Назовем: ПОВЕСТЬ ОБ УДИВИТЕЛЬНОМ ЧЕЛОВЕКЕ
Прочтите на досуге.. скопировано Вконтакте
https://vk.com/wall203195113_59584
..........""""'Юрий Шамарин, основатель приюта «Дора»: «Собаки - это мои дети»
Почему самый большой в городе частный собачий приют выживает с таким трудом?
В Воронеже по последним данным около 5000 собак живет на улицах города. И это не предел. Два года назад их было около 3500. Человеческая безответственность и нехватка средств в бюджете не позволяют затормозить этот процесс. И дело, как нам кажется, не в неправильных законах. Программа ОСВВ (Отлов-Стерилизация-Вакцинация-Возврат) по сути своей довольно гуманна, но она не в состоянии убрать собак с улиц. Надо ли их убирать, и если надо, то как? Попробуем разобраться на опыте приюта «Дора». Самого большого и самого известного в городе приюта для бездомных животных.
Собаки - санитары города
Есть такое мнение, что собак с улиц убирать не нужно вовсе. Что они - часть экосистемы, как голуби и воробьи. Вот живут они, бегают стайками от мусорки до теплотрассы, и бог с ними. Ты, главное, при них не размахивай руками, не веди себя агрессивно, но и страху не показывай. Это же их территория, они её охраняют, и не знают, что ты хороший человек. Такие установки от зоозащитников напоминают советы посетителям неблагополучных районов. Не смотри в глаза, не оглядывайся, не улыбайся, не говори. Не давай повод.
Единственная разница в том, что эти неблагополучные районы расплодились так, что ты в любом месте можешь нарваться на неприятности. Только в центре более менее спокойно. А в спальных районах, рядом со стройками и продуктовыми базами - не маши руками, не бегай, громко не дыши.
Большинство обычных горожан на такую шумную и зубастую экосистему вряд ли согласятся. Но тем не менее, резон в этом есть. Помните историю, как китайцы истребили воробьёв, которые клевали пшеницу и получили нашествие саранчи, угробившей весь урожай на корню?
Владелец приюта «Дора», о котором пойдет речь дальше, считает, что полностью собак с улиц убирать нельзя, 200 собак на весь Воронеж было бы в самый раз. «Собака, - считает Юрий Шамарин, - санитар города, не будет их, расплодятся крысы».
Выходит, что сейчас у нас перекос в пользу собак, что для экологического баланса наверняка тоже не здорово.
И вот тут возникает понятный и очевидный способ борьбы с бездомными - организация приютов. Это если сейчас не касаться юридических вопросов об ответственности владельцев собак и прочих методов контроля. Это тема отдельного разговора.
Дик, Дуда и Дора
Можно представить себе отару овец, стадо коров, табун лошадей и пастуха рядом с ними, но огромную стаю из тысячи собак с одним человеком, который за них отвечает, представить довольно сложно. Не нужно нормальному человеку столько. Тем более, что они, как дети - молока и шерсти от них нету, а забот выше макушки. Покорми, напои, спать уложи, полечи, погуляй, за ушком почеши.
На вопрос - как это всё получилось, Юрий Шамарин честно признаётся, что никогда он не был собачатником: «Есть люди прямо любят животных, а мне просто их жалко».
До женитьбы Юрий Иванович был, как это называется, частным предпринимателем. У него была своя автомастерская, занимался ремонтом кузовов, маляркой, построил двухэтажный дом. Ничто не предвещало. Человек был в порядке, женился на хорошей женщине с маленьким сыном. Живи и радуйся. Но тут мальчику в ноябре по первому снегу захотелось покататься на санках. И снега-то хорошего не было, крупа одна. Но вот захотелось и всё тут. Шамарин вздыхает: «Это Господь навёл, не иначе!» Рядом с горкой на мусорке, где катались дети, что-то отчаянно пищало. Оказалось в старом ведре три щенка. «Дик, Дуда и Дора». Их в старом доме родителей на Добролюбова и выхаживали всей семьёй. Огородили закуток, как цыплятам, кормили пипеткой. Выходили. Обычные дворняжки стали практически членами семьи. Детьми.
В честь Доры был назван приют. Она погибла по вине людей, которые не понимают, какую серьезную ответственность они несут за своих питомцев. Семнадцатилетние парни, узнав, что у Шамарина живет несколько безобидных дворняжек, стали ходить и «притравливать» своих стаффордов и питбулей на них. Кончилось всё трагедией. С Доры как лезвием, по выражению Шамарина, сняли скальп. Она умерла в клинике. «Они дураки не понимают, - вспоминает Юрий Иванович, - эти собаки после такого в пять-шесть лет становятся неуправляемыми, хозяева не знают, что с ними делать»
Вот эти три дворняжки и стали родоначальниками будущего приюта. Спустя какое-то время соседи стали приносить Шамариным брошенных собак, да и сами они не могли уже пройти мимо бездомного пса. Особенно, когда видели, что ему нужна срочная помощь.
