Существует легенда, о том что когда наступала сильная стужа, порывистая метель, бушующий ветер, злые духи раз в год зимы приходили на эту землю. Огромный старый дед с седой бородой(Дед Мороз) ходил с большим мешком, который вскоре окрашивался в красный из-за обильно стекающей с него крови. Дело в том, что он приходил к люду и либо убивал кого-то из членов семьи, либо забирал части людских свежих органов в этот мешок. Он не приходил к той семье в дом, которая самовольно отдала в жертву своего ребёнка. Обычно это была девственная девочка до 15 лет(Снегурочка). Семья садила её голой в чащу леса и та замёрзла насмерть. Таким образом, семья откупалась от рандомного убийства злым дедом. После чего, злой дух уходил в чащу леса, ставил трупы девочек(подарки) к зелёной ели, а на ветви аккуратно укладывал людские органы(елочные игрушки). Обычно на макушке красовалась голова умершего человека. Это мог быть кто угодно. Но самое интересное в легенде то, что люди водили хороводы вокруг мёртвой ели. Эта традиция делала год тёплым, после этого дня снег таял и весна начиналась быстрее обычного.
Легенду эту рассказывали везде, её знали во всех округах мира, детям на ночь читали сказки, запугивая их и поощряя хорошее поведение. Многие пользовались информацией в своей выгоде, но никто не задумывался, действительно ли это легенда.
Так уж вышло, что сильная стужа наступила в день проведения бала, который проходил в особняке. Судьба сыграла злую шутку над всем людом, что посетил этот праздник. Кто-то пил, кто-то ел, кто-то танцевал, а может просто беседовал. Полная неразбериха, не сплоченность гостей и колкие, злые люди разбушевали мир.
Прямо по середине бального зала раскрылся большой портал, который расширялся все больше и накапливал свою энергию с каждой секундой. Что внутри портала - не видно, только искрившиеся молнии, дикий холод, который подул по ногам гостей и огромная сила, что засасывала все одушевленные предметы. Таким образом, большое количество народа засосало в большой портал без возможности на побег. Измерение закрылось, теперь тех, кто пришёл бы позже, беда обошла бы стороной. Но тем, кто уже был в здании грозит одна большая проблема. Смерть. Жестокая, медленная, холодная до мозга и костей. Смерть, которая будет пожирать изнутри в заточении этого измерения, если гости праздника не смогут найти выход.
Рандомно портал перемещает всех людей на празднике по 3 или 2 человека на разные места огромного леса. Лес этот просто гигантский, мёртвые деревья, покрытые большим количеством снега, высокие и толстые кроны, свыше всякого самого большого здания в мире Лофринесс. Лес густой, широкий, но до ужаса холодный и мерзлый. Белоснежный и толстый слой снега на извилистых тропинках, мёртвая живность и полная кромешная тишина. Приземление особей было не мягким, их сбросило с неба и они в первую очередь должны спастись от смертоностного падения. Но во время перемещения все присутствующие слышат детский, девичьий, тонкий голосок. Девочка молит о спасении всех, кто только может прийти ей на помощь, потому что она уже замерзает и принесена в жертву от своей семьи.
КОМАНДЫ:
1. Робин Гуд, Джулианна.
2. Аргон, Аура, Лунь.
3. Эйнх, Йен, Аттила.
4. Ороти, Ванесса, Хи.
5. Грейс, Хьюстон, Белладонна.
6. Карнелия, Джек.
УСЛОВИЯ:
1. Первым постом игроки должны описать своё появление в лесу.
2. Ваша задача: решить загадки и проблемы, с которыми вы столкнётесь в этом холодном краю.
3. Время на пост — 24 часа. Если вы не успеваете, либо не предупреждаете об этом администрацию заранее, ваш персонаж погибает. Порядок постов каждая группа устанавливает сама.
4. После выполнения заданий вы обнаружите особые предметы, которые лучше прихватить с собой. Однако решение все ещё за вами.
5. В ходе выполнения квеста все игроки получают возможность заработать Карму, Искупление, Авторитет и деньги.
6. Финальная задача — сплотиться и спасти праздник.
Команда, состоящая из Робина Гуда и Джулианы попадают в местность у скалистого обрыва. Недалеко в глубине леса виднеется перекошенный временем дом. Обвалившаяся крыша и полусгнившие доски указывают на то, что в этом месте давно царит запустение. Как только путники подойдут ближе, внезапный порыв ветра всколыхнёт снежный покров и покажет видения во вьюге. События былого раскроются перед глазами, расскажут историю этого места. Ирис и Вилландрель, точнее их призраки, проходят в дом и беззвучно смеются. Вьюга переображает полуразрушенную хижину, и уже кажется будто дом стоит совсем новым и нарядным, как-будто молодожены собираются что-то отмечать. Горят призрачные свечи на ступенях у входа, за окнами нарядно мерцают лампы, а ёлочка у дома украшена конфетами и искусно раскрашенными деревянными игрушками. Призраки заходят в дом, но дверь остаётся открытой — будто приглашая заглянуть в прошлое и узнать печальную историю Ириса и Вилландрель.
Как только команду 2 скидывает портал с неба, их участок задания чуть ли не светится мрачностью. Вокруг одного маленького мёртвого деревца нет других соседнестоящих крон, как будто весь мрачный лес поклоняется одному маленькому, который находится чуть ли не в эпицентре места. Оно стоит одинокое, листвы нет, только сухие и увядшие, тонкие, просевшие ветки от большого количества снега. Деревцо чудным образом продолжает гордо и статно стоять, хоть и не в самом лучшем виде. И только один маленький, зелёный листик в самом низу дерева даёт жизнь. От него пахнет очень тонким и едва уловимым запахом мандаринового плода.
3 команда, состоящая из Йена, Эйнха и Аттилы приближается к обширным просторам огромной равнины и окраины леса, естественно путём падения с небес из разверзнувшегося портала. Снежное поле встретило группу стужей и морозным ветром. Холод ледяными иглами забирался под одежду, заставлял волосы покрываться корочкой инея, а выдыхаемый пар опадать снежинками на землю. В тени деревьев показалось какое-то движение. Синие огни зажглись один за одним, и с каждой секундой их становилось все больше. Это стояли мертвые. В пустых глазницах их обтянутых кожей черепов горел голубой, неестественный свет — и он был насыщен ненавистью ко всему живому. Желанием убивать. Как только гости измерения покажутся на поле боя, неровным строем, хаотично и в беспорядке драугры вышагнут из тени и направятся к путникам, медленно и неотвратимо. Трупы вооружены ржавыми клинками и копьями, некоторые из них — луками. Остатки некогда блестящей брони теперь едва прикрывали их истлевшую плоть, висевшую лохмотьями на рёбрах,...Ещё3 команда, состоящая из Йена, Эйнха и Аттилы приближается к обширным просторам огромной равнины и окраины леса, естественно путём падения с небес из разверзнувшегося портала. Снежное поле встретило группу стужей и морозным ветром. Холод ледяными иглами забирался под одежду, заставлял волосы покрываться корочкой инея, а выдыхаемый пар опадать снежинками на землю. В тени деревьев показалось какое-то движение. Синие огни зажглись один за одним, и с каждой секундой их становилось все больше. Это стояли мертвые. В пустых глазницах их обтянутых кожей черепов горел голубой, неестественный свет — и он был насыщен ненавистью ко всему живому. Желанием убивать. Как только гости измерения покажутся на поле боя, неровным строем, хаотично и в беспорядке драугры вышагнут из тени и направятся к путникам, медленно и неотвратимо. Трупы вооружены ржавыми клинками и копьями, некоторые из них — луками. Остатки некогда блестящей брони теперь едва прикрывали их истлевшую плоть, висевшую лохмотьями на рёбрах, но упорности им было не занимать. Нельзя сказать, сколько точно мертвых воинов вышло вновь на поле боя в эту безлунную ночь. Вьюга мешала видеть число противников, но и это было не последней проблемой для гостей «праздника» на сегодня. Внезапный снежный вихрь подхватывает очередной белый бархан и из него восстаёт ледяной атронах, высотой метров в пятнадцать, взрывая снежный покров поля с треском и гулом. Следом за ним встаёт второй — поменьше, метров семь-восемь. Их тела созданы из чистого льда, покрытого непонятной вязью рун, горящих синим пламенем как и глаза драугров.
Некогда в легендах, чтобы наградить своих детей за хорошее поведение в году, родители придумывали на плохом поверье хорошее. Теперь в ужасной легенде для детей было что-то новое, светлое. Подарки своим отпрыскам дарили в канун нового года от некого Санта Клауса. Доброго и хорошего. Старый дедушка передвигался с одного континента на другой на своих санях, которые могли летать с помощью волшебных оленей. Но в этом лесу 4 команда могла обнаружить в лесу, возле места своего появления разбившиеся сани красного цвета. В них находился большой мешок с подарками для детей и три оленя. Двое из них мертвы, а один уже скоро можно умереть. Он пытается все ещё идти, тянув за собой тяжёлую повозку, которую не может отцепить самостоятельно. Он идёт, но все время падает. Он лишился одного рога, его брюшина вспорота воткнутым деревянным осколком от саней. Теперь бедный молодой олень ложится на пушистый снег и издыхает свои последние вздохи.
Грейс, Хьюстон и Беладонне в 5 команде не повезло приземлиться в лесистой местности — при падении придётся учесть мертвые верхушки огромных сосен, на которые можно напороться. Примечательно, что даже в этом холодном лесу был источник света, манящий путников в ночи. Если бы они прошли чуть дальше, по едва заметной извилистой тропинке среди гигантских стволов деревьев, то увидели бы то, чего в этом замерзшем и неживом краю точно не должно быть. Пряничный домик ютился рядом с небольшим холмом, покрытым снегом. Он словно сошёл со страниц сказки: имбирные стены из толстого теста, застывшая глазурь на крыше, стекла окон из мутной карамели и горы леденцов у двери. Сладкое жилище было достаточно большим, чтобы войти в него не согнувшись взрослому человеку, однако украшенная марципаном и конфетами дверь была создана скорее для ребёнка. Ручкой ей служила сахарная тросточка, а над входом висел рождественский венок из сладкой мастики. Как только девушки приблизятся к сказочному домику, маленькая д...ЕщёГрейс, Хьюстон и Беладонне в 5 команде не повезло приземлиться в лесистой местности — при падении придётся учесть мертвые верхушки огромных сосен, на которые можно напороться. Примечательно, что даже в этом холодном лесу был источник света, манящий путников в ночи. Если бы они прошли чуть дальше, по едва заметной извилистой тропинке среди гигантских стволов деревьев, то увидели бы то, чего в этом замерзшем и неживом краю точно не должно быть. Пряничный домик ютился рядом с небольшим холмом, покрытым снегом. Он словно сошёл со страниц сказки: имбирные стены из толстого теста, застывшая глазурь на крыше, стекла окон из мутной карамели и горы леденцов у двери. Сладкое жилище было достаточно большим, чтобы войти в него не согнувшись взрослому человеку, однако украшенная марципаном и конфетами дверь была создана скорее для ребёнка. Ручкой ей служила сахарная тросточка, а над входом висел рождественский венок из сладкой мастики. Как только девушки приблизятся к сказочному домику, маленькая дверь приглашающе отворится…
Очень древнее и милое поверье - Поцелуи под омелой. Когда друиды считали омелу источником жизни, поскольку это было одно из немногих растений, которые оставались зелеными всю зиму. Ранний обычай, популярный среди низших классов, давал мужчинам право целовать любую женщину, которую они могли поймать, стоя под омелой, и отказ считался плохой приметой. Каждый раз, когда поцелуй был предоставлен, одна из ягод срывалась с омелы. Как только все ягоды исчезли, у него больше не было силы вызывать физическую привязанность. И этот раз будет не исключением. Двух особей в 6 команде портал отпускает на землю гладко, чем остальных, потому что они сразу приземляются в большую гору снега и остаются невредимыми. Но, когда они выберутся из "развалин", они заметят абсолютно не вредимое дерево, в отличии от остальных. Оно не покрыто снегом и не стоит мёртвым, а наоборот, цветёт зелёными листиками. Свисающая омела, а рядом ледяная скульптура двух объятых между собой дриад, соприкасающихся друг с ...ЕщёОчень древнее и милое поверье - Поцелуи под омелой. Когда друиды считали омелу источником жизни, поскольку это было одно из немногих растений, которые оставались зелеными всю зиму. Ранний обычай, популярный среди низших классов, давал мужчинам право целовать любую женщину, которую они могли поймать, стоя под омелой, и отказ считался плохой приметой. Каждый раз, когда поцелуй был предоставлен, одна из ягод срывалась с омелы. Как только все ягоды исчезли, у него больше не было силы вызывать физическую привязанность. И этот раз будет не исключением. Двух особей в 6 команде портал отпускает на землю гладко, чем остальных, потому что они сразу приземляются в большую гору снега и остаются невредимыми. Но, когда они выберутся из "развалин", они заметят абсолютно не вредимое дерево, в отличии от остальных. Оно не покрыто снегом и не стоит мёртвым, а наоборот, цветёт зелёными листиками. Свисающая омела, а рядом ледяная скульптура двух объятых между собой дриад, соприкасающихся друг с другом в милом поцелуе, что скреплял их узы навечно.
Гости постепенно наполняли зал, имея возможность наблюдать за тем как мужчина завис в воздухе и собирается совершить очередной бросок своего смертоносного орудия. К сожалению, и на этот раз Лэйпдрейка прервут, за тем лишь исключением, что последствия затронут абсолютно каждого. Даже несмотря на собственные способности сопротивляться подобным воздействиям, Эйнх отправился прямиком в образовавшийся портал, сопровождая свой уход из мира сего ядрёными ругательствами на великанском языке. Тело обдало ужасающим холодом. Настолько мерзким, что пришлось прищурить глаза, почти закрывая, а желание открывать рот дабы обругать всякого кто причастен пропало за считанные секунды. Стоит отметить, что покров из молний пропал в момент телепортации. Концентрация полувеликана была сбита и первое время полёта проходило в свободном, хаотичном падении. Кожу обжигало от сурового климата, однако за сей неудобство Эйнх не переживал — к подобным холодам он привык, так что будет переносить подобные условия получ...ЕщёГости постепенно наполняли зал, имея возможность наблюдать за тем как мужчина завис в воздухе и собирается совершить очередной бросок своего смертоносного орудия. К сожалению, и на этот раз Лэйпдрейка прервут, за тем лишь исключением, что последствия затронут абсолютно каждого. Даже несмотря на собственные способности сопротивляться подобным воздействиям, Эйнх отправился прямиком в образовавшийся портал, сопровождая свой уход из мира сего ядрёными ругательствами на великанском языке. Тело обдало ужасающим холодом. Настолько мерзким, что пришлось прищурить глаза, почти закрывая, а желание открывать рот дабы обругать всякого кто причастен пропало за считанные секунды. Стоит отметить, что покров из молний пропал в момент телепортации. Концентрация полувеликана была сбита и первое время полёта проходило в свободном, хаотичном падении. Кожу обжигало от сурового климата, однако за сей неудобство Эйнх не переживал — к подобным холодам он привык, так что будет переносить подобные условия получше, ежели любители поваляться на солнышке. И так, пролетая над верхушками деревьев, красноволосый пытается сгруппироваться, дабы уберечь себя от лишнего урона, однако всё же расцарапывает себе руки и плечи, врезаясь в одну из веток, которую переломал собственной "тушей", прежде чем врезаться в заснеженную землю, кувыркаясь по ней и оставляя таким образом шлейф. От прилипающего к телу снега становилось лишь холоднее и потому мужчина решается встать, не с трудом, но достаточно медленно. Кости ломило. — Что ещё за фокусы? О, Аттила! Хотя бы ты понимаешь что происходит? — Оглядываясь, тот нарывается на приземлившуюся богиню войны и ещё одного спутника. Кажется, он тоже появлялся на балу. — А ты у нас...? В любом случае...Эйнх, — Если дева войны захочет провести длительный процесс обучения для полувеликана, то у него будет достаточно времени, дабы подойти к незнакомцу и протянуть руку для пожатия. Правда вот... Сегодня что день обломов? Уже четвертый раз. Но, возможно, воину из дальних стран понравится. До него доходит тот факт, что они здесь не одни. Более того, спустя секунды перед всей троицей появляются несметные орды драугров. — А они тут что забыли... Опять "трубу" в Хеле пробило что-ли..., — Размышлял красноволосый, прежде чем удивиться ещё больше. Похожие на великанов, по крайней мере ростом, существа буквально выползли из-под снега, как...подснежники! И знаете что? Ему это чертовски нравилось. Настолько, что забыв о знакомстве и возможных лекциях Аттилы, тот срывается на бег, разворачиваясь к противникам, выхватывает молот и стремится преодолеть одним прыжком расстояние до более высокого атронаха, дабы нанести ему мощный удар искрящимся молотом по тому, что заменяет существу лицо, с криком. — Этих я беру на себя!!!
Предчувствие касательно колебаний не обмануло Падшего, но и среагировать тот быстро не успел, занятый больше на человеке с которым решил познакомиться. Его змеи зашипели именно в тот момент когда тело Ороти уже коснулся портал, перемещая его. Резкая смена ориентирования в пространстве и холод не смогли заставить шикигами побояться о своей "жизни". Лишь только сожаление выступило на его лице, когда во время падения он осмотрелся благодаря змеям и не заметил своей госпожи. Но вместо этого, в довесок к его сожалению набатом в его голове звучало одно, ответственность. Ответственность за тех, кто падал камнем рядом с ним. Заметив на лике лисы спокойное выражение лица и понимая с чем это связанно, Ороти не мог ничего подумать о их спутнице, которой также не посчастливилось оказаться здесь. - Свободное падение, давно это было когда я страшился высоко взлететь и упасть. - Оглушающий ветер из-за падения скорее всего и перебивал спокойную речь шикигами, что не обращал на это внимание, ...ЕщёПредчувствие касательно колебаний не обмануло Падшего, но и среагировать тот быстро не успел, занятый больше на человеке с которым решил познакомиться. Его змеи зашипели именно в тот момент когда тело Ороти уже коснулся портал, перемещая его. Резкая смена ориентирования в пространстве и холод не смогли заставить шикигами побояться о своей "жизни". Лишь только сожаление выступило на его лице, когда во время падения он осмотрелся благодаря змеям и не заметил своей госпожи. Но вместо этого, в довесок к его сожалению набатом в его голове звучало одно, ответственность. Ответственность за тех, кто падал камнем рядом с ним. Заметив на лике лисы спокойное выражение лица и понимая с чем это связанно, Ороти не мог ничего подумать о их спутнице, которой также не посчастливилось оказаться здесь. - Свободное падение, давно это было когда я страшился высоко взлететь и упасть. - Оглушающий ветер из-за падения скорее всего и перебивал спокойную речь шикигами, что не обращал на это внимание, но в один миг тот поддался власти дракона, благодаря его мечю Кусанаги-но цуруги, что являлся частью самого шикигами. Прекрасно манипулируя воздушными потоками, Ороти сжал кулак уплотняя воздух до такой силы, что тот видимым и прозрачным словно стекло, сферой обхватил падающую троицу и стал плавно опускаться, позволяя оным внутри себя спокойно встать на его внутреннюю поверхность. - Миледи, попрошу вас только не использовать пламя, по крайней мере сейчас внутри. - Обращаясь к девушке с огненно-рыжими волосами, Падший учтиво прикрыл глаза со слабой улыбкой на губах. - Мне не хотелось бы после собирать ваши размозженные ошмётки на земле, в кучу. - Скрестив руки на груди и посмотрев пред собой, его взгляд устремился вперёд, в надежде всё же увидеть портал из которого также, скорее всего выпустит и его госпожу. Но судьба видимо была другого мнения и Падший не увидел ничего, кроме того что ожидало их внизу по прибытию. - Не мне конечно говорить за правила этикета с моей то выходкой на банкете, но я хотел бы всё же познакомиться ещё раз.- Под манипуляции Падшего, сфера опускалась всё также плавно вниз и до прибытия троицы на землю, оставалось каких то сотня метров.
Идея вернуться в зал оказалась фатальной. Гудзе ощутила изменения, но увы - слишком поздно. Последнее что слепая успела выпалить, была протянутая рука в сторону Лунь с криком: - Рю! А затем - вакуум. Зверь, хи-цзин бесновалась и рвалась в телесной оболочке, разгневанная поведением смертных и их Богов. Отношение к гостям чужих Пантеонов было оскорбительным и могло повлечь большие проблемы. Но все эти внутренние рычания были оборванны убойной волной холодного воздуха. Физическая оболочка, надо признать - прошла проверку веками. Из-за сопротивления и силы с которой летела Гудзе вниз, пепельноволосая смогла лишь сдавленно вздохнуть, ощутив грудной клеткой что такое - пневмоторакс. Мерзотно. Нужно ли говорить о испорченном внешнем виде Поднебесной? Вся красота и мишура что та так старательно вешала на себя - благополучно разлетелась по округе, оставляя Хи с распущенным шлейфом пепельных волос и трепещущейся тканью ципао. Ладно, поддались правилам этого измерения, изобразили панику. Достаточ...ЕщёИдея вернуться в зал оказалась фатальной. Гудзе ощутила изменения, но увы - слишком поздно. Последнее что слепая успела выпалить, была протянутая рука в сторону Лунь с криком: - Рю! А затем - вакуум. Зверь, хи-цзин бесновалась и рвалась в телесной оболочке, разгневанная поведением смертных и их Богов. Отношение к гостям чужих Пантеонов было оскорбительным и могло повлечь большие проблемы. Но все эти внутренние рычания были оборванны убойной волной холодного воздуха. Физическая оболочка, надо признать - прошла проверку веками. Из-за сопротивления и силы с которой летела Гудзе вниз, пепельноволосая смогла лишь сдавленно вздохнуть, ощутив грудной клеткой что такое - пневмоторакс. Мерзотно. Нужно ли говорить о испорченном внешнем виде Поднебесной? Вся красота и мишура что та так старательно вешала на себя - благополучно разлетелась по округе, оставляя Хи с распущенным шлейфом пепельных волос и трепещущейся тканью ципао. Ладно, поддались правилам этого измерения, изобразили панику. Достаточно. Находясь в свободном падении, млечноокая ощущала и прекрасно "видела" - Нити тех, с кем ей довелось познакомиться на балу. И отчетливо видела, куда пала и направлена Нить ее Лунь. Одна из таких путеводных ниточек была слишком близко. "- Хмм.. Змей, что же." - даже в жизни божественных существ бывает переломный момент. Тот, когда враг внезапно становится твоим другом. Именно этим и воспользовалась цисин. Какая уважающая себя лиса будет работать самостоятельно, когда рядом есть те, кто все сделает и можно прийти на готовое? Если вы думаете, что многовековая лгунья, плутовка и обостительница, пожирающая Судьбы резко встанет на дорогу "Мира и обнимашек" - вы ошибаетесь. Миниатюрное тело укутанное алым шёлком разворачивается в полете, и выследив Нить ведущую к Змею, лиса ступила на его Изнанку. Миг - и когтистые пальцы ложатся на плечи змееокого, удобно и нахлебнически располагаясь за ним, держась таким образом. Изнанка есть у любого измерения, где любой отбрасывает тень. Цисин ступила на линию жизни того, кто совсем недавно угрожал ей расплатой, и теперь же - эти два Божества должны держаться друг друга. - Чувствую кровь и плоть, хищник. Ты помнишь правила - печень и сердце зверя - мои.
— Ого, в таком случае я бы стала твоим самым верным последова… Дальше солнечная жрица не успевает договорить фразу, предназначенную Аттиле по нескольким причинам. Во-первых, ее пятая точка оказывается на столе из-за Духа Войны, неудачно посадившей ее в тарелку оливье. Во-вторых, внезапно открывшийся портал нагло обламывает жрице намечающийся романтик, и безжалостно засасывает солнечную вместе с ее адским котом. В-третьих, ее не удосужились приземлить мягонько на попу в другом пространстве, поэтому она с визгом и нецензурными выражениями появляется в воздухе и летит вниз, вращаясь из-за сбитой аэродинамики. Ну зато хотя бы красиво — из-за мерцающих фонариков на юбке она похожа на падающую звезду, хоть и не стесняющуюся в выражениях. Практически ничего не понимая в снежном тумане, не видя ни пи…зги из-за слишком скудного освещения, эльфийка продолжает падать. Аура не придумывает ничего лучше чем создать в ладонях скромную вспышку света, немного сбившую ее влево с траектории приземления, ...Ещё— Ого, в таком случае я бы стала твоим самым верным последова… Дальше солнечная жрица не успевает договорить фразу, предназначенную Аттиле по нескольким причинам. Во-первых, ее пятая точка оказывается на столе из-за Духа Войны, неудачно посадившей ее в тарелку оливье. Во-вторых, внезапно открывшийся портал нагло обламывает жрице намечающийся романтик, и безжалостно засасывает солнечную вместе с ее адским котом. В-третьих, ее не удосужились приземлить мягонько на попу в другом пространстве, поэтому она с визгом и нецензурными выражениями появляется в воздухе и летит вниз, вращаясь из-за сбитой аэродинамики. Ну зато хотя бы красиво — из-за мерцающих фонариков на юбке она похожа на падающую звезду, хоть и не стесняющуюся в выражениях. Практически ничего не понимая в снежном тумане, не видя ни пи…зги из-за слишком скудного освещения, эльфийка продолжает падать. Аура не придумывает ничего лучше чем создать в ладонях скромную вспышку света, немного сбившую ее влево с траектории приземления, однако этого было мало чтобы остановить падение. Тогда она «полыхает» вспышками ещё и ещё, отталкиваясь от воздуха, из-за чего несчастную эльфийку мотыляет из стороны в сторону, и она просто кувыркается в воздухе, но тормозит. Способ, может, не очень приятный, зато эффективный. Главное потом не опорожнить желудок где-то под кустом. Финальная солнечная вспышка приходится непосредственно на приземление Ауры прямо в объемный сугроб, который под воздействием тепла начал оплавляться, шипеть и таять. Сама же лучезарная сидела в импровизированном горячем источнике и громко ругалась, держась одной рукой за голову. Испорченный кринолин грустно плавал в луже тут же рядом, а из разбитых фонариков, словно жидкое золото, вытекал Вечносвет и зависал линией тонкого сияния над местом «крушения» жрицы. Комбинезон ее тоже заметно пострадал: опалённый жаром вспышек он прохудился и висел теперь негодной тряпочкой, открывая участки загорелой кожи эльфийки, явно не способный противостоять царящему вокруг холоду. — Dial’daa khar, какого нетопыря?! - возмущённо вопит золотоволосая, не слишком горя желанием вылезать из горячей лужи, бывшей некогда сугробом. С помощью потоков Вечносвета, она бегло осматривает обстановку и обнаруживает неподалёку ещё двух «пассажиров», принесённых в этот мир злосчастным порталом. — Эм, люди?… Вы знаете, что произошло?
