Когда мой бывший будущий муж пришел к моим родителям просить моей руки, все происходило, как в старом анекдоте: «Жена говорит мужу: «Дорогой, сегодня к нашей дочери будет свататься молодой человек. Тебе достаточно сказать: «Мы согласны!», не надо целовать ему руки и кричать: «Спаситель мой!»
Я была к тому времени почти переспелой девицей двадцати пяти лет, и родители практически отчаялись когда-нибудь спровадить меня под венец. Поэтому мое объявление о скором замужестве прозвучало для них райской музыкой. Я никогда в жизни - ни до, ни после, не видела своего отчима таким счастливым, как в день моей помолвки. Он то и дело лез обниматься к моему жениху, скакал по квартире, как юный шимпанзе, и только что пузыри не пускал от счастья. У него был такой счастливо-дебильный вид, что хотелось называть его Кирюшей и кормить печенюшками. Дабы доказать всем знакомым, что известие о моем скором замужестве не злая шутка, к нам в дом была приглашена куча гостей, которых угощала пирогами раскрасневшаяся маман.
Веселье было столь бурным, что мой будущий муж впал в задумчивость.
- А чё это они так радуются, будто в подъезде сто талонов на водку нашли? - подозрительно покосился он на меня.
- Нравишься ты им, - попыталась я увести разговор в сторону. - Видят, что в надежные руки отдают любимую дочь!
- …а я и думаю: «Когда же нашу-то хоть какой дурак сосватает? - послышались откровения моего отчима с другого конца стола.
- Это он шутит, - отчаянно делала я хорошую мину при плохой игре, погромче включая музыку. Бракосочетание назначили на тринадцатое января. В тот день было мало брачующихся, люди суеверно обошли эту дату стороной, но мы решили, что число «13» не самое страшное в нашем случае. На свадьбу съехались все мои ближайшие институтские приятели - человек тридцать. В двенадцать часов дня мы, в окружении родителей и друзей, прибыли в городской загс. Я была в белом платье и фате и вспоминала, как всю сознательную жизнь при разговорах о свадьбе била себя в грудь толстым кулачком и кричала, что белое платье с фатой наденут только на мое бездыханное тело! Имелись, конечно, варианты - надеть на себя в загс тельняшку и треники, но мои новые родственники оказались людьми консервативными и модерновый почин не поддержали. Пришлось смириться, что ради статуса замужней дамы я должна засунуть в зад свои новаторские идеи.
Мой избранник был высоким спортивным парнем, с грацией белого медведя, бычьей шеей и полным отсутствием чувства юмора. На меня он смотрел с обожанием, как на венскую сосиску с майонезом, и готов был убить любого, кто осмелился бы даже попросить меня поделиться семечками. В жизни он неистово любил три вещи: качать железо, заниматься сексом и пересчитывать деньги. Все прочие прелести бытия были ему неинтересны и по умолчанию считались лишними. Зато этими тремя действами он мог заниматься двадцать четыре часа в сутки. Так что свадьба его слегка отвлекла от традиционного распорядка.
Итак, разодетые в пух и прах мы стояли в центре зала и пытались придать лицам торжественную одухотворенность, подобающую случаю. Радостная тетя с алым цветком в петлице белого пиджака и высокой «халой» на голове торжественно зачитывала нам брачные клятвы. Справа от тети торчал мой отчим, который сосредоточенно ковырял бутылку шампанского, готовясь разлить его по бокалам, как только нас объявят мужем и женой. Рядом с ним стояла гордая маман, которая смахивала слезы с глаз и сморкалась в мятый носовой платок.
- Согласны ли вы, гражданка Новикова, выйти замуж за гражданина Злобина? - важно спросила тетя с алым цветком.
- Согласна, - сказала я обреченно.
- Согласны ли вы, гражданин Злобин… - Но договорить она не успела, так как бутылка поддалась несколько раньше, чем ожидалось, и пластмассовая пробка ударила важной тете прямо в ухо, после чего туда же пришелся удар сильной струи шипучки, отчего вся праздничная укладка на ее голове скособочилась и обмякла. Сладкая жидкость залила все разложенные на столе документы, включая наше свидетельство о браке. Торжественный момент был скомкан, маман рванула помогать пострадавшей, чуть ли не насильно промакивая ее волосы своим носовым платком. Тетя яростно отбивалась и крутила головой, отчего из ее скомканной прически вылетел шиньон, похожий на кусок мокрой мочалки и влепился прямо в лицо отчиму.