В 2012 году, когда появилась Воронежская городская общественная организация «Дора», в хозяйстве Шамариных было уже около 100 собак. С частным предпринимательством пришлось распрощаться, как и со спокойной жизнью. Теперь каждый день из года в год, без отпусков и поездок на море, где Шамарин, кстати, ни разу не был, дожив до своих 62 лет, - собаки, собаки, собаки.
И после смерти им не обрести покой
Шамарина считают, мягко говоря, человеком своеобразным. Его слава скандалиста зиждется на истории с мёртвыми собаками, которых он раскладывал у входа в мэрию, прокуратуру и ряд других государственных учреждений. Именно «раскладывал». Представить себе, что этот человек будет швырять трупы своих питомцев, или тайком подбрасывать их, и пусть там чиновники попрыгают, не получается. Хотя для широкого круга всё именно так и выглядит.
Всё дело в том, что собаки умирают, они как и все живые существа смертны. Когда их несколько сотен, и за ними по объективным причинам нет идеального ухода, они умирают чаще. Их надо где-то хоронить. Шамарин пробовал прикапывать их рядом с приютом, но быстро понял, что это не вариант. И дальше началось хождение по инстанциям. Сначала Шамарин поехал в ветеринарную службу у Петровского сквера. «А в ветеринарке мне говорят: это вам в область. Я спрашиваю: к кому конкретно? К кому обращаться? Где утилизировать собак?». Ответа не последовало. После нескольких кругов по кабинетам возник резонный вопрос. А чья это на самом деле проблема? Мёртвые бездомные собаки. Логика чиновников проста - приют частный, собаки твои, значит и проблемы твои. Так да не так.
Бездомные собаки - проблема наша общая, городская. И спрятаться от неё за спиной этого жилистого упёртого мужика не получится. Слишком большая и без него почти не управляемая армия живёт отдельным городом на левом берегу водохранилища в разрастающемся из года в год самопальном приюте.
И как сделать, чтобы тебя увидели, чтобы включились. Системно и навсегда. Вот и пришла в голову идея этой акции с мертвыми собаками, игрушечными гробиками и приглашенными журналистами.
В результате что-то сдвинулось, но не на долго. Поначалу реагировали на каждый запрос, приезжали, забирали, кремировали. Потом, когда вся шумиха улеглась, попросили звать только, когда накопиться несколько трупов. По одному не наездишься. А у Шамарина в «Доре» морга нету. Хранить мертвых собак негде. Разлагаются быстро. Поэтому по сей день горят костры на территории приюта. «Денег нет, сжигаем на костре, - признается Шамарин, - мы это делаем редко и аккуратно, поэтому никто из соседей не жалуется»
Кстати, в новом приюте печь для утилизации будет. Но об этом позже. До нового приюта, как оказалось,ещё дожить надо.
Дон Кихот с огромным сердцем
Мы встретились с Юрием Шамариным на нейтральной территории между его приютом и строительной площадкой нового ЖК. Вокруг меня кружится не меньше десяти собак, некоторые норовят закинуть лапы на мою белую футболку. Шамарин урезонивает самых активных: «Господа, успокойтесь!» И они покорно семенят в сторонку. Ни «фу», ни «на место», «ни к ноге». Господа!
Такое ощущение, что он относится к своим собакам, как к равным. Знает, кто может взбаламутить остальных. И если на первое обращение реакции нет, разговор переходит на личности. «Лола, ты чего расшумелась? Не надо так!». И задиристая Лола опускает глаза и покорно виляет хвостом.
Приют «Дора» расположен на набережной Чуева, рядом с улицей Добролюбова. Занимает он сейчас около 3-х гектаров, и всё это самовольно захваченная территория. «Ну а что мне было делать, - пожимает плечами Шамарин, - я просил, выделите землю, помогите с приютом, никто не помог».
Он продал свой двухэтажный дом, вложил всё, что было, в строительство первого кольца приюта. Всего их три. Могло быть больше. «Я бы и дальше разрастался с приютом, если бы не стройка», - признается Юрий Иванович.