Все случилось слишком внезапно даже для духа войны, который был отвлечен разговором, перерастающим в малую шалость по отношению к эльфийке. Еще мгновение назад темноволосая касалась кожи жрицы, готовая избавить ту от подобия корсета, а сейчас на огромной скорости летит вниз – в незнакомый ледяной лес.
Первое, что заполнило голову – мысли о темнокожей чертовке (вернее, они никуда не исчезали), следом о дворецком и молодом спутнике, с которым Аттила посетила светское мероприятие. Так уж получилось, что падающая девушка в попытках обнаружить недостающих личностей, заметила недалеко от себя других двух гостей: знакомого Эйнха и некого мрачного типа, к которому и оказалась близко.
Аттила с издевательской улыбкой достигает примерно одного уровня полета с мужчиной, первой рукой она подпирает щеку, а второй махает тому ручкой, после чего пролетает ниже. Казалось, темноволосая совершенно не боялась терять драгоценные секунды, потому что с самого своего появления в воздухе, уже з
...Ещё
Все случилось слишком внезапно даже для духа войны, который был отвлечен разговором, перерастающим в малую шалость по отношению к эльфийке. Еще мгновение назад темноволосая касалась кожи жрицы, готовая избавить ту от подобия корсета, а сейчас на огромной скорости летит вниз – в незнакомый ледяной лес.
Первое, что заполнило голову – мысли о темнокожей чертовке (вернее, они никуда не исчезали), следом о дворецком и молодом спутнике, с которым Аттила посетила светское мероприятие. Так уж получилось, что падающая девушка в попытках обнаружить недостающих личностей, заметила недалеко от себя других двух гостей: знакомого Эйнха и некого мрачного типа, к которому и оказалась близко.
Аттила с издевательской улыбкой достигает примерно одного уровня полета с мужчиной, первой рукой она подпирает щеку, а второй махает тому ручкой, после чего пролетает ниже. Казалось, темноволосая совершенно не боялась терять драгоценные секунды, потому что с самого своего появления в воздухе, уже знала как приземлится на заснеженную поверхность.
Предпочтение было отдано следующему способу: В руках духа войны сформировалось копье менее двух метров, которое крепилось подобием энергетической ленты от руки Аттилы до навершия на конце древка. Девушка без лишних раздумий запустила оружие в ствол ближайшего дерева. Острый наконечник намертво вцепился в деревянную поверхность, а руку темноволосой вместе с телом притянуло к стволу. В стандартной ситуации при таких показателях, человеку бы оторвало руку, а в теле после удара с деревом сломались бы ребра, но Аттила не была человеком.
Взгляд несколько мгновений следовал за товарищами по беде, после чего дух оценивает расстояние от дерева до самых высоких сугробов. Она опирается ногами о шершавую поверхность и совершает молниеносный скачок, буквально влетая по диагонали в заснеженную местность. Земля оказывается настолько скользкой, что Аттила проезжает приличное такое расстояние, создавая снежную волну, которая ударит по лицу Эйнха.
-Не смотри на меня. Это не часть моего плана. – Слова ее звучат убедительно, ведь ни капли радости на лице духа не обнаружено.
Темноволосая выпрямляется, принимаясь обвязывать фрагмент нижней части платья вокруг пояса, тогда-то ее взгляд внезапно и устремляется вдаль.
-У нас гости.
Стремление сражаться, желание убивать. Ничто так не радовало духа войны, как образование очередного открытого конфликта. Бледные губы растягиваются в ухмылке, руки скрещиваются у пояса, и та резким движением обнажает воображаемые клинки. На удивление, оба орудия действительно формируются в руках брюнетки, славно заливающейся громогласным истерическим смехом. Параллельно сие действиям, позади Аттилы полукругом образуются пять управляемых левитирующих лезвий.
-Я КОНЧЕННЫЙ, БЕГИТЕ. – С этими словами, темноволосая ринулась на первую волну драугров.
- Что правда, то правда. Насладились природой, теперь можно и в "дом" вернуться. - прикосновение к позвоночнику отражается дрожью в теле темноволосой. Она довольна и урчание срывается с ее губ.- О, будешь моим кавалером на сей вечер? Какая прелесть. Я только за. Точно. Хозяйка бала. Мысли о ней немного отдалились с основного плана. Да, надо бы правда ее найти. Хотя бы для того, чтобы узнать, как она сама-то после этих событий. - Может ей помощь какая нужна? С таким весельем-то... Придерживая подол собственного платья, темноволосая двинулась следом за лисицей, с которой они, судя по всему, последними покидали территорию сада. И успешно это бы сделали, если бы ни вмешательство кого-то свыше. Так близко были приоткрытые двери в бальный зал, который принял свой первозданный вид, словно ничего страшного в нем сегодня не происходило Кружащиеся в танце гости, лица которых за этот вечер стали девушке знакомы. Хотя бы зрительно. А потом все это, прямо на глазах темноволосой, начало пр...Ещё- Что правда, то правда. Насладились природой, теперь можно и в "дом" вернуться. - прикосновение к позвоночнику отражается дрожью в теле темноволосой. Она довольна и урчание срывается с ее губ.- О, будешь моим кавалером на сей вечер? Какая прелесть. Я только за. Точно. Хозяйка бала. Мысли о ней немного отдалились с основного плана. Да, надо бы правда ее найти. Хотя бы для того, чтобы узнать, как она сама-то после этих событий. - Может ей помощь какая нужна? С таким весельем-то... Придерживая подол собственного платья, темноволосая двинулась следом за лисицей, с которой они, судя по всему, последними покидали территорию сада. И успешно это бы сделали, если бы ни вмешательство кого-то свыше. Так близко были приоткрытые двери в бальный зал, который принял свой первозданный вид, словно ничего страшного в нем сегодня не происходило Кружащиеся в танце гости, лица которых за этот вечер стали девушке знакомы. Хотя бы зрительно. А потом все это, прямо на глазах темноволосой, начало пропадать в образовавшемся портале. Первой мыслью было то, что это снова рук змееныша и его компании . Мол, устроили небольшое затишье перед бурей и теперь решили ещё раз "удивить" всех собравшихся. Или удавить, смотря как на это посмотреть. Но когда темноволосая увидела что и тех существ потихоньку затягивает в межпространственный водоворот, Лунь поняла что они здесь не при делах. Естественно нормальной реакцией в момент надвигающейся опасности было то, что девушка захотела избежать встречи с ней. Долго не раздумывая, она крепко схватила за руку свою подругу, дабы рвануть в противоположную сторону от расширяющейся воронки портала. Даже в этой ситуации она не станет забывать о том, кто ей дорог. Но, в этот раз этого было недостаточно. Рука цисин, за которую держалась Лунь, неожиданно потеряла свою плотность и пальцы девушки беспомощно сомкнулись на воздухе. Последним она услышала собственную фамилию, что криком сорвалась с губ подруги. Сама же попыталась крикнуть в след ее имя. А затем наступила темнота. Не долгая, ибо следующее что почувствовала Атма, это холод. Пронизывающий и такой неприятный даже для нее, привыкшей и обожавшей прохладу. Но кроме этого ещё было чувство свободного падения. Она летела, а это означало лишь одно: где-то внизу была поверхность, которая с радостью превратит ее тело в кровавую котлету если она сию же секунду ничего не предпримет. Два факта из-за которых ей не хотелось бы закончить свое существование - холод и сила притяжения. Решением проблемы она видела лишь один единственный вариант. Под действием магии контуры тела начали размываться, превращаясь в черный туман тянущийся длинной лентой за летевшей кубарем Лунь. Девушка чувствовала, как напрягается каждая клеточка организма, накапливая в себе энергию для превращения. Хрупкое тельце влетело в проплывающие мимо облако, а через секунду из него уже вырывалась иссиня-черная драконица. Вот, теперь она чувствовала себя значительно лучше, ведь родная чешуя лучше защищала ее от губящего мороза. Но не все проблемы были решены.
Первые метры полета как и в человеческой ипостаси были хаотичными, длинное змееподобное тело извивалось как лента на ветру. Но ситуация быстро начала меняться, стоило дракону развернуться брюхом к земле. Поочередно то разводя, то прижимая лапы к телу, с одной или с другой стороны, она начала выравниваться в воздухе, а после и вовсе вильнула дугой в сторону, чтобы по спиральной траектории начать спускаться вниз. И довольно быстро перед носом показалась стремительно приближающаяся земля. Снова вытянув лапы вперёд, как только до поверхности оставались считанные метры, Иссиня-черная, быстро заработала ими. Глубокие сугробы, которыми оказалось покрыто место приземления, лишь на руку сыграли Хранительнице Неба: увязая в них лапами, вскупе с тяжёлым волочащимся хвостом, Лунь довольно скоро смогла затормозить не боясь получить серьезных телесных повреждений, лишь плюхнувшись в снег как на мягкую перину на последнем шаге. - Да чтоб тебя рухлядь облезлая... Вечно ты... - выплевывая набившийся в ...ЕщёПервые метры полета как и в человеческой ипостаси были хаотичными, длинное змееподобное тело извивалось как лента на ветру. Но ситуация быстро начала меняться, стоило дракону развернуться брюхом к земле. Поочередно то разводя, то прижимая лапы к телу, с одной или с другой стороны, она начала выравниваться в воздухе, а после и вовсе вильнула дугой в сторону, чтобы по спиральной траектории начать спускаться вниз. И довольно быстро перед носом показалась стремительно приближающаяся земля. Снова вытянув лапы вперёд, как только до поверхности оставались считанные метры, Иссиня-черная, быстро заработала ими. Глубокие сугробы, которыми оказалось покрыто место приземления, лишь на руку сыграли Хранительнице Неба: увязая в них лапами, вскупе с тяжёлым волочащимся хвостом, Лунь довольно скоро смогла затормозить не боясь получить серьезных телесных повреждений, лишь плюхнувшись в снег как на мягкую перину на последнем шаге. - Да чтоб тебя рухлядь облезлая... Вечно ты... - выплевывая набившийся в пасть снег, драконица подняла увенчанную рогами голову. Медовые глаза сердито сверкнули в темноте. Уже по привычке она хотела заорать что-то про старого извращенца, но быстро опомнилась. Просто в подкорку уже вбилось то, что вот такие полеты у нее уже связаны с ее старым "другом". Нет, в этот раз Старейшины Лис рядом с ней не было. Тот наверняка сидел в окружении девушек, распивая дорогие напитки и вкушая все прелести своей развратной жизни. А вот она была здесь. И не только она. Завидев двух других, что оказались вместе с ней на этой пустоши, Иссиня-черная с надеждой втянула носом морозный воздух. Перебирая лапами, она всё ещё не отрывая брюха от земли, она потащила свое, растянувшееся на несколько десятков метров, змеиное тело. Хи? Нет, лисицей здесь даже не пахло. Кажется каким бы ни был этот портал, но разбросал он их по разным местам. Что ж, по возможности она попробует ее найти, а пока нужно разобраться с тем, что имеем. - Вы целы? - вопрос вырвался из пасти вместе с клубами горящего дыхания. В истинной форме ее голос был несколько грубее, чем в человеческом облике. При ближайшем рассмотрении Атма разглядела в двух спутниках гостей бала. Одну из них она точно запомнила по тому, как та устраивала представлением с северным сиянием. На вопрос девы Иссиня-черная отзывается раздраженный рычанием. - Лишь очевидные всем вещи о том, что нас куда-то затянуло. Не более.
Только Йен собирался налить вина и себе, да поднять тост за встречу с Ванессой, как в пресловутом бальном зале опять что-то произошло. Он мог бы прыгнуть на Изнанку и тем самым спастись от влияния портала, но просто не успел. Протянув руку к рыжеволосой ведьме, он постарался оттолкнуть ее в сторону от источника разрыва в пространстве, и благодаря этим нескольким секундам промедления был утащен в искрящуюся холодом синеву портала вместе со своим материальным телом и искореженной душой. Ничего хорошего не ожидая, блондин прикрывает глаза и понимает, что падает. Щурясь от потоков ледяного ветра, он видит стремительно приближающееся снежное полотно что вот-вот столкнётся с его телом, а так же успевает приметить двух других везунчиков, попавших сюда вместе с ним. Один решил использовать в качестве подушки безопасности деревья и землю, другая же кажется вообще не переживает и кривляется в полёте. Но Вандербуму некогда думать о незнакомцах, поэтому он предпринимает отчаянную попытку скакнуть ...ЕщёТолько Йен собирался налить вина и себе, да поднять тост за встречу с Ванессой, как в пресловутом бальном зале опять что-то произошло. Он мог бы прыгнуть на Изнанку и тем самым спастись от влияния портала, но просто не успел. Протянув руку к рыжеволосой ведьме, он постарался оттолкнуть ее в сторону от источника разрыва в пространстве, и благодаря этим нескольким секундам промедления был утащен в искрящуюся холодом синеву портала вместе со своим материальным телом и искореженной душой. Ничего хорошего не ожидая, блондин прикрывает глаза и понимает, что падает. Щурясь от потоков ледяного ветра, он видит стремительно приближающееся снежное полотно что вот-вот столкнётся с его телом, а так же успевает приметить двух других везунчиков, попавших сюда вместе с ним. Один решил использовать в качестве подушки безопасности деревья и землю, другая же кажется вообще не переживает и кривляется в полёте. Но Вандербуму некогда думать о незнакомцах, поэтому он предпринимает отчаянную попытку скакнуть на теневую сторону мира и обнаруживает, что известных ему ранее троп больше нет. Только Изнанка этого неприветливого измерения. Скользнув по единственному видимому в тенях пути, Йен исчезает из воздуха и через пару секунд перед самым несостоявшимся столкновением материализовывается уже на земле по колено в снегу в небольшом облака темного тумана, растекшегося по белому снегу как чернила. Плоть его тела, только что соткавшаяся в пространстве, начинает немедленно мерзнуть, несмотря на меховой воротник. Раздраженно поморщившись, он позволяет глазам затянуться чернотой, а на лице проступить татуировкам-иероглифам. Отрегулировав тело на полное игнорирование температур, он молчаливо окидывает взглядом своих союзников, но большего внимания мужчины удостаиваются их общие враги. Не допуская промедления, он погружает руку в кожаной перчатке в собственную грудную клетку, плоть расступается и открывает ребра, за которыми плещется чернота души, из которой он и вытягивает своё оружие. - Мне кажется, этих гостей не приглашали. В любом случае, я не стану отвлекать тебя от удовольствия расправы, Эйнх. Копье из зачарованного серебра привычно ложится в ладонь. Оно короткое, скорее похоже на метательный дрот, но при резком движении руки Вандербума распрямляется и удлиняется до размеров стандартного копья. Смертоносность данного оружия повышается за счёт особого наконечника, способного отделяться от лезвия и теряться где-то в недрах тела поражённого противника, причиняя тому некоторые… неудобства. Но это оружие эффективно против тех, чьё сердце все ещё бьется, а вот с драуграми и ледяными големами Йену придётся повозиться. Похоже, спутники решили не сговариваться и поделили противников по принципу - кого первого увидел, тому и всыплю - и Вандербуму-старшему не остаётся ничего, как переключить своё внимание на ледяного голема поменьше. Резко он срывается с места, подняв снежный вихрь, со скоростью куда превышающей возможности обычного человека, пусть он даже и будет общепризнанным атлетом-чемпионом. Мужчина заносит руку с копьем, отклонив корпус назад и тем самым притормаживая скольжением по заснеженной земле. С широким размахом он бросает копье, целясь прямо в голову атронаха.
Выпивая на балу в течение долгого времени, Аргон не мог опъянеть от "тамошней" выпивки, но все же зрение его слегка помутнелось как и чувства. Казалось только недавно он говорил с милой дамой, которая показалась ему приветливой и даже милой, как тут же он приходит в себя уже в полете в нескольких метрах над землёй. Весь свой путь до земли вампир выкрикивал бранные слова, пока все же не сгрупировался и не встретил собственной грудью несколько веток, а после ударился спиной о землю. Кажется в его организме сейчас сломалась пару костей, но его магические способности быстро привели его в чувство. Скривившись в выражение лица, мужчина потирал свою 5-ую точку и осмотрелся по сторонам. Конечно оказаться в обществе двух милых дам в лесу это самое то, чего он хотел после бала, но явно не в таких обстоятельствах, ну или хотя бы не в одежде. - Да уж...спокойно сидел себе, выпивал, никого не трогал и тут бац уже в воздухе... Иди с нами на бал говорили они, будет весело. А теперь то прям ...ЕщёВыпивая на балу в течение долгого времени, Аргон не мог опъянеть от "тамошней" выпивки, но все же зрение его слегка помутнелось как и чувства. Казалось только недавно он говорил с милой дамой, которая показалась ему приветливой и даже милой, как тут же он приходит в себя уже в полете в нескольких метрах над землёй. Весь свой путь до земли вампир выкрикивал бранные слова, пока все же не сгрупировался и не встретил собственной грудью несколько веток, а после ударился спиной о землю. Кажется в его организме сейчас сломалась пару костей, но его магические способности быстро привели его в чувство. Скривившись в выражение лица, мужчина потирал свою 5-ую точку и осмотрелся по сторонам. Конечно оказаться в обществе двух милых дам в лесу это самое то, чего он хотел после бала, но явно не в таких обстоятельствах, ну или хотя бы не в одежде. - Да уж...спокойно сидел себе, выпивал, никого не трогал и тут бац уже в воздухе... Иди с нами на бал говорили они, будет весело. А теперь то прям капец как весело! - с криком отозвался вампир от чего его голос отразился эхом в ночной тишине. Ярко-красные зрачки заметили, что дерево на которое он упал было единственным на этой поляне, но он не предал этому особого значения. На вопрос довольно странного существа, которое с виду напоминает дракона и эльфийку. Компания конечно отличная, но что поделать. Аргон перестал тереть свое место ушиба и спокойным голосом ответил. - Так, я цел и вроде все кости на месте. А вы как? Я не хочу потом искать ваши части тела.
/Видя, как в сторону Шпильман тут же началось движение со стороны одной из особ и ее так называемых коллег. Ее глаза тут же устремились в сторону Хьюстон, что та заметила еще с самого начала праздника, а на ее лице тут же появилась скромная улыбка, будто встречающая ее в своем пространстве. Руки Шпильман были все также сложены в замочек перед собой. Как только та все же приблизилась к Грейс и, решив составить ей компанию, то могла увидеть от нее легкий кивок, вновь приветствующий ее, а далее из уст Госпожи праздника последовали негромкие слова/ — Мне не совсем известно, к кому попали приглашения, но... Могу с уверенностью сказать, что вы являетесь одной из очаровательных из всех, миледи. /После дальнейшего вопроса от своей гостьи по поводу покурки в помещении, голова Грейс вновь кивнула в разрешении для той и окрыла ее более широкой улыбкой. Через минуту улыбка девушки исчезла от возникшего в зале портала, а после и вовсе ее лицо отразилось легкой паникой, от неожиданного поворота собы...Ещё/Видя, как в сторону Шпильман тут же началось движение со стороны одной из особ и ее так называемых коллег. Ее глаза тут же устремились в сторону Хьюстон, что та заметила еще с самого начала праздника, а на ее лице тут же появилась скромная улыбка, будто встречающая ее в своем пространстве. Руки Шпильман были все также сложены в замочек перед собой. Как только та все же приблизилась к Грейс и, решив составить ей компанию, то могла увидеть от нее легкий кивок, вновь приветствующий ее, а далее из уст Госпожи праздника последовали негромкие слова/ — Мне не совсем известно, к кому попали приглашения, но... Могу с уверенностью сказать, что вы являетесь одной из очаровательных из всех, миледи. /После дальнейшего вопроса от своей гостьи по поводу покурки в помещении, голова Грейс вновь кивнула в разрешении для той и окрыла ее более широкой улыбкой. Через минуту улыбка девушки исчезла от возникшего в зале портала, а после и вовсе ее лицо отразилось легкой паникой, от неожиданного поворота событий. Шпильман в шикарном платье, в обуви, как бы той не повезло, со съемными каблуками, начала буквально падать с самого высока на верхушки сосен. Казалось бы, смерть - вот она, но нет. Девушка обладала хорошими физическими навыками, еще интереснее, что у той был прекрасный ум, который позволял ей искать помощь на каждом сантиметре полета. Наткнувшись на первую верхушку и ветку особа тут же ловко зацепилась за одну из них своими руками, а ее ножки полностью обвили ее. Той хватило нескольких секунд, чтобы сосредоточиться на дальнейших действиях, но мертвое дерево не позволило той закрепиться на нем надолго, но позволило как минимум спокойно спуститься вниз. Хоть и спускаясь по веткам, что могли просто надломаться под ней и не обращая внимания на скользящую обувь, через пару минут девушка все равно находилась внизу, хоть ее внешний вид был не таким удачным на этот раз. Рукавов платья осталась чуть ли не половина, но ткань, отошедшая от шва не ухудшила его, а наоборот - выделила красивые руки Шпильман. Да, было не до красот, как бы ей того не хотелось, но пока это было единственным, что могло взбодрить ее после недолгого падения и неприятного спуска. Теперь же особа просто стояла восле той сосны и обтирала руками свои ткани, надеясь как-то скоротать время и дождаться кого-то еще из свомх гостей на балу. Из ее уст лишь раздалось строгое и недовольное/ — Мать ее...
ДЛЯ КОМАНДЫ 3. Эйнх выбрал самого крупного атронаха, намереваясь раскрошить его ледяное тело своим Мьелниром. Только полувеликан прыгнул в сторону противника, как ледяная громадина начала заносить правую конечность, служившую ему скорее всего увесистой рукой. Ещё до того как Эйнх с молотом достигнет цели удара, ледяной атронах атакует его сбоку широким размашистым ударом. При соприкосновении с глыбой льда тело красноволосого воителя собьётся с намеченного курса и отлетит в сторону леса, прямо в толпы драугров. Как раз туда, где вступает в бой Аттила, выбравшая своей целью несметные толпы мертвых. Нежить не церемонится, прет на неё хаотичным и не слаженным строем. Ещё до того как орда вооруженная ржавыми копьями и мечами столкнётся с Духом Войны, ее встретит град стрел, тучей поднявшийся в воздух и заслонивший небо. Похоже, мертвые все ещё помнят примитивные основы боя, несмотря на то что их мозги давно иссохли и сгнили. Йена с его копьем атакует второй атронах, занёсший над собой глыбу...ЕщёДЛЯ КОМАНДЫ 3. Эйнх выбрал самого крупного атронаха, намереваясь раскрошить его ледяное тело своим Мьелниром. Только полувеликан прыгнул в сторону противника, как ледяная громадина начала заносить правую конечность, служившую ему скорее всего увесистой рукой. Ещё до того как Эйнх с молотом достигнет цели удара, ледяной атронах атакует его сбоку широким размашистым ударом. При соприкосновении с глыбой льда тело красноволосого воителя собьётся с намеченного курса и отлетит в сторону леса, прямо в толпы драугров. Как раз туда, где вступает в бой Аттила, выбравшая своей целью несметные толпы мертвых. Нежить не церемонится, прет на неё хаотичным и не слаженным строем. Ещё до того как орда вооруженная ржавыми копьями и мечами столкнётся с Духом Войны, ее встретит град стрел, тучей поднявшийся в воздух и заслонивший небо. Похоже, мертвые все ещё помнят примитивные основы боя, несмотря на то что их мозги давно иссохли и сгнили. Йена с его копьем атакует второй атронах, занёсший над собой глыбу льда, служившей ему массивной левой рукой. Копье, может, и долетит до цели, но вот блондин точно будет размозжен по земле ледяным довеском размером с небольшой корабль, если не придумает как затормозить по обледенелому покрову поля быстрее, чем нисходящий удар придётся на его светлую голову.
