_________________________________________
Быть может часть волков и ляжет,
И вовсе домой не вернется,
Зато остальные расскажут,
Как волчья сотня дерется...
Волчья сотня - полуофициальное название некоторых казачьих воинских формировний в Русско-японской, Гражданской, Первой и Второй Мировых войнах а также при подавлении "Боксерского восстания" на територии Китая (т.н. Китайский поход 1900-1901 гг.).
• Волчьи сотни в Китайском походе и войне 1904-1905 годов.
Первыми "волками" принято считать казаков-забайкальцев. Именно 2-й сотне 2-го Аргунского полка принадлежит фирменный "волчий вой" при атаке противника лавой, что служило дополнительным деморализирующим фактором для противника. Впервые был применен во время Китайского похода 1900-1901 годов. Следует отметить при этом, что аргунцы изначально готовились к службе в пеших батальонах ЗКВ и были переведеды в кавалерию только в 1900 году.
В 1904 году, в связи с началом Русско-японской войны аргунцы- ветераны Китайского похода вновь были призваны из запаса 2-й очереди во 2-й Аргунский полк, где они сохранили свою «волчьи» традиции. До 30 августа 1904 «волками» командовал сотник В. Хвощинский, которого после гибели сменил подъесаул В. Субботин, командовавший сотней до конца войны. Так же во время войны 1904-1905 годов участником боев с китайцами и японцами, Георгиевским кавалером И. Раменским была сложена полковая песня "Быть может часть волков и ляжет".
В «Волчьей сотне» воевал ст. урядник 2-го Аргунского казачьего полка, кавалер 3-х Георгиевских крестов Е. Каргин, казак Актагучинской станицы, ставший прообразом атамана Елисея Каргина героя романа К. Седых «Даурия».
• Волчьи сотни в Первой мировой войне
В середине осени 1915 года на стол командующего Юго-Западным фронтом лег рапорт есаула Шкуро с предложением «отрядить его с партией казаков терзать тылы и коммуникации противника». Идея понравилась командованию и вскоре был сформирован "Кубанский конный отряд особого назначения" из казаков ККВ. Сформировав его из самых отчаянных сорви-голов, каждый из которых был под стать своему командиру, есаул самолично ввел для отряда и необычные отличительные знаки: к черным кубанкам его казаков был приторочен волчий хвост, а на самоучрежденном черном отрядном знамени красовалась оскаленная волчья пасть. Потому за «Кубанским особого назначения…» сразу же закрепилось и неофициальное название – «волчья сотня».
При первом налете кубанцы истребили полторы сотни немцев, захватили шесть пулеметов и три десятка пленных. Сдав трофеи, «волчья сотня» ушла в более продолжительный рейд по немецким тылам, во время которого под покровом сумерек и метели внезапно атаковала поселок Нобель, где располагался штаб германской пехотной дивизии, взяла в плен ее командира и нескольких штабных офицеров. После этого немцы назначили награду за голову Шкуро в 60 тысяч рублей. Но Шкуро, несмотря ни на что, продолжил рейды по вражеским тылам в лесах Минской губернии и Южных Карпат.
Перед началом Брусиловского наступления летом 1916 г. отряд Шкуро (он был официально назначен командиром отряда 12 января 1916 г.) был переброшен на Юго-Западный фронт в состав конного корпуса генерала Ф. А. Келлера. Шкуро придали еще два организованных партизанских отряда, и летом же 1916 г. он совершил успешный рейд на глубину 7 верст в тыл австрийцам, захватив около 6 тысяч пленных и почти не понеся при этом потерь.
После Февральской революции 1917 г. войсковой старшина Шкуро добился у Походного атамана разрешения на перевод своего Кубанского отряда особого назначения (2 сотни) в Персию в состав Отдельного Кавказского кавалерийского корпуса генерала от кавалерии Н.Н. Баратова.
По дороге в Персию в Кишиневе часть отряда —солдаты —перешла на сторону солдатских комитетов и у Шкуро остались одни лишь казаки. В ноябре отряд прибыл в г. Энзели, расположенный на персидском побережье Каспийского моря. Здесь группа большевистски настроенных солдат сделала попытку убить Шкуро, но в результате покушения он отделался ранением. В это время предоставленный самому себе отряд развалился, большая часть казаков дезертировала и уехала на Кубань. С остатками отряда Шкуро из Энзели направился в г. Хамадан, где был расквартирован штаб корпуса Н.Н. Баратова, и сделал попытку пополнить свой отряд. Этого не получилось, Шкуро был арестован большевиками.