- Вот дерьмо! - заорал тот, отлепил «мочалку» и подбросил ее вверх, где она повисла на одном из рожков шикарной люстры, покачиваясь и роняя вниз капли шампанского. Из загса нас выпроводили быстро и не особо дружелюбно, мы вышли на крыльцо, покрытое толстой коркой подтаявшего льда, и гости тут же с садистским удовольствием стали требовать, чтобы новоиспеченный муж нес жену до машины на руках.
- Ни за что! - отбивалась я букетом невесты, но муж все равно взял меня на руки и понес.
- Только не упади! - в страхе лепетала я, а вокруг бегали друзья с видеокамерами, в предвкушении нашего падения. Муж дошел до машины, расслабился и, в ответ на одобрительные крики толпы: «И так носи ее всю жизнь!», - гордо ответил: «Легко!», - после чего споткнулся, шлепнулся на задницу и плавно поехал по накатанной ледовой дорожке, прямо со мной на руках. Затормозил он метров через десять, въехав ногами под припаркованный автомобиль. Я отделалась легким испугом и парой черных масляных пятен на подоле свадебного платья.
В ресторане нас посадили в центре длинного стола, и началось веселье. Праздновали сразу и все: нашу свадьбу, старый Новый год, встречу институтских друзей и день Рождения моей свидетельницы Людки. Началось гулянье с официальной части: к нашему столу подходили гости и торжественно, под аплодисменты зала, вручали подарки, протягивая при этом бокалы, дабы чокнуться с «молодыми». В основном вручали деньги в конвертах, а так как одним из трех любимых занятий моего юного мужа было пересчитывать купюры, тем более что качать железо или заниматься сексом во время свадебной церемонии было проблематично, он отдался этому занятию со всей душой! К нам подходил очередной гость, говорил короткую заздравную речь и вручал конверт с деньгами, после чего протягивал бокал. Супруг мой, будучи человеком идейно не пьющим, тут же терял интерес к дарителю, открывал конверт и начинал тщательно пересчитывать деньги, шепча губами и рассматривая купюры на свет, а я, дабы сгладить неловкость, громко чокалась с гостем и залпом выпивала бокал шампанского.
Поздравители шли сплошной чередой, я все хуже держалась на ногах и все чаще промахивалась мимо бокалов гостей, пытаясь чокнуться, муж мой тоже не светился радостью, заметив, что «гости сожрут больше, чем подарили». И успокоился только после моего замечания, что свадьбу спонсируют мои родители. Когда все конверты были вручены, я оказалась пьяной в хлам, а народ приступил к собственно гулянью. Официальная часть перешла в нормальное застолье: гости перезнакомились между собой, и веселье пошло своим чередом. Первым формальную обстановку разрядил дядя со стороны жениха: он взял в руку ракетницу, и с криком: «Да она же не заряжена!» выпустил ракету прямо в ресторанном зале. То, как быстро гости упали на пол и закрыли головы руками, наглядно продемонстрировало высокий уровень начальной военной подготовки в наших советских школах. Дяде дали в торец и отправили домой, потом заменили разбитые ракетой бокалы, прожженную скатерть и проветрили помещение от дыма.
Затем наступила пора всевозможных конкурсов, устроенных неугомонным тамадой: он вызвал трех парней и трех девушек, дал им по рулону туалетной бумаги и предложил «нарядить елочки». «Елочек», соответственно, изображали парни, принимая нелепые позы «врастопырку», веселя гостей. Одной из пар были свидетели - моя институтская подружка Людка со зрением минус шесть, которая постеснялась надеть очки, поэтому воспринимала окружающий мир на ощупь, и ее тщедушный дружок Дима. Людка быстро обмотала Диму рулоном туалетной бумаги, но ей этого показалось мало. «Эй, Новикова, - прошептала она мне. - Дай мне еще один рулон, вон, позади тебя, на подоконнике. Мы должны выиграть!» Да, нездоровый азарт и жажда наживы не раз выходили Людке боком, так случилось и тогда. Я протянула ей рулон бумаги, и она, с блеском в близоруких глазах, щедро обмотала высокого костлявого Диму с ног до головы. Тамада безоговорочно признал ее победу и вручил Людке приз: заколку для волос. Счастью подруги не было предела, она тут же потеряла интерес к «елочке» и пошла танцевать. Ко мне подошел несчастный Дима и попросил снять с него бумагу, и тут я начала ржать: оказалось, я дала Людке скотч для заклейки окон, и Дима был покрыт толстой броней туалетной бумаги, щедро примотанной к нему скотчем. Я попыталась освободить его от этого «наряда», но ввиду того, что была чрезвычайно пьяна и руки меня не слушались, все, что я могла сделать - это упасть на пол и ржать до слез.
