Посмотри на огромную стену, которой они пытались отгородиться от меня. Даже она не спасла их от моего меча.
Я тот тюрк, что высекал рунами обращение на камне. Своему народу я оставил достойные наставления.
Я тюрк, которого нарекли Огуз-ханом. До сих пор читаем дастан про меня, прародителя тюрков всех стран и земель.
Я тюрк, что подобно вихрю налетел на Запад. Ты у Рима спроси про деяния Аттилы.
Тюрк я, мне нет забвения. Савиры на Кавказе, булгары Поволжья, кутригуры, Кубрат и Аспарух... Горит ещё внутри меня очаг огуров.
Я тот тюрк, имя которому кыпчак. Я злодей русских былин, хан Тугоркан. Сегодня часть меня таится в Венгрии, часть на Урале, остальные ушли кто куда. Но кто забыл имя сыновей Дешт-и Кыпчака?
Тюрк я древний, сын мудрого Коркута. Его песни и гопуз до сих пор звучат в ушах... Посмотри на моего Алп-Арслана, Эртогрула, прислушайся к строкам Хатаи. Придя с другой стороны Хазара, глянь какую себе Отчизну я построил! Сыну огузов ли стыдиться своего прошлого?
Тюрк я, что бывал повсюду: Бейбарс в Египте, салары Китая, выходцы из Кара-Коюнлу и афшары в Индии. И даже где-то рядом с чёрными клобуками, в рядах берендеев остался мой след.
Всегда уважавший чужую веру, чужой язык, писавший стихи на арабском, фарси... Это мне, тюрку Махмуду Газневи, Фирдоуси впервые зачитал свой "Шах-наме".
Тюрк я, в этом, быть может, не только радость, но и наказание. Кто сказал, будто я умолк? Туркман в Ираке, борец за язык своей матери в Тебризе, не сдавшийся уйгур в Туркестане - забывают мое имя, но я ещё жив и цепляюсь зубами за жизнь.
Гунн я, тюркют, булгар и уйгур; я карлук, печенег, авар и кыпчак; я торк, шато, хазар я, ковуй. Я ведь и есть тот поэт-баят, карапапах в чёрной шапке, вечно странствующий кашкай, казак вольных степей прародины огузов.
Тюрк я, это имя священнее всех имён. Я ещё жив и клыками добываю себе свободу.
Присоединяйтесь к ОК, чтобы подписаться на группу и комментировать публикации.
Комментарии 2