Второй раз она его продинамила. Главное, место выбрала сама, не самое лучшее, по его разумению, и время назначила. Он уже предвкушал, что будет дальше. Даже постельное сменил и розочку в вазу поставил. Но Лариска не пришла и на звонки не отвечала.
В клубе тусовался молодняк, Сергей чувствовал себя динозавром среди этих малолеток.
Домой одному возвращаться не хотелось. Он ещё раз прошёлся по залу, высматривая, кого можно подцепить – взгляд ни на ком не задержался. Уже направляясь к выходу, увидел девчонку за столиком. Она дремала, откинувшись на спинку стула. «Во, даёт! – присвистнул Сергей. – Как можно спать под орущую музыку?» – Он подсел к девушке, с интересом разглядывая чистое, без косметики, почти детское лицо. Девушка хмурились во сне, подбородок подрагивал.
– Вам плохо? – Серёга аккуратно тронул незнакомку за плечо.
Она, встрепенувшись, смотрела непонимающе:
– Вы кто?
– Сергей. А вы?
– Лида.
– Не самое лучшее место для сна.
Девушка вздохнула, ничего не ответив.
– Потанцуем? – протянул руку парень.
– Не хочу, – извиняющимся тоном произнесла Лида, – устала.
– Так домой иди.
– Не могу. Подружка с моей сумкой ушла. А там кошелёк, телефон, номерок от гардероба.
– Ясно. И что будешь делать?
– Ждать.
– А если не придёт?
Девушка пожала плечами.
– Я дам деньги на такси, езжай домой, – Сергей полез в карман.
Лида замотала головой: «Нет».
– Вернёшь потом, – не обращая внимания на отнекивания, Сергей достал портмоне.
– Вы не поняли: я не попаду в квартиру, ключ тоже в сумке.
– Плохо! Поехали ко мне, – предложил он после короткого раздумья. Увидев, как испугано Лида посмотрела по сторонам, торопливо добавил: – Не бойся, приставать не буду.
Девушка нервно теребила кончик русой косы:
– Вы идите, я ещё подожду.
Сергей только сейчас заметил, какие роскошные у неё волосы: «Надо же, – удивился он, – прямо-таки тургеневская барышня. И каким ветром тебя сюда занесло?»
Он, чтобы не смущать Лиду, отошёл к стойке бара, заказал сок. Бармен недовольно подвинул стакан:
– Прошу!
Не обращая внимания на гримасы бармена, Сергей поглядывал в сторону девушки и медленно тянул напиток. Лида, скрестив руки на груди, опять прикрыла глаза. «И мне пора отсыпаться», – усталость брала своё.
Врачей в отделении не хватало: сегодня отдежурил сутки, завтра ночная смена. Мама возмущалась: «Ты работаешь на износ. Бросай реанимацию, пошли к нам в поликлинику. Тебе же серьёзные отношения построить некогда! Какая женщина сможет вытерпеть мужа, которого никогда нет дома». А Сергей и не стремился к серьёзным отношениям, его устраивали временные подруги.
Мама не одобряла этого: «К тридцати годам станешь отъявленным циником, и ни одна хорошая девушка даже не взглянет в твою сторону. Так и будешь порхать от одной к другой, пока не влипнешь, не нарвёшься на какую нибудь…» Мама не договаривала, но Сергей предполагал, кого она имеет ввиду.
В кармане завибрировал телефон. Звонил Олег, друг со студенческой скамьи, с которым вместе работали в больнице:
– Старик, выручай! Завтра тёща приезжает. Надо встретить. Оля не сможет, у нас мелкий опять заболел. Выйди за меня, а я, как освобожусь, подъеду.
Сергей молчал. Выйти с утра за друга, потом через небольшой промежуток времени на своё дежурство, не самая радужная перспектива: день будет потерян. Олег, боясь, что Сергей откажет, торопливо добавил:
– А я за тебя ночную отдежурю, – и, предупреждая вопрос: «А тебе это надо?», выпалил: – Не хочу дома кудахтанье тёщи слушать.
