Или не рада? – Женщина смотрела на Наташу с сочувствием, жалко было девчонку, только к себе не возьмешь, у самой есть, кого кормить.
- Я не знаю, теперь уже не рада, - призналась девушка. Лицо грустное, в одной руке сумочка, другой за живот держится. Тетя Зина протянула в пакете огородной зелени, которую с дачи привезла. Она прямо тут, на маленьком стихийном рынке, во дворе торгует.
- Не надо мне.
- Надо! Бери, когда дают! Уж чем могу, – Зинаида всунула в руки пакет. – Витамины тебе нужны.
Давно Наташу заметила. Какой раз продаст, а когда и просто даст, хоть и сама нуждается. – Дитё родится – куда ты? На что жить будешь? Ни денег, ни прописки.
- Не знаю, что-нибудь придумаю, - Наташа отвечает монотонно, как будто уже все равно.
- Да ничего ты не придумаешь, кроме как домой вернуться.
- Нееет, домой не поеду.
- Ну, есть же там кто-то.
- Отец есть, только ему все равно, а мамы давно нет. У него там подружка, вместе прикладываются, а потом песни на всю деревню. Он раньше таким не был, отец-то, а мамы не стало – изменился.
- Ну, все равно же дом родной, там ведь родина твоя. Чтобы не случилось, силы надо на родине брать. А без сил никак нельзя, а значит и без родины. – Зинаида продолжала говорить, а Наташа попрощалась и медленно пошла.
- Ну, так ты подумай насчет того, что домой вернуться, - она тяжело вздохнула, - храни тебя твой Ангел.
Год назад приехала поступать в медицинский. Вроде и аттестат неплохой, но, видно, знаний не хватило. Ей бы лучше с медучилища начать, а она замахнулась на институт. Домой не вернулась, устроилась в швейный подпольный цех работать. Только деньги не каждый месяц видела, - конец девяностых. Встретила парня: смуглый, коренастый, веселый. «Со мной не пропадешь» - говорил Сергей, глядя на девушку карими глазами.
- А где ты работаешь?
- Тебе лучше не знать. Жилье снимаю, тебя одеваю, а скоро еще лучше заживем.
Она догадывалась, просила, даже умоляла. – Можно устроиться на работу и жить как все люди. А он только смеялся и просил еще потерпеть немного. «Бизнес у меня такой, понимаешь? Накоплю, автосалон открою. Ну, не совсем автосалон, но уже что-то солидное будет». Говорил, что любит, а ребенка не хотел. Рассвирепел, когда узнал, потом и вовсе охладел, как будто и не было Наташи. Новые машины и новые девчонки. Он уже не заглядывал в коммуналку, квартиру себе снял. Наташа отдала за комнату последние деньги, а самой вот-вот рожать. И пусто стало на душе, не в радость предстоящее событие.
Она успела оставить в холодильнике пакет с зеленью, скинула плащ, присела на диван и сразу поняла, что худо ей.
Соседка вызвала скорую. Наташа вспомнила про сумку, которую собрала накануне, зная, что уже скоро рожать. Дверь скрипнула, - значит скорая приехала, на сердце отлегло. Обернулась – в комнате стояли два рослых парня.
- Она что ли?
- Она это, Серегина девка. А мы и не знали, что Серега постарался,- сказал один из них, увидев ее живот. – Должок за твоим мужем, не рассчитался он с нами, значит, на тебя долг переходит.
- Какой долг? Вы что? И не муж он мне был… Да ведь нет Сережи, вы же знаете, две недели как нет.
- Его нет, а ты есть, говори, как расплачиваться будешь.
- Вы же видите, в каком я положении.
- А нам кучеряво, в каком ты положении, сейчас график составим, когда и по сколько отдавать будешь, - они угрожающе направились к ней.
Наташа почувствовала, что вот-вот потеряет сознание… Вдруг в коридоре послышались шаги, в дверь постучали и тут же вошли. Это была бригада скорой помощи. Следом вошла соседка. Наташа не помнит, как «растворились» эти двое, смутно помнит, как ее увезли.
Она была единственной в палате, кто равнодушно принял новость о рождении дочки. Хотелось просто встать и уйти. Принесли кормить. Наташа разглядывала ее и все думала, куда ей идти из роддома. Спасибо, девчонки с работы принесли комплект для новорожденной, сами, между прочим, сшили. И еще деньги передали. Наташа подумала, что будет, чем за комнату рассчитаться, но вспомнила тех двоих, что наведывались несколько дней назад.
Вещи из комнаты забирала вместе с соседкой, одна боялась, вдруг снова придут. Личных вещей было совсем мало. Оставила хозяйке долг за комнату, и, подхватив, завернутую в одеялко девочку, вышла на улицу.