НПС: призраки Вилландрель и Ириса. Пройдя внутрь хижины, Джулианна может увидеть, что дом украшен и изнутри в честь праздника. Все настолько аккуратно и эстетично, что можно понять серьезность хозяев к этому дню, и несмотря на полупрозрачность, красота дома не уменьшалась. Вилландрель находится посреди главного зала и украшает ёлку разными игрушками, очень многие из них были в виде подарочной коробки. Призрак тепло улыбается, опуская взгляд на подарки, что лежат под украшенным деревом. Она касается ладонью одного из них. Если приглядеться, то именно этот подарок отличался от остальных: упакован он был не в твердую коробку, а довольно яркой бумагой, кажется подарок мягкий, знатоки того времени точно поймут, что сделана упаковка из хорошего качества. В этот момент Джулианну окутывает еле заметный туман, и с ним же чувство приятного ожидания и волнения. Обычно подобные ощущения мучают во время дарения подарков, а так же и ожидания чего-то большего взамен. Из соседней комнаты, где по видим...ЕщёНПС: призраки Вилландрель и Ириса. Пройдя внутрь хижины, Джулианна может увидеть, что дом украшен и изнутри в честь праздника. Все настолько аккуратно и эстетично, что можно понять серьезность хозяев к этому дню, и несмотря на полупрозрачность, красота дома не уменьшалась. Вилландрель находится посреди главного зала и украшает ёлку разными игрушками, очень многие из них были в виде подарочной коробки. Призрак тепло улыбается, опуская взгляд на подарки, что лежат под украшенным деревом. Она касается ладонью одного из них. Если приглядеться, то именно этот подарок отличался от остальных: упакован он был не в твердую коробку, а довольно яркой бумагой, кажется подарок мягкий, знатоки того времени точно поймут, что сделана упаковка из хорошего качества. В этот момент Джулианну окутывает еле заметный туман, и с ним же чувство приятного ожидания и волнения. Обычно подобные ощущения мучают во время дарения подарков, а так же и ожидания чего-то большего взамен. Из соседней комнаты, где по видимому находится кухня, выглядывает призрак Ириса. Он смотрит на свою спутницу с любовью, а в руках бережно держит маленькую коробочку. Если бы не вся эта полупрозрачность, то можно было бы посчитать, что Джулианна пришла в гости к милой парочке, что души не чаят в друг друге. Обстановка довольно милая, если не считать, что гостью начинает посещать нарастающая жуткая тревога.
НПС: мандариновое дерево (Команда 2) Изначально дерево действительно скривилось, даже слышался треск тонких ветвей. Теперь оно было непригодной и уже не смогло бы восстановиться, если бы дерево было бы обычное. Но оно волшебное и находится в необычном месте. Поэтому после того, когда Аргон встал с веток, дерево встало на свое место, как живое. Оно начало светиться тоненьким и лёгким зелёным светом, приходя в свое изначально мёртвое состояние, как и до падения на него.
[Поговорив с участниками, которые решили участвовать в этом, решила принять участие в "этом"] Отряхиваясь от снега, Безумие направилась к заледеневшим дриадам, незнакомец её мало интересовал. Смотря в отражение во льду, примечая для себя что макияж не испортился, это к сожалению всё, что её сейчас волновало. Убедившись что все в порядке, демонизированная Карнелия обращает внимание, что дриады целуются. — Что-то здесь не так, это ведь не правда, - белые очи осматривают статуи заледеневшие. Странно, что вообще такое возможно, одно дерево цветёт омелой, а другие уже давно утратили жизнь, не став задействовать ни одно из альтер-эго, просто решилась пройти вокруг этого дерева, предоставляя своему напарнику, дедуктивные размышления для решения этой загадки. Уровень психоза Карнелии после портала, скаканул к отметке 45%, прогулка поможет отвлечься и осмотреться. «— Омела в зимнее время, это странно, не факт, что там мужская и женская особь дриад, чаще всего встречаются женщины, а му...Ещё[Поговорив с участниками, которые решили участвовать в этом, решила принять участие в "этом"] Отряхиваясь от снега, Безумие направилась к заледеневшим дриадам, незнакомец её мало интересовал. Смотря в отражение во льду, примечая для себя что макияж не испортился, это к сожалению всё, что её сейчас волновало. Убедившись что все в порядке, демонизированная Карнелия обращает внимание, что дриады целуются. — Что-то здесь не так, это ведь не правда, - белые очи осматривают статуи заледеневшие. Странно, что вообще такое возможно, одно дерево цветёт омелой, а другие уже давно утратили жизнь, не став задействовать ни одно из альтер-эго, просто решилась пройти вокруг этого дерева, предоставляя своему напарнику, дедуктивные размышления для решения этой загадки. Уровень психоза Карнелии после портала, скаканул к отметке 45%, прогулка поможет отвлечься и осмотреться. «— Омела в зимнее время, это странно, не факт, что там мужская и женская особь дриад, чаще всего встречаются женщины, а мужчины появляются в случае угрозы лесу» - рассуждала она, пока шла по кругу. «— То есть, возможно тут лесбиянки?» «— Кстати, дриады не рождаются естественным путём, так что любовь между ними, приувеличение» «— Посмотрим, что там твой напарник сообразит» — Вы слишком шумные, заткнитесь, - завершает девушка мысленный диалог, уже в слух сказав свои слова и останавливается, завершив только полукруг и осматривается.
Атронах явно не был настолько глуп, чтобы позволить полувеликану вот так просто раскрошить собственное тело на мельчайшие льдинки. Но и Эйнх, не тупень — пройдя множество битв — предпринял контрмеры. Нет, ему не надо было менять траекторию движений, дабы уклониться от сокрушительного удара. Наоборот, красноволосый сталкивает две силы друг с другом: крупная "лапа" ледяного существа и ударная часть молота встречаются друг с другом. По округе разнесся гул, будто бы гром прозвучал в непосредственной близости от товарищей. Возможно, и другие участники услышат то как эхо битвы разносится по лесу. Ударная волна вынуждает снег завихриться, разлететься в месте столкновения по сторонам, а деревья, граничащие с поляной, заскрипеть. Сей действо, к слову, не спасло Лэйпдрейка от полёта в ораву драугров. Только вот конечность атронаха теперь была в трещинах. Некоторые участки должны будут откалываться от общей массы. Будь Эйнх человеком, то непременно бы умер от подобного ущерба. А вообще:...ЕщёАтронах явно не был настолько глуп, чтобы позволить полувеликану вот так просто раскрошить собственное тело на мельчайшие льдинки. Но и Эйнх, не тупень — пройдя множество битв — предпринял контрмеры. Нет, ему не надо было менять траекторию движений, дабы уклониться от сокрушительного удара. Наоборот, красноволосый сталкивает две силы друг с другом: крупная "лапа" ледяного существа и ударная часть молота встречаются друг с другом. По округе разнесся гул, будто бы гром прозвучал в непосредственной близости от товарищей. Возможно, и другие участники услышат то как эхо битвы разносится по лесу. Ударная волна вынуждает снег завихриться, разлететься в месте столкновения по сторонам, а деревья, граничащие с поляной, заскрипеть. Сей действо, к слову, не спасло Лэйпдрейка от полёта в ораву драугров. Только вот конечность атронаха теперь была в трещинах. Некоторые участки должны будут откалываться от общей массы. Будь Эйнх человеком, то непременно бы умер от подобного ущерба. А вообще: нападал бы тот на сей существо, если бы в его крови не было примесей? Ответ на этот вопрос неизвестен никому. И хоть чудище било не так сильно, как Бог Грома, но причастность к великанскому роду сохранит обладателя Мьёльнира от множественных переломов. Его крупное тело, подобно мячу в руках выбивал, пронеслось по нескольким рядам драугров, вынуждая тех разлетаться, падать и реветь, обращая внимание на "великана". Совершая последний кувырок, мужчина стряхивает с плеч снег, сплевывая в глаз одному из драугров, что решил полезть на того. А следом заставляет дряхлую черепушку разлететься в дребезги ударом молота, прежде чем совершить бросок в атронаха. Скорость орудия была впечатляющей, как и пробивная сила. Возможно, от попадания в "ядро" существа будет полностью расколото и уничтожено, пока Эйнх голыми руками начинает сражаться с наступающими ордами, буквально прорываясь сквозь них подобно медведю: расталкивая, отбрасывая, хватая и ударяя о снег и возможно ледяную поверхность под ним, рыча от ранений, которые были и от того кожа покрывалась рубцами, ранами, из коих сочились кровавые реки.
Потоки Вечносвета мягко расползаются по поляне, и наконец-то солнечная жрица может разглядеть своих собратьев по несчастью. Смутно правда, но это лучше чем ничего. Она не смогла стать свидетельницей эпичного падения дракона, однако шум создаваемый Лунь заставил Ауру быстренько помолиться Солнцу, чтобы та не упала прямо на эльфийку в импровизированную купальню. Слава свету — пронесло. — Я цела, если не считать моего незапланированного купания. Кстати, никто не видел Депрессняка? Я слышала его мяв, пока нас затягивало.. - отвечает вампиру Аура, нехотя выбираясь из тепленькой лужи. Смуглая кожа тут же покрывается дрожью: и так холодно, а она ещё и мокрая, да раздетая. Ухнув от мороза, терзающего и кусающего ее незащищенную плоть, эльфийка задрожала и обхватила себя руками в отчаянной попытке согреться. — В..в…вот это д-д-дубак… Аура глубоко вдыхает морозный воздух, стараясь сконцентрироваться. Времени у неё не так много, чтобы согреться, счёт идёт на минуты. Мелкие частички света вспыхива...ЕщёПотоки Вечносвета мягко расползаются по поляне, и наконец-то солнечная жрица может разглядеть своих собратьев по несчастью. Смутно правда, но это лучше чем ничего. Она не смогла стать свидетельницей эпичного падения дракона, однако шум создаваемый Лунь заставил Ауру быстренько помолиться Солнцу, чтобы та не упала прямо на эльфийку в импровизированную купальню. Слава свету — пронесло. — Я цела, если не считать моего незапланированного купания. Кстати, никто не видел Депрессняка? Я слышала его мяв, пока нас затягивало.. - отвечает вампиру Аура, нехотя выбираясь из тепленькой лужи. Смуглая кожа тут же покрывается дрожью: и так холодно, а она ещё и мокрая, да раздетая. Ухнув от мороза, терзающего и кусающего ее незащищенную плоть, эльфийка задрожала и обхватила себя руками в отчаянной попытке согреться. — В..в…вот это д-д-дубак… Аура глубоко вдыхает морозный воздух, стараясь сконцентрироваться. Времени у неё не так много, чтобы согреться, счёт идёт на минуты. Мелкие частички света вспыхивают в воздухе вокруг жрицы, начинают кружиться, поднимают горячий, солнечный ветер. Чувствуя прилив тепла на смуглой коже, золотоволосая облегченно выдыхает и перестаёт хмуриться. Волосы и остатки некогда праздничной одежды высыхают, источая легкие облачка пара. Вечносвет потоками возвращается к эльфийке, обволакивает ее тело и формирует подобие солнечной сияющей брони. Теперь жуткий холод ей не страшен, можно и подумать, зачем их закинуло в это место с одним-единственным умирающим кустом. Но сначала.. — Депресняк! Депресня-а-ак! Кыс, ты где?! - выкрикивая имя своего адского кота, Аура сложила ладони рупором, надеясь что это поможет ей дозваться до не слишком разумной тваринки, а голос хозяйки окажется более весомым, чем зов инстинктов «пожри-подерись-совокупись». Немного приунывшая жрица подходит к многострадальному деревцу и присаживается рядом с ним на колени. Снег при соприкосновении с солнечной тут же начинает шипеть и таять. Не то чтобы она сильно переживала — кот не замёрзнет, в низинах Тартара откуда он родом, перепады температур от сверхнизких до сверхвысоких обычное дело. Вопрос в том куда его занесёт, и увидит ли ещё Аура своего питомца… — Нас не просто так закинуло к этому дереву. Что-то не даёт ему умереть окончательно, но и расцвести у него не хватает сил. - девушка слепо ощупывает хрупкие ветви, осторожно гладит единственный лист. Где-то внутри, под заледеневшей корой, ещё теплится жизнь. — Я согрею его и растоплю землю, а вы поищите какой-нибудь источник воды. Разговаривая, Аура подняла руки над головой и создала между ними миниатюрную вспышку. Не давая частичкам света рассеиваться, она удерживала их в ладонях словно маленькое солнышко, освещавшее островок с деревцем. Снег в этой зоне под воздействием тепла начал таять, образовывая круг чёрной земли посреди заледеневшей поляны. Влажная почва, напитанная талыми водами, проклюнулась молодой мелкой травой — настоящее чудо посреди этой заснеженной, мертвой равнины.
- Что-то не нравится мне это.- Когда же сфера опустилась наземь и рассеялась, разметав вокруг себя снег, Ороти пришлось подхватить до селе молчавшую рыжую даму за плечи, сделав пометку о том что он и не заметил как их член команды подозрительно молчала. Не став забивать голову о том, какие могли послужить этому причины, шикигами донёс её до саней и уложил на скамью, перед этим отклонив корпус назад чтобы лисица могла слезть с него. Холод для Падшего не был проблемой, в некоторых битвах ему приходилось терпеть условия куда хуже, например давление под толщей морской воды на самом дне. Коротко оценивая состояние второй спутницы в этом забытом Ками местом, Ороти прищурился. - Надеюсь тебе не холодно? - Падший подошёл к ещё не успевшему испустить дух оленю, с некой жалостью в глазах смотря на него и присев на корточки перед ним, осторожно гладя его по голове.
- Напомни мне, Хи - Созерцая как последние силы оленя улетучиваются из его уставшего тела, Падший переводит взгляд на лисицу
...Ещё
- Что-то не нравится мне это.- Когда же сфера опустилась наземь и рассеялась, разметав вокруг себя снег, Ороти пришлось подхватить до селе молчавшую рыжую даму за плечи, сделав пометку о том что он и не заметил как их член команды подозрительно молчала. Не став забивать голову о том, какие могли послужить этому причины, шикигами донёс её до саней и уложил на скамью, перед этим отклонив корпус назад чтобы лисица могла слезть с него. Холод для Падшего не был проблемой, в некоторых битвах ему приходилось терпеть условия куда хуже, например давление под толщей морской воды на самом дне. Коротко оценивая состояние второй спутницы в этом забытом Ками местом, Ороти прищурился. - Надеюсь тебе не холодно? - Падший подошёл к ещё не успевшему испустить дух оленю, с некой жалостью в глазах смотря на него и присев на корточки перед ним, осторожно гладя его по голове.
- Напомни мне, Хи - Созерцая как последние силы оленя улетучиваются из его уставшего тела, Падший переводит взгляд на лисицу всё гладя измученное животное по голове. - Ты хочешь получить его внутренности так? Лично я думаю, стоит мне его подлатать. Этот зверь знает дорогу, потому что иначе никак нельзя объяснить то, почему он держит определенный путь. Понимаю тебе нужны его внутренности для чтения судьбы, чтобы побыстрее воссоединиться со своей подругой, но я к твоему сожалению этого сейчас позволить не могу, не ценой этого зверя точно. - И не дождавшись ответа, Ороти провёл укутанной фиолетовым туманом ладонью, над телом оленя и наполняя его тело часть своей праны, вылечив его таким способом, шикигами придержал его за узду, пока он вставал на все 4 копыта. - Надеюсь, эта пламенеющая не погибнет от здешнего холода, предложить мне ей нечего для согрева.
[Хьюстон Якудза] Продолжая спокойно покуривать трубку, попутно она проверяет сколько табака осталось в ней и понимает, что курить ей ещё минут 15. Довольствуясь количеством табака, Хьюстон уже подходит с Грейс ближе к столику с бокалами крови. Цепкими пальцами вампир хватает бокал за ножку и в этот момент открывается портал. Её засасывает чуть ли не первой, потому что эта чёрная дыра раскрылась рядом с ними. В моменте она проливает кровь на себя, роняет бокал и тот разбивается, а трубку она держит в левой руке очень крепко. От зависимости к табаку первое и самое ценное - трубка, которую она не отпустила бы. Беседовать о всякой фигне, конечно, не интересно, но лететь с огромной скоростью прямо на острые сосны куда более опаснее. В полете Хьюстон разворачивает свой корпус, котому что летит она изначально спиной и успевает засунуть трубку в ремешок на ноге. Освободив руки, девушка выставляет их вперёд и от испуга концентрирует большое количество льда под собой, образуя скользскую горку. Н...Ещё[Хьюстон Якудза] Продолжая спокойно покуривать трубку, попутно она проверяет сколько табака осталось в ней и понимает, что курить ей ещё минут 15. Довольствуясь количеством табака, Хьюстон уже подходит с Грейс ближе к столику с бокалами крови. Цепкими пальцами вампир хватает бокал за ножку и в этот момент открывается портал. Её засасывает чуть ли не первой, потому что эта чёрная дыра раскрылась рядом с ними. В моменте она проливает кровь на себя, роняет бокал и тот разбивается, а трубку она держит в левой руке очень крепко. От зависимости к табаку первое и самое ценное - трубка, которую она не отпустила бы. Беседовать о всякой фигне, конечно, не интересно, но лететь с огромной скоростью прямо на острые сосны куда более опаснее. В полете Хьюстон разворачивает свой корпус, котому что летит она изначально спиной и успевает засунуть трубку в ремешок на ноге. Освободив руки, девушка выставляет их вперёд и от испуга концентрирует большое количество льда под собой, образуя скользскую горку. Не успев встать на лёд ногами, она больно ударяется ягодицами о прочный лёд и уже летит по извилистой горке, а после с огромной скоростью влетает в гору снега прямо лицом. Таким образом, она застревает по грудь в этом снегу, пока часть ног болтается. Горка, в которую зарывается Хьюстон с головой, начинает таять. Для того, чтобы выбраться, она со злостью растапливает сухой снег и, отталкиваясь руками, выбирается из него. Потом раздражённо отряхивает от себя все холодные снежинки, не забывая про синие волосы. От испуга, когда летела вниз на сосны, она даже не пищит и не ругается, а быстро выходит из ситуации, но получается это не самым лучшим образом. Злостно поджав губы и нахмурив брови, она начинает глубоко дышать, но это только обжигает лёгкие холодным воздухом. Знойная и мерзкая погода никак не влияет на её тепло, потому что она мертвая, но за то, в случае бойни, это самая подходящая для неё местность. Пытаясь успокоиться, она вытаскивает ещё некогда тёплую трубку и видит, как весь табак рассыпался во время полёта и цокает. Теперь курить нечего. Выругавшись, Якудза прячет эту трубку обратно и замечает в чаще леса сладкий домик, съедобная дверь которого отворяется как по волшебству. По правде говоря, сладкое она и при жизни не любила, поэтому заходить не решалась, но ответы на все свои вопросы потребовать хотелось. Но она выжидает ещё какое-то время, чтобы дождаться кого-то ещё. Не может быть такого, чтобы она была одна, ведь она видела, как засосало всех. В момент вспоминает про своих соклановцев и оглядывается по сторонам. Теперь на место злости приходит сильная тревожность и переживания за них. — Чёрт. Надеюсь, все останутся живы... Чёртовы праздники, лучше бы дома осталась.
И всё-таки еë давний друг замечает Ванессу в толпе и наконец-то покидает свою компанию, чтобы провести время с ней. Наконец-то она не будет скучать в стороне и сможет приятно провести время в компании. Она даже улыбается тому, приветсвует и следует за ним, дабы выпить предложенный в дальнейшем напиток. Стоит ей потянуть руку, как в уголке глаза она что-то замечает и от этого оборачивается, но не видит ничего кроме толпы. Еë взгляд возвращается к собеседнику, как тут их двоих буквально утягивает в разные стороны порталом. А дальше... Падение. Быстро, словно камень, она вот-вот должна расшибится о землю. Но что-то подхватывает еë и постепенно она замедляется. Будь она одна, возможно, уже была бы мертва. Она слышит фразы, некоторые из которых адресованы ей. Еë острый слух без труда разбирает каждое слово. Она молчит, но на еë лице появляется лёгкая улыбка, как благодарность своему спасителю. Наконец-то она ступает на землю. Снег под ногами постепенно тает. Она в лёгком праздничном платье,...ЕщёИ всё-таки еë давний друг замечает Ванессу в толпе и наконец-то покидает свою компанию, чтобы провести время с ней. Наконец-то она не будет скучать в стороне и сможет приятно провести время в компании. Она даже улыбается тому, приветсвует и следует за ним, дабы выпить предложенный в дальнейшем напиток. Стоит ей потянуть руку, как в уголке глаза она что-то замечает и от этого оборачивается, но не видит ничего кроме толпы. Еë взгляд возвращается к собеседнику, как тут их двоих буквально утягивает в разные стороны порталом. А дальше... Падение. Быстро, словно камень, она вот-вот должна расшибится о землю. Но что-то подхватывает еë и постепенно она замедляется. Будь она одна, возможно, уже была бы мертва. Она слышит фразы, некоторые из которых адресованы ей. Еë острый слух без труда разбирает каждое слово. Она молчит, но на еë лице появляется лёгкая улыбка, как благодарность своему спасителю. Наконец-то она ступает на землю. Снег под ногами постепенно тает. Она в лёгком праздничном платье, но практически не ощущает холода. Огонь, питающий еë тело, согревает еë изнутри и это тепло ощущают существа находящиеся рядом на расстоянии 1-2 метров. - Вот тебе и праздник, - молвит совсем негромко рыжая, и подходя к саням, поправляет по пути растрепавшиеся волосы, а после добавляет, - Я смертная, но не замерзну, не беспокойтесь, могу даже помочь согреться, если необходимо. Ванесса осматривает двоих существ, находящихся с ней рядом. Она видела их на балу, но для неë они оставались по-прежнему незнакомцами. - Ванесса, - бросает внезапно рыжая, не задумываясь удобна ли ситуация, чтобы представиться. Она протягивает руку, словно для пожатия во время знакомства, но переворачивает ладонью верх, и на ней появляется обжигающий огонёк.
Подобно волне, накрывшей маленький корабль, драугры ринулись на громко смеющуюся девушку. Первым делом дух войны встретит град стрел, замеченный еще в самый момент запуска и навивающий до ужаса приятные воспоминания о славных войнах. Дождь из стрел – постоянный элемент стратегии, который присутствовал практически в любом военном конфликте, будь то прямое столкновение, где ряд лучников обстреливает вражескую фалангу или осада какой-нибудь крепости, являющейся важным стратегическим пунктом. Но речь сейчас шла не об этом, а о том, как именно Аттила избавиться от этой напасти. Для духа, в сущности которого «война» была ключевым понятием, не составило труда найти решение для образовавшейся проблемы. Тем более, если учитывать высокую реакцию Аттилы и способность призывать то, что уже использовалось в вооруженных конфликтах.
Вокруг духа формируется полупрозрачная материальная проекция боевого порядка, предназначенная для защиты от стрел и метательных снарядов. В проекции можно разгля
...Ещё
Подобно волне, накрывшей маленький корабль, драугры ринулись на громко смеющуюся девушку. Первым делом дух войны встретит град стрел, замеченный еще в самый момент запуска и навивающий до ужаса приятные воспоминания о славных войнах. Дождь из стрел – постоянный элемент стратегии, который присутствовал практически в любом военном конфликте, будь то прямое столкновение, где ряд лучников обстреливает вражескую фалангу или осада какой-нибудь крепости, являющейся важным стратегическим пунктом. Но речь сейчас шла не об этом, а о том, как именно Аттила избавиться от этой напасти. Для духа, в сущности которого «война» была ключевым понятием, не составило труда найти решение для образовавшейся проблемы. Тем более, если учитывать высокую реакцию Аттилы и способность призывать то, что уже использовалось в вооруженных конфликтах.
Вокруг духа формируется полупрозрачная материальная проекция боевого порядка, предназначенная для защиты от стрел и метательных снарядов. В проекции можно разглядеть множество прямоугольных щитов, сложенных таким образом, чтобы не оставить и малейшего окна для града стрел. Рано или поздно стрелы кончаться, а дух доберется до назойливой нечисти.
-Пали на войне, так не вставайте! – С этими словами Аттила буквально влетает в толпу чудовищ, по горизонтали перенаправляя призванные клинки, которые ранее находились за спиной. Девушка подобно центру крепления лопастей вертолета двигалась в толпе, где каждое создание стремившееся ее достичь, в итоге разрезалось пополам. Параллельно творившейся вакханалии и очень вовремя пролетающему гиганту, дух отправляет запрос четвертому разумному созданию их группы. Даже если оружие Эйнха – Мьельнир созданием было назвать тяжело, то разум там определено ощущался.
В случае если связь будет установлена и молот поделиться частицей силы, Аттила наполнит клинок в руке энергией, вызывающей электрические искры вокруг лезвия. После чего оружие ловким броском будет запущено в голову одного из мертвецов, вызывая цепную реакцию, предполагающую переход молнии с одной точки (мертвеца) на другие. И чем больше и ближе трупы находятся друг к другу, тем масштабнее будет электрическая цепочка.
Белладонна сделала очередной глоток, после чего её тело мотнуло в сторону, а дальше последовало открытое падение. Первой собравшейся мыслью в голове было предположение о том, что в бокал с вином что-то подмешали и вот, девушка благополучно ловит приход, но поймав в лицо шквал холодного воздуха, от коего спёрло дыхание, рудая поняла, что происходит какая-то чертовщина. Падение не может быть спокойным, но по мере приближения к земле Донна осознала, что падает как бы жестока не была фортуна, прямиком на верхушку мёртвой сосны. Времени мало. Идей тоже. А смерть в перспективе бездействия слишком уж глупая, поэтому единственное, что смогла сделать Рудая достаточно быстро, чтобы не напороться брюхом на кол – это выставить под собой барьер. Но будучи обуянной паникой, девушка не рассчитала силу и взмахом руки, формируя под собой водородный настил, вместо того чтобы сгладить падение, откинула себя в сторону. Очередной, куда более молниеносный полет, но уже по горизонтальной траектории сглади
...Ещё
Белладонна сделала очередной глоток, после чего её тело мотнуло в сторону, а дальше последовало открытое падение. Первой собравшейся мыслью в голове было предположение о том, что в бокал с вином что-то подмешали и вот, девушка благополучно ловит приход, но поймав в лицо шквал холодного воздуха, от коего спёрло дыхание, рудая поняла, что происходит какая-то чертовщина. Падение не может быть спокойным, но по мере приближения к земле Донна осознала, что падает как бы жестока не была фортуна, прямиком на верхушку мёртвой сосны. Времени мало. Идей тоже. А смерть в перспективе бездействия слишком уж глупая, поэтому единственное, что смогла сделать Рудая достаточно быстро, чтобы не напороться брюхом на кол – это выставить под собой барьер. Но будучи обуянной паникой, девушка не рассчитала силу и взмахом руки, формируя под собой водородный настил, вместо того чтобы сгладить падение, откинула себя в сторону. Очередной, куда более молниеносный полет, но уже по горизонтальной траектории сгладить было куда сложнее. Неизвестно было и как, и на что, девушка напорется спиной, поэтому снова было принято волевое решение выставить барьер, но уже с большей концентрацией. Удар. Белладонна не рассчитала время и не успел замахнуться. Основной удар пришёлся на спину. Сосне, в ствол которой девушка благополучно вписалась, можно было бы и позавидовать, поскольку хруст, сопроводивший симфонию падения рудой исходил не от бедного величественного дерева, а спины юной особы, что пред окончательным, последним на сегодня падением с высоты, сделала хриплый вздох, прежде чем погрузиться в сугроб, который оказался настолько глубоким, что покрыл тело девушки сверху.
