Предмет праздника и отношение к жизни христианской
Предмет праздника Пасхи есть Воскресение Господа нашего Иисуса Христа. Праздник сей напоминает нам, что Иисус Христос, истинный Мессия, воскресением Своим восстановил на земле духовное царство и что, по примеру воскресения плоти Своей, "оживит некогда и смертные тела наши» (Рим. 8:11). Посему, торжествуя Воскресение Христово, мы должны взирать на оное как на пример, предложенный для нашей жизни, – должны воскреснуть от духовной смерти в добродетельную жизнь. «Как Христос воскрес из мертвых славою Отца, – говорит апостол Павел, – так и нам ходить в обновленной жизни... Христос, воскреснув из мертвых, уже не умирает: смерть уже не имеет над Ним власти. Ибо, что Он умер, то умер однажды для греха; а что живет, то живет для Бога. Так и вы почитайте себя мертвыми для греха, живыми же для Бога во Христе Иисусе, Господе нашем. Итак да не царствует грех в смертном вашем теле, чтобы вам повиноваться ему в похотях его; и не предавайте членов ваших греху в орудия неправды, но представьте себя Богу, как оживших из мертвых, и члены ваши Богу в орудия праведности» (Рим. 6:4–13). «Христос за всех умер, чтобы живущие уже не для себя жили, но для умершего за них и воскресшего» (2Кор. 5:15). «Пасха наша, Христос, заклан за нас. Посему станем праздновать не со старою закваскою, не с закваскою порока и лукавства, но с опресноками чистоты и истины» (1Кор. 5:7–8).
Название
«Пасха» значит на нашем языке – прехождение. Праздник иудейский сего имени и предмет его – «Агнец», получили название пасхи (Лк. 22:1, 7) как известно, от прошествия Ангелом, истребившим первенцев египетских, мимо домов израильских, которых праги [пороги. – Ред.] помазаны были кровью единолетнего агнца, пред тем по повелению Божию закланного, и напоминали иудеям как сие утешительное для них событие, так и тотчас за тем последовавшие освобождение их от рабства египетского и прехождение из дому работы в землю обетования. Но все сие было предобразованием вещей божественных и духовных. Агнец был образ, яко агнца непорочна и пречиста, Христа. Ангел, поражающий египтян и щадящий израильтян, изображал собой гнев Божий, карающий противников и щадящий знаменанных кровью Агнца Божия. Освобождение от рабства египетского знаменует освобождение от работы греха и прехождение в царство благодати и свободы духовной – от смерти к жизни и от земли к небеси. Посему, как справедливо апостол Павел называет Христа Пасхою, а другие Богодухновенные мужи – Агнцем, так прилично было, а особенно уверовавшим из иудеев, праздник Воскресения Христова, которое есть как бы венец всех действий Его, учиненных Им для нашего спасения, назвать праздником Пасхи. Вследствие этого древние давали иногда наименование сие даже воспоминанию страданий Господа Иисуса, называя оное, в отличие от первой, Пасхой крестной.
Начало праздника
Праздник Пасхи должен получить начало свое еще во времена апостолов, так как:
1. Несообразно с понятием, какое мы справедливо имеем об апостолах, чтобы они не освятили памяти Воскресения Христова особенным торжеством – несообразно ни с верой их, ни с любовью к Нему, и тем паче, что Иисус Христос, как то видно из установления Им таинства Тела и Крови, изъявлял желание, чтобы верующие, кроме умственного воспоминания о Нем, воспоминали Его еще внешним – видимым образом.
2. Игнатий Богоносец, современник апостольский, в послании своем к филиппийцам именно упоминает о празднике Пасхи как обыкновенном в его время и запрещает им праздновать его вместе с иудеями.
Время совершения
Праздник Пасхи, или Воскресения Христова, совершается в первый недельный день после полнолуния, случающегося в день весеннего равноденствия, или первого по равноденствии, что бывает не в определенное какое-нибудь число солнечного счисления, но иногда ранее, иногда позже, так что в разные годы Пасха восходит от 22 числа марта даже до 25 апреля.
