- Не надо, мама, прошу тебя! – умоляла девушка. – От меня снова будут разбегаться люди. Такой запах…
Но женщина спокойно продолжила наносить мазь на волосы Сары. От этого аромата многим становилось дурно, включая девочку. Только миссис Сазерленд это нисколько не останавливало.
- Зато будут крепче. – говорила она про волосы.
Она еще не знала, что о волосах ее дочек вскоре заговорят тысячи и тысячи людей.
Мэри Сазерленд верила только в три вещи: в Слово Божье, закон Соединенных штатов и свой бальзам. Когда-то давно, переболев тифом, она лишилась своих красивых длинных волос. И тогда на помощь ей пришла бабушка, в жилах которой текла индейская кровь. Она смешала магнезию, гамамелис, лимонный сок и еще с полдесятка других ингредиентов, а потом нанесла сильно пахнущее средство на волосы Мэри. Эту процедуру повторяли много раз, и вскоре девочка уже могла похвастаться роскошными локонами.
Выйдя замуж за бедного фермера в Камбрии, Мэри взяла на себя и хлопоты по дому, и уход за детьми. Сара, Виктория, Изабелла, Грейс… дом пополнялся девочками, а ведь Сазерленд мечтал о сыне! Потом были Наоми, Дора и Мэри. После седьмой дочки, появившейся на свет в 1862-м году, миссис Сазерленд заметно сдала. Здоровье ее было подорвано, и спустя несколько лет она закрыла глаза навеки.
Девочки накрепко заполнили наставления матери: надо не реже двух раз в месяц наносить на волосы тот самый старый состав. Да, он распространял чудовищный запах, от которого разбегались соседи. Но зато волосы росли всем на диво! Мэри не стригла дочек, так что у каждой локоны доросли до пят. Чтобы сделать прическу из этого великолепия требовалась сноровка и не меньше сорока минут времени каждый день…
Были бы у него сыновья, он бы расширил хозяйство. Но дочки! Мистер Флетчер Сазерленд плохо спал по ночам. Он думал, как ему прокормить семь голодных ртов. Как найти приданое для каждой… И, наконец, придумал. Дочери станут выступать! Мэри успела научить их немного бренчать на стареньком пианино. А пели они и того лучше!
«Сестры принялись исполнять церковную музыку, - писал биограф девушек Сазерленд, Брэндон Стикни, - плюс старинные баллады. Их пение было чрезвычайно популярным. Но куда больше люди хотели посмотреть на их невероятные локоны!» Говорили, что это была чистая случайность. Однажды, во время выступления, у Виктории, обладательницы самых длинных волос (два метра 10 сантиметров), не выдержали шпильки. Локоны буквально обрушились на плечи и спину девушки, вызвав в зале восторженной шепот. А потом раздались аплодисменты. С той поры каждое выступление завершалось одинаково – сестры выстраивались в ряд, спиной к зрителям, и быстро вытаскивали шпильки. Теперь никто не называл девушек Сазерленд «пахнущими сестрами». Теперь ими восхищались все!
Об этих выступлениях вскоре прознали газетчики. Слава бежала впереди семи сестер Сазерленд. А потом цирковая компания Барнума и Бейли предложила им контракт.
- Обратите внимание, господа! – важно выкрикивал конферансье. – Перед вами семь настоящих чудес света!
Зрители шли валом на выступления девушек. В них все было необычно – семь сестер, длинные-предлинные волосы, некоторая таинственность, связанная с чудодейственным бальзамом. Конечно, все захотели его заполучить! И вот здесь Сазерленды нащупали настоящую золотую жилу. Нужно было срочно наладить производство удивительного средства для роста волос…
То, что смешивала Мэри, очень дурно пахло. Ни одна женщина не решилась бы нанести себе на голову подобное вещество. Товар должен был выглядеть красиво! И ни в коем случае не отталкивать! Так что формулу миссис Сазерленд заметно поменяли… А, возможно, и никогда не знали ее! А цену заломили немалую – от полдоллара до полутора в разные годы. Сестрам даже не нужно было тратиться на дополнительную рекламу. Их выступление уже само по себе становилось настоящим рекламным роликом…
Деньги потекли к ним рекой. Самые крупные журналы публиковали фотографии девушек с рассказами о них. А после 1888 года они выстроили для себя огромный особняк в родном городе. В нем было 14 спален и множество ванных комнат, где текла горячая и холодная вода. Это был подлинный дворец для семи принцесс… Впрочем нет, для шести. Пока дом возводили, пока делали ремонт, одна из них умерла.
Они устраивали праздники в своем дворце. Они покупали бриллианты и невероятные наряды. Прислуга сбивалась с ног, обслуживая надменных хозяек...
Отец постоянно наставляя: «Берегитесь мошенников и искателей приданого!». Недоверие к мужчинам было отличительной чертой сестер Сазерленд, и замуж из них вышли только три – Наоми, Виктория и Изабелла. Наоми умерла молодой, а вот Изабелла пережила своего супруга. Любопытно, что тот изначально сватался к другой из Сазерленд, к Доре, но в итоге остановил свой выбор на Изабелле. Этот брак счастливым не был, и Фредерик Каслмейн наложил на себя руки. Впоследствии Изабелла вышла замуж во второй раз...