Из-под внушительной кучи снега послышался глухой, протянутый писк. Это Белладонна выпускает страх, что сжался в её груди во время падения, на который не было времени в процессе.
Оторавишись, ползком, девушка выбралась из-под белого покрывала. Какое благо, подумалось ей, руки и ноги на месте, и функционируют. Опираясь на локти, приподнимая тело, Белладонна огляделась по сторонам и приметив два силуэта столь же молча решилась подняться.
– Дамы – воскликнула она, отряхивая платье от снега, переставляя ноги в босоножках на тоненьких шпилька – Вы там как? Живы? – произнесла она достаточно громко, стараясь чтобы за ещё не восстановившимся дыханьем возможно было разобрать речь.
Перебирая ногами, приближаясь к силуэту Хьюстон, более-менее успокоившись, Донна поняла, что тело её охватывает холод, а в босоножках по пересечённой местности двигаться труднее, нежели без их. Посему было принято безответственное решение скинуть неудобную, вовсе не спасающую от холода обувь и продолжить своё движение без неё.
Не нужно было намекать ей о том, что их транспортировка окончена. Как только змееокий ступил на снег, босоногая гаруспик отпустила плечо Ороти, тут же отходя в сторону. Шлейф волос тонет в снегу за ее спиной, ровно как и сама лиса - с ее ростом сугробы доходят ей почти до середины икр. Ткань предательски мокнет, противно прилипает к бледной, покрытой мурашками, коже. Цисин с отвращением мотает головой из стороны в сторону, когда ее ноги пытаются «прощупать» землю, чтобы изучить местность. Благодаря животной ипостаси, Поднебесная ярко ощущает запах горячей крови. Видит, как нить жизни бедного существа дрожит и трепещет, в последних вздохах. Сладкая, такая легкая жертва. Гудзе разительно меняется внешне. Присутствие в новом пространстве, встряска и гнев, проснувшийся внутри - явились ключевыми моментами для того, чтобы истощилась ее физическая оболочка. Лицо Хи претерпело изменения - алые, кроваво крашеные губы растянулись в неестественном, зверином оскале - разрез рта увеличился от лево...ЕщёНе нужно было намекать ей о том, что их транспортировка окончена. Как только змееокий ступил на снег, босоногая гаруспик отпустила плечо Ороти, тут же отходя в сторону. Шлейф волос тонет в снегу за ее спиной, ровно как и сама лиса - с ее ростом сугробы доходят ей почти до середины икр. Ткань предательски мокнет, противно прилипает к бледной, покрытой мурашками, коже. Цисин с отвращением мотает головой из стороны в сторону, когда ее ноги пытаются «прощупать» землю, чтобы изучить местность. Благодаря животной ипостаси, Поднебесная ярко ощущает запах горячей крови. Видит, как нить жизни бедного существа дрожит и трепещет, в последних вздохах. Сладкая, такая легкая жертва. Гудзе разительно меняется внешне. Присутствие в новом пространстве, встряска и гнев, проснувшийся внутри - явились ключевыми моментами для того, чтобы истощилась ее физическая оболочка. Лицо Хи претерпело изменения - алые, кроваво крашеные губы растянулись в неестественном, зверином оскале - разрез рта увеличился от левого до правого мыщелка нижней челюсти. Черты стали грубее - вечное раздражение, смещенные брови к переносице и недовольный прищур. Острые, заточенные зубы, которых касается длинный, тонкий язык, слизывающий слюну. Усмехнувшись, Хи подносит когтистую, деформированную монструозную ладонь к своей пасти. Позиция демона ее разочаровывает, и она, огрызнувшись, заключает: — Чтобы найти свою подругу мне не нужны органы этого создания. Неужели ты не ощутил ? Мощь и ауру? Дракон - Лунь не так далеко. А что до неразумного.. В этот миг стопы разворачиваются в направлении умирающего зверя. На, само собой неуместную попытку представиться в таком положении, лиса лишь едва кивнула, играя «жвалками», смыкая челюсть. Выдыхая клубок пара, сопровождая рождающимся рычанием в грудиной клетке, лисица шипит:
- Тебя действительно волнует то, что эта бесполезная оболочка способна нам помочь?! Обмяк ты, Демон. Учти - держать рядом голодного хищника опасно. Я заберу его жизнь, когда его судьба будет исполнена. С неким разочарованием следя за тем, как змееокий решился спасти мясо, Хи тем временем ощупывала пространство вокруг, о чем говорила пелена, клубящая в склере ее очей. Сознание подмечает целостность и третьей оболочки - той, что наделена магией, но разительно отличается от природы Божков. Таким образом, голодной, вырывающейся из заточения физической оболочки хи-цзин, придется терпеть мягкосердечность своих спутников. Природную энергетику Гудзе явно можно ощутить и на расстоянии, что случилось и с самой Хи - когда та почувствовала, что Лунь приняла свой истинный лик. - Мрак.
Хьюстон и Беладонна успешно справились с проблемой приземления, чего нельзя сказать о мисс Шпильман. В отличие от своих спутниц, она была обычным человеком. И жестокие силы физики мира не стали с ней церемониться. Набирая все большую скорость под силой гравитации, она пытается зацепиться за одну из сосен, но какими бы она превосходными физическими навыками не обладала — она человек, а скорость падения слишком высока. Схватившись за ветку, она повреждает собственные руки. Кости выходят из плечевого сустава, принося девушке адскую боль, а скольжение по неровному стволу дерева, по веткам и многочисленным сучкам встречающимся на пути, приводит к повреждению кожного покрова. Плоть девушки буквально счесывается об многовековой ветви дерева, и на землю она уже падает порядком израненная, без способности контролировать поврежденные руки. Хорошо, если она ещё живая и возможно ее спутницы успеют предпринять что либо ради ее спасения. Тем временем дверь домика так о останется приглашающе открытой...ЕщёХьюстон и Беладонна успешно справились с проблемой приземления, чего нельзя сказать о мисс Шпильман. В отличие от своих спутниц, она была обычным человеком. И жестокие силы физики мира не стали с ней церемониться. Набирая все большую скорость под силой гравитации, она пытается зацепиться за одну из сосен, но какими бы она превосходными физическими навыками не обладала — она человек, а скорость падения слишком высока. Схватившись за ветку, она повреждает собственные руки. Кости выходят из плечевого сустава, принося девушке адскую боль, а скольжение по неровному стволу дерева, по веткам и многочисленным сучкам встречающимся на пути, приводит к повреждению кожного покрова. Плоть девушки буквально счесывается об многовековой ветви дерева, и на землю она уже падает порядком израненная, без способности контролировать поврежденные руки. Хорошо, если она ещё живая и возможно ее спутницы успеют предпринять что либо ради ее спасения. Тем временем дверь домика так о останется приглашающе открытой…
- За себя скажу, что цела. - отзываясь на встречный вопрос вампира, Лунь поочередно проверила все свои конечности на наличие переломов, но таковых не обнаружила. Судя по тому, что голоса девушки и мужчины были довольно спокойными, если не считать того, что они как и Иссиня-черная были несколько удивлены своим внеплановым перемещением, она справедливо решила, что все отделались лишь лёгким испугом. Ну, уже хорошо, лечить не придется. Вопрос о каком-то Депрессняке драконицей был встречен с явным удивлением на морде, на человеческий манер вопросительно изогнув дугой левую бровь. Правда, быстро сошедшим, когда она услышала что это разговор о каком-то представителе кошачьих. Нет, кота при своем приземлении она не заметила, но все же поспешила быстро вскочить на все четыре лапы, а то не дай бог она умудрилась похоронить под собой бедную животинку? По-лебединому изогнув длинную шею, она внимательно заглянула под собственное брюхо взглядом выискивая там наличие кого-нибудь живого. Но не обнару...Ещё- За себя скажу, что цела. - отзываясь на встречный вопрос вампира, Лунь поочередно проверила все свои конечности на наличие переломов, но таковых не обнаружила. Судя по тому, что голоса девушки и мужчины были довольно спокойными, если не считать того, что они как и Иссиня-черная были несколько удивлены своим внеплановым перемещением, она справедливо решила, что все отделались лишь лёгким испугом. Ну, уже хорошо, лечить не придется. Вопрос о каком-то Депрессняке драконицей был встречен с явным удивлением на морде, на человеческий манер вопросительно изогнув дугой левую бровь. Правда, быстро сошедшим, когда она услышала что это разговор о каком-то представителе кошачьих. Нет, кота при своем приземлении она не заметила, но все же поспешила быстро вскочить на все четыре лапы, а то не дай бог она умудрилась похоронить под собой бедную животинку? По-лебединому изогнув длинную шею, она внимательно заглянула под собственное брюхо взглядом выискивая там наличие кого-нибудь живого. Но не обнаружив таковых быстро замотала головой. - Нет, подо мной его не было. Переминаясь с лапы на лапу, отчего по округе разносился громкий треск снега, Иссиня-черная решила осмотреться, пока остальные выбирались со своих мест приземления. Н-да, атмосфера вокруг царила далеко не праздничная: слишком мрачным казалось место их приземления. Даже, гнетущим. Куда ни глянь, всюду лежал снег и кроме них поблизости не было ни единой души. Ну, если не считать бедного, пострадавшего деревца, на которое так "удачно" приземлился один из спутников. Ей даже стало его искренне жаль, ведь никакому живому существу не пожелаешь такого конца. Итак жизнь медом не казалась среди этой ледяной пустыни, а тут ещё чье-то вторжение переломало тебе все "конечности". Но стоило ей об этом подумать, как от деревца потянуло сильным магическим фоном, который Иссиня-черная почувствовала собственным телом. - О, как. - навострив уши, что до этого момента висели с боков головы драконицы, она с любопытством наблюдала как дерево, стоило мужчине подняться с его ветвей, источая зеленоватое свечение, начало самостоятельно приводить себя в более-менее нормальное состояние. Если, конечно, таковым можно назвать иссушенные холодом и ветром голые ветви. Но по крайней мере теперь оно стояло, а не было грудой дров. Уже хорошо. - Хватает сил лишь на поддержание жалкого существования... - тихо прошипев, она задумчивым видом потянулась мордой к ветвям нависая собственной громадой над стоявшей подле дерева девицей.
Предположение ей показалось логичным и таким до боли знакомым. Ведь когда-то и в ее собственных землях так и началась история мироздания: было едва живое сердце погибшего мира и оно кричало о помощи со стороны. И крик его был услышан. С шумом нос опять втянул воздух, в попытке уловить хоть какую-то подсказку о принадлежности дерева в какому-либо виду. И, Хвала Небесам, она была услышана: запах отдавал цитрусовым вкусом, напоминая о спелых рыжих фруктах. Мандариновое дерево, такое любимое и находящееся в почете у народов Востока. Символ... Нового года, точно! Мертвый и требующий того, чтобы его воскресили. Мысль о том, что это может быть какой-то зацепкой и ключом к некой загадке, что позволит им выбраться из этого мира, отразилась в голове Иссиня-черной призрачной надеждой. - Сейчас организуем. - для такой большой махины она весьма резво подалась назад от дерева, услышав просьбу о предоставлении воды. Передними лапами, а также и хвостом, что быстро перекинулся ближе к голове, Лунь резв...ЕщёПредположение ей показалось логичным и таким до боли знакомым. Ведь когда-то и в ее собственных землях так и началась история мироздания: было едва живое сердце погибшего мира и оно кричало о помощи со стороны. И крик его был услышан. С шумом нос опять втянул воздух, в попытке уловить хоть какую-то подсказку о принадлежности дерева в какому-либо виду. И, Хвала Небесам, она была услышана: запах отдавал цитрусовым вкусом, напоминая о спелых рыжих фруктах. Мандариновое дерево, такое любимое и находящееся в почете у народов Востока. Символ... Нового года, точно! Мертвый и требующий того, чтобы его воскресили. Мысль о том, что это может быть какой-то зацепкой и ключом к некой загадке, что позволит им выбраться из этого мира, отразилась в голове Иссиня-черной призрачной надеждой. - Сейчас организуем. - для такой большой махины она весьма резво подалась назад от дерева, услышав просьбу о предоставлении воды. Передними лапами, а также и хвостом, что быстро перекинулся ближе к голове, Лунь резво стала сгребать окружавший ее снег поближе к краю земли, которую к тому времени уже успела очистить своей магией эльфийка. Вот с чем-чем, а с наличием воды проблем у них быть не должно: снега вокруг было навалом! Оставалось лишь привести его в должное состояние. Похлопывая лапами образовавшуюся гору снега, дабы та стала более плотной, драконица перешла к следующему этапу. Встав перед своим снежным творением, она запрокинула голову к небу. Для устойчивости широко расставила лапы, впивая когтями в толщу снега. Шумно втягивая воздух в лёгкие, буквально на мгновение драконица замерла. В груди ее зарокотало, словно там поселился рой шумных насекомых. А затем, опустив голову, она раскрыла клыкастую пасть над вершиной огромного сугроба, дабы выпустить скопившийся воздух. Но не одним быстрым выдохом, ведь ей сейчас не нужно было устраивать здесь бурю. Напротив, делала она это постепенно, выдыхая из своих лёгких раскаленный воздух, чтобы лишь воздействовать этим на снег, обращая его в талую воду. Стекая с возвышения вниз, она разлилась по земле живительной влагой, стараясь вдоволь напитать корни дерева и проклюнувшуюся молодую траву.
Ситуация в которой они оказались хуже некуда, не понятно где и не понятно для чего, пока уж естественно эльфийку не посетила мысль, оживить данное дерево, дабы оно вновь расцвело, но так же она потеряла своего кота. "Деприсняк". Вот так имя. Обычно называют их как Пушок или ещё как-то, но тут кличка действительно странная. Эльфийка стала разогревать землю от мерзлоты, а дракониха топить снег своим тёплым дыханием, а что мог сделать сам Аргон, кроме как просто стоять и смотреть на данные магические трюки? Для начала он испил из своей фляги очередной алкоголь, а после вытер губы от его остатков. - Та-а-а-ак, ладно. Есть небольшая затея, хотя она наверное глупая. Достав с пояса собственной одежды небольшой мешочек и рассыпав прах из него на снегу, вампир с помощью древних знаний некромантии сформировал из этого праха несколько изуродованных скелетов в средневековой броне. У одних не было рук, у других головы, а некоторые вообще изрешечены стрелами. - Так. Разделитесь на 3 команд...ЕщёСитуация в которой они оказались хуже некуда, не понятно где и не понятно для чего, пока уж естественно эльфийку не посетила мысль, оживить данное дерево, дабы оно вновь расцвело, но так же она потеряла своего кота. "Деприсняк". Вот так имя. Обычно называют их как Пушок или ещё как-то, но тут кличка действительно странная. Эльфийка стала разогревать землю от мерзлоты, а дракониха топить снег своим тёплым дыханием, а что мог сделать сам Аргон, кроме как просто стоять и смотреть на данные магические трюки? Для начала он испил из своей фляги очередной алкоголь, а после вытер губы от его остатков. - Та-а-а-ак, ладно. Есть небольшая затея, хотя она наверное глупая. Достав с пояса собственной одежды небольшой мешочек и рассыпав прах из него на снегу, вампир с помощью древних знаний некромантии сформировал из этого праха несколько изуродованных скелетов в средневековой броне. У одних не было рук, у других головы, а некоторые вообще изрешечены стрелами. - Так. Разделитесь на 3 команды, где будет по 2 мертвяка. Один копает кучу снега, другой от этой кучи снега прокапывает дорожку к дереву. Сделаем своеобразный акведук. Вперёд! Скелеты посмотрели друг на друга, пожали плечами или даже плечом и разбрелись вокруг дерева выполняя приказ. А сам Аргон тем временем достал в очередной раз флягу и испил из неё алкогольный напиток, а затем убрал её обратно в карман своей накидки, которая прикрывала его броню. Он был параноиком и всегда был в броне и оружием, если вдруг что-то пойдёт не по плану.
Обратив внимание на пришедшую в себя носительницу пламени, Ороти не беспокоился о том что спасенный им олень побежит куда-то или решит атаковать от испугу. Подхватив ладошку девушки и целуя её, шикигами выровнялся под недовольную тираду лисицы и закатил на мгновенье глаза, сцепив руки за спиной. - Ямато Но Ороти или просто же Ороти, на крайний случай Падший. - Прикрыв блеснувшие золотом глаза, шикигами спокойно обратился уже непосредственно к той, что решила наконец оскалиться и высказать, за его методы работы. - Хи, говоришь про мощь и ауру? Тогда ответить мне, ощутит ли гора бросок по ней галькой? Отреагирует ли как-то зверь на присутствие его детёнышей играющихся в логове? Мне право стыдно за тех драконов, которых вы посчитали оплотом силы. Без обид, но не дотягивает она до взрослой особи, скорее до подросшего выводка.-Лениво направив ладонь в противоположную от себя сторону, под влиянием сил Падшего, ветер до этого спокойно гуляющий по их местопребыванию средь деревьев, усилился по...ЕщёОбратив внимание на пришедшую в себя носительницу пламени, Ороти не беспокоился о том что спасенный им олень побежит куда-то или решит атаковать от испугу. Подхватив ладошку девушки и целуя её, шикигами выровнялся под недовольную тираду лисицы и закатил на мгновенье глаза, сцепив руки за спиной. - Ямато Но Ороти или просто же Ороти, на крайний случай Падший. - Прикрыв блеснувшие золотом глаза, шикигами спокойно обратился уже непосредственно к той, что решила наконец оскалиться и высказать, за его методы работы. - Хи, говоришь про мощь и ауру? Тогда ответить мне, ощутит ли гора бросок по ней галькой? Отреагирует ли как-то зверь на присутствие его детёнышей играющихся в логове? Мне право стыдно за тех драконов, которых вы посчитали оплотом силы. Без обид, но не дотягивает она до взрослой особи, скорее до подросшего выводка.-Лениво направив ладонь в противоположную от себя сторону, под влиянием сил Падшего, ветер до этого спокойно гуляющий по их местопребыванию средь деревьев, усилился подымая снег словно при снежной бури уплотнясь и сдавливая несколько огромных стволов с такой силой, что те под собственный треск и громкий хлопок разлетелись обломками, и только по его спутницам и самому Ороти они не попадали из-за созданного воздушнго барьера. Со вздохом подавив короткую вспышку своего недовольства и давая снегу опасть обратно, Древний дракон продолжил. -Возможно в мои времена драконами и считались необъятные взору чудовища из темных глубин воды, бездонных недр земли или тех кто парит в бескрайних Небесах. Если же сейчас дракон, это пресловутая откормившаяся ящерица, то называй и меня чудовищем.- Потеряв всякий интерес продолжать разглагольствовать на тему того, какими драконы были в его времена, Падший вновь подошёл к спасённому им оленю, успокаивая его и проводя ладонью по его морде, он посмотрел на ведьму краем глаза. -Ванесса, могла бы ты проверить, что завалялось в мешке? Я думаю, эти сани если и попытаться починить, это займет некоторое время. Хотелось бы, чтобы ваши тела не испытывали дискомфорта от голода и не испустили дух.- Посмотрев в сторону чащи леса что их окружала, шикигами вытягивает руку по направлению веток прорастающих где-то посередине ствола и выпускает из фиолетового огонька на ладони длинный змеиный скелет, что со скоростью пущенной стрелы попадает в увиденное им дупло и костлявой пастью намертво хватает двух упитанных белок, переламывая им при смыкании челюстями их тоненькие шейки и скелет змеи втягивается обратно, оставляя меж пальцев шикигами тушки мелких зверьков. - Я не силён в готовке, да и времени на неё у нас не так много, так что вот, освежевать да сжарить их думаю для вас проблемой не будет.
Копье летит верно и с коротким звоном вонзается в цель, застревает прямо во лбу ледяного гиганта примерно до половины древка. От такого мощного удара лёд начинает крошиться, покрываться трещинами, но сам атронах, кажется, чувствует себя великолепно. Этого мало. Данная умная мысль проносится в голове блондина как раз в тот момент, когда над ним закрывает мир тенью увесистая рука голема. Меньше секунды на раздумья - скачок на теневую сторону мира. Знакомых троп все ещё нет, но есть серебряный обелиск - его копье, торчащее в голове существа. К нему и потянулась искореженная душа Йена, чтобы материализоваться потом в подлунном мире зацепившись за древко. Исчезнув в чёрном тумане и появившись из него же, Йен слышит оглушительный грохот. Это атронах обрушил сокрушительный удар на то место, где только что был сам мужчина. Тело гиганта вместе с повисшим на копье Вандербумом нехило тряхнуло, но тот удержался и даже упёрся обеими ногами в лёд, приобретая более устойчивую горизонтальную позу. Пок...ЕщёКопье летит верно и с коротким звоном вонзается в цель, застревает прямо во лбу ледяного гиганта примерно до половины древка. От такого мощного удара лёд начинает крошиться, покрываться трещинами, но сам атронах, кажется, чувствует себя великолепно. Этого мало. Данная умная мысль проносится в голове блондина как раз в тот момент, когда над ним закрывает мир тенью увесистая рука голема. Меньше секунды на раздумья - скачок на теневую сторону мира. Знакомых троп все ещё нет, но есть серебряный обелиск - его копье, торчащее в голове существа. К нему и потянулась искореженная душа Йена, чтобы материализоваться потом в подлунном мире зацепившись за древко. Исчезнув в чёрном тумане и появившись из него же, Йен слышит оглушительный грохот. Это атронах обрушил сокрушительный удар на то место, где только что был сам мужчина. Тело гиганта вместе с повисшим на копье Вандербумом нехило тряхнуло, но тот удержался и даже упёрся обеими ногами в лёд, приобретая более устойчивую горизонтальную позу. Пока атронах не додумался до следующего удара, а все ещё возвращал руку в изначальное положение, Йен глубже проталкивает копье в массу льда, прокручивает и обламывает внутри голема наконечник. Времени вытаскивать его уже нет, мало ли гигант решит ударить самого себя кулаком по лбу и прихлопнуть его. Оттолкнувшись ногами от ледяной рожи, Йен падает спиной назад и делает кувырок, приземляясь на ноги. На секунду вскидывает взгляд почерневших глаз вверх и довольно ухмыляется, а затем спешит убраться из под ног атронаха, пока тот его не расплющил. Он явно играл на медлительности ледяной глыбы, петляя по снежному покрову, и вот он уже неподалёку от своих спутников в орде драугров. Ни темноволосая девушка, ни воин явно в помощи не нуждаются, но Йен и не затем здесь, чтобы их спасать. И на его долю хватит гнилых трупов. От бросившегося на него с копьем драугра он уходит легким проворотом корпуса в сторону, вдоль древка. Ржавое орудие ни в какое сравнение не идёт с зачарованным копьем, но оно увы застряло в теле атронаха, и уже делает свою работу. Схватившись за оружие трупа, Йен сильным тычком ладони в подбородок буквально сбивает черепушку воина, а после выдирает копье из его мертвых пальцев. И вовремя - в его сторону поля битвы уже приближаются остальные павшие. Выдох-вдох. Он не чувствует холода или усталости. Только азарт боя, подогревающий кости изнутри, терзающий многовековую чёрную душу. Вандербум врывается в толпу нечистей наперевес с копьем. Начинает кружиться, отбиваясь то древком, то наконечником, сносит черепушки прицельными ударами, пронзает сгнившие сердца. Его тоже рвут, кусают, терзают мечами и топорами, из каждого пореза на бледной коже Демона Шифра сочится чернильный туман. Тем временем, наконечник копья Йена внутри атронаха продвигается все глубже в толще льда. Трещины становятся отчетливее, масштабнее, лёд скрипит и расходится. Серебряный кусочек металла начинает источать тот же чернильный туман души своего хозяина, и чернота бежит по трещинам во льду. Повреждения голема не масштабные, но и не этого Йен добивался. ”Ты. Мой” Поражённый чумой души Демона Шифра, атронах переходит в контроль к носителю копья.
НПС: мандариновое дерево. После некоторых действий, которые воспроизвели вторая команда, постепенно ветки маленького девца начали укрепляться, подниматься вверх к солнечному источнику. Сама небольшая крона деревца тоже словно обросло новой корой, укрепляя дерево новой защитой от холода. Оно снова ожило волшебным образом, хороший знак, что участники задания делают все правильно. Через несколько минут на уже окрепших ветках появляются почки, а после распускаются в молодые листики, от которых теперь уже приятно пахнет мандаринами. Плоды также появляются по волшебству на маленьком деревце, что ветки начинают прогибаться под тяжестью небольших мандаринов. Дерево словно благодарит их за свое спасение и дарит им свои плоды. Задание было выполнено и теперь дорожка в лесу, куда им нужно было последовать, красной нитью появляется на деревьях. Теперь это их новый путь, который нужно исследовать. Аура — 1 Искупление. Аргон — 1 Искупление. Лунь — 1 Искупление.