До Первого Вселенского Собора в различных странах Пасху праздновали в различные времена. Евсевий говорит, что Церкви Азийские, основываясь на примере апостолов Иоанна Богослова и Филиппа, торжествовали Пасху в один день с иудеями, именно 14 числа пасхального их месяца – нисана, соответствовавшего началом своим мартовскому новолунию, в какой бы седмичный день оно ни случилось; а в Риме и Западных Церквах праздновали ее в день недельный, следовавший после пасхи иудейской. Это различие до половины II века не было никем пререкаемо, исключая Игнатия Богоносца, как выше сказано; но около 147 года Пий, Римский епископ, приглашал всех христиан праздновать Пасху в упомянутый день воскресный. Несмотря на это, Церкви Азийские не переставали следовать своему древнему обыкновению. В правление Антонина Кроткого Римский епископ Аникит и Смирнский Поликарп имели по сему предмету сношение в Риме; но, не смогши один другого склонить на свою сторону, каждый остался при своем обыкновении, не нарушая, впрочем, мира Церкви. Спустя несколько времени после этого Виктор, один из преемников Аникита, чрез послание к Азийским епископам, требовал уже повелительным образом, чтобы они во времени празднования Пасхи следовали примеру западных христиан; и когда те отозвались через Поликарпа Ефесского, что не хотят отступить от священного предания апостолов Иоанна и Филиппа и своих предков, запечатлевших благочестивую жизнь свою мученической смертью, – произнес на них отлучение от Церкви. Столь дерзкий поступок не понравился многим даже из западных; и Ириней, епископ Лионский, который был согласен с Виктором касательно времени празднования Пасхи, письмом своим обличил его дерзость, и тем погасил распрю. Впрочем, восстановленное спокойствие не было продолжительно. Около 318 года спор о времени празднования Пасхи опять возгорелся. Император Константин Великий, желая предохранить Церковь от раздоров, сперва письменно, а потом через Осию, епископа Кордубского, увещевал Азийских епископов отступить от своего обыкновения. Наконец, когда все было тщетно, дал предложение Никейскому Собору заняться между прочим рассуждением и о сем предмете. Вследствие этого Собором определено: «Праздновать Пасху в первый воскресный день, следующий за полнолунием, которое бывает или в самый день весеннего равноденствия, или первое после оного». Это определение подтверждено Собором Антиохийским в следующих словах: «Всех, дерзающих нарушать определение святого и великого Никейского Собора о святом празднике спасительной Пасхи, объявляем отлученными и отверженными от Церкви». Таким образом, Восточные Церкви согласились во времени празднования Пасхи с Западными. Впрочем, были некоторые общества, которые и после этого долго праздновали Пасху вместе с иудеями, отчего и называли их тессарескедекатитами, тетрадитами, или протопасхитами. Отделившись от единства с Церковью, они скоро разделились и сами между собой. Так, некоторые епископы из новатиан, живших во Фригии, составив собор в местечке Пазе, определили праздновать Пасху ежегодно вместе с иудеями; Марциан, епископ Новатианский, константинополитанец, в противность первым, созвав другой собор в Вифинии, издал определение праздновать Пасху когда кому угодно; а Савватий, христианин из Иудеи, сделавшись епископом протопасхитов, по свидетельству Златоуста, праздновал Пасху не только вместе с иудеями, но даже и по-иудейски, употребляя иудейские опресноки и держа пост во время Пасхи христианской. Когда совершенно прекратился между христианами этот раскол, неизвестно. В XIV веке возникло было опять прение о сем предмете, но Константинопольским Собором, или, лучше сказать, определением Никейского 1-го, оно было уничтожено.
Кроме этого общего различия во времени празднования Пасхи, случалось еще частное. Нередко бывало, что некоторые Церкви предупреждали одна другую в праздновании Пасхи целой неделей, а иногда и месяцем. Так, например, в 455 году, между Пасхой римлян и александриан протекло семь дней; в 577 году Церкви Галликанские торжествовали Пасху 21 марта, Церкви Италийские 18 апреля, а Церкви египетские 25 апреля; и в продолжение ста лет Церковь Латинская три раза, то есть в 322, 349 и 407 годах, совершала Пасху целым месяцем ранее Церкви Александрийской. Такая разность, происходившая от следования различным, между собой несогласным, годовым счислениям, продолжалась до тех пор, пока счисление Александрийское не было принято во всеобщее употребление. Это сделано римлянами в 525 году, а Галлией и Британией спустя два или три столетия после этого. Впрочем, папа Григорий XIII, найдя счисление Александрийское несовершенным, в 1582 году указал для Западной Церкви новое счисление, названное его именем. По этому счислению в Римской Церкви Пасха празднуется иногда ранее нашей целым лунным месяцем и более, так что иногда и иудейская бывает после григорианской, – чего по определению Никейского Собора быть не долженствовало; а сие происходит от того, что пасхальное новолуние, по григорианскому счислению, бывает и 8 марта нового стиля, то есть 23 или 24 февраля старого.
Особенности праздника
А) Церковные.