– А Клизма?
Клизмой парни называли между собой заведующую отделением – врача с огромным опытом, строгую, но справедливую.
– Она не против, если ты согласишься.
– Уговорил. Привет Оле и тёще!
Сергей бросил прощальный взгляд на девушку и оторопел: три сопляка по-хозяйски пристроились за столиком Лиды. Один из них что-то сказал, Лида резко вскочила, второй дёрнул её за блузку, усаживая назад, нагло обнял за плечи. «Пора вмешаться», – Серёга поднялся, двинулся к ним, на ходу растирая ладони.
– Молодые люди, вас хорошим манерам не учили? – спокойно начал он.
– Иди отсюда, папаша, – ухмыльнулся суетливый парнишка. – Мы сами с девушкой разберёмся.
Лида умоляюще смотрела на Сергея.
– Пошли, – Сергей протянул левую руку Лиде, надавив пальцами правой на болевую точку ключицы вертлявому.
Тот, ойкнув, сполз под стол. Лида метнулась за спину Сергея. Один из юнцов, изображая каратиста, замахал ручонками перед лицом Сергея. Сергей резко отклонился, ухватил его за палец, слегка крутанул – ещё один соперник был выведен из игры. Третий не дожидаясь, когда Сергей доберётся до него, бросился наутёк.
– Пошли, – ещё раз сказал Сергей, обернувшись к Лиде. – Сама видишь, оставаться тут не стоит.
Сергей несколько раз смотрел в зеркало заднего вида, но Лиду не видел, она, затаившись, сидела за креслом водителя. «Хоть бы «спасибо» сказала», – раздражённо подумал Сергей. Он не мог понять, чем вызвано это раздражение: непривычностью ситуации – везёт девушку к себе, не за тем, зачем обычно приглашает в гости, её молчанием, или тем, что геройствовал ради незнакомки. По сути, он рисковал. Непонятно было, на что способны озабоченные юнцы.
Ему приходилось иметь дело с такими: привезут по скорой с острым отравлением какой-нибудь гадостью или алкоголем, а они начинают корчить из себя суперменов, быкуют на докторов, медсестёр. Не зря Клизма, смирившись с тем, что медсёстры в отделении женщины, брала в реанимацию врачами только мужчин. «Дайте мне парней! – кричала она в телефонную трубку каждый раз, когда из отдела кадров присылали девушек. – Я научу хорошо работать любого мужика с самым плохоньким дипломом врача. Но я не могу научить изнеженную девицу с красным дипломом справляться с нештатными немедицинскими ситуациями».
Сама Клавдия Ивановна лихо утихомиривала невменяемых пациентов: показывала жилистый, совсем не женский кулак и грозила поставить клизму на десять литров. То ли поэтому, то ли потому, что если присмотреться к её подписи, можно увидеть слово «Клизма», её так и называли. Она знала это и не обижалась: «Лучше так, чем «Змеёй», – фамилия у неё была Змаюкова.
– Приехали. – Сергей заглушил машину.
Лида неуклюже выбралась из автомобиля. Только сейчас Сергей увидел, что девушку колотит. «Запоздалая реакция на стрессовую ситуацию, – отметил он про себя, – типична для флегматиков. Господи, я врач до мозга костей! Нет, чтобы пожалеть девчонку, анализирую её по типу высшей нервной деятельности…»
– Проходи, располагайся, – открыв дверь квартиры, пригласил Сергей. – Кушать хочешь?
– Умыться хочу, – прошептала девушка.
Пока она была в ванной, Сергей сделал чай и бутерброды. В кружку девушки плеснул коньяка: «Пусть успокоится».
– Пей, – почти приказал он Лиде. – Тебе напряжение снять надо. Как доктор говорю.
– А вы доктор?
– Да. Детский реаниматолог.
Девушка произнесла с сомнением:
– Не похож.
