«Любимая» тёща
Что, бить будешь? — усмехнулась Ольга Александровна и на всякий случай отодвинулась подальше от зятя.
А Иван смотрел на неё и думал сейчас только об одном: «Что такого он ей сделал, что она так над ним издевается?».
*****
— Вань, на улице дождь…
Иван перестал печатать, отодвинул клавиатуру в сторону и посмотрел в окно:
— Вижу.
— Ты не понимаешь разве?
Маша подошла почти вплотную, а Иван удивленно посмотрел на жену и пожал плечами.
— Ну я же говорила вчера, что мама в деревню хотела ехать за мёдом. А как она в дождь туда доберется?
— Только не говори, что…
— Да, Ваня! Отвези, пожалуйста, маму на машине и привези обратно. Потратишь от силы часа два. Зато доброе дело сделаешь и меня порадуешь.
— Вообще-то, у меня работа.
— Вань, вообще-то, Ольга Александровна — твоя тёща, если ты забыл. Так сложно, что ли выполнить мою просьбу?
Иван вздохнул. Нет, несложно. Просто оставаться с тещей наедине совсем не хотелось.
Она ведь все нервы вымотает ему за эти два часа…
Раньше Иван был о тёще другого мнения и даже всячески пытался ей понравиться и угодить. Да только, что бы он не делал, ничего у него не получалось.
Ольга Александровна вечно была им недовольна: то полку слишком высоко повесил, то розетку криво установил, то колбасу купил не ту, которую она просила.
А когда на даче были — это вообще, как говорится, без комментариев.
«Скажи своему, чтобы картошки выкопал ведро, с собой домой заберу…» — попросила как-то Ольга Александровна, обратившись не к зятю, а к дочери.
Когда Маша передала Ване просьбу мамы, он даже слова не сказал: взял ведро, лопату и пошел на огород копать картошку. А через пять минут «в гости» наведалась тёща.
— Да кто же так копает? Всю картошку мне испортишь. Дай лопату, сама всё сделаю.
А Иван действительно никогда раньше картошку не копал. Поэтому всех тонкостей не мог знать. Когда уезжали, тёща всю дорогу насмехалась над ним:
— Вот видишь, Маша. Твой мужик даже картошку копать не умеет. Как ты с ним жить будешь?
Он долго терпел, но в какой-то момент терпение его лопнуло. Желание угодить тёще вмиг улетучилось. Сидеть с ней на кухне он тоже отказывался. Потому что после общения с «мамой» настроиться на работу было попросту невозможно.
Кстати, о работе. Даже тут Ольга Александровна нашла, к чему придраться.
— Что это за работа такая: целый день дома сидеть? Как альфонс, ей-Богу! Или что, правда, альфонс?
— Мам, Ваня не просто дома сидит, он за компьютером работает. И неплохо, кстати, зарабатывает.
Маша каждый раз пыталась объяснить матери, что она не права, но Ольга Александровна лишь усмехалась.
Не верила она, что сидя дома можно нормальные деньги зарабатывать. Оно и понятно: в другое время жила, когда ни компьютеров этих, ни смартфонов еще не было.
Да и если честно: не нравился ей этот Ваня. Наверняка, женился на Машке, чтобы дома сидеть и ничего не делать.
Хорошо он устроился: жена и поесть приготовит, и постирает, и еще много чего сделает, а он сидит за этим своим компьютером и... в ус не дует. Не о таком зяте она мечтала.
Неудивительно, что когда Ольга Александровна узнала о том, что дочь в положении, она даже не скрывала своего недовольства. Говорила так, чтобы Иван её услышал.
— Ты что, рожать от него надумала, Маша? Может, не стоит, доченька?
— Мам, ты чего? Ваня вообще-то мой муж. Законный муж. И мы давно уже хотели ребенка.
— Ага, хотели они.. Вырастет ребенок такой же, как папаша его непутевый, что потом будешь делать? Локти кусать? Одумайся, пока не поздно. Прошу тебя.
— Мам, перестань! Я люблю Ваню, а он любит меня.
— Ага, любит и дома сидит… Это что, разве любовь?
— То, что он дома работает — это большой плюс, будет мне помогать во всем, когда малыш родится. Давай больше не будем возвращаться к этому вопросу — это моя жизнь.
Ольга Александровна обиделась, конечно. Но приходить в гости не перестала. Скучно ей было дома одной сидеть. А тут хоть можно над зятем посмеяться.
