Борис Кустодиев «Купчиха за чаем» - 1918 год
🎨 «Купчиху за чаем» Кустодиев написал в 1918 г., в 40-летнем возрасте. Годы счастливой юности давно остались позади, а с приходом большевиков к власти эта жизнь была утрачена безвозвратно. Купеческие усадьбы и дородные купчихи за уставленными снедью столами теперь жили только в памяти художника. Времена были голодные и страшные, о чем он писал режиссеру В. Лужскому: «Живем мы здесь неважно, холодно и голодно, все только и говорят кругом о еде да хлебе… Я сижу дома и, конечно, работаю и работаю, вот и все наши новости».
К тому же в это время у художника были серьезные проблемы со здоровьем – еще в 1911 г. ему поставили диагноз «костный туберкулез», позже в позвоночнике образовалась опухоль, болезнь прогрессировала, и к моменту написания «Купчихи за чаем» Кустодиев уже три года был прикован к инвалидному креслу.
С тех пор, по словам художника, его миром стала его комната. Но тем живее работало воображение. «Картины в моей голове сменяются, как кино», – говорил Кустодиев. Чем хуже становилось его физическое состояние, тем ярче и жизнерадостнее были его работы. В этом он находил свое спасение. Поэтому утверждения о том, что в своих картинах он намеревался изобличить дореволюционный мещанский быт, иронизируя над умиротворенными купчихами, вряд ли имеют под собой реальные основания.
На самом деле «Купчиха за чаем» была вовсе не купчихой, а настоящей баронессой. Очень часто моделями для купчих Кустодиеву служили представительницы интеллигентной среды. На этот раз художнику позировала его соседка по дому в Астрахани Галина Владимировна Адеркас – баронесса из древнего рода, ведущего свою историю с XIII в. На тот момент девушка была студенткой-первокурсницей медицинского факультета, хотя на картине она выглядит гораздо старше и внушительней, чем была в действительности. Однако автор и не преследовал цели портретного сходства – это скорее собирательный образ, который становится олицетворением всего уездного городка.
Кустодиев еще не один раз возвращался к излюбленной теме и писал купчих. До сих пор длятся споры о том, было ли это иронической стилизацией мещанского быта или ностальгией по безвозвратно утраченному прошлому. Судя по особенной теплоте, с которой художник относится к своим купчихам, эти картины стали для него бесконечным прощанием со счастливой юностью и милым сердцу миром. А пышнотелые русские красавицы на картинах Бориса Кустодиева – воплощенным идеалом народной женской красоты.
Присоединяйтесь к ОК, чтобы подписаться на группу и комментировать публикации.
Нет комментариев