НПС: Олень. С небольшой заснеженной полянки раздался пронзительный визг, а после чуть более тихий хрип и хруст снега. А затем всë затихло. Только зверинные стоны и нечастые похрустывания снега всë так же доносились всë оттуда же. Олень. Весь перепачканый кровью, с пробитым боком и торчащей из него веткой. Тянущий за собой кровавый след и так жалобно зовущий на помощь. Из последних сил зверь пытается высмотреть что-то или кого-то, беспомощно оглядываясь по сторонам. В попытках встать всë более явно угасает надежда на спасение, а вместе с ней угасает и жизнь изящного рогатого животного. К счастью, его заметили в темноте этого мрачного леса. Животное жалостливо промычало, ткнуло мордочкой оставшимися силами Ороти в руку и снова упало на землю. Прикрыв свои глаза, олень старается размеренно дышать и не дёргать конечностями, когда его лечат. Происходит это быстро и, по удивлению, волшебно. Рана затянулась, а олень словно впитал в себя энергию, которую растерял. Раскрыв веки, рогатое животно...ЕщёНПС: Олень. С небольшой заснеженной полянки раздался пронзительный визг, а после чуть более тихий хрип и хруст снега. А затем всë затихло. Только зверинные стоны и нечастые похрустывания снега всë так же доносились всë оттуда же. Олень. Весь перепачканый кровью, с пробитым боком и торчащей из него веткой. Тянущий за собой кровавый след и так жалобно зовущий на помощь. Из последних сил зверь пытается высмотреть что-то или кого-то, беспомощно оглядываясь по сторонам. В попытках встать всë более явно угасает надежда на спасение, а вместе с ней угасает и жизнь изящного рогатого животного. К счастью, его заметили в темноте этого мрачного леса. Животное жалостливо промычало, ткнуло мордочкой оставшимися силами Ороти в руку и снова упало на землю. Прикрыв свои глаза, олень старается размеренно дышать и не дёргать конечностями, когда его лечат. Происходит это быстро и, по удивлению, волшебно. Рана затянулась, а олень словно впитал в себя энергию, которую растерял. Раскрыв веки, рогатое животное поднимается на своих копытах, вертит головой по сторонам и благодарственно тёплым носом утыкается снова спасителю в ладонь. После чего, олень пропадает, словно его и не было, а это значит, что задание закончено. На земле осталась только повозка с игрушками в большом красном мешке, а по дорожке, куда им нужно последовать, ведёт красная, сверкающая нить, что связывает между собой каждое деревцо. Новый путь их ожидает, но опять же, неизвестно куда... Ороти — 1 Искупление.
Благодетель искусителя явно раздражает Поднебесную. Все его колкие и, безусловно не точные замечания, пропускаются Гудзе мимо ушей. Если уж Божок не в силах отличить Лунь-Ван от остальных собратов - вопросы о его существовании и опыте отпадают сами собой. Да и тем более - Иссиняя Лунь сама разберется с тем, кто осмелился ее сравнить с ящерицей. Пока что, пробуждающуюся от голода - не физического, как скудно мог подумать Ороти, предложив испробовать убогое беличье мясо - истончающаяся физическая оболочка Хи дает большую и большую брешь. Лисью тень поразили значительные изменения. Она отбрасывала теперь минимум пятерку эфемерных, незримых для простых смертных, но так давяще ментально, ощущаемых огромных хвостов. Хвостов, что подобно живым, отдельным существам тянулись в разные стороны в поисках лишь одного - человеческой плоти, крови. И Фантазий. Частично все мифы про трикстеров в лисьем обличье имели место быть. Ци-зцин действительно питалась деликатесами - желаниями и самыми сокровенны...ЕщёБлагодетель искусителя явно раздражает Поднебесную. Все его колкие и, безусловно не точные замечания, пропускаются Гудзе мимо ушей. Если уж Божок не в силах отличить Лунь-Ван от остальных собратов - вопросы о его существовании и опыте отпадают сами собой. Да и тем более - Иссиняя Лунь сама разберется с тем, кто осмелился ее сравнить с ящерицей. Пока что, пробуждающуюся от голода - не физического, как скудно мог подумать Ороти, предложив испробовать убогое беличье мясо - истончающаяся физическая оболочка Хи дает большую и большую брешь. Лисью тень поразили значительные изменения. Она отбрасывала теперь минимум пятерку эфемерных, незримых для простых смертных, но так давяще ментально, ощущаемых огромных хвостов. Хвостов, что подобно живым, отдельным существам тянулись в разные стороны в поисках лишь одного - человеческой плоти, крови. И Фантазий. Частично все мифы про трикстеров в лисьем обличье имели место быть. Ци-зцин действительно питалась деликатесами - желаниями и самыми сокровенными мечтами, создавая для своей еды морок, чтобы эмоции были значительно сочнее. А сейчас с ней находилось лишь двое. Девчонка и змей. Поднебесная, плотоядно скалясь, позволяет парочке хвостов устремиться к целям. Рыжевласка ощутит это тяжелое, удушливое давление в атмосфере вокруг, когда один из хвостов словно змей ( эх, сравнения), оплетет ее ноги, смакуя, впитывая - осязая. Второй хвост удостоит Ороти своим вниманием, но совсем иначе. Он, словно вторя его повадкам, коими одарил змей на балу, зависнет прямо перед ним, незримый. И лишь кончик хвоста укажет на его левое плечо... Путы лисьего морока оставят в покое своих отмеченных спутников, и гудзе, параллельно со всем этим подмечающая объемы красного мешка, хмыкнет. - Не знаю как вы, но я вижу, куда ведет нить Лунь. И не намерена сидеть здесь... А это... Пятерка хвостов резким движением обволакивает, обхватывает и сдерживает пойманный мешок, наглым образом воруя его. В следующий миг, ловко маневрируя, миниатюрная плутовка срывается с места по направлению этой красной нити, что чудным образом пересекается с ее личной - бирюзовой нитью Лунь, видимой только Гаруспик. Таким образом, Хи, в несамом лучшем пограничном состоянии, уволакивает за собой мешок, не заботясь - выронит ли что ненароком, или нет. Слепая лисица нашла путь к своей подруге, так что эта обманщица всеми способами доберётся до нее - пока не стало слишком поздно. Поздно для зверя, что разрывает звенья естества Поднебесной.
НПС: Мёртвая невеста. Агата погибла от руки человека, обещавшего любить её и лелеять, но жестоко обманувшего ожидания девы. Сильное чувство обиды не дало ей уйти в иной мир. Она восстала из мёртвых. Рост Агаты составлял 175 сантиметров. При жизни она была красавицей, однако и смерть не сильно изуродовала её. Фигура также осталась стройной и изящной. Глаза стали ещё шире, губы приобрели фиолетовый оттенок. Кожа грязно-зелёная. Волосы собраны в пучок. А две пряди были распущены. На ней свадебное платье с брительками, испачканное грязью, с облегающим корсетом и фатой. Само платье имело многослойную юбку, что позволяло закрыть ноги. Из обуви лишь простые балетки. Посреди ночи, она замечает синеволосую девушку. Говорить Агата не умела и единственный способ, которым смогла дать понять об её присутствии, так это – туман и лёгкий звук шагов. Она подошла к ней, держа в руках букет завядших цветов. Взгляд её был озадачен. Мертвая невеста прошла рядом с ней, маня за собой и приводя девушку обратн...ЕщёНПС: Мёртвая невеста. Агата погибла от руки человека, обещавшего любить её и лелеять, но жестоко обманувшего ожидания девы. Сильное чувство обиды не дало ей уйти в иной мир. Она восстала из мёртвых. Рост Агаты составлял 175 сантиметров. При жизни она была красавицей, однако и смерть не сильно изуродовала её. Фигура также осталась стройной и изящной. Глаза стали ещё шире, губы приобрели фиолетовый оттенок. Кожа грязно-зелёная. Волосы собраны в пучок. А две пряди были распущены. На ней свадебное платье с брительками, испачканное грязью, с облегающим корсетом и фатой. Само платье имело многослойную юбку, что позволяло закрыть ноги. Из обуви лишь простые балетки. Посреди ночи, она замечает синеволосую девушку. Говорить Агата не умела и единственный способ, которым смогла дать понять об её присутствии, так это – туман и лёгкий звук шагов. Она подошла к ней, держа в руках букет завядших цветов. Взгляд её был озадачен. Мертвая невеста прошла рядом с ней, маня за собой и приводя девушку обратно к тем же статуям с омелой ожидая её действия и глупо хлопая глазами.
Мы используем cookie-файлы, чтобы улучшить сервисы для вас. Если вы младше тринадцати лет, настроить cookie-файлы должен ваш законный представитель. Больше информации
Комментарии 110
Как только путники подойдут ближе, внезапный порыв ветра всколыхнёт снежный покров и покажет видения во вьюге. События былого раскроются перед глазами, расскажут историю этого места.
Ирис и Вилландрель, точнее их призраки, проходят в дом и беззвучно смеются. Вьюга переображает полуразрушенную хижину, и уже кажется будто дом стоит совсем новым и нарядным, как-будто молодожены собираются что-то отмечать. Горят призрачные свечи на ступенях у входа, за окнами нарядно мерцают лампы, а ёлочка у дома украшена конфетами и искусно раскрашенными деревянными игрушками.
Призраки заходят в дом, но дверь остаётся открытой — будто приглашая заглянуть в прошлое и узнать печальную историю Ириса и Вилландрель.
Снежное поле встретило группу стужей и морозным ветром. Холод ледяными иглами забирался под одежду, заставлял волосы покрываться корочкой инея, а выдыхаемый пар опадать снежинками на землю.
В тени деревьев показалось какое-то движение. Синие огни зажглись один за одним, и с каждой секундой их становилось все больше. Это стояли мертвые. В пустых глазницах их обтянутых кожей черепов горел голубой, неестественный свет — и он был насыщен ненавистью ко всему живому. Желанием убивать.
Как только гости измерения покажутся на поле боя, неровным строем, хаотично и в беспорядке драугры вышагнут из тени и направятся к путникам, медленно и неотвратимо. Трупы вооружены ржавыми клинками и копьями, некоторые из них — луками. Остатки некогда блестящей брони теперь едва прикрывали их истлевшую плоть, висевшую лохмотьями на рёбрах,...Ещё3 команда, состоящая из Йена, Эйнха и Аттилы приближается к обширным просторам огромной равнины и окраины леса, естественно путём падения с небес из разверзнувшегося портала.
Снежное поле встретило группу стужей и морозным ветром. Холод ледяными иглами забирался под одежду, заставлял волосы покрываться корочкой инея, а выдыхаемый пар опадать снежинками на землю.
В тени деревьев показалось какое-то движение. Синие огни зажглись один за одним, и с каждой секундой их становилось все больше. Это стояли мертвые. В пустых глазницах их обтянутых кожей черепов горел голубой, неестественный свет — и он был насыщен ненавистью ко всему живому. Желанием убивать.
Как только гости измерения покажутся на поле боя, неровным строем, хаотично и в беспорядке драугры вышагнут из тени и направятся к путникам, медленно и неотвратимо. Трупы вооружены ржавыми клинками и копьями, некоторые из них — луками. Остатки некогда блестящей брони теперь едва прикрывали их истлевшую плоть, висевшую лохмотьями на рёбрах, но упорности им было не занимать. Нельзя сказать, сколько точно мертвых воинов вышло вновь на поле боя в эту безлунную ночь. Вьюга мешала видеть число противников, но и это было не последней проблемой для гостей «праздника» на сегодня.
Внезапный снежный вихрь подхватывает очередной белый бархан и из него восстаёт ледяной атронах, высотой метров в пятнадцать, взрывая снежный покров поля с треском и гулом. Следом за ним встаёт второй — поменьше, метров семь-восемь. Их тела созданы из чистого льда, покрытого непонятной вязью рун, горящих синим пламенем как и глаза драугров.
Примечательно, что даже в этом холодном лесу был источник света, манящий путников в ночи. Если бы они прошли чуть дальше, по едва заметной извилистой тропинке среди гигантских стволов деревьев, то увидели бы то, чего в этом замерзшем и неживом краю точно не должно быть.
Пряничный домик ютился рядом с небольшим холмом, покрытым снегом. Он словно сошёл со страниц сказки: имбирные стены из толстого теста, застывшая глазурь на крыше, стекла окон из мутной карамели и горы леденцов у двери. Сладкое жилище было достаточно большим, чтобы войти в него не согнувшись взрослому человеку, однако украшенная марципаном и конфетами дверь была создана скорее для ребёнка. Ручкой ей служила сахарная тросточка, а над входом висел рождественский венок из сладкой мастики.
Как только девушки приблизятся к сказочному домику, маленькая д...ЕщёГрейс, Хьюстон и Беладонне в 5 команде не повезло приземлиться в лесистой местности — при падении придётся учесть мертвые верхушки огромных сосен, на которые можно напороться.
Примечательно, что даже в этом холодном лесу был источник света, манящий путников в ночи. Если бы они прошли чуть дальше, по едва заметной извилистой тропинке среди гигантских стволов деревьев, то увидели бы то, чего в этом замерзшем и неживом краю точно не должно быть.
Пряничный домик ютился рядом с небольшим холмом, покрытым снегом. Он словно сошёл со страниц сказки: имбирные стены из толстого теста, застывшая глазурь на крыше, стекла окон из мутной карамели и горы леденцов у двери. Сладкое жилище было достаточно большим, чтобы войти в него не согнувшись взрослому человеку, однако украшенная марципаном и конфетами дверь была создана скорее для ребёнка. Ручкой ей служила сахарная тросточка, а над входом висел рождественский венок из сладкой мастики.
Как только девушки приблизятся к сказочному домику, маленькая дверь приглашающе отворится…
Двух особей в 6 команде портал отпускает на землю гладко, чем остальных, потому что они сразу приземляются в большую гору снега и остаются невредимыми. Но, когда они выберутся из "развалин", они заметят абсолютно не вредимое дерево, в отличии от остальных. Оно не покрыто снегом и не стоит мёртвым, а наоборот, цветёт зелёными листиками. Свисающая омела, а рядом ледяная скульптура двух объятых между собой дриад, соприкасающихся друг с ...ЕщёОчень древнее и милое поверье - Поцелуи под омелой. Когда друиды считали омелу источником жизни, поскольку это было одно из немногих растений, которые оставались зелеными всю зиму. Ранний обычай, популярный среди низших классов, давал мужчинам право целовать любую женщину, которую они могли поймать, стоя под омелой, и отказ считался плохой приметой. Каждый раз, когда поцелуй был предоставлен, одна из ягод срывалась с омелы. Как только все ягоды исчезли, у него больше не было силы вызывать физическую привязанность. И этот раз будет не исключением.
Двух особей в 6 команде портал отпускает на землю гладко, чем остальных, потому что они сразу приземляются в большую гору снега и остаются невредимыми. Но, когда они выберутся из "развалин", они заметят абсолютно не вредимое дерево, в отличии от остальных. Оно не покрыто снегом и не стоит мёртвым, а наоборот, цветёт зелёными листиками. Свисающая омела, а рядом ледяная скульптура двух объятых между собой дриад, соприкасающихся друг с другом в милом поцелуе, что скреплял их узы навечно.
Тело обдало ужасающим холодом. Настолько мерзким, что пришлось прищурить глаза, почти закрывая, а желание открывать рот дабы обругать всякого кто причастен пропало за считанные секунды. Стоит отметить, что покров из молний пропал в момент телепортации. Концентрация полувеликана была сбита и первое время полёта проходило в свободном, хаотичном падении. Кожу обжигало от сурового климата, однако за сей неудобство Эйнх не переживал — к подобным холодам он привык, так что будет переносить подобные условия получ...ЕщёГости постепенно наполняли зал, имея возможность наблюдать за тем как мужчина завис в воздухе и собирается совершить очередной бросок своего смертоносного орудия. К сожалению, и на этот раз Лэйпдрейка прервут, за тем лишь исключением, что последствия затронут абсолютно каждого. Даже несмотря на собственные способности сопротивляться подобным воздействиям, Эйнх отправился прямиком в образовавшийся портал, сопровождая свой уход из мира сего ядрёными ругательствами на великанском языке.
Тело обдало ужасающим холодом. Настолько мерзким, что пришлось прищурить глаза, почти закрывая, а желание открывать рот дабы обругать всякого кто причастен пропало за считанные секунды. Стоит отметить, что покров из молний пропал в момент телепортации. Концентрация полувеликана была сбита и первое время полёта проходило в свободном, хаотичном падении. Кожу обжигало от сурового климата, однако за сей неудобство Эйнх не переживал — к подобным холодам он привык, так что будет переносить подобные условия получше, ежели любители поваляться на солнышке. И так, пролетая над верхушками деревьев, красноволосый пытается сгруппироваться, дабы уберечь себя от лишнего урона, однако всё же расцарапывает себе руки и плечи, врезаясь в одну из веток, которую переломал собственной "тушей", прежде чем врезаться в заснеженную землю, кувыркаясь по ней и оставляя таким образом шлейф. От прилипающего к телу снега становилось лишь холоднее и потому мужчина решается встать, не с трудом, но достаточно медленно. Кости ломило.
— Что ещё за фокусы? О, Аттила! Хотя бы ты понимаешь что происходит? — Оглядываясь, тот нарывается на приземлившуюся богиню войны и ещё одного спутника. Кажется, он тоже появлялся на балу.
— А ты у нас...? В любом случае...Эйнх, — Если дева войны захочет провести длительный процесс обучения для полувеликана, то у него будет достаточно времени, дабы подойти к незнакомцу и протянуть руку для пожатия. Правда вот... Сегодня что день обломов? Уже четвертый раз. Но, возможно, воину из дальних стран понравится. До него доходит тот факт, что они здесь не одни. Более того, спустя секунды перед всей троицей появляются несметные орды драугров.
— А они тут что забыли... Опять "трубу" в Хеле пробило что-ли..., — Размышлял красноволосый, прежде чем удивиться ещё больше. Похожие на великанов, по крайней мере ростом, существа буквально выползли из-под снега, как...подснежники! И знаете что? Ему это чертовски нравилось. Настолько, что забыв о знакомстве и возможных лекциях Аттилы, тот срывается на бег, разворачиваясь к противникам, выхватывает молот и стремится преодолеть одним прыжком расстояние до более высокого атронаха, дабы нанести ему мощный удар искрящимся молотом по тому, что заменяет существу лицо, с криком.
— Этих я беру на себя!!!
- Свободное падение, давно это было когда я страшился высоко взлететь и упасть. - Оглушающий ветер из-за падения скорее всего и перебивал спокойную речь шикигами, что не обращал на это внимание, ...ЕщёПредчувствие касательно колебаний не обмануло Падшего, но и среагировать тот быстро не успел, занятый больше на человеке с которым решил познакомиться. Его змеи зашипели именно в тот момент когда тело Ороти уже коснулся портал, перемещая его. Резкая смена ориентирования в пространстве и холод не смогли заставить шикигами побояться о своей "жизни". Лишь только сожаление выступило на его лице, когда во время падения он осмотрелся благодаря змеям и не заметил своей госпожи. Но вместо этого, в довесок к его сожалению набатом в его голове звучало одно, ответственность. Ответственность за тех, кто падал камнем рядом с ним. Заметив на лике лисы спокойное выражение лица и понимая с чем это связанно, Ороти не мог ничего подумать о их спутнице, которой также не посчастливилось оказаться здесь.
- Свободное падение, давно это было когда я страшился высоко взлететь и упасть. - Оглушающий ветер из-за падения скорее всего и перебивал спокойную речь шикигами, что не обращал на это внимание, но в один миг тот поддался власти дракона, благодаря его мечю Кусанаги-но цуруги, что являлся частью самого шикигами. Прекрасно манипулируя воздушными потоками, Ороти сжал кулак уплотняя воздух до такой силы, что тот видимым и прозрачным словно стекло, сферой обхватил падающую троицу и стал плавно опускаться, позволяя оным внутри себя спокойно встать на его внутреннюю поверхность.
- Миледи, попрошу вас только не использовать пламя, по крайней мере сейчас внутри. - Обращаясь к девушке с огненно-рыжими волосами, Падший учтиво прикрыл глаза со слабой улыбкой на губах.
- Мне не хотелось бы после собирать ваши размозженные ошмётки на земле, в кучу. - Скрестив руки на груди и посмотрев пред собой, его взгляд устремился вперёд, в надежде всё же увидеть портал из которого также, скорее всего выпустит и его госпожу. Но судьба видимо была другого мнения и Падший не увидел ничего, кроме того что ожидало их внизу по прибытию.
- Не мне конечно говорить за правила этикета с моей то выходкой на банкете, но я хотел бы всё же познакомиться ещё раз.- Под манипуляции Падшего, сфера опускалась всё также плавно вниз и до прибытия троицы на землю, оставалось каких то сотня метров.
- Рю!
А затем - вакуум. Зверь, хи-цзин бесновалась и рвалась в телесной оболочке, разгневанная поведением смертных и их Богов. Отношение к гостям чужих Пантеонов было оскорбительным и могло повлечь большие проблемы. Но все эти внутренние рычания были оборванны убойной волной холодного воздуха.
Физическая оболочка, надо признать - прошла проверку веками. Из-за сопротивления и силы с которой летела Гудзе вниз, пепельноволосая смогла лишь сдавленно вздохнуть, ощутив грудной клеткой что такое - пневмоторакс. Мерзотно. Нужно ли говорить о испорченном внешнем виде Поднебесной? Вся красота и мишура что та так старательно вешала на себя - благополучно разлетелась по округе, оставляя Хи с распущенным шлейфом пепельных волос и трепещущейся тканью ципао.
Ладно, поддались правилам этого измерения, изобразили панику. Достаточ...ЕщёИдея вернуться в зал оказалась фатальной. Гудзе ощутила изменения, но увы - слишком поздно. Последнее что слепая успела выпалить, была протянутая рука в сторону Лунь с криком:
- Рю!
А затем - вакуум. Зверь, хи-цзин бесновалась и рвалась в телесной оболочке, разгневанная поведением смертных и их Богов. Отношение к гостям чужих Пантеонов было оскорбительным и могло повлечь большие проблемы. Но все эти внутренние рычания были оборванны убойной волной холодного воздуха.
Физическая оболочка, надо признать - прошла проверку веками. Из-за сопротивления и силы с которой летела Гудзе вниз, пепельноволосая смогла лишь сдавленно вздохнуть, ощутив грудной клеткой что такое - пневмоторакс. Мерзотно. Нужно ли говорить о испорченном внешнем виде Поднебесной? Вся красота и мишура что та так старательно вешала на себя - благополучно разлетелась по округе, оставляя Хи с распущенным шлейфом пепельных волос и трепещущейся тканью ципао.
Ладно, поддались правилам этого измерения, изобразили панику. Достаточно. Находясь в свободном падении, млечноокая ощущала и прекрасно "видела" - Нити тех, с кем ей довелось познакомиться на балу. И отчетливо видела, куда пала и направлена Нить ее Лунь. Одна из таких путеводных ниточек была слишком близко.
"- Хмм.. Змей, что же." - даже в жизни божественных существ бывает переломный момент. Тот, когда враг внезапно становится твоим другом. Именно этим и воспользовалась цисин. Какая уважающая себя лиса будет работать самостоятельно, когда рядом есть те, кто все сделает и можно прийти на готовое? Если вы думаете, что многовековая лгунья, плутовка и обостительница, пожирающая Судьбы резко встанет на дорогу "Мира и обнимашек" - вы ошибаетесь.
Миниатюрное тело укутанное алым шёлком разворачивается в полете, и выследив Нить ведущую к Змею, лиса ступила на его Изнанку. Миг - и когтистые пальцы ложатся на плечи змееокого, удобно и нахлебнически располагаясь за ним, держась таким образом. Изнанка есть у любого измерения, где любой отбрасывает тень. Цисин ступила на линию жизни того, кто совсем недавно угрожал ей расплатой, и теперь же - эти два Божества должны держаться друг друга.
- Чувствую кровь и плоть, хищник. Ты помнишь правила - печень и сердце зверя - мои.
Дальше солнечная жрица не успевает договорить фразу, предназначенную Аттиле по нескольким причинам.
Во-первых, ее пятая точка оказывается на столе из-за Духа Войны, неудачно посадившей ее в тарелку оливье.
Во-вторых, внезапно открывшийся портал нагло обламывает жрице намечающийся романтик, и безжалостно засасывает солнечную вместе с ее адским котом.
В-третьих, ее не удосужились приземлить мягонько на попу в другом пространстве, поэтому она с визгом и нецензурными выражениями появляется в воздухе и летит вниз, вращаясь из-за сбитой аэродинамики. Ну зато хотя бы красиво — из-за мерцающих фонариков на юбке она похожа на падающую звезду, хоть и не стесняющуюся в выражениях.
Практически ничего не понимая в снежном тумане, не видя ни пи…зги из-за слишком скудного освещения, эльфийка продолжает падать. Аура не придумывает ничего лучше чем создать в ладонях скромную вспышку света, немного сбившую ее влево с траектории приземления, ...Ещё— Ого, в таком случае я бы стала твоим самым верным последова…
Дальше солнечная жрица не успевает договорить фразу, предназначенную Аттиле по нескольким причинам.
Во-первых, ее пятая точка оказывается на столе из-за Духа Войны, неудачно посадившей ее в тарелку оливье.
Во-вторых, внезапно открывшийся портал нагло обламывает жрице намечающийся романтик, и безжалостно засасывает солнечную вместе с ее адским котом.
В-третьих, ее не удосужились приземлить мягонько на попу в другом пространстве, поэтому она с визгом и нецензурными выражениями появляется в воздухе и летит вниз, вращаясь из-за сбитой аэродинамики. Ну зато хотя бы красиво — из-за мерцающих фонариков на юбке она похожа на падающую звезду, хоть и не стесняющуюся в выражениях.