А поначалу была война. Требовали снести незаконно установленные заборы. Приезжал ОМОН со щитами и дубинками. Закончилось всё ничем. И даже не потому, что на глазах у журналистов Шамарин пообещал выпустить всех собак на волю, и не потому, что вышел с огромными алабаями на коротких поводках. А потому, что здравый смысл никакая судебная инстанция не отменит. Тут уже силой не решишь. А договариваться никто не хочет. В итоге с 2014 года, после противостояния с ОМОНом, писем Президенту и Брижит Бардо, выступлений на федеральном ТВ, от «Доры» отстали.
Ни мира, ни войны. Мы тебя не трогаем, а ты к нам не приставай. Как-то так.
Без малого два года назад случилось такое, что все вздрогнули. Шамарин чуть не умер. После ковида начало отказывать сердце. Говорит, оно в размерах увеличилось в 2,5 раза. Он ходил с бадиком по территории приюта и задыхался. Одна из волонтёров предложила отвезти Шамарина в Москву в клинику Шумакова. И как потом выяснилось, очень вовремя. «Врачи сказали, на сутки опоздал бы, в поезде помер»,- рассказывает Юрий Иванович.
«У меня сердце 34-летнего парня, - говорит Шамарин, - мне Господь жизнь спас!». Вообще обычно в очереди за донорскими органами стоят годами. Без вмешательства каких-то высших сил тут явно не обошлось. Шамарина планировали слегка подлечить и отправить домой тихонечко помирать. А он возьми и потеряй сознание прямо в кабинете главврача. Пришлось срочно оперировать.
Почти неделю Шамарин был в коме, летал над приютом, присматривал даже оттуда за своим хозяйством.
То ли новое сердце повлияло, то ли просто возраст даёт о себе знать. Шамарин признаётся, что стал мягче, спокойнее. «Раньше я горячий был, мог и лопатой огреть, ругался на чём свет стоит. Сейчас не так. На меня смотрят и говорят, ты блаженный что ли?». Улыбается.
«Меня же одна наша покойная поэтесса назвала Дон Кихотом. Почему, спрашиваю, а она говорит: вы боретесь с тем, что нельзя победить. С системой», - Шамарин кладет руку на голову подбежавшего пса, - А я вот не бросаю бороться»
Новая «Дора» - земля обетованная для воронежских барбосов
Сейчас у «Доры» и её владельца новый этап. Переезд. В 40 км от Воронежа в Новоусманском районе девелоперы построили новый приют на 6 гектарах, куда и планируют перевезти всех собак с левого берега. Процесс этот не быстрый. Только на поиски участка ушло больше двух лет. Шамарин расположением доволен. Рядом нет людей, никого такое соседство не будет раздражать. Пока в новый приют перевезли около 40 животных, тестируют площадку, ищут слабые места. «Они же как дети, им поиграть, полазить хочется, - рассказывается Шамарин, - поэтому они сразу находят кучу способов на свободу вырваться». В первые дни собак, совершивших немыслимые подкопы, ловили по всей округе.
Юрий Иванович не торопится. Считает, что надо быть последовательным. Он хочет в новом приюте построить для своих хвостатых детей детский сад. Без дураков. «Я им хочу в каждом секторе бассейник сделать, - делится Шамарин планами, - чтобы горочки были, а они по этим горочкам скатывались в воду. Весело же!» Лесенки, брёвна, чтобы собаки лазили по ним, развлекались.
На моё нескрываемое удивление Юрий Иванович замечает: «Вот у вас сколько детей? Трое? Помните, как вы радовались их появлению на свет? Как вы играли с ними? А у меня их больше тысячи. Это же счастье!»
Бог не Тимошка
«А вы верите в Бога», - спрашиваю. Шамарин отвечает: «В церковь не хожу, но вот чувствую, что всё не случайно. Стоит за мной какая-то сила, как папа за ребёнком!»
Счастливый странный человек Юрий Шамарин, воронежски й Дон Кихот, получивший новое сердце от неведомого Гудвина продолжает своё путешествие. Кажется, что он как Моисей выполняет чей-то завет, спасая целый народ. Не думая о себе, о своём сытом и понятном прошлом. Не думая об отдыхе и море, где он ни разу был. Но видел. Когда умирал. Две наездницы с развевающимися волосами несли его в попоне, натянутой между двумя скакунами. И в этой бешеной и долгой скачке рассмотрел Юрий Иванович и море, и волны, и деревянные церкви.
Посмотрел, и будет. Тут дел полно.
«Мне жена Марина говорит, ты бы поменьше в приют ходил, поберегся, а я ей отвечаю: если Господь не дал мне умереть значит я в долгу, и мне втройне стараться надо, - говорит мне на прощание Шамарин, - видишь, как интересно?»
Вижу......."""""“"
Статью написал. Директор дома журналистов. Андрей Долженков.
..........""""'
Комментарии 2