Я не хочу вспоминать о нем. А я ему так верила…"
Ее выселили из хором отца. Оставили комнатку в 12 метров, где она погибала в нищете одна-одинешенька, перечитывая со слезами на глазах старые письма Ивана Бунина. Анна Цакни была забыта всеми в Одессе. А о первой ее любви к Бунину можно написать роман. Много лет Анна жила памятью о их любви и писала дневник, а потом сожгла и тихо скончалась в 1963...
..Дело было в Одессе. Николай Цакни, дворянин греческого происхождения, в молодости был причастен к антиправительственной пропаганде.
С красавицей женой он бежал за границу, сначала в Англию, затем обосновался в Париже. Дочка Аня родилась уже во Франции, где он бедствовал так, что приходилось мести улицы. Вскоре его жена скончалась от туберкулеза и Николай Петрович остался один с маленькой дочкой. И тут его судьба совершила крутой поворот.
Вдовец Цакни женился вторично, его новая жена оказалась очень богатой женщиной. Он вернулся с семьей в Одессу и зажил барином, владельцем солидных банковских счетов, хозяином плодородных имений и виноградников.
Но в нем остались прежняя живость характера, равнодушие к светским условностям и деньгам. Цакни был издателем и редактором одесского альманаха "Южное обозрение". В браке со второй женой у него родился сын Юлий.
С заехавшим в Одессу 27-летним Буниным они подружились сразу. Иван Алексеевич был рад новому многообещающему знакомству. И только этой весной окончившая гимназию дочь Цакни от первого брака Аня была чудо как хороша! Словно греческая богиня, юная и прекрасная...
Анна была чрезвычайно мила, музыкальна и по-детски наивна. Молодой литератор увлекся девушкой не на шутку и называл ее своим "солнечным ударом".
"Я чуть не каждый день езжу на дачу Цакни, хорошего человека, с хорошей женой и красавицей дочерью", - писал Бунин брату.
Все решилось в один миг, во время разговора с отцом Анны на семейной даче солнечным сентябрьским вечером 1898 года: беседа затянулась и обстановка была чрезвычайно приятной. Бунин неожиданно для себя попросил руки его дочери и испугался.
В автобиографии у Ивана Алексеевича написано:"…Внезапно сделал вечером предложение. Аня играла "В убежище сада…"
Николай Петрович сообщил Бунину, что ничего не имеет против:"Но давайте об этом спросим саму Анну Николаевну. Анюта, подойди пожалуйста к нам!"
Темноглазая Аня, с чудесными волосами, убранными в гладкую прическу, вспыхнула от неожиданности: они были знакомы с Буниным всего несколько дней.
Ей нравился красивый молодой литератор и вскоре она дала согласие. Мачеха Элеонора Павловна радостно потирала руки и горячо одобряла: по ее мнению Аня делает хорошую перспективную партию.
Но все пошло с самого начала не так. Свадьба была назначена на 23 сентября 1898 года. После венчания Бунин с тестем, настолько увлеклись разговором, что вышли на паперть и бессознательно пошли вдвоем домой пешком. Можно представить, какое впечатление произвело это на Анну.
Она сидела одна в свадебной карете и едва сдерживала слезы. На свадебном ужине разразился скандал. Ане кто-то из гостей шепнул, что Бунин женился на ней только из-за денег. Иван Алексеевич, услышав сплетни, в бешенстве выскочил из столовой в гостиную, запер за собой дверь на ключ и до утра не вышел. Мачеха утешала Аню.
Примирило молодоженов свадебное путешествие в Крым. Вернувшись, они поселились на улице Херсонской в большой квартире у Николая Петровича. Бунин хотел переехать в Москву, но Цакни попросил его не забирать Аню из родного дома.
Со временем стало ясно, что у супругов абсолютно различный темперамент, привычки, взгляды на жизнь. Иван был вспыльчив, но при этом весьма отходчив, а Анна была склонна долго вынашивать обиду и молча замыкаться в себе. Бунин постоянно упрекал молодую жену в нежелании разделять его взгляды.
Молодожены часто ссорились не в силах понять желания друг друга:"...Сколько раз я раскрывал ей душу, полную самой хорошей нежности, – она ничего не чувствует, – кол какой-то. Она глуповата и неразвита, как щенок".
Брак с Аней длился чуть больше года.
30 августа 1900 года у Анны родился сын. Мальчика назвали Николаем. Ещё до рождения сына Бунин, оставил молодую жену в Одессе, а сам вернулся в Москву - жить с Анной он не мог.
Николай будет единственным ребенком Бунина.
Маленького сына Бунин иногда видел на прогулке с няней.
Ребенок был очаровательным, не по годам смышленым. Но семейство Цакни не поощряло общение отца с сыном, а наоборот, старались свести их общение к минимуму. Коля, чью фотографию, Иван Алексеевич всегда носил с собой, умер в пятилетнем возрасте от скарлатины.
