2
Когда Сергей проснулся, было ещё рано. Солнце ещё не взошло высоко и теперь светило на Сергея через панорамное окно. Он прищурился, ощутил головную боль. Вот он — сон алкоголика. Хорошо бы проспаться, пока чувствуешь все симптомы похмелья, но ни свет ни заря подрываешься и не можешь сомкнуть глаз. Может, всё дело в жажде? Сергей подумал о том, где бы раздобыть воды, и вдруг понял, что он в офисе, в кресле начальника. Он в ужасе вскочил, но через секунду понял, что начальник не зайдёт в кабинет, так как сегодня суббота, да и вообще они теперь работают в совершенно другом бизнес-центре.
Удивляясь тому, что он отрубился и всю ночь проспал в офисе, а его никто не разбудил, Сергей вернулся в свой кабинет и достал из шкафа пальто. Телефона в кармане не было, не было его и на столах, и под ними. Он безуспешно обыскал все места, где он мог бы лежать, но нигде не нашёл и пришёл к выводу, что это Пашка или кто-то ещё забрал телефон с собой, думая, что сам Сергей уже уехал. Ну ничего, можно будет позвонить из дома и забежать забрать. Благо, Сергей и Павел Евгеньевич жили в одном районе.
Выходя из лифта, Сергей придумывал как он объяснит своё появление вахтёру, который, должно быть, не ожидал никого увидеть в субботу утром после глобального переезда, а тут на тебе! Сергей, усмехаясь, представил себе какое у вахтёра будет лицо, но только вахтёра за стойкой не было. Жаль, значит, куда-нибудь отошёл, такой прикол пропал.
Возле выхода Сергея поджидал новый сюрприз: путь к наружной двери преграждала внутренняя решётка, на которую раньше Сергей даже не обращал внимания, а теперь она была сомкнута и закрыта на замок. Наверняка это вахтёр закрылся, чтобы никто не заходил, а сам ушёл в туалет, решил Сергей и немного подождал. Но вокруг было подозрительно тихо. У Сергея начали мелькать тревожные мысли, так что он решил сходить и поискать злосчастного вахтёра. В конце-концов, он мог глушить водку где-нибудь в подсобке, ведь так?
Сергей нашёл подсобку, но в ней было темно. Кое-как отыскав выключатель, он включил свет, но увидел лишь пустой старый диван и пыльный стол со следом от телевизора. Кинувшись в ближайший туалет, Сергей, убедился, что и там никого нет. Стало страшновато. Но в принципе, вахтёр мог быть где-нибудь ещё. Сергей принялся кричать:
— Эй! Вахтёр! Кто-нибудь! Есть тут кто?! — но в ответ он не слышал ни звука.
Вполне могло быть и такое, что вахтёр делал какой-нибудь обход здания, проверяя всё ли в порядке на этажах, не остался ли кто-нибудь там. Тогда будет лучше подождать его здесь. Перебирая в голове варианты, Сергей облокотился на стойку и простоял так несколько минут. На глаза попался кофейный автомат и Сергей решил, что немного успокоиться и собраться с мыслями поможет стаканчик кофе. Сказано-сделано. Дрянной капуччино, из растворимого кофе и сухого молока в пластиковом стаканчике стоил двадцать рублей. Зачем-то вывалилась пластиковая ерундовина, не заслуживающая название ложки, хотя кофе заказывался без сахара. Кстати, не помогает этот выбор — с сахаром или без. На дне стаканчика всё равно окажется приторная жижа, которая с последним глотком испортит всё и так не богатое впечатление.
Допивая напиток, оскверняющий название “капуччино”, Сергей вдруг услышал звуки непонятного происхождения где-то внизу. Ну вот, не всё так плохо. Вахтёр что-то делает в подвале. Можно попросить его открыть решётку, обрадовался Сергей. Ещё и кофе успел попить.
Сергей спустился по лестнице в подвал и толкнул массивную дверь. В подвале было темно. Нашаривая рукой выключатель, Сергей с сомнением крикнул “Эй!”, не представляя что может вахтёр делать в полной темноте.
Свет зажёгся, никакого вахтёра в подвале не оказалось. Сергей лишь успел заметить как жирная крыса шмыгнула в темный уголок. В подвале были какие-то полки, коробки. Устаревшие и списанные системные блоки возвышались могучей стеной. Это чтобы за утилизацию не платить, понял Сергей.