Праздник Пасхи, как важнейшее торжество Христианской Церкви, издревле совершается Церковью с особенной торжественностью и великолепием. Все последование церковной службы в этот праздник имеет свой особенный характер, отличный от службы прочих праздников. Так, например, во всю седмицу праздника упраздняется в церковном служении чтение Псалтыри и почти всех частных псалмов, а вместо них, и притом многократно, поется тропарь Христос воскресе и другие песни, выражающие духовное веселье и торжество сердца, восхищающегося блаженством, доставленным смертью и Воскресением Спасителя. Песни эти и вся служба действительно произошли от души восторженной и живо чувствовавшей благость
Божию к человекам.
Другие особенности праздника Пасхи суть следующие: 1. Вечерня пред этим праздником в Великую Субботу совершается всегда с литургией Василия Великого, и на вечерне читаются все те места Ветхого Завета, где предсказывается, или прообразуется, смерть и Воскресение Христово; а на литургии служащие изменяют, по чтении Апостола, мрачные одежды на светлые, и Апостол с Евангелием читаются уже воскресные в знак того, что Христос воскрес весьма рано, в ночь после субботы.
2. С вечера, под первый день Пасхи до первого часа, в который начинается утреня, читается в церкви книга Деяний святых апостолов. Когда получило начало это установление, неизвестно; но, по свидетельству Аллатия, должно быть древнее. К учреждению этого Церковь побуждена была, без сомнения, желанием, чтобы верные ожидали в бодрствовании, как духовном, так и телесном, того времени, в которое совершилось неизреченно великое и спасительное для нас таинство. Но какую цель имела Церковь при назначении для чтения в это время книги Деяний святых апостолов, а не другого чего-либо, приличнейшего времени, с точностью определить трудно. Может быть, она хотела изображением совершенного апостолами обращения почти всей вселенной и чудес, учиненных ими, возбуждать сильную и живую веру в слушающих.
3. Во время звона к утрене среди церкви и в алтаре возжигается фимиам в таком количестве, чтобы вся церковь могла наполниться благовонием. Несмотря на это, служащие на каждой песни канона производят еще каждение обыкновенными кадильницами. Все это делается в означение обилия благодати, показанной нам Богом в Воскресении Христовом.
4. Пред началом утрени совершается вокруг церкви крестное хождение, без сомнения, в знаменование хождения учениц и учеников Христовых ко гробу Его, где они и уверились в воскресении; так, как ношение Плащаницы в навечерии Великой Субботы бывает в знаменование снятия со креста и погребения тела Христова.
5. Утреня начинается в притворе пред дверьми храма, без сомнения, в знак того, что ученицы и ученики Христовы уверились в Воскресении Его пред дверьми гроба.
6. При конце утрени бывает всеобщее целование друг с другом при произношении одним слов: «Христос воскресе!», а другим: «Воистину воскресе!» Один как бы возвещает об этом событии, а другой, как бы наперед зная это, подтверждает это известие. Таковой разговор, естественно, мог происходить между некоторыми из многих учеников и учениц Христовых в первые часы и дни при распространении известия о Воскресении Его, причем в знак и от полноты радости могли быть и взаимные лобызания. Поскольку же Воскресение Господа никогда не теряет своей первой силы для верующих и всегда составляет источник величайшей радости, то взаимное приветствие с Воскресением Христовым и лобызание при этом обратилось во всемирное обыкновение, означающее изъявление общей радости и всеобщего прощения, в сообразность такового ж дарованного нам Воскресением Спасителя. По свидетельству Аллатия, обряд этот у греков совершался следующим образом: «Под конец утрени священник во всем облачении, держа в руках Евангелие, на верхней доске которого изображено распятие Христово, становится пред Царскими вратами, а с ним и сослужители, держа каждый икону. Тогда начинают петь тропарь «Христос воскресе», что продолжают до тех пор, пока вся эта церемония закончится. Отличнейший из предстоящих подходит и, приложась к изображению на святом Евангелии, обняв обеими руками священника, целует его в плечо, говоря: «Христос воскресе!» Священник же, целуя его взаимно в лицо, ответствует: «Воистину воскресе!» После таким же порядком подходит другой, третий и все находящиеся в церкви, и, приложась к иконам и поцеловав священника, лобызают также и всех подле него стоящих сослужителей; и потом все таким же образом целуются между собой. А женский пол, взаимно лобызаясь, целуют только одна другую, приветствуя теми же словами. То же делают и самые дети. В продолжение трех дней и более все лобызаются между собой и вне церкви, – мужчины с мужчинами, а женщины с женщинами; дети же различия этого не наблюдают. Таким образом все собрание христиан, отложив взаимную ненависть, целованием примиряется, соединясь единым союзом радости». Подобным образом это делается и у нас, с тем только различием, что у нас целуются и женщины с мужчинами, и дети со взрослыми.