Вторым мужем Анны Цакни стал историк, писатель и директор Одесской городской публичной библиотеки, Александр Дерибас. После революции Анна работала в школе. После смерти Александра в 1937 году, она жила в одиночестве, в 12-метровой комнатке, перечитывая письма Бунина и ведя дневник, который перед смертью сожгла. Умерла она в 1963 году на 85-м году жизни.
"Понимаете ли, я была для него слишком красивой, слишком живой, мне нужно было уделять внимание, а это отрывало его от работы, копилась досада, недовольство друг другом. Ему нужна была другая жена, готовая целиком посвятить себя ему, его творчеству. В конце концов именно такую он и встретил. А я была очень молода и хотела жить..."
Присоединяйтесь к ОК, чтобы подписаться на группу и комментировать публикации.
Комментарии 37
А Бунина не перевариваю с его эмигрантской меланхолией. Тоску нагоняет.
По этому поводу у меня случилась ссора с родителем. И он потом долго со мной не разговаривал.
Вот так Бунин испортил жизнь не только Анне Цакни.
И.Бунин всю свою
писательску славу спустил в сортир своей
ненавистью к собственному народу!
Еще раз
вернёмся к Бунину, который художественным языком ярко отобразил внутреннее
состояние «белых» через сочувствующих им. Он изображает «окаянные дни» с такой
позиции, которую просто немыслимо разделять русскому патриоту. В Бунине говорит
прежде всего сословная злоба и социальный расизм. И ненависть, которую не
скрывают - ненависть к народу. Народ оказался не добрым и всепрощающим богоносцем,
а восставшим хамом.
Читаем: «В
...ЕщёОдессе народ очень ждал большевиков - «наши идут»... Какая у всех (- из круга
Бунина) свирепая жажда их погибели. Нет той самой страшной библейской казни,
которой мы не желали бы им. Если б в город ворвался хоть сам дьявол и буквально
по горло ходил в их крови, половина Одессы рыдала бы от восторга». Смотрите,
как Бунин воспринимает, чисто физически, тех, против кого в сознании и
подсознании его сословия уже готовилась гражданская война. Это сословие рыдало
И.Бунин всю свою
писательску славу спустил в сортир своей
ненавистью к собственному народу!
Еще раз
вернёмся к Бунину, который художественным языком ярко отобразил внутреннее
состояние «белых» через сочувствующих им. Он изображает «окаянные дни» с такой
позиции, которую просто немыслимо разделять русскому патриоту. В Бунине говорит
прежде всего сословная злоба и социальный расизм. И ненависть, которую не
скрывают - ненависть к народу. Народ оказался не добрым и всепрощающим богоносцем,
а восставшим хамом.
Читаем: «В
Одессе народ очень ждал большевиков - «наши идут»... Какая у всех (- из круга
Бунина) свирепая жажда их погибели. Нет той самой страшной библейской казни,
которой мы не желали бы им. Если б в город ворвался хоть сам дьявол и буквально
по горло ходил в их крови, половина Одессы рыдала бы от восторга». Смотрите,
как Бунин воспринимает, чисто физически, тех, против кого в сознании и
подсознании его сословия уже готовилась гражданская война. Это сословие рыдало
бы от восторга, если бы дьявол по горло ходил в крови этих людей. Бунин
описывает рядовую рабочую демонстрацию в Москве 25 февраля 1918 года, когда до
реальной войны было еще далеко: «Знамена, плакаты, музыка - и, кто в лес, кто
по дрова, в сотни глоток: - Вставай, подымайся, рабочий народ! Голоса утробные,
первобытные. Лица у женщин чувашские, мордовские, у мужчин, все как на подбор,
преступные, иные прямо сахалинские. Римляне ставили на лица своих каторжников
клейма: «Cavefurem». На эти лица ничего не надо ставить, - и без всякого клейма
все видно... И Азия, Азия - солдаты, мальчишки, торг пряниками, халвой,
папиросами. Восточный крик, говор - и какие мерзкие даже и по цвету лица,
желтые и мышиные волосы! У солдат и рабочих, то и дело грохочущих на
грузовиках, морды торжествующие». И дальше, уже из Одессы: «А сколько лиц
бледных, скуластых, с разительно ассиметричными чертами среди этих
красноармейцев вообще среди русского простонародья, - сколько их, этих
атавистических особей, круто замешанных на монгольском атавизме! Весь, Мурома,
Чудь белоглазая...». Здесь - представление всего «русского простонародья» как
биологически иного подвида, как не ближнего..
Последнее время антисоветчики выкатили старый перл И.Бунина
о В.И.Ленине. Вроде как Бунин лучше знал, что надо русскому народу, чем Ленин.
Ну, и с набором непременных обзывательств по отношению к народному вождю.
Однако история нам говорит о том, что за
Лениным народ пошёл, а за буниными нет. Народу виднее.
Народу, который пошёл за Лениным, виднее???
Знайте своё место!
Он писал для белоэмигрантов ностальгические произведения.
Аудитория его давно уже в лучшем из миров. А в современном мире Буниным интересуются разве только литературоведы какие-то.