Больше ничего примечательного в подвале не было. Сергей ещё для верности покричал вахтёра, но вряд ли бы этот бойкий старичок стал выдумывать такие шутки и прятаться от Сергея в подвале. Значит, шумела тут крыса, прогрызая одну из коробок. Вон и ошмётки на полу лежат.
Выйдя обратно в холл, Сергей подёргал решётку, но та была заперта надёжно. Она была предназначена для того, чтобы никого не впускать и никого не выпускать, поэтому миновать её без ключа было затруднительно.
Ключ! А это идея, он же может где-нибудь тут лежать. Вахтёр, когда вернётся с обхода, наверняка не обидится, если Сергей пошарит в его столе, находясь в такой ситуации. Он закроет за собой решётку, а ключ бросит внутрь, где вахтёр его и найдёт.
Но, роясь в ящиках, Сергей не нашёл не только ключа, но и вообще ничего. Ни кружки, ни каких-то личных бумажек, ни даже ручки. Не может быть, чтобы человек на рабочем месте не оставил ничего, что принадлежит ему. В висках застучало.
Лихорадочно обдумывая что делать, Сергей подошёл к решётке и посмотрел сквозь неё и стеклянную дверь на улицу. Снаружи никого не было. Предновогодний выходной ещё не наполнился людьми, которые с безумием в глазах носятся по городу в поисках подарков. Да и место такое — одни бизнес-центры да учреждения, а рядом старая стройка. Кому надо ходить здесь в субботу утром? Поблизости даже нет магазинов, которые бы работали по выходным — всё рассчитано на бизнес-центры и их сотрудников. Это пугало. Сергею вдруг вспомнилось, что сегодня Новый год, а завтра ему нужно вылетать на Кубу. Если он тут надолго застрянет, то не успеет толком собраться.
Сергей потряс решётку. Ладно. Допустим, вахтёр уже сложил и погрузил свои вещички. Но сам-то он не мог оставить здание пустовать. Мало ли кто проникнет внутрь — какой-нибудь бомж в поисках ночлега или забулдыга в поисках цветных металлов. Да и подростки вечно ищут заброшенные места, чтобы безнаказанно жить взрослой жизнью — пить, курить и заниматься сексом. Вот только как они проникнут внутрь, если Сергей не может выйти наружу? Окон на первом этаже принципиально не предусмотрено, дверь закрыта прочной решёткой… Но возможно, где-то есть пожарный выход. И он-то должен быть открыт!
Сергей приободрился и рванул искать пожарный выход. Он нашёлся довольно скоро — им кончалась вторая лестница, которую сотрудники использовали в качестве курилки. Вот только массивная, железная дверь, предназначенная для эвакуации, была надёжно (а в случае Сергея — безнадёжно) заперта на замок.
Сергей пнул её пару раз ногой, не произведя никакого эффекта, и матерясь на вахтёра и всех прочих, кто не мог сделать пожарный выход, который можно открыть изнутри, но нельзя снаружи. Он вернулся в холл и набросился на решётку. Он тряс её, пинал, наваливался на неё с разбега то плечом, то задом, но решётка лишь слабо пружинила под его натиском и гремела. Не мог же проклятый вахтёр просто уйти и закрыть бизнес-центр, не убедившись, что внутри никого нет. Или мог?
Отогнав мрачные мысли, Серегей решил, что наверняка вахтёр или где-то на этажах, или вышел в поисках магазина, который не так близко отсюда, и скоро вернётся. Раньше бизнес-центр всегда работал по выходным. Сергею иногда приходилось приходить сюда по субботам или воскресеньям, чтобы успеть подготовить документы. Часто он засиживался допоздна, потому что начальнику приспичивало работать, значит, и ему приходилось оставаться. Правда, начальник приходил после обеда, а Сергей, как и все остальные сотрудники, к девяти.
В холле было прохладно и некуда присесть, чтобы дождаться вахтёра. Сергей придумал повесить поперёк решётки свой шарф — так вахтёр поймёт, что тут кто-то есть и не уйдёт снова, закрыв здание на все замки. Сергей зашёл в подсобку и уселся на скрипучий диван. Похмелье давало о себе знать — голова кружилась и болела. Сергей решил немного полежать, будучи уверенным, что услышит вахтёра, да и тот его вряд ли пропустит, увидев, что в подсобке горит свет. К тому же, надо было скоротать время, так что, Сергей положил руку под голову и уснул на грязном диване прямо в пальто.