- Куда же ты, милая? – Тетя Зина попалась навстречу. – Куда ты с дитём? Скажи хоть кто?
- Девочка. – Наташа стояла бледная, худая.
- Как назвала?
- Пока никак.
- Куда ты с ней?
- Не знаю.
- Вот что, пошли ко мне, передохни, а потом мы тебе билет купим домой… и не качай головой, авось не выгонит, дом твой там. Говоришь, ночку на поезде? Так это недалеко, езжай, оклемайся сама и ребенок пусть окрепнет. А лучше у меня несколько дней побудь, денег за это не возьму.
Наташе стало горько и стыдно, что вынуждена у чужих людей остановиться. Через неделю она решилась поехать домой.
Зинаида проводила на вокзал и все повторяла: - Храни тебя твой Ангел…
В поезде села на нижнюю полку, разделась, развязала одеялко, крохотный комочек подал голос. Вошедшая статная женщина села напротив. – Что за невезение: то полка верхняя, то с ребенком попадаются. Всю ночь так будет кричать.
- Она не кричит. – Наташа подняла глаза на женщину, яркая помада бросилась в глаза. Впервые после родов ей стало обидно за девочку, она почувствовала несправедливость по отношению к ребенку. Девочка не кричала, она только слегка куксилась, она вообще был спокойная.
- Ну, значит, ночью будет кричать, не уснешь. Ты уж успокаивай сразу, чтобы мне уши не затыкать, мне выспаться надо, завтра у меня семинар, я на нем выступаю. Дама быстро достала спортивный костюм и стала переодеваться.
Наташа, пожалела, что согласилась на билет в купе, подумала, что лучше бы в плацкарте. Всю ночь она не спала, слышала, как дама вышла рано утром. Тоже стала собираться.
Железнодорожная станция была в стороне от райцентра, надо было еще на автобусе проехать до автовокзала, а потом уже на другом автобусе до родного села.
После потери матери она отвыкла от понимания «родное», и только на душе было тоскливо от того, что хорошее уже не повториться.
К огромному удивлению Наташи отец встречал ее на остановке. Старый мотоцикл был сломан, поэтому пришел пешком. Достал из кармана телеграмму. – Докатилась, что чужие люди просят встретить тебя, буркнул он, - хотел в район ехать, да не успел.
Наташа увидела телеграмму от Зинаиды, которая узнала адрес и обещала, как-нибудь дать весточку. Значит это она накануне отправила.
- Я не просила телеграмму отправлять.
- Ладно уж, здравствуй что ли, - суровое лицо отца немного просветлело. – Кто там у тебя? – Он кивнул на сверток.
- Девочка.
- Да уж, девочка… Сама как девчонка, а тут у нее девочка. В старину говорили: в подоле принесла.
Наташе совсем расхотелось идти домой. Но отец взял сумку, и она заметила, что никакого запаха перегара, - это немного успокоило. Она пошла за ним. Больше всего не хотелось видеть надоедливую Райку, от которой он приходил навеселе.
Подходя к дому, отец остановился.
– Ты вот что, предупредить хочу, не один я. – Наташа вздрогнула, казалось, ноги подкосились, сразу пожалела, что приехала. – С женщиной я живу, да ты ее знаешь…
В это время калитка открылась, за ворота вышла невысокая, худощавая, но крепкая женщина. Наташа узнала в ней односельчанку Марию, которая давно жила одна. И, похоже, не собиралась ни с кем сходиться. Такой выбор отца, а может выбор Марии смутил Наташу.
- Здравствуй, Наташа, хоть бы написала раньше, а то мы ничего не знаем. – Она подошла как ни в чем ни бывало и взяла сверток из рук растерявшейся девушки.
Мария не суетилась, угождать не собиралась. Все было как-то просто, как будто, ничего не случилось. Отец повесил куртку и кепку на вешалку, посмотрел на дочь.
– Ну, дай хоть посмотрю, внучка все же. Назвала как?
- Еще никак.
- Так она же кроха совсем! – ахнула Мария.
Наташа прошла в свою маленькую комнату, заметив, что все осталось как прежде, - от этого стало теплее на душе, все же свой уголок. Подумала, что отец начнет «обмывать» внучку, но Мария на стол поставила только обед, а потом налила компот.
- Отец-то кто? – Спросил Виктор.
- Нет отца.
-Как это? Ты не знаешь от кого родила?
- Знаю! Просто нет его в живых. Да и раньше еще отказался от меня и от ребенка.
Марию всегда знали немногословной. Сына вырастила. Радовалась, что уехал в Ленинград работать (она до сих пор называла Ленинградом, нравилось ей так). Устроился на стройку, потом техникум закончил, сейчас уже квартира своя, внук растет. Виктор – ровесник ей. Женился он поздно, да и Наташа была поздним ребенком, жена долго родить не могла.