– А как, по-твоему, выглядят доктора? Так? – он нахмурился, почесал переносицу.
Лиза слегка улыбнулась, отодвинула пустую кружку. Нервная дрожь прошла, щёки девушки порозовели.
– Ляжешь на кровати, бельё чистое.
Она согласно кивнула:
– А вы?
– А я в зале на диване устроюсь, – успокоил её Сергей.
Он убрал со стола, приготовил вещи на утро, начал стелить себе и понял, что не взял подушку. Сергей постучал в спальню. Девушка, натянув одеяло до самого носа, смотрела на него глазами испуганной лани.
– Я на минутку. – Парень взял одну подушку с кровати. – Спокойной ночи!
Сергей долго ворочался. События вечера как кадры кинофильма мелькали перед глазами. Поднялся, сел к компьютеру. Открыл недописанную статью для медицинского журнала. Напечатал несколько предложений. Перечитал, стёр, ещё раз набрал фразу и удалил её. Перелистал блокнот с записями, потыкал в клавиши клавиатуры. Работа не шла на ум.
На цыпочках прокрался по коридору. Из-за двери спальни слышалось тихое сопение. «Уснула, – довольно подумал Сергей. – Это хорошо». Он вернулся на своё место и моментально провалился в сон.
Проснулся за пять минут до будильника. Не сразу сообразил, почему лежит на диване. Тихонько заглянул в комнату к Лиде. Она спала, отвернувшись к стенке. «И что делать? Неприлично выставлять человека на улицу в шесть часов утра», – решил Сергей и написал записку: «Будешь уходить, оставь ключи в тридцать второй квартире».
Сергей возвращался домой в хорошем настроении. Для этого было два повода: Клизма похвалила его, и Лариска сама позвонила. Сергей не мог разобраться, что его обрадовало больше.
Клавдия Ивановна появилась в зале, когда Сергей, закончив необходимые манипуляции, разговаривал с ребёнком:
– Испугался? Можешь не отвечать, только глазками моргни.
Мальчишка послушно хлопнул ресницами.
– Я тоже испугался, когда тебя привезли. Но ты молодец, хорошо держался и мне помогал.
Синюшные губы ребёнка чуть дрогнули в попытке улыбнуться. Сергей глянул на мониторы: все показатели немного ниже нормы, но не скачут.
– Ты будешь жить долго и счастливо, как в сказке, я тебе обещаю. Сейчас нужно поспать, – он крутанул колёсико-зажим на капельнице, – а я рядышком посижу.
Отяжелевшие веки ребёнка сомкнулись. Сергей ещё раз посмотрел на датчик температуры. Высоковата, но не критично: «Упадёт, дело времени. Главное, что дышит сам!» – Удовлетворённо вздохнув, Сергей сдёрнул маску, снял перчатки, с усилием растёр лицо, тряхнул кистями рук, как бы сбрасывая усталость, и размял пальцы.
– Я за тобой наблюдала, – подала от двери голос Клавдия Ивановна, – и была готова прийти на помощь. Но ты сам справился. Почему сестру выгнал?
– Отправил мамашу успокоить. Она сильно истерила, на весь этаж кричала. – Сергей сказал половину правды. Молоденькая сестричка испугалась: суетилась, не могла найти нужное лекарство, руки у неё дрожали. Пользы от такой помощницы мало. И дело не в том, что не привыкла ещё: только после училища – голову от страха потеряла. «Не сработаемся», – вынес про себя вердикт Сергей.
– Ну, ну! – понимающе кивнула Клизма. – Пошли, по кофейку вдарим.
– Сначала с родителями побеседую.
В ординаторской, когда Сергей заполнял историю, заведующая, заглянув ему через плечо, ткнула в строку:
– Сам додумался? Мы же с этим препаратом не работали ещё.
– Читал, что даёт очень быстрый результат. Вспомнил, что у нас есть.
– С дозировкой не переборщил?