Практически ничего не понимая в снежном тумане, не видя ни пи…зги из-за слишком скудного освещения, эльфийка продолжает падать. Аура не придумывает ничего лучше чем создать в ладонях скромную вспышку света, немного сбившую ее влево с траектории приземления, однако этого было мало чтобы остановить падение. Тогда она «полыхает» вспышками ещё и ещё, отталкиваясь от воздуха, из-за чего несчастную эльфийку мотыляет из стороны в сторону, и она просто кувыркается в воздухе, но тормозит. Способ, может, не очень приятный, зато эффективный. Главное потом не опорожнить желудок где-то под кустом.
Финальная солнечная вспышка приходится непосредственно на приземление Ауры прямо в объемный сугроб, который под воздействием тепла начал оплавляться, шипеть и таять. Сама же лучезарная сидела в импровизированном горячем источнике и громко ругалась, держась одной рукой за голову. Испорченный кринолин грустно плавал в луже тут же рядом, а из разбитых фонариков, словно жидкое золото, вытекал Вечносвет и зависал линией тонкого сияния над местом «крушения» жрицы. Комбинезон ее тоже заметно пострадал: опалённый жаром вспышек он прохудился и висел теперь негодной тряпочкой, открывая участки загорелой кожи эльфийки, явно не способный противостоять царящему вокруг холоду.
— Dial’daa khar, какого нетопыря?! - возмущённо вопит золотоволосая, не слишком горя желанием вылезать из горячей лужи, бывшей некогда сугробом. С помощью потоков Вечносвета, она бегло осматривает обстановку и обнаруживает неподалёку ещё двух «пассажиров», принесённых в этот мир злосчастным порталом.
— Эм, люди?… Вы знаете, что произошло?
Все случилось слишком внезапно даже для духа войны, который был отвлечен разговором, перерастающим в малую шалость по отношению к эльфийке. Еще мгновение назад темноволосая касалась кожи жрицы, готовая избавить ту от подобия корсета, а сейчас на огромной скорости летит вниз – в незнакомый ледяной лес.
Первое, что заполнило голову – мысли о темнокожей чертовке (вернее, они никуда не исчезали), следом о дворецком и молодом спутнике, с которым Аттила посетила светское мероприятие. Так уж получилось, что падающая девушка в попытках обнаружить недостающих личностей, заметила недалеко от себя других двух гостей: знакомого Эйнха и некого мрачного типа, к которому и оказалась близко.
Аттила с издевательской улыбкой достигает примерно одного уровня полета с мужчиной, первой рукой она подпирает щеку, а второй махает тому ручкой, после чего пролетает ниже. Казалось, темноволосая совершенно не боялась терять драгоценные секунды, потому что с самого своего появления в воздухе, уже з
...ЕщёВсе случилось слишком внезапно даже для духа войны, который был отвлечен разговором, перерастающим в малую шалость по отношению к эльфийке. Еще мгновение назад темноволосая касалась кожи жрицы, готовая избавить ту от подобия корсета, а сейчас на огромной скорости летит вниз – в незнакомый ледяной лес.
Первое, что заполнило голову – мысли о темнокожей чертовке (вернее, они никуда не исчезали), следом о дворецком и молодом спутнике, с которым Аттила посетила светское мероприятие. Так уж получилось, что падающая девушка в попытках обнаружить недостающих личностей, заметила недалеко от себя других двух гостей: знакомого Эйнха и некого мрачного типа, к которому и оказалась близко.
Аттила с издевательской улыбкой достигает примерно одного уровня полета с мужчиной, первой рукой она подпирает щеку, а второй махает тому ручкой, после чего пролетает ниже. Казалось, темноволосая совершенно не боялась терять драгоценные секунды, потому что с самого своего появления в воздухе, уже знала как приземлится на заснеженную поверхность.
Предпочтение было отдано следующему способу: В руках духа войны сформировалось копье менее двух метров, которое крепилось подобием энергетической ленты от руки Аттилы до навершия на конце древка. Девушка без лишних раздумий запустила оружие в ствол ближайшего дерева. Острый наконечник намертво вцепился в деревянную поверхность, а руку темноволосой вместе с телом притянуло к стволу. В стандартной ситуации при таких показателях, человеку бы оторвало руку, а в теле после удара с деревом сломались бы ребра, но Аттила не была человеком.
Взгляд несколько мгновений следовал за товарищами по беде, после чего дух оценивает расстояние от дерева до самых высоких сугробов. Она опирается ногами о шершавую поверхность и совершает молниеносный скачок, буквально влетая по диагонали в заснеженную местность. Земля оказывается настолько скользкой, что Аттила проезжает приличное такое расстояние, создавая снежную волну, которая ударит по лицу Эйнха.
-Не смотри на меня. Это не часть моего плана. – Слова ее звучат убедительно, ведь ни капли радости на лице духа не обнаружено.
Темноволосая выпрямляется, принимаясь обвязывать фрагмент нижней части платья вокруг пояса, тогда-то ее взгляд внезапно и устремляется вдаль.
-У нас гости.
Стремление сражаться, желание убивать. Ничто так не радовало духа войны, как образование очередного открытого конфликта. Бледные губы растягиваются в ухмылке, руки скрещиваются у пояса, и та резким движением обнажает воображаемые клинки. На удивление, оба орудия действительно формируются в руках брюнетки, славно заливающейся громогласным истерическим смехом. Параллельно сие действиям, позади Аттилы полукругом образуются пять управляемых левитирующих лезвий.
-Я КОНЧЕННЫЙ, БЕГИТЕ. – С этими словами, темноволосая ринулась на первую волну драугров.
Точно. Хозяйка бала. Мысли о ней немного отдалились с основного плана. Да, надо бы правда ее найти. Хотя бы для того, чтобы узнать, как она сама-то после этих событий.
- Может ей помощь какая нужна? С таким весельем-то...
Придерживая подол собственного платья, темноволосая двинулась следом за лисицей, с которой они, судя по всему, последними покидали территорию сада.
И успешно это бы сделали, если бы ни вмешательство кого-то свыше.
Так близко были приоткрытые двери в бальный зал, который принял свой первозданный вид, словно ничего страшного в нем сегодня не происходило Кружащиеся в танце гости, лица которых за этот вечер стали девушке знакомы. Хотя бы зрительно.
А потом все это, прямо на глазах темноволосой, начало пр...Ещё- Что правда, то правда. Насладились природой, теперь можно и в "дом" вернуться. - прикосновение к позвоночнику отражается дрожью в теле темноволосой. Она довольна и урчание срывается с ее губ.- О, будешь моим кавалером на сей вечер? Какая прелесть. Я только за.
Точно. Хозяйка бала. Мысли о ней немного отдалились с основного плана. Да, надо бы правда ее найти. Хотя бы для того, чтобы узнать, как она сама-то после этих событий.
- Может ей помощь какая нужна? С таким весельем-то...
Придерживая подол собственного платья, темноволосая двинулась следом за лисицей, с которой они, судя по всему, последними покидали территорию сада.
И успешно это бы сделали, если бы ни вмешательство кого-то свыше.
Так близко были приоткрытые двери в бальный зал, который принял свой первозданный вид, словно ничего страшного в нем сегодня не происходило Кружащиеся в танце гости, лица которых за этот вечер стали девушке знакомы. Хотя бы зрительно.
А потом все это, прямо на глазах темноволосой, начало пропадать в образовавшемся портале.
Первой мыслью было то, что это снова рук змееныша и его компании . Мол, устроили небольшое затишье перед бурей и теперь решили ещё раз "удивить" всех собравшихся. Или удавить, смотря как на это посмотреть. Но когда темноволосая увидела что и тех существ потихоньку затягивает в межпространственный водоворот, Лунь поняла что они здесь не при делах.
Естественно нормальной реакцией в момент надвигающейся опасности было то, что девушка захотела избежать встречи с ней. Долго не раздумывая, она крепко схватила за руку свою подругу, дабы рвануть в противоположную сторону от расширяющейся воронки портала. Даже в этой ситуации она не станет забывать о том, кто ей дорог. Но, в этот раз этого было недостаточно.
Рука цисин, за которую держалась Лунь, неожиданно потеряла свою плотность и пальцы девушки беспомощно сомкнулись на воздухе. Последним она услышала собственную фамилию, что криком сорвалась с губ подруги. Сама же попыталась крикнуть в след ее имя. А затем наступила темнота.
Не долгая, ибо следующее что почувствовала Атма, это холод. Пронизывающий и такой неприятный даже для нее, привыкшей и обожавшей прохладу. Но кроме этого ещё было чувство свободного падения. Она летела, а это означало лишь одно: где-то внизу была поверхность, которая с радостью превратит ее тело в кровавую котлету если она сию же секунду ничего не предпримет.
Два факта из-за которых ей не хотелось бы закончить свое существование - холод и сила притяжения. Решением проблемы она видела лишь один единственный вариант.
Под действием магии контуры тела начали размываться, превращаясь в черный туман тянущийся длинной лентой за летевшей кубарем Лунь. Девушка чувствовала, как напрягается каждая клеточка организма, накапливая в себе энергию для превращения. Хрупкое тельце влетело в проплывающие мимо облако, а через секунду из него уже вырывалась иссиня-черная драконица. Вот, теперь она чувствовала себя значительно лучше, ведь родная чешуя лучше защищала ее от губящего мороза. Но не все проблемы были решены.
- Да чтоб тебя рухлядь облезлая... Вечно ты... - выплевывая набившийся в ...ЕщёПервые метры полета как и в человеческой ипостаси были хаотичными, длинное змееподобное тело извивалось как лента на ветру. Но ситуация быстро начала меняться, стоило дракону развернуться брюхом к земле. Поочередно то разводя, то прижимая лапы к телу, с одной или с другой стороны, она начала выравниваться в воздухе, а после и вовсе вильнула дугой в сторону, чтобы по спиральной траектории начать спускаться вниз. И довольно быстро перед носом показалась стремительно приближающаяся земля. Снова вытянув лапы вперёд, как только до поверхности оставались считанные метры, Иссиня-черная, быстро заработала ими. Глубокие сугробы, которыми оказалось покрыто место приземления, лишь на руку сыграли Хранительнице Неба: увязая в них лапами, вскупе с тяжёлым волочащимся хвостом, Лунь довольно скоро смогла затормозить не боясь получить серьезных телесных повреждений, лишь плюхнувшись в снег как на мягкую перину на последнем шаге.
- Да чтоб тебя рухлядь облезлая... Вечно ты... - выплевывая набившийся в пасть снег, драконица подняла увенчанную рогами голову. Медовые глаза сердито сверкнули в темноте. Уже по привычке она хотела заорать что-то про старого извращенца, но быстро опомнилась. Просто в подкорку уже вбилось то, что вот такие полеты у нее уже связаны с ее старым "другом". Нет, в этот раз Старейшины Лис рядом с ней не было. Тот наверняка сидел в окружении девушек, распивая дорогие напитки и вкушая все прелести своей развратной жизни. А вот она была здесь. И не только она.
Завидев двух других, что оказались вместе с ней на этой пустоши, Иссиня-черная с надеждой втянула носом морозный воздух. Перебирая лапами, она всё ещё не отрывая брюха от земли, она потащила свое, растянувшееся на несколько десятков метров, змеиное тело.
Хи? Нет, лисицей здесь даже не пахло. Кажется каким бы ни был этот портал, но разбросал он их по разным местам. Что ж, по возможности она попробует ее найти, а пока нужно разобраться с тем, что имеем.
- Вы целы? - вопрос вырвался из пасти вместе с клубами горящего дыхания. В истинной форме ее голос был несколько грубее, чем в человеческом облике. При ближайшем рассмотрении Атма разглядела в двух спутниках гостей бала. Одну из них она точно запомнила по тому, как та устраивала представлением с северным сиянием.
На вопрос девы Иссиня-черная отзывается раздраженный рычанием. - Лишь очевидные всем вещи о том, что нас куда-то затянуло. Не более.
Ничего хорошего не ожидая, блондин прикрывает глаза и понимает, что падает. Щурясь от потоков ледяного ветра, он видит стремительно приближающееся снежное полотно что вот-вот столкнётся с его телом, а так же успевает приметить двух других везунчиков, попавших сюда вместе с ним. Один решил использовать в качестве подушки безопасности деревья и землю, другая же кажется вообще не переживает и кривляется в полёте.
Но Вандербуму некогда думать о незнакомцах, поэтому он предпринимает отчаянную попытку скакнуть ...ЕщёТолько Йен собирался налить вина и себе, да поднять тост за встречу с Ванессой, как в пресловутом бальном зале опять что-то произошло. Он мог бы прыгнуть на Изнанку и тем самым спастись от влияния портала, но просто не успел. Протянув руку к рыжеволосой ведьме, он постарался оттолкнуть ее в сторону от источника разрыва в пространстве, и благодаря этим нескольким секундам промедления был утащен в искрящуюся холодом синеву портала вместе со своим материальным телом и искореженной душой.
Ничего хорошего не ожидая, блондин прикрывает глаза и понимает, что падает. Щурясь от потоков ледяного ветра, он видит стремительно приближающееся снежное полотно что вот-вот столкнётся с его телом, а так же успевает приметить двух других везунчиков, попавших сюда вместе с ним. Один решил использовать в качестве подушки безопасности деревья и землю, другая же кажется вообще не переживает и кривляется в полёте.
Но Вандербуму некогда думать о незнакомцах, поэтому он предпринимает отчаянную попытку скакнуть на теневую сторону мира и обнаруживает, что известных ему ранее троп больше нет. Только Изнанка этого неприветливого измерения.
Скользнув по единственному видимому в тенях пути, Йен исчезает из воздуха и через пару секунд перед самым несостоявшимся столкновением материализовывается уже на земле по колено в снегу в небольшом облака темного тумана, растекшегося по белому снегу как чернила. Плоть его тела, только что соткавшаяся в пространстве, начинает немедленно мерзнуть, несмотря на меховой воротник. Раздраженно поморщившись, он позволяет глазам затянуться чернотой, а на лице проступить татуировкам-иероглифам. Отрегулировав тело на полное игнорирование температур, он молчаливо окидывает взглядом своих союзников, но большего внимания мужчины удостаиваются их общие враги. Не допуская промедления, он погружает руку в кожаной перчатке в собственную грудную клетку, плоть расступается и открывает ребра, за которыми плещется чернота души, из которой он и вытягивает своё оружие.
- Мне кажется, этих гостей не приглашали. В любом случае, я не стану отвлекать тебя от удовольствия расправы, Эйнх.
Копье из зачарованного серебра привычно ложится в ладонь. Оно короткое, скорее похоже на метательный дрот, но при резком движении руки Вандербума распрямляется и удлиняется до размеров стандартного копья. Смертоносность данного оружия повышается за счёт особого наконечника, способного отделяться от лезвия и теряться где-то в недрах тела поражённого противника, причиняя тому некоторые… неудобства. Но это оружие эффективно против тех, чьё сердце все ещё бьется, а вот с драуграми и ледяными големами Йену придётся повозиться.
Похоже, спутники решили не сговариваться и поделили противников по принципу - кого первого увидел, тому и всыплю - и Вандербуму-старшему не остаётся ничего, как переключить своё внимание на ледяного голема поменьше. Резко он срывается с места, подняв снежный вихрь, со скоростью куда превышающей возможности обычного человека, пусть он даже и будет общепризнанным атлетом-чемпионом. Мужчина заносит руку с копьем, отклонив корпус назад и тем самым притормаживая скольжением по заснеженной земле. С широким размахом он бросает копье, целясь прямо в голову атронаха.
- Да уж...спокойно сидел себе, выпивал, никого не трогал и тут бац уже в воздухе... Иди с нами на бал говорили они, будет весело. А теперь то прям ...ЕщёВыпивая на балу в течение долгого времени, Аргон не мог опъянеть от "тамошней" выпивки, но все же зрение его слегка помутнелось как и чувства. Казалось только недавно он говорил с милой дамой, которая показалась ему приветливой и даже милой, как тут же он приходит в себя уже в полете в нескольких метрах над землёй. Весь свой путь до земли вампир выкрикивал бранные слова, пока все же не сгрупировался и не встретил собственной грудью несколько веток, а после ударился спиной о землю. Кажется в его организме сейчас сломалась пару костей, но его магические способности быстро привели его в чувство. Скривившись в выражение лица, мужчина потирал свою 5-ую точку и осмотрелся по сторонам. Конечно оказаться в обществе двух милых дам в лесу это самое то, чего он хотел после бала, но явно не в таких обстоятельствах, ну или хотя бы не в одежде.
- Да уж...спокойно сидел себе, выпивал, никого не трогал и тут бац уже в воздухе... Иди с нами на бал говорили они, будет весело. А теперь то прям капец как весело! - с криком отозвался вампир от чего его голос отразился эхом в ночной тишине. Ярко-красные зрачки заметили, что дерево на которое он упал было единственным на этой поляне, но он не предал этому особого значения. На вопрос довольно странного существа, которое с виду напоминает дракона и эльфийку. Компания конечно отличная, но что поделать. Аргон перестал тереть свое место ушиба и спокойным голосом ответил.
- Так, я цел и вроде все кости на месте. А вы как? Я не хочу потом искать ваши части тела.
— Мне не совсем известно, к кому попали приглашения, но... Могу с уверенностью сказать, что вы являетесь одной из очаровательных из всех, миледи.
/После дальнейшего вопроса от своей гостьи по поводу покурки в помещении, голова Грейс вновь кивнула в разрешении для той и окрыла ее более широкой улыбкой.
Через минуту улыбка девушки исчезла от возникшего в зале портала, а после и вовсе ее лицо отразилось легкой паникой, от неожиданного поворота собы...Ещё/Видя, как в сторону Шпильман тут же началось движение со стороны одной из особ и ее так называемых коллег. Ее глаза тут же устремились в сторону Хьюстон, что та заметила еще с самого начала праздника, а на ее лице тут же появилась скромная улыбка, будто встречающая ее в своем пространстве. Руки Шпильман были все также сложены в замочек перед собой. Как только та все же приблизилась к Грейс и, решив составить ей компанию, то могла увидеть от нее легкий кивок, вновь приветствующий ее, а далее из уст Госпожи праздника последовали негромкие слова/
— Мне не совсем известно, к кому попали приглашения, но... Могу с уверенностью сказать, что вы являетесь одной из очаровательных из всех, миледи.
/После дальнейшего вопроса от своей гостьи по поводу покурки в помещении, голова Грейс вновь кивнула в разрешении для той и окрыла ее более широкой улыбкой.
Через минуту улыбка девушки исчезла от возникшего в зале портала, а после и вовсе ее лицо отразилось легкой паникой, от неожиданного поворота событий.
Шпильман в шикарном платье, в обуви, как бы той не повезло, со съемными каблуками, начала буквально падать с самого высока на верхушки сосен. Казалось бы, смерть - вот она, но нет. Девушка обладала хорошими физическими навыками, еще интереснее, что у той был прекрасный ум, который позволял ей искать помощь на каждом сантиметре полета. Наткнувшись на первую верхушку и ветку особа тут же ловко зацепилась за одну из них своими руками, а ее ножки полностью обвили ее. Той хватило нескольких секунд, чтобы сосредоточиться на дальнейших действиях, но мертвое дерево не позволило той закрепиться на нем надолго, но позволило как минимум спокойно спуститься вниз. Хоть и спускаясь по веткам, что могли просто надломаться под ней и не обращая внимания на скользящую обувь, через пару минут девушка все равно находилась внизу, хоть ее внешний вид был не таким удачным на этот раз. Рукавов платья осталась чуть ли не половина, но ткань, отошедшая от шва не ухудшила его, а наоборот - выделила красивые руки Шпильман. Да, было не до красот, как бы ей того не хотелось, но пока это было единственным, что могло взбодрить ее после недолгого падения и неприятного спуска.
Теперь же особа просто стояла восле той сосны и обтирала руками свои ткани, надеясь как-то скоротать время и дождаться кого-то еще из свомх гостей на балу. Из ее уст лишь раздалось строгое и недовольное/
— Мать ее...
Эйнх выбрал самого крупного атронаха, намереваясь раскрошить его ледяное тело своим Мьелниром. Только полувеликан прыгнул в сторону противника, как ледяная громадина начала заносить правую конечность, служившую ему скорее всего увесистой рукой. Ещё до того как Эйнх с молотом достигнет цели удара, ледяной атронах атакует его сбоку широким размашистым ударом. При соприкосновении с глыбой льда тело красноволосого воителя собьётся с намеченного курса и отлетит в сторону леса, прямо в толпы драугров.
Как раз туда, где вступает в бой Аттила, выбравшая своей целью несметные толпы мертвых. Нежить не церемонится, прет на неё хаотичным и не слаженным строем. Ещё до того как орда вооруженная ржавыми копьями и мечами столкнётся с Духом Войны, ее встретит град стрел, тучей поднявшийся в воздух и заслонивший небо. Похоже, мертвые все ещё помнят примитивные основы боя, несмотря на то что их мозги давно иссохли и сгнили.
Йена с его копьем атакует второй атронах, занёсший над собой глыбу...ЕщёДЛЯ КОМАНДЫ 3.
Эйнх выбрал самого крупного атронаха, намереваясь раскрошить его ледяное тело своим Мьелниром. Только полувеликан прыгнул в сторону противника, как ледяная громадина начала заносить правую конечность, служившую ему скорее всего увесистой рукой. Ещё до того как Эйнх с молотом достигнет цели удара, ледяной атронах атакует его сбоку широким размашистым ударом. При соприкосновении с глыбой льда тело красноволосого воителя собьётся с намеченного курса и отлетит в сторону леса, прямо в толпы драугров.
Как раз туда, где вступает в бой Аттила, выбравшая своей целью несметные толпы мертвых. Нежить не церемонится, прет на неё хаотичным и не слаженным строем. Ещё до того как орда вооруженная ржавыми копьями и мечами столкнётся с Духом Войны, ее встретит град стрел, тучей поднявшийся в воздух и заслонивший небо. Похоже, мертвые все ещё помнят примитивные основы боя, несмотря на то что их мозги давно иссохли и сгнили.
Йена с его копьем атакует второй атронах, занёсший над собой глыбу льда, служившей ему массивной левой рукой. Копье, может, и долетит до цели, но вот блондин точно будет размозжен по земле ледяным довеском размером с небольшой корабль, если не придумает как затормозить по обледенелому покрову поля быстрее, чем нисходящий удар придётся на его светлую голову.
Пройдя внутрь хижины, Джулианна может увидеть, что дом украшен и изнутри в честь праздника. Все настолько аккуратно и эстетично, что можно понять серьезность хозяев к этому дню, и несмотря на полупрозрачность, красота дома не уменьшалась.
Вилландрель находится посреди главного зала и украшает ёлку разными игрушками, очень многие из них были в виде подарочной коробки. Призрак тепло улыбается, опуская взгляд на подарки, что лежат под украшенным деревом.
Она касается ладонью одного из них. Если приглядеться, то именно этот подарок отличался от остальных: упакован он был не в твердую коробку, а довольно яркой бумагой, кажется подарок мягкий, знатоки того времени точно поймут, что сделана упаковка из хорошего качества. В этот момент Джулианну окутывает еле заметный туман, и с ним же чувство приятного ожидания и волнения. Обычно подобные ощущения мучают во время дарения подарков, а так же и ожидания чего-то большего взамен.
Из соседней комнаты, где по видим...ЕщёНПС: призраки Вилландрель и Ириса.
Пройдя внутрь хижины, Джулианна может увидеть, что дом украшен и изнутри в честь праздника. Все настолько аккуратно и эстетично, что можно понять серьезность хозяев к этому дню, и несмотря на полупрозрачность, красота дома не уменьшалась.
Вилландрель находится посреди главного зала и украшает ёлку разными игрушками, очень многие из них были в виде подарочной коробки. Призрак тепло улыбается, опуская взгляд на подарки, что лежат под украшенным деревом.
Она касается ладонью одного из них. Если приглядеться, то именно этот подарок отличался от остальных: упакован он был не в твердую коробку, а довольно яркой бумагой, кажется подарок мягкий, знатоки того времени точно поймут, что сделана упаковка из хорошего качества. В этот момент Джулианну окутывает еле заметный туман, и с ним же чувство приятного ожидания и волнения. Обычно подобные ощущения мучают во время дарения подарков, а так же и ожидания чего-то большего взамен.
Из соседней комнаты, где по видимому находится кухня, выглядывает призрак Ириса. Он смотрит на свою спутницу с любовью, а в руках бережно держит маленькую коробочку.
Если бы не вся эта полупрозрачность, то можно было бы посчитать, что Джулианна пришла в гости к милой парочке, что души не чаят в друг друге. Обстановка довольно милая, если не считать, что гостью начинает посещать нарастающая жуткая тревога.
Изначально дерево действительно скривилось, даже слышался треск тонких ветвей. Теперь оно было непригодной и уже не смогло бы восстановиться, если бы дерево было бы обычное. Но оно волшебное и находится в необычном месте. Поэтому после того, когда Аргон встал с веток, дерево встало на свое место, как живое. Оно начало светиться тоненьким и лёгким зелёным светом, приходя в свое изначально мёртвое состояние, как и до падения на него.
Отряхиваясь от снега, Безумие направилась к заледеневшим дриадам, незнакомец её мало интересовал. Смотря в отражение во льду, примечая для себя что макияж не испортился, это к сожалению всё, что её сейчас волновало. Убедившись что все в порядке, демонизированная Карнелия обращает внимание, что дриады целуются.
— Что-то здесь не так, это ведь не правда, - белые очи осматривают статуи заледеневшие. Странно, что вообще такое возможно, одно дерево цветёт омелой, а другие уже давно утратили жизнь, не став задействовать ни одно из альтер-эго, просто решилась пройти вокруг этого дерева, предоставляя своему напарнику, дедуктивные размышления для решения этой загадки. Уровень психоза Карнелии после портала, скаканул к отметке 45%, прогулка поможет отвлечься и осмотреться.