Союз Виктории вообще наделал много шума – она пошла под венец в возрасте около пятидесяти лет, за человека много младше себя. Сестры считали, что она сошла с ума и запретили ей жить с мужем в их общем доме. Впрочем, обезумела не она, а Мэри. Эта девушка и раньше вела себя странно, но со временем положение усугубилось. Она запиралась в комнате и могла подолгу смотреть в пустоту. В конце концов, Мэри отправили в лечебницу, где она и умерла в 1939 году.
Сестры научились зарабатывать деньги, но они же бесподобно их тратили. А, между тем, новых вливаний не предвиделось. Пришел новый век, век джаза, где девушки укоротили юбки и… причёски. Никому больше не были нужны волосы длиной в два метра. А к шоу все привыкли. Что нового могли показать пахнущие сестры Сазерленд? Ничего.
Они еще попытались заработать – продав в Голливуде права на экранизацию своей истории. Однако и это предприятие прогорело. В аварии погибла Дора, а голливудским боссам рассказ о длинноволосых девушках интересным не показался. От богатства Сазерлендов осталось одно воспоминание. Да еще и дом сгорел в 1938-м!
Так что, когда в 1946-м году скончалась последняя из семи, Грейс, не нашлось средств даже на скромный памятник…
Многочисленные фотоснимки, которые остались после сестер Сазерленд, впечатляют по сей день. Мало кто мог бы похвастаться такими роскошными волосами, как они. Но это единственное сокровище фермерских дочек, вознесшее их на вершину, оказалось, в итоге, никому не нужным. И так – увы! – случается довольно часто.
Раньше всегда ценились красивые, длинные волосы - женская красота! И в наше время никто равнодушным не останется, увидевши такую красоту! Недаром гласит народная поговорка " Варвара краса, длинная коса!"
От вида этой прекрасной женщины у неё словно помутился рассудок. Пятнадцатилетняя герцогиня прокричала на весь дворец: «Разорви её! Отправь в монастырь! Или я сделаю это сама!». Задыхаясь от ненависти, она бросилась к Чечилии и замахнулась. Но люди герцога успели остановить разъярённую девушку... Зимой 1491 года в Милане разыгралась на редкость некрасивая сцена. А герцог Бари призадумался: его юная жена определенно представляла угрозу.
- На тебя наденут ошейник! Будешь плясать по приказу хозяина! – хрипло и зло говорил Кестнер. – Ты едешь с рабом в эту дикую страну! Спокойно и неторопливо Виттория попросила своего давнего друга не беспокоить ее больше. Она не показала, что обижена его тоном. Но – надо признать – в словах Августа Кестнера звучал отголосок ее собственных опасений. Что ждало в России красивую молодую итальянку? Ведь ее избранником стал крепостной художник.
Дворец хранил молчание. Королева-мать отказывалась видеться с ней. А жена американского посла, Роуз Кеннеди, открыто выражала презрение к Уоллис. «У этой женщины совершенно не было совести, - писал в своем дневнике дипломат Невилл Чемберлен, - она использовала короля ради получения денег и драгоценностей».
Эту женщину презирали все. Когда она выходила на прогулку, знатные дамы нарочито отворачивались, а мужчины лишь сдержанно кивали. Эми было легче, когда ее сопровождал любимый – сэр Беркли Пэджет. Но все менялось, если они случайно встречали его жену. Тогда Беркли бледнел и старался увести Эми подальше. Английское общество не сочувствовало влюбленным. Ведь Эми и Беркли нарушили главное правило – глаза должны оставаться «широко закрытыми». То есть, никто не должен был догадываться, что благородный столп общества увлечен какой-то дамой полусвета.
Он выл и скрёбся, словно настоящий волк. Пятнадцатилетняя девушка пятилась назад, но это существо, которое называли принцем, имело над ней законную власть. "Оно" было ее мужем. В ночь на 12 декабря 1663 года принцессу Анну Баварскую оставили наедине с Анри-Жюлем, одним из самых родовитых людей Франции. Бедняжка так испугалась, что потеряла сознание. Ей потребовалось много времени, чтобы привыкнуть: в её покоях обретается настоящий зверь.
- Она же пустая! – кричала Мэри. – О чем ты будешь говорить с ней? Артур молча кидал вещи в большой кожаный чемодан. У него было еще много такого, что не помещалось в недра чемодана и он коротко сообщил, что приедет за остальным вещами в конце недели. Пора было ставить точку. Тем более, что у него началась новая глава жизни, и звалась она Мэрилин Монро.
Девочка с сильно подведенными глазами стояла у входа в заведение. Она призывно улыбалась, и некоторые пешеходы сворачивали прямиком к ней. В четырнадцать лет Тильда Фосси служила «медовой приманкой» в заведении своей матери. Клер берегла ее, она чувствовала, что из девочки выйдет толк. Но живой рекламой Тильда пробыла совсем недолго.
Шепот и возня не оставляли сомнений – за дверями находятся двое. Ганс решительно дернул ручку и вошел в комнату, погруженную в полумрак. Послышался сдавленный женский крик, грянул щелчок выключателя, и яркий свет озарил «розовые покои» - так называли эту комнату в семье принца Плесса. Его вторая жена испуганно смотрела на него. Рядом с ней стоял пасынок.
Комментарии 359