7. На литургии читается Евангелие не воскресное, как бы то следовало по примеру других праздников, в которые читаются Евангелия, описывающие предметы их; но первые стихи благовествования евангелиста Иоанна, и притом всеми служащими священниками и дьяконами, по статьям, при звоне колоколов. Неизвестно, когда и где первоначально введен этот обычай; но цель его состоит в том, чтобы придать празднику более торжественности и сильнее внушить мысль о Божестве Иисуса Христа, которое описывается в читаемом Евангелии (Ин. 1:1–18) и более всего доказывается Воскресением Его из мертвых.
8. Царские врата всю седмицу не затворяются, конечно, в знаменование того, что смертью и Воскресением Спасителя отверсты всем врата милосердия Божия и путь в блаженное небо.
9. В монастырях, соборах, а в Малой России и по всем церквам, полагается среди церкви хлеб, или артос, который в монастырях ежедневно носится братией в трапезу и по окончании стола обратно относится в церковь, что продолжается до самой субботы Светлой седмицы, когда этот хлеб раздробляется и раздается народу – Хлеб полагается в знамение того, что Иисус Христос смертью Своей и Воскресением соделался для нас Хлебом живота, «егоже ядый достойне, не умрет». Посему-то он не употребляется вдруг после первой трапезы, как часть, отлагавшаяся в честь Христову за трапезой Апостольской, но раздробляется уже по прошествии праздника; а носится в трапезу монашествующих для того, чтобы они, имея его пред глазами, воображали Пищу лучшую и высшую той, какую вкушают, и учились полагать веселие свое и насыщение не в снедях, но в пострадавшем и воскресшем для нас Иисусе Христе. Артос людьми более набожными употребляется как врачевство во многих болезнях, а особливо в лихорадке, и, как по опыту известно, с верою употребляющих пользует.
Б) Народные.
Благочестие христиан освятило еще некоторые обычаи, наблюдаемые в праздник Пасхи:
1. Употребление красных яиц. О начале этого обыкновения в Греции сохраняется следующее предание: «По вознесении Спасителя нашего на небо святая Мария Магдалина, пришедши в Рим для проповедания Евангелия, предстала пред императором Тиверием и, поднесши ему красное яйцо, сказала: «Христос воскресе!» – и таким образом начала свою проповедь. Первенствующие христиане, зная по слуху и преданию об этом простосердечном приношении святой Магдалины, начали подражать оному и, при воспоминании Воскресения Христова, дарить друг другу таковые яйца. Каковое обыкновение в последствии времени сделалось всеобщим». Предание это подтверждается упоминаемой ученым греком, Константином экономидом, в сочинении его об этом предмете, рукописью X века, хранящейся в монастыре святой Анастасии, находящемся недалеко от Фессалоник, в которой сказано, что обыкновение это существует от самых времен апостольских и получило начало от святой Марии Магдалины. Была ли, спрашивается, Мария Магдалина в Риме? Где, ответствуется, проповедники Евангелия не были? А Мария Магдалина и название оттого получила равноапостольной, что проповедала Христа, как и апостолы. Как могла она осмелиться предстать пред императором, будучи женщиной бедной и презренной? – Тем-то и отличались апостолы от обыкновенных действователей, что действовали без расчетов мирских. Подносила ли она яйцо, и если подносила, то почему яйцо, и притом красное? Самое древнее, и едва ли не повсеместное, обыкновение, приходя к людям уважаемым, приносить нечто из вещей, употребляемых в пищу или питие, как-то: хлеб, вино и прочее. Мария, воспитанная в простоте, тем более долженствовала соблюдать обыкновение во всяких случаях; а не имея по бедности другого дара, достойного императорского лица, принесла ему яйцо – дар натуральный, только для приличия извне украшенный.
Приношение это, будучи принято в употребление у христиан, сообразно обстоятельствам долженствовало получить известное и значение. Вследствие этого некоторые в яйце видят изображение Воскресения Христова и нашего, и духовного, и будущего телесного. Яйцо, происшедши от матери, не остается тем, чем произошло, но дает животному жизнь, и притом сперва внутрь себя, а потом производит его и на свет; так Христос, восстав от мертвых, не только остается живым, но и дает жизнь, сперва внутреннюю духовную, а потом даст и телесную, безсмертную и блаженную, всем, верующим в Него. «Бог, богатый милостью... и нас, мертвых по преступлениям, оживотворил со Христом... и воскресил с Ним, и посадил на небесах во Христе Иисусе» (Еф. 2:4–6). «Но Христос воскрес из мертвых, первенец из умерших... Как в Адаме все умирают, так во Христе все оживут, каждый в своем порядке: первенец Христос, потом Христовы, в пришествие Его» (1Кор. 15:20, 22, 23). А что употребляется при этом яйцо, окрашенное в красный цвет, то это должно напоминать нам в отношении ко Христу Кровь Его, которой Он исходатайствовал нам эти дары, а в отношении к нам означать духовное веселье. – Впрочем, поскольку Церковью таковым вещам не дано постоянного значения, то можно, взирая на употребление красных яиц во время Пасхи, представлять себе и другое, приличное празднеству.