На Марию никогда внимания не обращал, всё с Раисой общался, все думали так и сойдутся и будут гулять вместе. Но в конце лета случилось Виктору с Марией вместе по ягоду пойти. Была у Виктора такая слабость – собирать ягоду. Рае не надо, ей все равно, а вот у него душа рвется. Мария почти прицепилась с ним за компанию, потому как одна боялась, так что получился «деловой союз». На усталость не жаловалась, не отставала, места ягодные знала. И как-то так дружненько у них получилось, что в следующий раз позвал он ее снова.
Рая уже наступление субботы отметить собралась, но Виктор снова ушел с Марией. Интересно ему показалось с ней, намекнул даже, что хоть каждый год готов ходить по ягоду вместе.
– Ты знаешь, Виктор, я это дело не люблю, мне пьющего не надо.
- Так это я последнее время, а раньше, ты же помнишь, только по праздникам.
- Ну, если хочешь, как раньше, давай попробуем, мне в хозяйстве мужик сгодится, - уж извини, что я прямо говорю, не обижайся, тебе ведь тоже хозяйка нужна. Так что ты мне хозяин, а я тебе хозяйка.
Так сошлись два, казалось, совсем чужих человека, не испытывающих ранее никакой симпатии. Наташа настороженно молчала, боясь радоваться тому, что хотя бы не Раиса сидит сейчас за столом.
- Ну, ты хоть имя придумай, а то как регистрировать будешь, - отец говорил уже мягче.
- Не знаю, почему-то не придумывается.
- Да хоть в честь матери, Тамарой назови.
Наташа пожала плечами. – Не знаю.
- Да мало ли имен на свете, сейчас Настя, Даша, Катя всё в моде - хорошие имена, - подсказала Мария.
Наташа задумалась, но ни одно имя не тронуло ее. На другой день пришла Валентина - двоюродная сестра отца. – А чего тут думать? У меня у подруги внучку Юлей назвали. А что, хорошее имя, молодежь нынче любит такие имена. А можно как в старину: Аксиньей, Глафирой, Евдокией…
- Не знаю, тетя Валя, я посмотрю на нее, кажется, ничего не подходит.
На самом деле, Наташа еще не привыкла к своему материнскому состоянию, не могла привыкнуть, что уже мама. Да и воспоминания об отце девочки тревожили. Начало было хорошим, а потом одно разочарование. Ей и сейчас казалось, что будущее у нее беспросветное. Придется сидеть у отца на шее из-за ребенка. А не будь её – свободна, как птица в полете.
Прибежала одноклассница Света, порывалась взглянуть.
– Так я тоже еще не видела, - хватилась Валентина.
- Ой, нет, дайте ребенку хоть месяц, до месяца же нельзя, - подсказала Мария.
Насоветовав еще дюжину имен, гости ушли.
Мария как будто прочитала мысли Наташи.
– Ну, с дитём придется посидеть, это у всех такая обязанность. Да ты не бойся, знаешь, как интересно смотреть, как растет. Погоди, через год она тебе уже лепетать по-своему будет, ходить начнет.
Наташа впервые улыбнулась.
- Ну, слушай, назови ты уже ребенка, дай имя.
- Назову, тетя Маша. Просто не знаю, с чего начать, все так безнадежно в жизни, - Наташа замолчала, потом еще раз повторила: - безнадежно… Ой, кажется, знаю, как назвать! – Она кинулась к девочке и взяла ее на руки, впервые посмотрела ласково, улыбнулась: - Надежда, ты моя Надежда, Надя…
- Наденька, Надюшка, - продолжила Мария. – Слышь, отец, - сказала она вошедшему Виктору, - имя есть, Надеждой назвали.
- Ага, Надюха значит, ну хорошо. – Он стянул сапоги и задумался. – А отчество? Отчество какое? – И тут же ответил. – Ну а что, пусть Викторовна будет, раз другого нет.
- Да все будет со временем, - сказала Мария, - годы у нее молодые, все наладится, может и добрый молодец появится у Наташи.
_____________________________
Зинаиде, которая настояла, чтобы ехала домой, Наташа написала через месяц. Сообщила, как назвали дочку, благодарила, что домой помогла уехать. И в конце письма сообщила, что успевает и с ребенком сидеть, и к поступлению в медучилище готовиться. «Тетя Зина, у меня всё равно всё получится. У меня теперь Надя, Надежда есть, она мне такие силы дает. Я вот вам пишу и улыбаюсь, подрастет и мы к вам в гости приедем. Спасибо вам, пусть Ангел хранит вас». #опусыирассказы
Автор Татьяна_Викторова
Присоединяйтесь к ОК, чтобы подписаться на группу и комментировать публикации.
Комментарии 1