Сергей достал из сумки блокнот, исписанный мелким почерком, с нарисованными кое-где табличками, нашёл нужную страничку, показал Клизме.
– Проверяйте! – Он уверено называл возраст, вес и количество препарата.
– Надо же, – Клавдия Ивановна полистала записи. – И давно ты это ведёшь?
– Сразу, как в интернатуру пришёл. – Сергей вытащил из стола несколько потёртых ежедневников.
Клизма перебрала тетрадки, открыла ту, на которой стоял год окончания института. Читала, удивлённо вздёргивая брови, качала головой, хмурилась. Потом взяла другую. Сергей уже пожалел, что вытащил личные записи. Заведующая реанимацией поджала губы:
– Мальчик вырос, стал настоящим врачом, – задумчиво произнесла она. Почесала переносицу: – Готовься. Пора тебе на категорию сдавать!
Олег появился в тот момент, когда Клавдия Ивановна шутливо стукнула костяшками пальцев по голове Сергея.
– Ну, негодник! Это же надо: публикуется и молчит. – И ты хорош! – повернулась она к Олегу. – Мог бы шепнуть по секрету начальнице.
Олег развёл руками:
– Сам не знал.
– Подвезёшь старуху до подъезда? – подмигнула Сергею Клавдия Ивановна. – А ты, – адресовала она к Олегу, – тянись за другом, учись работать у него.
Сергей ликовал: как ловко Клизма приподняла его в глазах товарища – они соперничали с института. Он не только доставил её до дома, но даже подождал, когда она попросила высадить около магазина, и пакеты до квартиры донёс, скромно отказавшись от чая.
Он ещё в машине увидел семь пропущенных от Лариски. Сергей никогда не брал телефон в зал, оставляя на беззвучном режиме в ординаторской. Лариска что-то щебетала про внезапно приехавшую маму, про сломанный ноготь, порванные колготки, про то, что вчера все обстоятельства складывались против неё. Выдохшись, Лариска замолчала.
– И что теперь? – безучастно спросил Сергей.
– Хочешь, я к тебе приеду сегодня? – неуверенно предложила Лариса.
Он воспарил: вот это да! Стоило напустить безразличие, как вся её спесь слетела.
– Приезжай, – коротко бросил он.
– Ты только адрес скажи. С собой что-то взять? – затрещала она. – Во сколько? А что мне надеть? Ты какой цвет больше любишь – красный или синий? У вас отопление уже дали? У нас ещё нет!
Сергей усмехнулся: «Готова!»
– Позже позвоню, – и отключился.
В квартире пахло чистотой, борщом и выпечкой с ванилином. Сергей удивился: мама не приезжает без предупреждения. Заглянул в комнату. Мама каждый раз собирает его бумажки в одну стопку, а сейчас на столе всё лежит, как лежало, только разложено очень аккуратно. И на кухне ложки-поварёшки не в том порядке, как развешивает мама. «Лида», – сообразил он.
В суете дня Сергей ни разу не вспомнил о девушке. Её обуви не было. «Ушла, – с сожалением подумал он. – Где её теперь искать? А зачем? Да, чтобы «спасибо» сказать! – Мысли скакали. Ни одна из тех, кто оставался у него до этого, не варил борщи, не мыл полы. – Ладно. Мне нет до неё никакого дела. Скоро Лариска придёт. И всё-таки обидно. Могла бы хоть записку написать, – на всякий случай проверил дверку холодильника, на которой под магнитом оставлял записку Лиде. – Надо было номер телефона у неё взять. А вдруг бы не дала? Кто я для неё? Так, случайный знакомый». – Он, погружённый в свои размышления, не услышал, как в двери повернулся ключ.
– Ой, вы уже дома! Я тут похозяйничала немножко и обед приготовила. Ничего, что продукты без спроса взяла?
Сердце Сергея глухо бухало в груди: «Не ушла!»