3
Проснулся Сергей с ещё большей головной болью, но хотя бы не было такой тошноты и пустой желудок напоминал о себе чувством голода. Взглянув на наручные часы, он понял, что проспал около трёх часов. Вахтёр так и не появился, шарф одиноко висел на решётке. Оставалось признать, что в здании нет никого, кроме крыс и самого Сергея. Положение самое дурацкое — Новый год, 31 декабря, завтра вылетает чартер, а Серёга, как называл себя он сам, сидит тут взаперти, забытый всеми.
Слёзы отчаяния навернулись на глаза, когда Сергей снова безуспешно попытался раздвинуть решётку, отделяющую его от зимнего городского пейзажа с грязными сугробами вдоль трассы.
Сергей купил себе в автомате шоколадку и ещё один стаканчик “кофе”, чтобы подстегнуть свой мозг к действию, потому что без этого мысли в голову лезли только самые депрессивные — про скелет, найденный среди обломков снесённого здания, про голодную смерть, когда в автомате закончатся шоколадки, а в подвале крысы. Правда, представив себе пойманную и освежёванную крысу, Сергей содрогнулся. Доеденная шоколадка чуть было не полезла обратно, так что он поскорей отогнал эти мысли и стал думать о том, что же ему предпринять, чтобы выпутаться из этой ситуации.
Можно попробовать сломать решётку, но только чем? Она выглядит довольно прочной, и даже если найти здесь лом и кувалду, то не факт, что получится выломать её. О запасной двери тоже говорить нечего, ту сломать можно только с бульдозером. Сергей попытался найти систему сигнализации. Если бы сделать так, чтобы она сработала, то приехал бы наряд быстрого реагирования, который бы и спас его. Но возле входа под потолком висел ящик с входящими в него проводами, но который был пуст. Провода были аккуратно срезаны. Видимо, электрики вывезли всё доступное оборудование. Странно даже, что не стали забирать счётчики из электрощитков, иначе сейчас даже не было бы электричества. Кстати, об электричестве. Можно зажечь свет, подать какой-нибудь сигнал морзянкой (если бы знать морзянку) или написать включёнными окнами что-то типа “HELP” или “SOS”, а то слово “ПОМОГИТЕ” ужасно длинное и не влезет, даже если его писать по всему зданию вкруговую. Хотя, сейчас всё равно ещё светло, толку от включённого света не будет, а пока можно было поискать другие варианты.
Сергей снова прошёлся по подвалу, предварительно как следует постучав по двери, чтобы крысы успели спрятаться. Коробки были полны пенопласта, полиэтилена и прочей ерунды, что никак не годилось хоть под какой-нибудь инструмент. Системные блоки тоже не казались удобным средством для освобождения. Но можно было бы попробовать пробить им стекло на втором этаже.
Взяв один пыльный, но не очень тяжёлый корпус компьютера, который офисные дамы с почтением именуют “процессор”, Сергей отправился на второй этаж, который был полностью отдан во владения арендаторов и столовой. Арендаторы съехали, забрав всё, до чего можно было дотянуться — кое-где были даже скручены выключатели и розетки. Странно, что плитку с пола не отковыряли.
Подойдя к окну, которое, как и во всём здании было монолитным, от пола до потолка, Сергей прикинул, что тут, несмотря на то, что второй этаж, будет метров десять до земли. И спуститься особо не по чему — нет карнизов и водосточных труб. Надо будет найти что-нибудь, что можно будет привязать к батарее, надеясь, что она выдержит его вес. Да и к чёрту! Пора выбираться из этого проклятого здания навстречу Кубе! Ну, была-не-была! Сергей отошёл и, размахнувшись, бросил системный блок в окошко, заранее зажмурившись. Всё равно здание будут сносить, никто не предъявит ему претензии за порчу имущества. Только вот ожидания не оправдались и порча имущества не произошла. Вернее, произошла порча системного блока, который покорёжило, с него отлетело сразу две крышки, а пластмассовая морда разлетелась кусочками по всему кабинету. Тонкий китайский алюминий (или из чего они там штампуют) не оставил на прочном стекле сколь бы то ни было существенных следов.