Да и за дочку она очень переживала: всё-таки первая беременность у неё.
Вот только с зятем Ольга Александровна не готова была мириться. Делала вид, что не замечает его. Да и Иван в такие моменты уходил в комнату, чтобы тещу не видеть лишний раз.
Сегодня, когда она заявилась с утра-пораньше, Ваня тоже ушел в комнату, где с головой погрузился в работу.
Много денег, как говорится, не бывает, а в теперешней ситуации подавно.
А тут Маша предлагает ему отвезти её маму в деревню за каким-то мёдом. Сдался он ей, мёд этот.
Он даже боялся представить, чем это закончится. Боялся, что не сдержится и всё выскажет Ольге Александровне. Боялся, что после этого она еще больше будет над ним издеваться. Мол, что это за мужик такой, который в руках себя держать не может?
— Маш, может, проще на такси ей поехать? Я заплачу, сколько надо будет.
— Нет!
— Ну давай тогда Мишку попросим из двадцать шестой квартиры? У него Нива — как раз для такой погоды.
— Нет!
— Ну Маш! — Иван смотрел на жену жалостливыми глазами (прямо как тот кот из «Шрэка») и молча молил о пощаде.
— Ваня, если ты меня любишь, то сейчас же возьмешь ключи и пойдешь в гараж за машиной. Ты помнишь, что мне нельзя нервничать? Помнишь же?
Иван тяжело вздохнул.
Жена знала всего его слабые места и постоянно на них давила, когда он с чем-то не соглашался.
Пришлось согласиться.
Он встал из-за компьютерного стола, взял ключи и пошел в коридор обуваться.
А Маша пошла на кухню, где сидела Ольга Александровна, и он услышал часть разговора.
— Мам, тебя Ваня отвезет в деревню. Он сейчас машину к дому подгонит.
— Чего? Ты хочешь, чтобы я доверила свою жизнь этому вот? Совсем мать не жалко?
— Не этому вот, а моему мужу и твоему зятю. Не переживай, он хорошо водит. Вспомни, сколько раз мы на дачу ездили, ничего же страшного не случилось.
— Ага… тогда ты была с нами. А сейчас завезет меня в какой лес и оставит там.
— Мам!
Иван вышел из квартиры, хлопнув дверью, а Маша продолжила уговаривать мать. «Если ты меня любишь, ты поедешь с ним. Мне так спокойнее будет! Ты же помнишь, что мне нельзя волноваться?».
*****
Иван крепко сжимал руль двумя руками, смотрел на дорогу и молчал. Тёща тоже молчала. Она сидела рядом, на переднем сиденье, и всем своим видом показывала, что ей не нравится эта ситуация.
Они проехали уже большую часть пути, и вдруг экран навигатора стал мигать, а потом и вовсе потемнел.
Иван остановил машину.
— Почему остановились? — спросила Ольга Александровна, не поворачивая головы.
— Навигатор заглючил… А куда поворачивать, не успел посмотреть, — виновато ответил Иван.
— Ну вот… Маша сказала, что ты разберешься, куда ехать. А ты даже дороги не знаешь.
— Я не виноват...
— А ты вообще ни в чем не виноват. Ни в том, что навигатор сломался, ни в том, картошку копать не умеешь, ни в том, что дочь моя беременна. Ага… Белый и пушистый весь такой. Ох, знала, что не надо было с тобой ехать. Лучше бы на автобусе.
Иван перезагрузил навигатор, и облегченно выдохнул, когда всё заработало.
До деревни оставалось не более десяти километров. Правда, по размытой грунтовой дороге ехать придется дольше. «Ну ничего, в любом случае уже почти рядом».
Дождь усилился и пришлось включить дворники. «Блин, хоть бы не застрять тут» — нервничал Иван.
А тёща тем временем долго не сводила с него глаз, после чего спросила:
— Вот скажи мне, Ваня, что ты к моей дочке прицепился, как банный лист? Неужели других девушек больше нет?
— Ольга Александровна, к чему этот вопрос?
— Да потому что понять хочу твои намерения. Из-за квартиры на ней женился, да? Прописка была нужна?
— Нет, я люблю Машу.
— Ага, любит он. А почему тогда целыми днями дома сидишь? Мужики вон нормальные пашут с утра до вечера, а ты... а ты… Даже картошку не умеешь копать. Вот какой ты мужик после этого? Моя Машенька достойна лучшего!
