже,- безжизненным голосом проговорила учительница. Это невиданное дело: бить человека по лицу. Возможно, Кузнецова, мы тебя исключим из школы.
Шурка ойкнула. Из-за какого-то негодяя исключат из школы ее, а не его. Она выскочила из-за парты и вылетела из класса. Забившись в уголок за дверью, девочка дала волю слезам. Она плакала от несправедливости. Разве можно так унизить человека, как это сделал Петька, безнаказанно? Нет. Папа разберется. Он справедливый.
Тут и нашла ее Катя. Она обняла Шурку.-
-Пойдем в раздевалку. Я тебе все расскажу.- Они оделись и пошли домой, хотя уроки еще не закончились.
-Я родилась в первый год войны . Мы жили в Ленинграде. Папа ушел на фронт, а мы с мамой и братиком Витей, он старше меня, оказались в оккупированном городе. Когда в городе начался голод, Витя умер. Мама не могла ходить и искать пропитание, потому что кормила меня. Бабушка говорит, уж не знает, чем она меня кормила. Откуда взяться молоку? Но чем-то кормила, раз я выжила. Когда блокаду прорвали, нас повезли на большую Землю, в тыл. И по дороге наш поезд атаковали немцы. Снаряды падали, самолеты гудели. Стреляли фашисты прямо по детям из пулеметов. Почти всех убили. Я, Шура, помню этот вой и разрывы. Мне всего три года было, а я это помню. Было очень страшно. Я и сейчас пугаюсь в грозу, боюсь тракторов и машин. Маму мою разорвало на моих глазах на куски. Наверное, тогда я и поседела. Кто-то после налета собрал живых и отправил в тыл. Я попала в госпиталь. Потому что у меня оказалась ранена нога. Ногу удалось спасти,но повреждение сильное. Я теперь до смерти буду калекой. Но это ерунда. Главное, что я живая. Седые волосы я переживу. Обидно конечно слышать такие слова, что я баба Яга, но что сделать? Ничего. А крошки я собираю и буду собирать. Ведь я не понимала почти ничего, но всегда хотела есть.
После войны папа нашел меня. Жить бы и радоваться. Но война догнала и его. Он умер от туберкулеза. Солдат много от него умерло после войны. У меня тоже обнаружили туберкулез. Я в больнице лежала, в санаторий даже ездила, а он не проходит. Только новое лекарство и спасло. Меня даже в детский дом не брали из-за туберкулеза, добрые люди поддерживали. Бабушка меня нашла и забрала. Сказала, что мне учиться надо, потому что с моим здоровьем тяжелую работу я не смогу делать. Она и убедила, что надо идти в первый класс, хотя меня читать и писать в больницах научили. Спасибо тебе, что вступилась за меня. Я и не помню, чтобы за меня заступались. Пойдем. Я твоему папе все расскажу. Если тебя исключат, я тоже из этой школы уйду. Найдем другую
Дома мама и папа выслушали рассказ, поругали Шурку за горячность , и все. Утром папа пошел в школу. Там собрался педсовет. Вопрос стоял об исключении за драку Кузнецовой Александры. Отец не дал дочери и слова молвить. Выслушав учителей, он встал и сказал, что гордится дочкой, что если бы она не врезала Петьке, он бы ее всю жизнь презирал. А так все в порядке. На крик Петькиного отца он не обратил внимания. Учителям посоветовал, по-дружески, подумать над ситуацией и принимать решение. Он взял дочь и Катю, которая была уже без платка, за руки и вышел в коридор. Из учительской доносились голоса учителей, то тихие, то громкие, и даже крик. Наконец, директор вызвал провинившуюся. И девочки вошли в учительскую. Директор сказал, что никого не исключают, извинился перед Катей и Шурой за поведение Петьки и пообещал принять меры. Это и его вина, что ученик его школы растет без совести и чести. Все закончилось.
Катя училась. Помогала бабушке. Очень часто девочка ходила к Шурке. Она любила разговаривать с отцом. Она считала его своим отцом. Он, по-моему, тоже принимал ее как родную дочь. Когда жизнь стала налаживаться, он девчонкам даже ситец покупал на платья одинаковый. Мама все варила отвары и мыла Катюхе голову этими отварами. Они оказались лечебными. В девятом классе у Кати начали появляться темные волосы, мама ее летом остригла, и к сентябрю у девушки выросли пока короткие , но темно-русые волосы. На выпускном Катя появилась с модной тогда прической «конский хвост». Надо сказать, что хвост был приличной длины и не имел ни одного седого волоса.
Автор: Александра Румянцева
Присоединяйтесь к ОК, чтобы посмотреть больше фото, видео и найти новых друзей.
Нет комментариев