Сергей с остервенением пробовал кидать компьютер в окно ещё и ещё, даже когда убедился, что это бесполезное занятие. Где-то внутри стекла появлялись маленькие трещины, а снаружи белые отметины, но разбиваться оно решительно не желало. Затем он пробежался по третьему этажу, где нашёл шкаф, в котором была деревянная перекладина для плечиков. Вооружившись палкой, Сергей снова яростно атаковал окно, но снова безуспешно. Закалённое триплекс-стекло было рассчитано на изменение геометрии здания при смене погодных условий, разницу давления и температур, различные механические повреждения. Палка Сергея только больно отдавала вибрацией в руки, но стекло не получалось разбить, даже если швырять палку как копьё. В итоге палка сломалась на две части, а трещин в окне так и не прибавилось.
Вспомнился какой-то фильм, где офисный клерк на спор пытался выбить подобное стекло в небоскрёбе, наскакивая на него с разбегу с офисным стулом наперевес. Правда, у него разбить стекло получилось, благодаря чему он и получил премию Дарвина, вылетев наружу… посмертно. Повторения такой судьбы Серёга не хотел, поэтому, отдышавшись, он решил действовать более цивилизованно и постараться отыскать в здании работающий телефон, чтобы вызвать подмогу.
Уже начинало темнеть, когда уставший и голодный юрист убедился в том, что на всех этажах все телефоны из здания увезли, офисные АТС тоже, как и всю остальную технику. Был в этом некий положительный момент: в одном из кабинетов нашлась поллитровая бутылка коньяка. Видимо, кому-то, кто коньяк не пьёт, подарили, бутылку, он её оставил в офисе, в надежде, что её разопьют при следующей попойке, а потом она не попалась на глаза, была поставлена в дальний угол за жалюзи, где и простояла до сих пор. Однако, было не до коньяка. Самое время зажигать свет в окнах.
Гуляя по этажам в поисках телефона, Сергей думал об этом. Если он хотел написать “SOS”, то ему бы потребовалось как минимум по три кабинета на ширину буквы, плюс ещё по одному тёмному кабинету между ними, чтобы слово можно было прочитать и понять, что окна горят не просто так в случайном порядке. Итого получалось одиннадцать кабинетов. Но на этаже их было меньше. Если бы они были не такие большие, то удалось бы втиснуть послание, но невозможно было включить свет отдельно от другой секции кабинета. Можно было бы написать слово вертикально, но жилые дома виднелись только из верхних этажей бизнес-центра, а значит, и из них увидели бы только верхнюю часть послания и маловероятно, что восприняли бы это как “SO..”, а не как пять и ноль или непонятный орнамент. С трассы тоже не открывался хороший вид на здание, где год проработал Сергей. К тому же, часто ли вы смотрите на окна домов, когда несётесь на машине по городу в поисках подарков?
Написать с помощью света в окнах общаги другое слово из трёх букв к приезду больших шишек с инспекцией в студенческий городок, где жил и учился Серёга несколько лет назад, было гораздо проще даже несмотря на то, что приходилось подговаривать целую кучу студентов с разных потоков. Кому-то надо было пообещать материальные блага, а кого-то даже припугнуть. Но тогда всё получилось, до начальства месседж дошёл. Искали виновных, но повезло — все студенты утверждали, что не сговаривались, а свет горел или был потушен по чистой случайности, мало ли какие совпадения бывают?
В конце-концов Сергей решил зажечь некий восклицательный знак посреди здания на верхних этажах, а затем мигать светом на самом последнем, надеясь привлечь внимание. Какое-то время он бегал по кабинетам, зажигая свет и проверяя, что в остальных офисах он выключен, а когда добрался до последнего этажа с бутылкой коньяка в руке, свет не включился. Матерясь вслух, он проверил другие выключатели, другие кабинеты, но там свет тоже зажечь не удалось. Он спустился на этаж ниже, где он уже зажигал свет, но и там царила темнота. Более того — темно было и на лестнице, и в коридоре. Кому-то ведь понадобилось вечером 31-го декабря отрубить от электрической сети бизнес-центр, готовый к сносу.
#АвторскиеРассказы
Нет комментариев