Иван вывернул руль, прижимаясь к обочине, ударил по тормозам и машина резко остановилась. Он смотрел на Ольгу Александровну, стиснув зубы и еле сдерживал себя.
— Что, бить будешь? — усмехнулась она и на всякий случай отодвинулась подальше, вплотную к двери.
— Ольга Александровна, вот почему вы так ко мне относитесь? Что я вам плохого сделал? Машу я люблю и она меня любит. Нам хорошо вместе. А то, что картошку не умею копать и правильно молоток держать — это ничего страшного. Научусь еще. Просто поймите, что я не мальчик маленький, чтобы меня отчитывать и учить жизни. Да и вообще…
Ивана понесло, и минут десять он не мог остановиться, высказывая «любимой» тёще всё, что думает.
А она смотрела на него широко открытыми глазами и даже слова вставить не могла. Хотела, но не могла.
Выговорившись, Иван завел двигатель, попытался тронуться с места, но…
…колеса отчаянно забуксовали.
«Нет, только не это!» — в ужасе подумал Иван, понимая, что случилось то, чего он так боялся. Они застряли.
— Ну что еще? Почему стоим на месте? — спросила Ольга Александровна.
Она уже немного отошла от слов Ивана и снова была готова отчитывать его и учить жизни.
— Кажется, застряли…
— Ну вот, что и требовалось доказать. Какой из тебя водитель, если ты не можешь ездить нормально?
— Я могу ездить нормально. Просто нельзя было останавливаться. Тогда бы ничего не случилось.
— А почему тогда остановился?
Иван посмотрел на тёщу и, честное слово, уже готов был её своими же руками…
Но передумал, вспомнив про Машу.
Минут пять он пытался выехать из колеи, которая скрывалась под огромной лужей, но всё было тщетно. Не получалось. «Эх, сюда бы мишкину Ниву — быстро бы вытащил».
— Что делать-то теперь, водитель? Точнее горе-водитель! Как тебе права вообще дали? Купил небось...
— Что делать… Что делать... Толкать надо машину. По-другому не выберемся отсюда, — Иван замолчал и посмотрел на тёщу.
А она аж в лице изменилась.
— Ишь чего удумал! Не буду я этого делать! — сказала Ольга Александровна и отвернулась в сторону.
«Ну чего-то подобного я ожидал» — вздохнул Иван, с тоской смотря на затянутое тучами небо.
— Вы машину водить умеете? — обратился Иван к тёще. Надо же кому-то рулить и давить на педаль газа.
— В отличие от тебя, умею!
— Хорошо, садитесь тогда на водительское сиденье и когда я начну толкать…
— Да знаю я всё. Иди давай, а то до самого вечера отсюда не уедем. А у меня еще сериал сегодня.
Иван вышел из машины, подошел к багажнику, уперся двумя руками, после чего дал отмашку тёще. Сначала ничего не происходило, а потом из-под колес вдруг полетели комья грязи. Прямо в него полетели...
— Потихоньку надо! Потихоньку! — кричал Иван, уворачиваясь от брызг.
Но тёща его не слышала, продолжая вдавливать педаль газа в пол и рулить - первый раз за рулем всё-таки.
Через несколько минут Иван понял, что ничего не получится. Тогда он пошел собирать ветки и бросать их под колеса. Но и эта хитрость не принесла никакого результата. Проще дойти до деревни пешком и там уже попросить помощи у местных жителей.
Он подошел к двери и посмотрел на Ольгу Александровну.
— Госпа-ади! Ты чего такой грязный? Лёжа, что ли, машину толкал?
— Глушите двигатель, Ольга Александровна. Ничего не получится…
— Как это не получится? Ты в детстве каши мало ел? Силёнок не хватает? Эх, что за зять... Взрослый мужик, а машину нормально толкнуть не может.
Иван ничего не ответил.
Он достал телефон, посмотрел на темный экран (не успел его зарядить дома) и положил обратно.
— Я в деревню пойду, а вы тут сидите.
— Еще чего! Я одна здесь не останусь.
— Я за помощью пойду, а вы здесь сидите. Чтобы машину не украли. И вообще - так безопаснее будет.
— Это, скорее, меня украдут, пока ты не пойми где шляешься. Нет, зятек, вместе пойдем. И Маше позвони, чтобы не волновалась. А то я свой телефон найти не могу.
— Не могу. Мой телефон разрядился.
— Ну кто бы сомневался... И почему я не удивлена? Не зять у меня, а сплошное недоразумение.