«— Омела в зимнее время, это странно, не факт, что там мужская и женская особь дриад, чаще всего встречаются женщины, а му...Ещё[Поговорив с участниками, которые решили участвовать в этом, решила принять участие в "этом"]
Отряхиваясь от снега, Безумие направилась к заледеневшим дриадам, незнакомец её мало интересовал. Смотря в отражение во льду, примечая для себя что макияж не испортился, это к сожалению всё, что её сейчас волновало. Убедившись что все в порядке, демонизированная Карнелия обращает внимание, что дриады целуются.
— Что-то здесь не так, это ведь не правда, - белые очи осматривают статуи заледеневшие. Странно, что вообще такое возможно, одно дерево цветёт омелой, а другие уже давно утратили жизнь, не став задействовать ни одно из альтер-эго, просто решилась пройти вокруг этого дерева, предоставляя своему напарнику, дедуктивные размышления для решения этой загадки. Уровень психоза Карнелии после портала, скаканул к отметке 45%, прогулка поможет отвлечься и осмотреться.
«— Омела в зимнее время, это странно, не факт, что там мужская и женская особь дриад, чаще всего встречаются женщины, а мужчины появляются в случае угрозы лесу» - рассуждала она, пока шла по кругу.
«— То есть, возможно тут лесбиянки?»
«— Кстати, дриады не рождаются естественным путём, так что любовь между ними, приувеличение»
«— Посмотрим, что там твой напарник сообразит»
— Вы слишком шумные, заткнитесь, - завершает девушка мысленный диалог, уже в слух сказав свои слова и останавливается, завершив только полукруг и осматривается.
Будь Эйнх человеком, то непременно бы умер от подобного ущерба. А вообще:...ЕщёАтронах явно не был настолько глуп, чтобы позволить полувеликану вот так просто раскрошить собственное тело на мельчайшие льдинки. Но и Эйнх, не тупень — пройдя множество битв — предпринял контрмеры. Нет, ему не надо было менять траекторию движений, дабы уклониться от сокрушительного удара. Наоборот, красноволосый сталкивает две силы друг с другом: крупная "лапа" ледяного существа и ударная часть молота встречаются друг с другом. По округе разнесся гул, будто бы гром прозвучал в непосредственной близости от товарищей. Возможно, и другие участники услышат то как эхо битвы разносится по лесу. Ударная волна вынуждает снег завихриться, разлететься в месте столкновения по сторонам, а деревья, граничащие с поляной, заскрипеть. Сей действо, к слову, не спасло Лэйпдрейка от полёта в ораву драугров. Только вот конечность атронаха теперь была в трещинах. Некоторые участки должны будут откалываться от общей массы.
Будь Эйнх человеком, то непременно бы умер от подобного ущерба. А вообще: нападал бы тот на сей существо, если бы в его крови не было примесей? Ответ на этот вопрос неизвестен никому. И хоть чудище било не так сильно, как Бог Грома, но причастность к великанскому роду сохранит обладателя Мьёльнира от множественных переломов. Его крупное тело, подобно мячу в руках выбивал, пронеслось по нескольким рядам драугров, вынуждая тех разлетаться, падать и реветь, обращая внимание на "великана". Совершая последний кувырок, мужчина стряхивает с плеч снег, сплевывая в глаз одному из драугров, что решил полезть на того. А следом заставляет дряхлую черепушку разлететься в дребезги ударом молота, прежде чем совершить бросок в атронаха. Скорость орудия была впечатляющей, как и пробивная сила. Возможно, от попадания в "ядро" существа будет полностью расколото и уничтожено, пока Эйнх голыми руками начинает сражаться с наступающими ордами, буквально прорываясь сквозь них подобно медведю: расталкивая, отбрасывая, хватая и ударяя о снег и возможно ледяную поверхность под ним, рыча от ранений, которые были и от того кожа покрывалась рубцами, ранами, из коих сочились кровавые реки.
— Я цела, если не считать моего незапланированного купания. Кстати, никто не видел Депрессняка? Я слышала его мяв, пока нас затягивало.. - отвечает вампиру Аура, нехотя выбираясь из тепленькой лужи. Смуглая кожа тут же покрывается дрожью: и так холодно, а она ещё и мокрая, да раздетая. Ухнув от мороза, терзающего и кусающего ее незащищенную плоть, эльфийка задрожала и обхватила себя руками в отчаянной попытке согреться.
— В..в…вот это д-д-дубак…
Аура глубоко вдыхает морозный воздух, стараясь сконцентрироваться. Времени у неё не так много, чтобы согреться, счёт идёт на минуты. Мелкие частички света вспыхива...ЕщёПотоки Вечносвета мягко расползаются по поляне, и наконец-то солнечная жрица может разглядеть своих собратьев по несчастью. Смутно правда, но это лучше чем ничего. Она не смогла стать свидетельницей эпичного падения дракона, однако шум создаваемый Лунь заставил Ауру быстренько помолиться Солнцу, чтобы та не упала прямо на эльфийку в импровизированную купальню. Слава свету — пронесло.
— Я цела, если не считать моего незапланированного купания. Кстати, никто не видел Депрессняка? Я слышала его мяв, пока нас затягивало.. - отвечает вампиру Аура, нехотя выбираясь из тепленькой лужи. Смуглая кожа тут же покрывается дрожью: и так холодно, а она ещё и мокрая, да раздетая. Ухнув от мороза, терзающего и кусающего ее незащищенную плоть, эльфийка задрожала и обхватила себя руками в отчаянной попытке согреться.
— В..в…вот это д-д-дубак…
Аура глубоко вдыхает морозный воздух, стараясь сконцентрироваться. Времени у неё не так много, чтобы согреться, счёт идёт на минуты. Мелкие частички света вспыхивают в воздухе вокруг жрицы, начинают кружиться, поднимают горячий, солнечный ветер. Чувствуя прилив тепла на смуглой коже, золотоволосая облегченно выдыхает и перестаёт хмуриться. Волосы и остатки некогда праздничной одежды высыхают, источая легкие облачка пара. Вечносвет потоками возвращается к эльфийке, обволакивает ее тело и формирует подобие солнечной сияющей брони. Теперь жуткий холод ей не страшен, можно и подумать, зачем их закинуло в это место с одним-единственным умирающим кустом. Но сначала..
— Депресняк! Депресня-а-ак! Кыс, ты где?! - выкрикивая имя своего адского кота, Аура сложила ладони рупором, надеясь что это поможет ей дозваться до не слишком разумной тваринки, а голос хозяйки окажется более весомым, чем зов инстинктов «пожри-подерись-совокупись».
Немного приунывшая жрица подходит к многострадальному деревцу и присаживается рядом с ним на колени. Снег при соприкосновении с солнечной тут же начинает шипеть и таять. Не то чтобы она сильно переживала — кот не замёрзнет, в низинах Тартара откуда он родом, перепады температур от сверхнизких до сверхвысоких обычное дело. Вопрос в том куда его занесёт, и увидит ли ещё Аура своего питомца…
— Нас не просто так закинуло к этому дереву. Что-то не даёт ему умереть окончательно, но и расцвести у него не хватает сил. - девушка слепо ощупывает хрупкие ветви, осторожно гладит единственный лист. Где-то внутри, под заледеневшей корой, ещё теплится жизнь.
— Я согрею его и растоплю землю, а вы поищите какой-нибудь источник воды.
Разговаривая, Аура подняла руки над головой и создала между ними миниатюрную вспышку. Не давая частичкам света рассеиваться, она удерживала их в ладонях словно маленькое солнышко, освещавшее островок с деревцем. Снег в этой зоне под воздействием тепла начал таять, образовывая круг чёрной земли посреди заледеневшей поляны. Влажная почва, напитанная талыми водами, проклюнулась молодой мелкой травой — настоящее чудо посреди этой заснеженной, мертвой равнины.
- Что-то не нравится мне это.- Когда же сфера опустилась наземь и рассеялась, разметав вокруг себя снег, Ороти пришлось подхватить до селе молчавшую рыжую даму за плечи, сделав пометку о том что он и не заметил как их член команды подозрительно молчала. Не став забивать голову о том, какие могли послужить этому причины, шикигами донёс её до саней и уложил на скамью, перед этим отклонив корпус назад чтобы лисица могла слезть с него. Холод для Падшего не был проблемой, в некоторых битвах ему приходилось терпеть условия куда хуже, например давление под толщей морской воды на самом дне. Коротко оценивая состояние второй спутницы в этом забытом Ками местом, Ороти прищурился. - Надеюсь тебе не холодно? - Падший подошёл к ещё не успевшему испустить дух оленю, с некой жалостью в глазах смотря на него и присев на корточки перед ним, осторожно гладя его по голове.
- Напомни мне, Хи - Созерцая как последние силы оленя улетучиваются из его уставшего тела, Падший переводит взгляд на лисицу
...Ещё- Что-то не нравится мне это.- Когда же сфера опустилась наземь и рассеялась, разметав вокруг себя снег, Ороти пришлось подхватить до селе молчавшую рыжую даму за плечи, сделав пометку о том что он и не заметил как их член команды подозрительно молчала. Не став забивать голову о том, какие могли послужить этому причины, шикигами донёс её до саней и уложил на скамью, перед этим отклонив корпус назад чтобы лисица могла слезть с него. Холод для Падшего не был проблемой, в некоторых битвах ему приходилось терпеть условия куда хуже, например давление под толщей морской воды на самом дне. Коротко оценивая состояние второй спутницы в этом забытом Ками местом, Ороти прищурился. - Надеюсь тебе не холодно? - Падший подошёл к ещё не успевшему испустить дух оленю, с некой жалостью в глазах смотря на него и присев на корточки перед ним, осторожно гладя его по голове.
- Напомни мне, Хи - Созерцая как последние силы оленя улетучиваются из его уставшего тела, Падший переводит взгляд на лисицу всё гладя измученное животное по голове. - Ты хочешь получить его внутренности так? Лично я думаю, стоит мне его подлатать. Этот зверь знает дорогу, потому что иначе никак нельзя объяснить то, почему он держит определенный путь. Понимаю тебе нужны его внутренности для чтения судьбы, чтобы побыстрее воссоединиться со своей подругой, но я к твоему сожалению этого сейчас позволить не могу, не ценой этого зверя точно. - И не дождавшись ответа, Ороти провёл укутанной фиолетовым туманом ладонью, над телом оленя и наполняя его тело часть своей праны, вылечив его таким способом, шикигами придержал его за узду, пока он вставал на все 4 копыта.
- Надеюсь, эта пламенеющая не погибнет от здешнего холода, предложить мне ей нечего для согрева.
Продолжая спокойно покуривать трубку, попутно она проверяет сколько табака осталось в ней и понимает, что курить ей ещё минут 15. Довольствуясь количеством табака, Хьюстон уже подходит с Грейс ближе к столику с бокалами крови. Цепкими пальцами вампир хватает бокал за ножку и в этот момент открывается портал. Её засасывает чуть ли не первой, потому что эта чёрная дыра раскрылась рядом с ними. В моменте она проливает кровь на себя, роняет бокал и тот разбивается, а трубку она держит в левой руке очень крепко. От зависимости к табаку первое и самое ценное - трубка, которую она не отпустила бы. Беседовать о всякой фигне, конечно, не интересно, но лететь с огромной скоростью прямо на острые сосны куда более опаснее. В полете Хьюстон разворачивает свой корпус, котому что летит она изначально спиной и успевает засунуть трубку в ремешок на ноге. Освободив руки, девушка выставляет их вперёд и от испуга концентрирует большое количество льда под собой, образуя скользскую горку. Н...Ещё[Хьюстон Якудза]
Продолжая спокойно покуривать трубку, попутно она проверяет сколько табака осталось в ней и понимает, что курить ей ещё минут 15. Довольствуясь количеством табака, Хьюстон уже подходит с Грейс ближе к столику с бокалами крови. Цепкими пальцами вампир хватает бокал за ножку и в этот момент открывается портал. Её засасывает чуть ли не первой, потому что эта чёрная дыра раскрылась рядом с ними. В моменте она проливает кровь на себя, роняет бокал и тот разбивается, а трубку она держит в левой руке очень крепко. От зависимости к табаку первое и самое ценное - трубка, которую она не отпустила бы. Беседовать о всякой фигне, конечно, не интересно, но лететь с огромной скоростью прямо на острые сосны куда более опаснее. В полете Хьюстон разворачивает свой корпус, котому что летит она изначально спиной и успевает засунуть трубку в ремешок на ноге. Освободив руки, девушка выставляет их вперёд и от испуга концентрирует большое количество льда под собой, образуя скользскую горку. Не успев встать на лёд ногами, она больно ударяется ягодицами о прочный лёд и уже летит по извилистой горке, а после с огромной скоростью влетает в гору снега прямо лицом. Таким образом, она застревает по грудь в этом снегу, пока часть ног болтается.
Горка, в которую зарывается Хьюстон с головой, начинает таять. Для того, чтобы выбраться, она со злостью растапливает сухой снег и, отталкиваясь руками, выбирается из него. Потом раздражённо отряхивает от себя все холодные снежинки, не забывая про синие волосы. От испуга, когда летела вниз на сосны, она даже не пищит и не ругается, а быстро выходит из ситуации, но получается это не самым лучшим образом. Злостно поджав губы и нахмурив брови, она начинает глубоко дышать, но это только обжигает лёгкие холодным воздухом. Знойная и мерзкая погода никак не влияет на её тепло, потому что она мертвая, но за то, в случае бойни, это самая подходящая для неё местность. Пытаясь успокоиться, она вытаскивает ещё некогда тёплую трубку и видит, как весь табак рассыпался во время полёта и цокает. Теперь курить нечего. Выругавшись, Якудза прячет эту трубку обратно и замечает в чаще леса сладкий домик, съедобная дверь которого отворяется как по волшебству.
По правде говоря, сладкое она и при жизни не любила, поэтому заходить не решалась, но ответы на все свои вопросы потребовать хотелось. Но она выжидает ещё какое-то время, чтобы дождаться кого-то ещё. Не может быть такого, чтобы она была одна, ведь она видела, как засосало всех. В момент вспоминает про своих соклановцев и оглядывается по сторонам. Теперь на место злости приходит сильная тревожность и переживания за них.
— Чёрт. Надеюсь, все останутся живы... Чёртовы праздники, лучше бы дома осталась.
А дальше... Падение. Быстро, словно камень, она вот-вот должна расшибится о землю. Но что-то подхватывает еë и постепенно она замедляется. Будь она одна, возможно, уже была бы мертва. Она слышит фразы, некоторые из которых адресованы ей. Еë острый слух без труда разбирает каждое слово. Она молчит, но на еë лице появляется лёгкая улыбка, как благодарность своему спасителю.
Наконец-то она ступает на землю. Снег под ногами постепенно тает. Она в лёгком праздничном платье,...ЕщёИ всё-таки еë давний друг замечает Ванессу в толпе и наконец-то покидает свою компанию, чтобы провести время с ней. Наконец-то она не будет скучать в стороне и сможет приятно провести время в компании. Она даже улыбается тому, приветсвует и следует за ним, дабы выпить предложенный в дальнейшем напиток. Стоит ей потянуть руку, как в уголке глаза она что-то замечает и от этого оборачивается, но не видит ничего кроме толпы. Еë взгляд возвращается к собеседнику, как тут их двоих буквально утягивает в разные стороны порталом.
А дальше... Падение. Быстро, словно камень, она вот-вот должна расшибится о землю. Но что-то подхватывает еë и постепенно она замедляется. Будь она одна, возможно, уже была бы мертва. Она слышит фразы, некоторые из которых адресованы ей. Еë острый слух без труда разбирает каждое слово. Она молчит, но на еë лице появляется лёгкая улыбка, как благодарность своему спасителю.
Наконец-то она ступает на землю. Снег под ногами постепенно тает. Она в лёгком праздничном платье, но практически не ощущает холода. Огонь, питающий еë тело, согревает еë изнутри и это тепло ощущают существа находящиеся рядом на расстоянии 1-2 метров.
- Вот тебе и праздник, - молвит совсем негромко рыжая, и подходя к саням, поправляет по пути растрепавшиеся волосы, а после добавляет, - Я смертная, но не замерзну, не беспокойтесь, могу даже помочь согреться, если необходимо.
Ванесса осматривает двоих существ, находящихся с ней рядом. Она видела их на балу, но для неë они оставались по-прежнему незнакомцами.
- Ванесса, - бросает внезапно рыжая, не задумываясь удобна ли ситуация, чтобы представиться.
Она протягивает руку, словно для пожатия во время знакомства, но переворачивает ладонью верх, и на ней появляется обжигающий огонёк.
Подобно волне, накрывшей маленький корабль, драугры ринулись на громко смеющуюся девушку. Первым делом дух войны встретит град стрел, замеченный еще в самый момент запуска и навивающий до ужаса приятные воспоминания о славных войнах. Дождь из стрел – постоянный элемент стратегии, который присутствовал практически в любом военном конфликте, будь то прямое столкновение, где ряд лучников обстреливает вражескую фалангу или осада какой-нибудь крепости, являющейся важным стратегическим пунктом. Но речь сейчас шла не об этом, а о том, как именно Аттила избавиться от этой напасти. Для духа, в сущности которого «война» была ключевым понятием, не составило труда найти решение для образовавшейся проблемы. Тем более, если учитывать высокую реакцию Аттилы и способность призывать то, что уже использовалось в вооруженных конфликтах.
Вокруг духа формируется полупрозрачная материальная проекция боевого порядка, предназначенная для защиты от стрел и метательных снарядов. В проекции можно разгля
...ЕщёПодобно волне, накрывшей маленький корабль, драугры ринулись на громко смеющуюся девушку. Первым делом дух войны встретит град стрел, замеченный еще в самый момент запуска и навивающий до ужаса приятные воспоминания о славных войнах. Дождь из стрел – постоянный элемент стратегии, который присутствовал практически в любом военном конфликте, будь то прямое столкновение, где ряд лучников обстреливает вражескую фалангу или осада какой-нибудь крепости, являющейся важным стратегическим пунктом. Но речь сейчас шла не об этом, а о том, как именно Аттила избавиться от этой напасти. Для духа, в сущности которого «война» была ключевым понятием, не составило труда найти решение для образовавшейся проблемы. Тем более, если учитывать высокую реакцию Аттилы и способность призывать то, что уже использовалось в вооруженных конфликтах.
Вокруг духа формируется полупрозрачная материальная проекция боевого порядка, предназначенная для защиты от стрел и метательных снарядов. В проекции можно разглядеть множество прямоугольных щитов, сложенных таким образом, чтобы не оставить и малейшего окна для града стрел. Рано или поздно стрелы кончаться, а дух доберется до назойливой нечисти.
-Пали на войне, так не вставайте! – С этими словами Аттила буквально влетает в толпу чудовищ, по горизонтали перенаправляя призванные клинки, которые ранее находились за спиной. Девушка подобно центру крепления лопастей вертолета двигалась в толпе, где каждое создание стремившееся ее достичь, в итоге разрезалось пополам. Параллельно творившейся вакханалии и очень вовремя пролетающему гиганту, дух отправляет запрос четвертому разумному созданию их группы. Даже если оружие Эйнха – Мьельнир созданием было назвать тяжело, то разум там определено ощущался.
В случае если связь будет установлена и молот поделиться частицей силы, Аттила наполнит клинок в руке энергией, вызывающей электрические искры вокруг лезвия. После чего оружие ловким броском будет запущено в голову одного из мертвецов, вызывая цепную реакцию, предполагающую переход молнии с одной точки (мертвеца) на другие. И чем больше и ближе трупы находятся друг к другу, тем масштабнее будет электрическая цепочка.
Белладонна сделала очередной глоток, после чего её тело мотнуло в сторону, а дальше последовало открытое падение. Первой собравшейся мыслью в голове было предположение о том, что в бокал с вином что-то подмешали и вот, девушка благополучно ловит приход, но поймав в лицо шквал холодного воздуха, от коего спёрло дыхание, рудая поняла, что происходит какая-то чертовщина. Падение не может быть спокойным, но по мере приближения к земле Донна осознала, что падает как бы жестока не была фортуна, прямиком на верхушку мёртвой сосны. Времени мало. Идей тоже. А смерть в перспективе бездействия слишком уж глупая, поэтому единственное, что смогла сделать Рудая достаточно быстро, чтобы не напороться брюхом на кол – это выставить под собой барьер. Но будучи обуянной паникой, девушка не рассчитала силу и взмахом руки, формируя под собой водородный настил, вместо того чтобы сгладить падение, откинула себя в сторону. Очередной, куда более молниеносный полет, но уже по горизонтальной траектории сглади
...ЕщёБелладонна сделала очередной глоток, после чего её тело мотнуло в сторону, а дальше последовало открытое падение. Первой собравшейся мыслью в голове было предположение о том, что в бокал с вином что-то подмешали и вот, девушка благополучно ловит приход, но поймав в лицо шквал холодного воздуха, от коего спёрло дыхание, рудая поняла, что происходит какая-то чертовщина. Падение не может быть спокойным, но по мере приближения к земле Донна осознала, что падает как бы жестока не была фортуна, прямиком на верхушку мёртвой сосны. Времени мало. Идей тоже. А смерть в перспективе бездействия слишком уж глупая, поэтому единственное, что смогла сделать Рудая достаточно быстро, чтобы не напороться брюхом на кол – это выставить под собой барьер. Но будучи обуянной паникой, девушка не рассчитала силу и взмахом руки, формируя под собой водородный настил, вместо того чтобы сгладить падение, откинула себя в сторону. Очередной, куда более молниеносный полет, но уже по горизонтальной траектории сгладить было куда сложнее. Неизвестно было и как, и на что, девушка напорется спиной, поэтому снова было принято волевое решение выставить барьер, но уже с большей концентрацией. Удар. Белладонна не рассчитала время и не успел замахнуться. Основной удар пришёлся на спину. Сосне, в ствол которой девушка благополучно вписалась, можно было бы и позавидовать, поскольку хруст, сопроводивший симфонию падения рудой исходил не от бедного величественного дерева, а спины юной особы, что пред окончательным, последним на сегодня падением с высоты, сделала хриплый вздох, прежде чем погрузиться в сугроб, который оказался настолько глубоким, что покрыл тело девушки сверху.
Из-под внушительной кучи снега послышался глухой, протянутый писк. Это Белладонна выпускает страх, что сжался в её груди во время падения, на который не было времени в процессе.
Оторавишись, ползком, девушка выбралась из-под белого покрывала. Какое благо, подумалось ей, руки и ноги на месте, и функционируют. Опираясь на локти, приподнимая тело, Белладонна огляделась по сторонам и приметив два силуэта столь же молча решилась подняться.
– Дамы – воскликнула она, отряхивая платье от снега, переставляя ноги в босоножках на тоненьких шпилька – Вы там как? Живы? – произнесла она достаточно громко, стараясь чтобы за ещё не восстановившимся дыханьем возможно было разобрать речь.
Перебирая ногами, приближаясь к силуэту Хьюстон, более-менее успокоившись, Донна поняла, что тело её охватывает холод, а в босоножках по пересечённой местности двигаться труднее, нежели без их. Посему было принято безответственное решение скинуть неудобную, вовсе не спасающую от холода обувь и продолжить своё движение без неё.
Благодаря животной ипостаси, Поднебесная ярко ощущает запах горячей крови. Видит, как нить жизни бедного существа дрожит и трепещет, в последних вздохах. Сладкая, такая легкая жертва. Гудзе разительно меняется внешне. Присутствие в новом пространстве, встряска и гнев, проснувшийся внутри - явились ключевыми моментами для того, чтобы истощилась ее физическая оболочка. Лицо Хи претерпело изменения - алые, кроваво крашеные губы растянулись в неестественном, зверином оскале - разрез рта увеличился от лево...ЕщёНе нужно было намекать ей о том, что их транспортировка окончена. Как только змееокий ступил на снег, босоногая гаруспик отпустила плечо Ороти, тут же отходя в сторону. Шлейф волос тонет в снегу за ее спиной, ровно как и сама лиса - с ее ростом сугробы доходят ей почти до середины икр. Ткань предательски мокнет, противно прилипает к бледной, покрытой мурашками, коже. Цисин с отвращением мотает головой из стороны в сторону, когда ее ноги пытаются «прощупать» землю, чтобы изучить местность.
Благодаря животной ипостаси, Поднебесная ярко ощущает запах горячей крови. Видит, как нить жизни бедного существа дрожит и трепещет, в последних вздохах. Сладкая, такая легкая жертва. Гудзе разительно меняется внешне. Присутствие в новом пространстве, встряска и гнев, проснувшийся внутри - явились ключевыми моментами для того, чтобы истощилась ее физическая оболочка. Лицо Хи претерпело изменения - алые, кроваво крашеные губы растянулись в неестественном, зверином оскале - разрез рта увеличился от левого до правого мыщелка нижней челюсти. Черты стали грубее - вечное раздражение, смещенные брови к переносице и недовольный прищур. Острые, заточенные зубы, которых касается длинный, тонкий язык, слизывающий слюну.
Усмехнувшись, Хи подносит когтистую, деформированную монструозную ладонь к своей пасти. Позиция демона ее разочаровывает, и она, огрызнувшись, заключает:
— Чтобы найти свою подругу мне не нужны органы этого создания. Неужели ты не ощутил ? Мощь и ауру? Дракон - Лунь не так далеко. А что до неразумного..