2. Хождение священников по домам с крестом или с иконами принадлежит также к особенностям Пасхи. В Малой России ходят токмо в городах, а в Великой и в городах, и в деревнях; в Малой России и во многих городах великороссийских токмо с крестом, а в деревнях Великой России и некоторых городах и с иконами, в числе которых необходимым считается иметь икону Богоматери так называемой запрестольной, а в некоторых местах и икону Воскресения, и хоругви. Иконы носятся прихожанами, которые при разных случаях жизни дают на то обет. Почему во время ношения соблюдают строгую умеренность в пище и питии; а иные почти и постятся, не употребляя, во все продолжение ношения икон, мяса. Ходя с крестом, поют, вошедши в дом, так называемый задостойник, то есть стихи: Ангел вопияше и Светися, светися; а ходя с иконами – канон Пасхи или молебны. При этом, обходив все дома одной деревни, в некоторых странах ходят и на поля, засеянные озимым хлебом, и там поют канон Пасхи, прося Воскресшего, да воскресит Он и посеянное на поле.
3. Целодневный во все колокола звон через все продолжение праздника, в знаменование духовного торжества и сердечной радости о победе над врагами нашего спасения. Обыкновение это принадлежит Великой России; а в Малой ограничиваются тем, что во все течение этого праздника звонят во все колокола вместо обыкновенного звона в один колокол, к церковным службам и в продолжение их, где положено звонить в один колокол.
4. Дела благотворительности. В древности в праздник Пасхи:
1) Отворялись темницы и разрешали узников, исключая уголовных.
2) Господа давали свободу рабам.
3) Пастыри Церкви через целую седмицу говорили к народу поучения.
4) Богатые уделяли часть своих избытков бедным.
5) Запрещались и прекращались все народные игры и публичные зрелища.
6) Не совершалось судопроизводства, за исключением случаев особенных и чрезвычайных.
Некоторые из этих обычаев соблюдаются людьми благочестивыми и ныне; например: многие из богатых отличают праздник этот особенной благотворительностью узникам, больным, бедным и церковнослужителям; многие сами посещают тюрьмы, больницы и богадельни; а в домах своих служителей сажают за один с собой стол.
Примечание. Есть в нашем народе мнение, что христиане умирающие в праздник Пасхи, все без исключения удостаиваются Царствия Небесного. Эту мысль могли родить частью священные песни этого праздника, в которых воспевается всеобщее прощение; частью же обычай во всю неделю не затворять Царских врат, отверстие коих, по Златоусту, знаменует «отверстие небес».
Происхождение канона
Канон на сей праздник составлен святым Иоанном Дамаскиным. Он исполнен высоких мыслей и необыкновенно живых чувствований, блестит языком пророков и витийственных отцов Церкви, и, по свидетельству Свиды, доставил сочинителю своему наименование Златоточивого.
Проповеди святых отцов
Многие святые отцы Церкви оставили нам на этот праздник проповеди, как то: Афанасий Александрийский, Григорий Богослов, Григорий Нисский, Иоанн Златоуст, Прокл Константинопольский, Епифаний Кипрский, Максим Тавринский, Цезарий Арелатский, Амвросий Медиоланский, Августин Иппонийский, Лев Папа, Иларий Арелатский, Петр Хрисолог Равеннский, Григорий Великий, Фульгенций Руспенский, Феофилакт Болгарский.
Продолжение праздника
Праздник Пасхи продолжается тридцать девять дней с тем разделением, что первые семь празднуются торжественнейшим образом, отчего и называются седмицей Светлой, Святой и Великой, восьмой также торжественно, и называется на языке церковном Антипасхой, в память явления Господа не веровавшему Фоме и уверения его язвами Своими, а последующие – с меньшей торжественностью, так что христианам позволяется в оные заниматься и обыкновенными своими житейскими делами и работами.
святитель Иннокентий, архиепископ Херсонский и Таврический
О великих Господских и Богородичных праздниках
Присоединяйтесь к ОК, чтобы подписаться на группу и комментировать публикации.
Нет комментариев