Можем ли мы придать такую силу своей молитве, которая будет услышана всегда? Наши души и сердца всегда преданы членам семьи. Ведь что такое семья? Кто может поступить с человеком лучше или хуже, чем его семья? От кого ему может быть радостнее или всего больнее? Семья - это единый организм, клетками которого мы являемся. В нём всё взаимосвязано и взаимозависимо. Это территория, в которую вмещаются несколько миров, составляющих единый мир с одною общей границей, мир постоянный и неизменный. Там более сильный берёт на себя нагрузку слабого, более мужественный - нагрузку слабодушного. Не наоборот. Но может ли быть даже самый сильный из семьи оказаться таким сильным, чтобы облегчить участь наших усопших " там"? Может ли быть сильным не только перед семьёй, но и перед Божиими требованиями? Я поймала себя на мысли, когда подавала записки на сорокаусты, панихиды, что я как будто заключаю с Богом официальный договор: " я-Тебе, Ты -мне". Священник равнодушно зачитывает имена и понятно, что его душа не болит, да и не может за всех наболеться. Я поняла, что формальная молитва заученными чужими словами - молитва в пустоту, на воздух. Внешние дела по облегчению груза ушедших душ не имеют ценности без нашего сокрушённого сердца, без веры, без доверия к Богу, без наших чистых помыслов и прощения. Но, когда теряешь ребёнка, расстояние до собственного прощения и аннулирования вины за то, что живёшь, непреодолимо. Поэтому, хоть руку сломай, крестясь, хоть захлебнись в святой воде, хоть замени свечами электричество - не поможет, если ты не смиришься перед высшей волей, не дашь согласия на смерть дитя, не перестанешь наполнять себя всякой гадательной информацией о ТОМ мире, не перестанешь жалеть себя, зацикленную на горе, не захочешь измениться, то молитвы не будут восприняты. Нужно дать хоть какую-то возможность Богу услышать меня, но я никак не могу дойти до этого. Простите меня, мои родненькие за мою непомощь вашим душам, что я такая слабая и несовершенная, что я никак не могу поверить в важность изменений после того, когда уже ничего не исправить. Святые подвижники говорят, что правда Бога заключается в том, что дать человеку, исходя из любви к нему. В чём критерий любви ко мне? К моим ушедшим? К моим живым? В чём, я не понимаю. Говориться, что ТАМ каждый в конце концов будет отвечать только за себя и этого не изменят никакие посторонние молитвы, что если есть хоть малейший повод для оправдания, то человек будет оправдан. Смотрите, сколько есть оправданий у наших умерших детей, их очень много: их грехи от слабости незрелого ума, от незакалённого опытом и мягкого внутреннего стержня, который не может устоять перед соблазнами мира, от их попадания в условия, опасные для жизни, например на войну. Причин у смерти забрать наших детей молодыми множество. Поэтому вы все будете оправданы, я уверена. Никто не может знать, в каких отношениях с Богом, мы покидаем этот мир. Никто из нас не скажет, даже самому близкому, о чём он говорит внутри себя с Богом , не прячась от Него, как от людей. Только мы и Бог знаем о том, какая сторона нашей души освещена больше или меньше. Всегда есть повод для вины, как и повод для оправдания. Есть цитата у святых:"Милость к согрешившему, выше, чем воздаяние." "Бог есть любовь" - нет любви, не приносящей пользы, поэтому Божий суд будет искать пользу в том, что наши дети были рождены на этот свет. Пусть я недостойна, чтоб меня слышать, но я всё-равно буду молиться о вас, мои любимые. И живым, и усопшим я желаю поменьше ада и побольше рая. Обнимаю мыслями тех, кого не могу руками. Простите и не обижайтесь.
/Любовь Зяткина/
Присоединяйтесь к ОК, чтобы подписаться на группу и комментировать публикации.
Комментарии 2