В этот миг стопы разворачиваются в направлении умирающего зверя. На, само собой неуместную попытку представиться в таком положении, лиса лишь едва кивнула, играя «жвалками», смыкая челюсть. Выдыхая клубок пара, сопровождая рождающимся рычанием в грудиной клетке, лисица шипит:
С неким разочарованием следя за тем, как змееокий решился спасти мясо, Хи тем временем ощупывала пространство вокруг, о чем говорила пелена, клубящая в склере ее очей. Сознание подмечает целостность и третьей оболочки - той, что наделена магией, но разительно отличается от природы Божков.
Таким образом, голодной, вырывающейся из заточения физической оболочки хи-цзин, придется терпеть мягкосердечность своих спутников. Природную энергетику Гудзе явно можно ощутить и на расстоянии, что случилось и с самой Хи - когда та почувствовала, что Лунь приняла свой истинный лик.
- Мрак.
Тем временем дверь домика так о останется приглашающе открытой...ЕщёХьюстон и Беладонна успешно справились с проблемой приземления, чего нельзя сказать о мисс Шпильман. В отличие от своих спутниц, она была обычным человеком. И жестокие силы физики мира не стали с ней церемониться. Набирая все большую скорость под силой гравитации, она пытается зацепиться за одну из сосен, но какими бы она превосходными физическими навыками не обладала — она человек, а скорость падения слишком высока. Схватившись за ветку, она повреждает собственные руки. Кости выходят из плечевого сустава, принося девушке адскую боль, а скольжение по неровному стволу дерева, по веткам и многочисленным сучкам встречающимся на пути, приводит к повреждению кожного покрова. Плоть девушки буквально счесывается об многовековой ветви дерева, и на землю она уже падает порядком израненная, без способности контролировать поврежденные руки. Хорошо, если она ещё живая и возможно ее спутницы успеют предпринять что либо ради ее спасения.
Тем временем дверь домика так о останется приглашающе открытой…
Вопрос о каком-то Депрессняке драконицей был встречен с явным удивлением на морде, на человеческий манер вопросительно изогнув дугой левую бровь. Правда, быстро сошедшим, когда она услышала что это разговор о каком-то представителе кошачьих. Нет, кота при своем приземлении она не заметила, но все же поспешила быстро вскочить на все четыре лапы, а то не дай бог она умудрилась похоронить под собой бедную животинку? По-лебединому изогнув длинную шею, она внимательно заглянула под собственное брюхо взглядом выискивая там наличие кого-нибудь живого. Но не обнару...Ещё- За себя скажу, что цела. - отзываясь на встречный вопрос вампира, Лунь поочередно проверила все свои конечности на наличие переломов, но таковых не обнаружила. Судя по тому, что голоса девушки и мужчины были довольно спокойными, если не считать того, что они как и Иссиня-черная были несколько удивлены своим внеплановым перемещением, она справедливо решила, что все отделались лишь лёгким испугом. Ну, уже хорошо, лечить не придется.
Вопрос о каком-то Депрессняке драконицей был встречен с явным удивлением на морде, на человеческий манер вопросительно изогнув дугой левую бровь. Правда, быстро сошедшим, когда она услышала что это разговор о каком-то представителе кошачьих. Нет, кота при своем приземлении она не заметила, но все же поспешила быстро вскочить на все четыре лапы, а то не дай бог она умудрилась похоронить под собой бедную животинку? По-лебединому изогнув длинную шею, она внимательно заглянула под собственное брюхо взглядом выискивая там наличие кого-нибудь живого. Но не обнаружив таковых быстро замотала головой. - Нет, подо мной его не было.
Переминаясь с лапы на лапу, отчего по округе разносился громкий треск снега, Иссиня-черная решила осмотреться, пока остальные выбирались со своих мест приземления.
Н-да, атмосфера вокруг царила далеко не праздничная: слишком мрачным казалось место их приземления. Даже, гнетущим. Куда ни глянь, всюду лежал снег и кроме них поблизости не было ни единой души. Ну, если не считать бедного, пострадавшего деревца, на которое так "удачно" приземлился один из спутников. Ей даже стало его искренне жаль, ведь никакому живому существу не пожелаешь такого конца. Итак жизнь медом не казалась среди этой ледяной пустыни, а тут ещё чье-то вторжение переломало тебе все "конечности". Но стоило ей об этом подумать, как от деревца потянуло сильным магическим фоном, который Иссиня-черная почувствовала собственным телом.
- О, как. - навострив уши, что до этого момента висели с боков головы драконицы, она с любопытством наблюдала как дерево, стоило мужчине подняться с его ветвей, источая зеленоватое свечение, начало самостоятельно приводить себя в более-менее нормальное состояние. Если, конечно, таковым можно назвать иссушенные холодом и ветром голые ветви. Но по крайней мере теперь оно стояло, а не было грудой дров. Уже хорошо.
- Хватает сил лишь на поддержание жалкого существования... - тихо прошипев, она задумчивым видом потянулась мордой к ветвям нависая собственной громадой над стоявшей подле дерева девицей.
- Сейчас организуем. - для такой большой махины она весьма резво подалась назад от дерева, услышав просьбу о предоставлении воды. Передними лапами, а также и хвостом, что быстро перекинулся ближе к голове, Лунь резв...ЕщёПредположение ей показалось логичным и таким до боли знакомым. Ведь когда-то и в ее собственных землях так и началась история мироздания: было едва живое сердце погибшего мира и оно кричало о помощи со стороны. И крик его был услышан. С шумом нос опять втянул воздух, в попытке уловить хоть какую-то подсказку о принадлежности дерева в какому-либо виду. И, Хвала Небесам, она была услышана: запах отдавал цитрусовым вкусом, напоминая о спелых рыжих фруктах. Мандариновое дерево, такое любимое и находящееся в почете у народов Востока. Символ... Нового года, точно! Мертвый и требующий того, чтобы его воскресили. Мысль о том, что это может быть какой-то зацепкой и ключом к некой загадке, что позволит им выбраться из этого мира, отразилась в голове Иссиня-черной призрачной надеждой.
- Сейчас организуем. - для такой большой махины она весьма резво подалась назад от дерева, услышав просьбу о предоставлении воды. Передними лапами, а также и хвостом, что быстро перекинулся ближе к голове, Лунь резво стала сгребать окружавший ее снег поближе к краю земли, которую к тому времени уже успела очистить своей магией эльфийка. Вот с чем-чем, а с наличием воды проблем у них быть не должно: снега вокруг было навалом! Оставалось лишь привести его в должное состояние. Похлопывая лапами образовавшуюся гору снега, дабы та стала более плотной, драконица перешла к следующему этапу.
Встав перед своим снежным творением, она запрокинула голову к небу. Для устойчивости широко расставила лапы, впивая когтями в толщу снега. Шумно втягивая воздух в лёгкие, буквально на мгновение драконица замерла. В груди ее зарокотало, словно там поселился рой шумных насекомых. А затем, опустив голову, она раскрыла клыкастую пасть над вершиной огромного сугроба, дабы выпустить скопившийся воздух. Но не одним быстрым выдохом, ведь ей сейчас не нужно было устраивать здесь бурю. Напротив, делала она это постепенно, выдыхая из своих лёгких раскаленный воздух, чтобы лишь воздействовать этим на снег, обращая его в талую воду. Стекая с возвышения вниз, она разлилась по земле живительной влагой, стараясь вдоволь напитать корни дерева и проклюнувшуюся молодую траву.
Эльфийка стала разогревать землю от мерзлоты, а дракониха топить снег своим тёплым дыханием, а что мог сделать сам Аргон, кроме как просто стоять и смотреть на данные магические трюки? Для начала он испил из своей фляги очередной алкоголь, а после вытер губы от его остатков.
- Та-а-а-ак, ладно. Есть небольшая затея, хотя она наверное глупая.
Достав с пояса собственной одежды небольшой мешочек и рассыпав прах из него на снегу, вампир с помощью древних знаний некромантии сформировал из этого праха несколько изуродованных скелетов в средневековой броне. У одних не было рук, у других головы, а некоторые вообще изрешечены стрелами.
- Так. Разделитесь на 3 команд...ЕщёСитуация в которой они оказались хуже некуда, не понятно где и не понятно для чего, пока уж естественно эльфийку не посетила мысль, оживить данное дерево, дабы оно вновь расцвело, но так же она потеряла своего кота. "Деприсняк". Вот так имя. Обычно называют их как Пушок или ещё как-то, но тут кличка действительно странная.
Эльфийка стала разогревать землю от мерзлоты, а дракониха топить снег своим тёплым дыханием, а что мог сделать сам Аргон, кроме как просто стоять и смотреть на данные магические трюки? Для начала он испил из своей фляги очередной алкоголь, а после вытер губы от его остатков.
- Та-а-а-ак, ладно. Есть небольшая затея, хотя она наверное глупая.
Достав с пояса собственной одежды небольшой мешочек и рассыпав прах из него на снегу, вампир с помощью древних знаний некромантии сформировал из этого праха несколько изуродованных скелетов в средневековой броне. У одних не было рук, у других головы, а некоторые вообще изрешечены стрелами.
- Так. Разделитесь на 3 команды, где будет по 2 мертвяка. Один копает кучу снега, другой от этой кучи снега прокапывает дорожку к дереву. Сделаем своеобразный акведук. Вперёд!
Скелеты посмотрели друг на друга, пожали плечами или даже плечом и разбрелись вокруг дерева выполняя приказ.
А сам Аргон тем временем достал в очередной раз флягу и испил из неё алкогольный напиток, а затем убрал её обратно в карман своей накидки, которая прикрывала его броню. Он был параноиком и всегда был в броне и оружием, если вдруг что-то пойдёт не по плану.
- Ямато Но Ороти или просто же Ороти, на крайний случай Падший. - Прикрыв блеснувшие золотом глаза, шикигами спокойно обратился уже непосредственно к той, что решила наконец оскалиться и высказать, за его методы работы. - Хи, говоришь про мощь и ауру? Тогда ответить мне, ощутит ли гора бросок по ней галькой? Отреагирует ли как-то зверь на присутствие его детёнышей играющихся в логове? Мне право стыдно за тех драконов, которых вы посчитали оплотом силы. Без обид, но не дотягивает она до взрослой особи, скорее до подросшего выводка.-Лениво направив ладонь в противоположную от себя сторону, под влиянием сил Падшего, ветер до этого спокойно гуляющий по их местопребыванию средь деревьев, усилился по...ЕщёОбратив внимание на пришедшую в себя носительницу пламени, Ороти не беспокоился о том что спасенный им олень побежит куда-то или решит атаковать от испугу. Подхватив ладошку девушки и целуя её, шикигами выровнялся под недовольную тираду лисицы и закатил на мгновенье глаза, сцепив руки за спиной.
- Ямато Но Ороти или просто же Ороти, на крайний случай Падший. - Прикрыв блеснувшие золотом глаза, шикигами спокойно обратился уже непосредственно к той, что решила наконец оскалиться и высказать, за его методы работы. - Хи, говоришь про мощь и ауру? Тогда ответить мне, ощутит ли гора бросок по ней галькой? Отреагирует ли как-то зверь на присутствие его детёнышей играющихся в логове? Мне право стыдно за тех драконов, которых вы посчитали оплотом силы. Без обид, но не дотягивает она до взрослой особи, скорее до подросшего выводка.-Лениво направив ладонь в противоположную от себя сторону, под влиянием сил Падшего, ветер до этого спокойно гуляющий по их местопребыванию средь деревьев, усилился подымая снег словно при снежной бури уплотнясь и сдавливая несколько огромных стволов с такой силой, что те под собственный треск и громкий хлопок разлетелись обломками, и только по его спутницам и самому Ороти они не попадали из-за созданного воздушнго барьера. Со вздохом подавив короткую вспышку своего недовольства и давая снегу опасть обратно, Древний дракон продолжил. -Возможно в мои времена драконами и считались необъятные взору чудовища из темных глубин воды, бездонных недр земли или тех кто парит в бескрайних Небесах. Если же сейчас дракон, это пресловутая откормившаяся ящерица, то называй и меня чудовищем.- Потеряв всякий интерес продолжать разглагольствовать на тему того, какими драконы были в его времена, Падший вновь подошёл к спасённому им оленю, успокаивая его и проводя ладонью по его морде, он посмотрел на ведьму краем глаза.
-Ванесса, могла бы ты проверить, что завалялось в мешке? Я думаю, эти сани если и попытаться починить, это займет некоторое время. Хотелось бы, чтобы ваши тела не испытывали дискомфорта от голода и не испустили дух.- Посмотрев в сторону чащи леса что их окружала, шикигами вытягивает руку по направлению веток прорастающих где-то посередине ствола и выпускает из фиолетового огонька на ладони длинный змеиный скелет, что со скоростью пущенной стрелы попадает в увиденное им дупло и костлявой пастью намертво хватает двух упитанных белок, переламывая им при смыкании челюстями их тоненькие шейки и скелет змеи втягивается обратно, оставляя меж пальцев шикигами тушки мелких зверьков.
- Я не силён в готовке, да и времени на неё у нас не так много, так что вот, освежевать да сжарить их думаю для вас проблемой не будет.
Данная умная мысль проносится в голове блондина как раз в тот момент, когда над ним закрывает мир тенью увесистая рука голема. Меньше секунды на раздумья - скачок на теневую сторону мира. Знакомых троп все ещё нет, но есть серебряный обелиск - его копье, торчащее в голове существа. К нему и потянулась искореженная душа Йена, чтобы материализоваться потом в подлунном мире зацепившись за древко.
Исчезнув в чёрном тумане и появившись из него же, Йен слышит оглушительный грохот. Это атронах обрушил сокрушительный удар на то место, где только что был сам мужчина. Тело гиганта вместе с повисшим на копье Вандербумом нехило тряхнуло, но тот удержался и даже упёрся обеими ногами в лёд, приобретая более устойчивую горизонтальную позу. Пок...ЕщёКопье летит верно и с коротким звоном вонзается в цель, застревает прямо во лбу ледяного гиганта примерно до половины древка. От такого мощного удара лёд начинает крошиться, покрываться трещинами, но сам атронах, кажется, чувствует себя великолепно. Этого мало.
Данная умная мысль проносится в голове блондина как раз в тот момент, когда над ним закрывает мир тенью увесистая рука голема. Меньше секунды на раздумья - скачок на теневую сторону мира. Знакомых троп все ещё нет, но есть серебряный обелиск - его копье, торчащее в голове существа. К нему и потянулась искореженная душа Йена, чтобы материализоваться потом в подлунном мире зацепившись за древко.
Исчезнув в чёрном тумане и появившись из него же, Йен слышит оглушительный грохот. Это атронах обрушил сокрушительный удар на то место, где только что был сам мужчина. Тело гиганта вместе с повисшим на копье Вандербумом нехило тряхнуло, но тот удержался и даже упёрся обеими ногами в лёд, приобретая более устойчивую горизонтальную позу. Пока атронах не додумался до следующего удара, а все ещё возвращал руку в изначальное положение, Йен глубже проталкивает копье в массу льда, прокручивает и обламывает внутри голема наконечник. Времени вытаскивать его уже нет, мало ли гигант решит ударить самого себя кулаком по лбу и прихлопнуть его.
Оттолкнувшись ногами от ледяной рожи, Йен падает спиной назад и делает кувырок, приземляясь на ноги. На секунду вскидывает взгляд почерневших глаз вверх и довольно ухмыляется, а затем спешит убраться из под ног атронаха, пока тот его не расплющил. Он явно играл на медлительности ледяной глыбы, петляя по снежному покрову, и вот он уже неподалёку от своих спутников в орде драугров. Ни темноволосая девушка, ни воин явно в помощи не нуждаются, но Йен и не затем здесь, чтобы их спасать. И на его долю хватит гнилых трупов.
От бросившегося на него с копьем драугра он уходит легким проворотом корпуса в сторону, вдоль древка. Ржавое орудие ни в какое сравнение не идёт с зачарованным копьем, но оно увы застряло в теле атронаха, и уже делает свою работу. Схватившись за оружие трупа, Йен сильным тычком ладони в подбородок буквально сбивает черепушку воина, а после выдирает копье из его мертвых пальцев. И вовремя - в его сторону поля битвы уже приближаются остальные павшие. Выдох-вдох. Он не чувствует холода или усталости. Только азарт боя, подогревающий кости изнутри, терзающий многовековую чёрную душу.
Вандербум врывается в толпу нечистей наперевес с копьем. Начинает кружиться, отбиваясь то древком, то наконечником, сносит черепушки прицельными ударами, пронзает сгнившие сердца. Его тоже рвут, кусают, терзают мечами и топорами, из каждого пореза на бледной коже Демона Шифра сочится чернильный туман.
Тем временем, наконечник копья Йена внутри атронаха продвигается все глубже в толще льда. Трещины становятся отчетливее, масштабнее, лёд скрипит и расходится. Серебряный кусочек металла начинает источать тот же чернильный туман души своего хозяина, и чернота бежит по трещинам во льду. Повреждения голема не масштабные, но и не этого Йен добивался.
”Ты. Мой”
Поражённый чумой души Демона Шифра, атронах переходит в контроль к носителю копья.
После некоторых действий, которые воспроизвели вторая команда, постепенно ветки маленького девца начали укрепляться, подниматься вверх к солнечному источнику. Сама небольшая крона деревца тоже словно обросло новой корой, укрепляя дерево новой защитой от холода. Оно снова ожило волшебным образом, хороший знак, что участники задания делают все правильно. Через несколько минут на уже окрепших ветках появляются почки, а после распускаются в молодые листики, от которых теперь уже приятно пахнет мандаринами. Плоды также появляются по волшебству на маленьком деревце, что ветки начинают прогибаться под тяжестью небольших мандаринов. Дерево словно благодарит их за свое спасение и дарит им свои плоды. Задание было выполнено и теперь дорожка в лесу, куда им нужно было последовать, красной нитью появляется на деревьях. Теперь это их новый путь, который нужно исследовать.
Аура — 1 Искупление.
Аргон — 1 Искупление.
Лунь — 1 Искупление.
С небольшой заснеженной полянки раздался пронзительный визг, а после чуть более тихий хрип и хруст снега. А затем всë затихло. Только зверинные стоны и нечастые похрустывания снега всë так же доносились всë оттуда же.
Олень. Весь перепачканый кровью, с пробитым боком и торчащей из него веткой. Тянущий за собой кровавый след и так жалобно зовущий на помощь. Из последних сил зверь пытается высмотреть что-то или кого-то, беспомощно оглядываясь по сторонам. В попытках встать всë более явно угасает надежда на спасение, а вместе с ней угасает и жизнь изящного рогатого животного.
К счастью, его заметили в темноте этого мрачного леса. Животное жалостливо промычало, ткнуло мордочкой оставшимися силами Ороти в руку и снова упало на землю. Прикрыв свои глаза, олень старается размеренно дышать и не дёргать конечностями, когда его лечат. Происходит это быстро и, по удивлению, волшебно. Рана затянулась, а олень словно впитал в себя энергию, которую растерял.
Раскрыв веки, рогатое животно...ЕщёНПС: Олень.
С небольшой заснеженной полянки раздался пронзительный визг, а после чуть более тихий хрип и хруст снега. А затем всë затихло. Только зверинные стоны и нечастые похрустывания снега всë так же доносились всë оттуда же.
Олень. Весь перепачканый кровью, с пробитым боком и торчащей из него веткой. Тянущий за собой кровавый след и так жалобно зовущий на помощь. Из последних сил зверь пытается высмотреть что-то или кого-то, беспомощно оглядываясь по сторонам. В попытках встать всë более явно угасает надежда на спасение, а вместе с ней угасает и жизнь изящного рогатого животного.
К счастью, его заметили в темноте этого мрачного леса. Животное жалостливо промычало, ткнуло мордочкой оставшимися силами Ороти в руку и снова упало на землю. Прикрыв свои глаза, олень старается размеренно дышать и не дёргать конечностями, когда его лечат. Происходит это быстро и, по удивлению, волшебно. Рана затянулась, а олень словно впитал в себя энергию, которую растерял.
Раскрыв веки, рогатое животное поднимается на своих копытах, вертит головой по сторонам и благодарственно тёплым носом утыкается снова спасителю в ладонь. После чего, олень пропадает, словно его и не было, а это значит, что задание закончено. На земле осталась только повозка с игрушками в большом красном мешке, а по дорожке, куда им нужно последовать, ведёт красная, сверкающая нить, что связывает между собой каждое деревцо. Новый путь их ожидает, но опять же, неизвестно куда...
Ороти — 1 Искупление.
Пока что, пробуждающуюся от голода - не физического, как скудно мог подумать Ороти, предложив испробовать убогое беличье мясо - истончающаяся физическая оболочка Хи дает большую и большую брешь.
Лисью тень поразили значительные изменения. Она отбрасывала теперь минимум пятерку эфемерных, незримых для простых смертных, но так давяще ментально, ощущаемых огромных хвостов. Хвостов, что подобно живым, отдельным существам тянулись в разные стороны в поисках лишь одного - человеческой плоти, крови. И Фантазий.
Частично все мифы про трикстеров в лисьем обличье имели место быть. Ци-зцин действительно питалась деликатесами - желаниями и самыми сокровенны...ЕщёБлагодетель искусителя явно раздражает Поднебесную. Все его колкие и, безусловно не точные замечания, пропускаются Гудзе мимо ушей. Если уж Божок не в силах отличить Лунь-Ван от остальных собратов - вопросы о его существовании и опыте отпадают сами собой. Да и тем более - Иссиняя Лунь сама разберется с тем, кто осмелился ее сравнить с ящерицей.
Пока что, пробуждающуюся от голода - не физического, как скудно мог подумать Ороти, предложив испробовать убогое беличье мясо - истончающаяся физическая оболочка Хи дает большую и большую брешь.
Лисью тень поразили значительные изменения. Она отбрасывала теперь минимум пятерку эфемерных, незримых для простых смертных, но так давяще ментально, ощущаемых огромных хвостов. Хвостов, что подобно живым, отдельным существам тянулись в разные стороны в поисках лишь одного - человеческой плоти, крови. И Фантазий.
Частично все мифы про трикстеров в лисьем обличье имели место быть. Ци-зцин действительно питалась деликатесами - желаниями и самыми сокровенными мечтами, создавая для своей еды морок, чтобы эмоции были значительно сочнее. А сейчас с ней находилось лишь двое.
Девчонка и змей. Поднебесная, плотоядно скалясь, позволяет парочке хвостов устремиться к целям. Рыжевласка ощутит это тяжелое, удушливое давление в атмосфере вокруг, когда один из хвостов словно змей ( эх, сравнения), оплетет ее ноги, смакуя, впитывая - осязая. Второй хвост удостоит Ороти своим вниманием, но совсем иначе. Он, словно вторя его повадкам, коими одарил змей на балу, зависнет прямо перед ним, незримый. И лишь кончик хвоста укажет на его левое плечо...
Путы лисьего морока оставят в покое своих отмеченных спутников, и гудзе, параллельно со всем этим подмечающая объемы красного мешка, хмыкнет.
- Не знаю как вы, но я вижу, куда ведет нить Лунь. И не намерена сидеть здесь... А это...
Пятерка хвостов резким движением обволакивает, обхватывает и сдерживает пойманный мешок, наглым образом воруя его. В следующий миг, ловко маневрируя, миниатюрная плутовка срывается с места по направлению этой красной нити, что чудным образом пересекается с ее личной - бирюзовой нитью Лунь, видимой только Гаруспик.
Таким образом, Хи, в несамом лучшем пограничном состоянии, уволакивает за собой мешок, не заботясь - выронит ли что ненароком, или нет.
Слепая лисица нашла путь к своей подруге, так что эта обманщица всеми способами доберётся до нее - пока не стало слишком поздно. Поздно для зверя, что разрывает звенья естества Поднебесной.
Агата погибла от руки человека, обещавшего любить её и лелеять, но жестоко обманувшего ожидания девы. Сильное чувство обиды не дало ей уйти в иной мир. Она восстала из мёртвых.
Рост Агаты составлял 175 сантиметров. При жизни она была красавицей, однако и смерть не сильно изуродовала её. Фигура также осталась стройной и изящной. Глаза стали ещё шире, губы приобрели фиолетовый оттенок. Кожа грязно-зелёная. Волосы собраны в пучок. А две пряди были распущены.
На ней свадебное платье с брительками, испачканное грязью, с облегающим корсетом и фатой. Само платье имело многослойную юбку, что позволяло закрыть ноги. Из обуви лишь простые балетки.
Посреди ночи, она замечает синеволосую девушку. Говорить Агата не умела и единственный способ, которым смогла дать понять об её присутствии, так это – туман и лёгкий звук шагов. Она подошла к ней, держа в руках букет завядших цветов. Взгляд её был озадачен. Мертвая невеста прошла рядом с ней, маня за собой и приводя девушку обратн...ЕщёНПС: Мёртвая невеста.
Агата погибла от руки человека, обещавшего любить её и лелеять, но жестоко обманувшего ожидания девы. Сильное чувство обиды не дало ей уйти в иной мир. Она восстала из мёртвых.
Рост Агаты составлял 175 сантиметров. При жизни она была красавицей, однако и смерть не сильно изуродовала её. Фигура также осталась стройной и изящной. Глаза стали ещё шире, губы приобрели фиолетовый оттенок. Кожа грязно-зелёная. Волосы собраны в пучок. А две пряди были распущены.
На ней свадебное платье с брительками, испачканное грязью, с облегающим корсетом и фатой. Само платье имело многослойную юбку, что позволяло закрыть ноги. Из обуви лишь простые балетки.
Посреди ночи, она замечает синеволосую девушку. Говорить Агата не умела и единственный способ, которым смогла дать понять об её присутствии, так это – туман и лёгкий звук шагов. Она подошла к ней, держа в руках букет завядших цветов. Взгляд её был озадачен. Мертвая невеста прошла рядом с ней, маня за собой и приводя девушку обратно к тем же статуям с омелой ожидая её действия и глупо хлопая глазами.