По дороге в Хамадан, где располагался штаб 1-го Кавказского кавалерийского корпуса генерала Баратова, Александру Григорьевичу и его подчиненным пришлось отбиваться от нового для них врага – разномастных партийных агитаторов, пытавшихся склонить казаков к дезертирству и измене присяге. В порту Энзели группа разагитированых матросов попыталась воспрепятствовать загрузке отряда на пароход. "Волки" отлупили моряков нагайками после чего заставили их пропеть «Боже, Царя храни» стоя на коленях. Прибыв к месту назначения, "волки" сразу же были включены генералом Баратовым в авангард Кавказского кавалерийского корпуса, готовившегося к наступлению которое началось в последние дни февраля 1917 года. Разгромив османов в боях у Синнаха и под Мнантагом, казаки, совершив стремительный четырехсоткилометровый марш, соединились с английскими дивизиями генерала Мода у местечка Кизыл Рабат. Это было последнее крупное сражение Первой мировой войны с участием русских армий, в результате которого османская Порта потеряла всю южную часть Ирака.
• Волчьи сотни в Гражданской войне
В конце концов, казаки вместе со Шкуро выехали на Кубань и с боями добрались до Минеральных Вод, где им в конце февраля 1918 г. пришлось «распылиться», чтобы не быть уничтоженными большевиками. Шкуро отправился в Кисловодск, где был арестован местными большевиками. В конце марта Шкуро перевезли во Владикавказскую тюрьму, откуда он через два месяца, после случайного освобождения, бежал на Кубань.
В середине июня среди казаков-баталпашинцев разнесся слух о появлении Шкуро в Баталпашинском отделе. Он сразу же принялся формировать свой отряд, который в течение весьма короткого времени вырос с 6 до 40 человек. С ним Шкуро совершил ряд лихих набегов на станицы Суворовскую, Бекешевскую и Воровсколесскую. Набеги Шкуро явились искрой, попавшей в бочку с порохом —они вызвали серию уже давно замышлявшихся казаками восстаний, —в станицах Родниковской, Лабинской, Чамлыцкой, Упорной, Бесстрашной, Спокойной и Удобной.
12 (25) июня 1918 г. Шкуро с помощью «комиссара» (бывшего станичного атамана) Шамайского занял станицу Суворовскую, где в его руки попало 800 винтовок и 15 тысяч патронов. Здесь Шкуро объявил мобилизацию казаков четырех призывных возрастов, и к вечеру у него в отряде насчитывалось уже 500 конных казаков.
Отряд Шкуро, в котором вскоре появилось также одно орудие, успешно провел ряд боев под станицей Баталпашинской, а в одну из ночей отважился даже атаковать Кисловодск, вызвав там панику. Он захватил большое количество оружия, снаряжения, денег и, кроме того, вывез из города несколько членов бывшей Императорской фамилии.
24 июня (7 июля) отряд Шкуро (7 тысяч человек, из них 3–4 тысячи вооруженных) принял неравный бой с красными под станицей Воровсколесской. Ночью он почти без потерь вышел из окружения.
Появившись на территории Ставропольской губернии, Шкуро продолжал пополнять свой отряд, встреченный местными крестьянами достаточно спокойно и без опаски, о чем свидетельствует факт передачи Шкуро крестьянами села Бешпагир 500 винтовок с патронами. Село Донское дало в его отряд лошадей и 500 вооруженных бойцов.
8 (21) июля Шкуро хитростью без боя овладел г. Ставрополем .
По приказу Деникина Шкуро с несколькими сотнями казаков Баталпашинского отдела был направлен на Кубань для формирования Кубанской Партизанской отдельной бригады, начальником которой он был назначен 8 (21) августа. Шкуро —«командующий войсками Добровольческой армии, действующей в Баталпашинском и Пятигорском районах» (со штабом в Кисловодске) —сформировал значительное число казачьих и горских полков и 12 (25) сентября предпринял с ними нападение на Кисловодск, увенчавшееся успехом. В Кисловодске Шкуро сохранил жизнь и свободу почти 3 тысячам больных и раненых красноармейцев, находившихся в больницах и госпиталях. Там он продолжал формирование новых частей, но 25 сентября (8 октября) под давлением превосходящих сил красных с боями (в которых участвовала и местная офицерская рота) отступил от города.
Но Гражданская война продолжалась, и в 20-х числах декабря 1918 г. (начале января 1919 г.) Шкуро со своей 1-й Кавказской казачьей дивизией был направлен на ликвидацию прорвавшихся в Баталпашинский отдел красных частей. Шкуро, обогнав дивизию, со своей Волчьей сотней прибыл в станицу Баталпашинскую и почти в самое Рождество разбил авангард красных. Вскоре подошла вся дивизия, отразившая новое наступление большевиков. 5 (18) января в Баталпашинской Шкуро обратился к казакам с призывом вступать в ряды дивизии —откликнулось более 3 тысяч «стариков», взбодривших своим примером молодежь.
Присоединяйтесь к ОК, чтобы подписаться на группу и комментировать публикации.
Нет комментариев