*****
Они шли по размытой грунтовой дороге и молчали. Каждый думал сейчас о своем.
Иван думал о том, что зря согласился на уговоры жены, а Ольга Александровна — о том, что дочь Маша в свои тридцать лет так и не научилась в мужчинах разбираться.
Вдруг тёща резко остановилась и стала озираться по сторонам, прислушиваясь.
— Что случилось? — удивленно спросил Иван.
— Ты что не слышишь?
Он стал прислушиваться, и действительно: сквозь шум дождя было отчетливо слышно, как кто-то очень жалобно скулит.
Иван понял, что это скулит собака, вот только её нигде не было видно. «Странно, странно…».
Ольга Александровна побежала по лужам в сторону земляной насыпи, находившуюся в десяти метрах от дороги.
Следом побежал и Иван.
Они остановились на краю огромной ямы глубиной более двух метров. Видимо, когда-то тут собирались что-то строить, но так ничего и не построили.
На дне этой ямы находилась небольшая собачка.
Такая же грязная, как он сам...
Она смотрела на людей и жалобно скулила. Сколько времени она тут провела, непонятно. Но по ней было видно, что силы её уже на исходе.
— Так, отойдите в сторону. Я сам полезу! Не женское это дело — в грязи копошиться.
Ольга Александровна с удивлением посмотрела на зятя, но перечить не стала.
Иван подошел к краю ямы, посмотрел на тёщу, после чего прыгнул вниз.
Собака испугалась и отбежала в сторону.
— Не бойся, — спокойным голосом говорил Иван. — Я тебе помочь хочу.
Он сделал несколько шагов, присел на корточки и стал подзывать пса к себе.
Через некоторое время собака решилась довериться человеку.
Иван схватил её, радуясь тому, что не пришлось бегать по всему котловану. Потом он повернулся и стал протягивать животное Ольге Александровне.
Вот только, как ни старался, не дотягивался до края ямы. Тогда Иван попытался подняться вместе с собакой, но…
…ничего у него не получилось.
Земля настолько размокла, что выбраться из ямы было невозможно. Даже несмотря на то, что стенки котлована были с небольшими откосами.
Иван пробовал снова и снова, но без результата.
— Что не получается? — крикнула Ольга Александровна. — А ты давай собачку мне, а сам попробуй выбраться. Может, так легче будет?
Впервые Иван не услышал в голосе тёщи ехидства.
Он кивнул, встал во весь рост и подбросил собачку вверх, готовясь поймать её, если вдруг тёща не успеет.
Но Ольга Александровна не подвела. Поймала животное.
— А теперь сам давай!
Теперь у Ивана были свободны две руки, и он точно вылезет. Во всяком случае ему так казалось.
Однако как сползала земля под ногами, так и продолжала сползать.
Не мог он выбраться. Никак. И Ольга Александровна никак не могла ему помочь.
— Значит так, Ваня! Сиди тут, а я в деревню сбегаю. Наверняка, она где-то рядом.
Потом Ольга Александровна обратилась к псу.
— Ты со мной пойдешь или же тут останешься?
Собака посмотрела на Ивана и села рядом с котлованом, давая понять, что не оставит человека одного.
— Ну вот и хорошо. Сторожи его, чтобы не сбежал! — улыбнулась тёща и быстпым шагом направилась в сторону дороги.
*****
Ивану было мокро, холодно и голодно. «Потратишь от силы часа два…» — вспомнил он слова жены и усмехнулся. Прошло уже намного больше.
Ещё и позвонить никак не может.
Его телефон разрядился, а тёща свой оставила дома у дочери.
«Страшно даже представить, что там сейчас Машенька думает. Наверное, места себе не находит. И как там Ольга Александровна, интересно? Вдруг с ней что-то случилось там, а он даже помочь ничем не может!».
— Эй, есть там кто-нибудь? Люди! — закричал Иван, подойдя к краю ямы.
Он снова попробовал выбраться, но снова ничего не получилось. Только собака появилась сверху и загавкала.
Иван улыбнулся.
«Вот он, настоящий и преданный друг. Мог бы убежать уже давно, так нет, сидит, сторожит, как Ольга Александровна велела».
Вдруг собака насторожилась, прислушиваясь к чему-то, потом громко залаяла и убежала.
— Эй, ты куда? — только успел крикнуть Иван.
Собака тем временем выбежала на дорогу и встревоженно всматривалась в ту сторону, куда ушла Ольга Александровна.
Комментарии 14