Расул Гамзатов
Словно нехотя падают листья,
И пылает огнем мушмула,
Всюду шкуры расстелены лисьи:
Вот и осень пришла.
С тихой грустью касатка щебечет,
Уронила пушинку с крыла.
И цветы догорают, как свечи:
Вот и осень пришла.
И печальна она и прекрасна,
Как душевная зрелость, светла.
И задумался я не напрасно:
Вот и осень пришла!
Помню весен промчавшихся мимо
Зеленеющие купола.
Лист упал, и в груди защемило:
Вот и осень пришла.
Впереди будут долгие ночи,
Будет стылая вьюга бела,
В печках красный поселится кочет:
Вот и осень пришла.
Затрубили ветра, как пророки,
И слезинка ползет вдоль стекла.
Лист иль сердце лежит на пороге?
Вот и осень пришла.
1964 год.
Перевод Якова Козловского.
#По
Комментарии 12
Он задумывался о вечном: любви и верности, и предательстве.
Все, о чем он писал, он видел и чувствовал сердцем, он знал и чувствовал больше, чем его сверстники.
Его манера в стихах поучительная, напоминает манеру восточных мудрецов.
Поэзией Асадова говорит сам Бог!
Он пробуждает в человеке Совесть.
Его творчество рассчитано на народ, для людей, для всех.
А любовь его была чистой и безграничной.
-
А что еще? Да все на свете было!
Мы бурно жили споря и любя,
И все ж признайся, ты меня любила
Не так, как я, без памяти, тебя!
Но вот и ночь, и грозовая дрожь
Ушли, у грома растворяясь в пасти...
Смешав в клубок и истину, и ложь,
Победы, боль , страдание и счастье...
А впрочем, что я, право, говорю!
Куда, к чертям, исчезнут эти муки?!
Твой голос и лицо твое и руки..
Стократ горя, я век не отгорю!
И пусть летят за днями дни вослед,
Им не избыть того, что вечно живо.
Всех тридцать шесть невероятных лет,
Мучительных и яростно-сч...ЕщёСтихи Асадова написаны Чистой, Хрустальной Душой и Большим Сердцем.
Он задумывался о вечном: любви и верности, и предательстве.
Все, о чем он писал, он видел и чувствовал сердцем, он знал и чувствовал больше, чем его сверстники.
Его манера в стихах поучительная, напоминает манеру восточных мудрецов.
Поэзией Асадова говорит сам Бог!
Он пробуждает в человеке Совесть.
Его творчество рассчитано на народ, для людей, для всех.
А любовь его была чистой и безграничной.
-
А что еще? Да все на свете было!
Мы бурно жили споря и любя,
И все ж признайся, ты меня любила
Не так, как я, без памяти, тебя!
Но вот и ночь, и грозовая дрожь
Ушли, у грома растворяясь в пасти...
Смешав в клубок и истину, и ложь,
Победы, боль , страдание и счастье...
А впрочем, что я, право, говорю!
Куда, к чертям, исчезнут эти муки?!
Твой голос и лицо твое и руки..
Стократ горя, я век не отгорю!
И пусть летят за днями дни вослед,
Им не избыть того, что вечно живо.
Всех тридцать шесть невероятных лет,
Мучительных и яростно-счастливых.
Э. Асадов
Несмотря на то, что с войны он вернулся в темноте!
Он потерял зрение в бою, оставаясь до конца верен Родине.
У него потрясающая лирика о любви, я очень люблю стихи его о любви - они проникают в сердце и делают нас чище!
ДЕВУШКА И ЛЕСОВИК
На старой осине в глуши лесной
Жил леший, глазастый и волосатый.
Для лешего был он еще молодой -
Лет триста, не больше. Совсем незлой,
Задумчивый, тихий и неженатый.
Однажды у Черных болот в лощине
Увидел он девушку над ручьем,
Красивую, с полной грибной корзиной
И в ярком платьице городском.
Видать, заблудилась. Стоит и плачет.
И леший вдруг сдовно затосковал...
Ну как ее выручить? Вот задача!
Он спрыгнул с сучка и, уже не прячась,
Склонился пред девушкой и сказал:
- Не плачь! Ты меня красотой смутила
Ты - радость! И я тебе помогу! -
Девушка вздрогнула, отскочила,
Но вс
"Ладно. Успею еще! Убегу!"
А тот протянул ей в косматых лапах
Букет из фиалок и хризантем.
И так был прекрасен их с...ЕщёАсадов удивительный поэт!
Несмотря на то, что с войны он вернулся в темноте!
Он потерял зрение в бою, оставаясь до конца верен Родине.
У него потрясающая лирика о любви, я очень люблю стихи его о любви - они проникают в сердце и делают нас чище!
ДЕВУШКА И ЛЕСОВИК
На старой осине в глуши лесной
Жил леший, глазастый и волосатый.
Для лешего был он еще молодой -
Лет триста, не больше. Совсем незлой,
Задумчивый, тихий и неженатый.
Однажды у Черных болот в лощине
Увидел он девушку над ручьем,
Красивую, с полной грибной корзиной
И в ярком платьице городском.
Видать, заблудилась. Стоит и плачет.
И леший вдруг сдовно затосковал...
Ну как ее выручить? Вот задача!
Он спрыгнул с сучка и, уже не прячась,
Склонился пред девушкой и сказал:
- Не плачь! Ты меня красотой смутила
Ты - радость! И я тебе помогу! -
Девушка вздрогнула, отскочила,
Но вс
"Ладно. Успею еще! Убегу!"
А тот протянул ей в косматых лапах
Букет из фиалок и хризантем.
И так был прекрасен их свежий запах,
Что страх у девчонки пропал совсем...
Свиданья у девушки в жизни были.
Но если по-честному говорить,
То, в общем ей редко цветы дарили
И радостей мало преподносили,
Больше надеялись получить.
А леший промолвил: - Таких обаятельных
Глаз я нигде еще не встречал! -
И дальше, смутив уже окончательно,
Тихо ей руку поцеловал.
Из мха и соломки он сплел ей шляпу.
Был ласков, приветливо улыбался.
И хоть и не руки имел, а лапы,
Но даже "облапить" и не пытался.
И, глядя восторженно и тревожно,
Он вдруг на секунду наморщил нос
И, сделав гирлянду из алых роз,
Повесил ей на плечи осторожно.
Донес ей грибы, через лес провожая,
В трудных местах впереди идя,
Каждую веточку отгибая,
Каждую ямочку обходя.
Прощаясь у вырубки обгоревшей,
Он грустно потупился, пряча вздох.
А та вдруг подумала: "Леший, леший,
А вроде пожалуй, не так и плох!"
И, пряча смущенье в букет, красавица
Вдруг тихо промолвила на ходу:
- Мне лес этот, знаете, очень нравится,
Наверно, я завтра опять приду!
Мужчины, встревожьтесь! Ну кто ж не знает,
Что женщина, с нежной своей душой,
Сто тысяч грехов нам простит порой,
Простит, может, даже ночной разбой!
Но вот невнимания не прощает.
Вернемся же к рыцарству в добрый час
И к ласке, которую мы забыли,
Чтоб милые наши порой от нас
Не начали бегать к нечистой силе!
БРАВО, АСАДОВ, БРАВО!