– А хлеба нет, – не умолкала Лида. – Я сбегала в магазин. Монетки под диваном нашла, когда убиралась.
Сергей молчал, пытаясь понять, что происходит.
– Вот сдача, – показала она пять рублей.
Сергей машинально протянул руку. Нагретая монетка упала в ладонь. Девушка покраснела, как будто сделала что-то плохое. Она стояла перед Сергеем в его куртке, доходящей почти до колен, с подвёрнутыми на два раза рукавами, и в нарядных туфлях на высоких каблуках. Сергей смотрел на Лиду, не отрывая глаз, и думал о Лариске: смогла бы она вот так, в кольчужке с чужого плеча, побежать в магазин за хлебом для него? Откуда-то изнутри поднялась к горлу волна нежности к этой девчонке: Лиду не интересовало, какой цвет он предпочитает, важнее было накормить его обедом.
Девушка истолковала молчание Сергея по-своему:
– Зря, наверное, без спроса… – она, понурив голову, положила буханку и ключи на тумбочку в коридоре, стащила куртку, притулила на плечики. – Я пойду…
– Стоять, – сдавленным голосом произнёс Сергей и, уже взяв себя в руки, добавил: – Пообедаем, потом отвезу тебя домой. На улице холодно, а ты раздетая. Давай, корми!
Лида, смущаясь, разливала борщ по тарелкам:
– Вам погуще?
– Да. И перестань мне выкать, а то есть не буду.
– Хорошо, – Лида вздохнула. – А можно мне ваш телефон. Твой, – спохватившись, исправилась она. – Я себе позвоню. Должна же Юлька ответить?
Сергей понял, что Лида говорит про подругу.
– Не знаю. А её номер ты не помнишь?
– Нет.
– Вкусно, – похвалил Сергей, отодвигая пустую тарелку.
– Ещё шарлотка, – не доев, подскочила Лида.
– Угомонись. Я подожду. Вместе чай попьём.
Сергей, чтобы не конфузить девушку, вышел из кухни, набрал Олега:
– Как там мальчонка?
– Нормально.
– Вколи ему обязательно, – Сергей назвал препарат, – на ночь. Я в назначениях написал.
– Будет исполнено.
Сергей представил, как Олег шутливо козырнул.
– Слушай, а что это сегодня было? – спросил друг. – Что на Клизму нашло?
– Потом расскажу.
– Сергей, – позвала Лида, – я всё!
– Ты не один? Не буду мешать, – деликатно попрощался Олег.
– Иду! – крикнул Сергей. Он уже направился в кухню, но остановился и сделал ещё один звонок.
– Я уже готова. На мне серое платье с глубоким декольте, – томно произнесла в трубку Лариса. – А под ним...
– Не приезжай, – прервал её Сергей.
– Что случилось? – томность сменилась удивлением.
– Просто не надо. Ничего не надо!
– Не пожалеешь?! – судя по голосу, Лариса из милой кошечки превратилась в разъярённую львицу.
– Нет! – твёрдо ответил Сергей, отключился и заблокировал абонента.
Он, напевая: «Влип!», неожиданно для себя, громко хлопнул ладонями, ударил ими по коленям, пританцовывая, повторил действие несколько раз, потом сделал стойку на руках, задев при этом стул. Тот с грохотом упал.
Прибежавшая на шум Лида застыла на пороге комнаты, с недоумением глядя на стоящего вниз головой Сергея. Ничуть не смущаясь внезапного порыва, он опустился на ноги:
– Угощай своей шарлоткой!
Они пили чай и разговаривали. За окном сгущались осенние сумерки. Сергей уже не видел, как шевелятся губы Лиды. Он встал, щёлкнул выключателем. Лида на секунду зажмурилась от яркого света, и как ребёнок потёрла кулаками глаза. Сергей улыбнулся: на душе было тепло и спокойно.
Н.Литвишко
Присоединяйтесь к ОК, чтобы посмотреть больше фото, видео и найти новых друзей.
Нет комментариев