Разноцветными бликами сияла цветомузыка, гости трясли булками под энергичные мелодии зарубежной эстрады, между танцующими ходила худая ожившая мумия и умоляла освободить ее от папируса. Люди не обращали на мумию никакого внимания, а только отмахивались и продолжали веселиться. Я сидела на полу, не в силах подняться, и плакала от смеха.
Наконец, Димку освободили от скотча, меня подняли с пола и посадили на стул, а тамада все не унимался, честно отрабатывая свой гонорар.
- А сейчас спортивный конкурс! - радостно объявил он. – Правила просты: пары танцуют под музыку вокруг стульев, я убираю один стул и выключаю музыку. Пары должны занять оставшиеся стулья, кому не хватило стула - те выбывают из игры!
«Эх, зря он это затеял!» - с тоской подумала я, заметив, как нездорово заблестели глаза моего супруга при словах «спортивный конкурс». Человек два дня не качал железо, а тут такая удача!
Сначала он честно пытался танцевать со мной вокруг стульев, но я была плохой партнершей - то и дело падала, путаясь в полах длинного платья, и пьяно хихикала. Тогда он взвалил меня на плечо и стал падать на стулья уже один, причем, когда он с безумными глазами летел к стулу, я срывалась с его плеча и летела прямо в толпу соперников, которые бросались врассыпную. Таким образом, все стулья доставались моему мужу. Он пританцовывал в предвкушении победы, поднимал меня с пола, опять закидывал на плечо и конкурс продолжался. Когда в центре круга остался один стул, нашими единственными соперниками оказались Людка с Димкой. Юркий Димка легко маневрировал между соперниками и тоже целеустремленно шел к победе. Слепая Людка рядом с ним была, по сути, таким же балластом, как и я. Музыка стихла, наши кавалеры увидели одиноко стоящий стул, Дима оттолкнул Людку, мой бросил на пол меня и они рванули к стулу. К несчастью, Дима успел чуть раньше закинуть на стульчик свои костлявые чресла, и улыбка победителя на долю секунды осветила его лицо. Тут и настиг его хук справа, отвешенный ему в полете моим мужем, который никогда ничего не делал вполсилы. Дима кубарем улетел под стол, мой супруг уселся на стул и радостно посмотрел на тамаду: «Дайте мне приз!» - гордо заорал он. Я не помню случая, когда бы двадцатипятилетний человек еще так же радовался календарику с Микки Маусом!
Диме оказали первую помощь, приложив ложку к синяку, и гулянье продолжилось. Свадьба пела и плясала в ресторане до часу ночи, после чего все переместились в квартиру моих родителей. Тут мой муж заметно оживился, увидев пустую спальню и вспомнив, что деньги он сегодня уже считал, в спортивном конкурсе поучаствовал, настало время секса - и утащил меня исполнять супружеский долг. Родственники разошлись, в большой комнате остались только мои друзья. Они пошли на кухню, нашли полный холодильник закуски и недопитую бутылку водки, обрадовались и продолжили веселье. Но настоящий приступ восторга случился с ними на полчаса позже, когда кому-то приспичило покурить на балконе: там были обнаружены ящик водки и два ящика шампанского. «Это мы удачно зашли!» - не веря своему счастью, сказали друзья, и началась вторая часть «марлезонского балета».
Так прошла моя первая брачная ночь - под пьяные крики и смех друзей из соседней комнаты. Мне гораздо больше хотелось тогда веселиться с ними, но приходилось отрабатывать почетное звание жены, никуда не денешься. Таким образом, уже в первые сутки семейной жизни ко мне пришло безрадостное осознание того факта, что брак - не только права, но и обязанности. Отгуляв положенные двое суток свадьбы, мы поехали к месту постоянной дислокации - в квартиру новоиспеченного супруга.
Вечером к нам зашли в гости соседи по лестничной клетке: «Чертовы! - представились первые, «Сатановские!» - радостно сказали вторые.
Злобины, Чертовы и Сатановские на одной лестничной клетке?! Н-да, семейная жизнь обещала быть не скучной….
Оксана Новак в группе #ОпусыиРассказы
Присоединяйтесь к ОК, чтобы подписаться на группу и комментировать публикации.
Нет комментариев