»
Известный тележурналист, ведущий программы «Вести» и концертов в честь Дня пограничника Эрнест Мацкявичюс рассказал, в чём залог его успеха, о непростой службе в погранвойсках, а также о том, как комплекс сына интеллигентных родителей помог ему стать хорошим радиотелеграфистом.
— После окончания школы в 1986 году я поступал на журфак МГУ, но написал на двойку сочинение, поэтому пришлось идти в армию. В то время от желания призывника зависело, прямо скажем, немного, и мою судьбу решил военкомат. 25 ноября, в день рождения, а на момент призыва мне исполнилось 18 лет, проходил комиссию. Из призывного пункта сразу направили в Краснознамённый Северо-Западный пограничный округ. Сначала прошёл подготовку в учебном центре, а после меня распределили на курсы радиотелеграфистов. Оставшиеся полтора года прослужил в КПП «Онега».
Вообще мои юношеские воспоминания, связанные со службой, самые яркие – она мне снилась ещё много лет. Помню, как нас всех обрили наголо, одели в хэбэ, и мы долгое время друг друга не различали. Потом научили правильно гладить форму, пришивать погоны и шевроны, наматывать портянки. Как-то вечером, подшивая подворотничок, обратил внимание на сослуживца, с которым мы вместе ехали в поезде: по его лицу катилась скупая мужская слеза. Спрашиваю: «Что с тобой?» «Видела бы меня сейчас моя бабушка...» - ответил он, коля себя тупой иголкой в пальцы (смеётся).
— Несмотря на «клеймо» сына интеллигентных родителей, я довольно много чего умел. Со второго класса меня приучили гладить себе школьный костюм, пришивать пуговицы. А вообще армия – достаточно серьёзное испытание для молодых ребят. Оторвавшись от дома, материнской заботы, приходится привыкать к совершенно новой, необычной обстановке, стараться выживать в экстремальных условиях. Но тем не менее мне как-то удалось доказать, что я не маменькин сынок, да и спортивная подготовка не подвела. Более того, я фактически получил ещё одну профессию и выучил азбуку Морзе. Поверьте, освоить морзянку - это всё равно что изучить новый язык. Мне особенно льстило, что сделал это я сам, без поддержки, вдали от родного дома, родительской опеки и заботы.
Многое помню до сих пор — конечно, не могу принимать максимальную сжатость (радиотелеграфисты меня сейчас поймут), но цифры и буквы воспроизведу, а если потребуется, передам ключом и приму телеграмму.
— Такие навыки не забываются. Хотя мне их не так часто приходится применять (смеётся), но они есть, и для меня когда-то это казалось серьёзным достижением. Всю свою жизнь я боялся репутации человека, который сам ничего не может, а все успехи — заслуга его продвинутых родителей. Поэтому старался и за полгода до дембеля получил первую классность как специалист, что для солдат срочной службы было, конечно, редкостью. Первую классность присваивали даже не каждому прапорщику. Гордился этим очень.
Кроме того, помимо основных обязанностей старшего радиотелеграфиста, мне было поручено нести ответственность за библиотеку. Книг там было не так много, но необходимый набор для поступления в гуманитарный вуз на полках всё же имелся, поэтому у меня была возможность перечитать многие классические произведения. Скажем, «Войну и мир» я читал три раза. Первый — ещё в школе, второй — во время службы и третий раз — когда готовился к поступлению на журфак.
— Что касается журнала «Пограничник». Он был сакральным изданием для всех наших бойцов. Читали его с огромным удовольствием, потому что он всегда был интересным, ярким, актуальным и познавательным. Я и сам писал небольшие заметки о службе в окружную газету «Пограничник». И пусть они не имели особой художественной ценности, но так или иначе приближали меня к мечте — стать журналистом.
— На счёт нарушителей. Знаете, это такой немножко детский стереотип по поводу службы в пограничных войсках. Нарушители в то время уже предпочитали летать регулярными рейсами, а переходить контрольно-следовую полосу, нацепив коровьи копыта, у них считалось дурным тоном. Поэтому непосредственно нарушителей не задерживали, тем более что мы охраняли морские рубежи страны. Там было бы трудно нарушить границу: пришлось бы долго плыть по Беломуморю, а потом мёрзнуть на причале (смеётся). В общем, таких случаев на моей памяти не было.
— В армии я был неплохим радиотелеграфистом. Сильная мотивация помогла мне освоить эту профессию, поэтому у меня всё получилось. Даже при небольшой нагрузке, находясь на службе, всё равно хотел добиться абсолютного совершенства в своём деле. Повторюсь, что для меня было важно доказать, что и без родительской поддержки я что-то могу. Такая личная большая победа здорово подняла мою самооценку, показала, что я и сам всё-таки на что-то способен и к чему-то пригоден.
— Всех своих сослуживцев хорошо помню. Очень тепло общаюсь с нашим замполитом Александром Довматом. Часто созваниваемся с начальником КПП Александром Солозобовым, поздравляем друг друга с праздниками. Один из моих самых близких друзей — Михаил Кондрашин: мы вместе были в учебке, а потом оказались в КПП «Онега». За полгода до дембеля его перевели в другой отряд на усиление в Карелию. После службы мы встречались, да и сейчас связи не теряем. Есть ещё ребята: Володя Орлов, Слава Пискарёв, Саша Филиппов...
С каждым годом потребность в нашей дружбе всё больше и больше. С одной стороны, наверное, потому, что с возрастом становимся сентиментальными, с другой — начинаем дорожить какими-то важными вещами, которые с нами происходили. А служба в погранвойсках — очень серьёзный отрезок в моей жизни, который, по сути, меня сформировал и сделал другим человеком. Мои знакомые в погонах, среди которых вымпеловцы, альфовцы, когда узнали, что я служил в пограничных войсках, сразу восприняли меня как своего родного. И несмотря на то что с момента моего увольнения прошло 33 года, мы до сих пор можем разговаривать на одном языке. Пограничник — это, наверное, призвание, особое состояние души. Если ты однажды стал пограничником, останешься им навсегда.
— На границе редко приходится бывать Сейчас редко куда-то выезжаю, работа ведущего этого не предполагает, но помню, как в 1996 году ездил в одну серьёзную командировку в Республику Таджикистан, в Хорогский погранотряд. Встретился там с Николаем Бордюжей, побывал на таджикско-афганской границе, что проходит по реке Пяндж, посетил несколько застав, летал на вертолётах, общался с погранцами. Тогда ещё не так много времени прошло после моего увольнения, поэтому, конечно, было любопытно взглянуть на службу с другой стороны: глазами не рядового срочной службы, а журналиста, приехавшего вместе с представителями командования делать репортаж. Но тем не менее было легко, здорово, классно, как-то по-братски...
— Что хотел пожелать пограничникам!? Я желаю своим товарищам-погранцам, братьям-сослуживцам, всем, кто стоит на страже наших границ, всегда оставаться в форме, в строю, чувствовать свою важность и незаменимость, понимать, что от каждого из нас зависят благополучие, безопасность и страны, и близких нам людей. Независимо от того, на каком участке мы несём нашу службу. И я точно знаю, что враг не пройдёт!
Наталия МУРАДОВА
Присоединяйтесь к ОК, чтобы подписаться на группу и комментировать публикации.
Комментарии 149
1965 -1967 гг.2134