Молитва – это признак человека.
Блаженной памяти почивший Сербский патриарх Павел говорил такие простые слова: "Птица потому и птица, что летает, а цветок потому и цветок, что пахнет и цветет. А человек потому человек, что он молится".
Молитва – это родовой признак человека. Во всем остальном человек похож на животных. Это млекопитающее живородящее, двуногое без перьев. Ну так бы мы его могли определить в курсе биологии.
То есть мы рожаем живое потомство, как, например, и кошка, и собака, и дельфин, и слон.
Мамы наши кормят детёнышей своих молоком, как, собственно, корова телёнка кормит, как и слониха слонёнка кормит.
И мы переживаем о детях своих и сбиваемся в стадо человеческое, некий социум и храним семью, как лебедь или те же самые дельфины или мартышки, или волки.
У нас есть сигнальные системы, благодаря которым мы коммуницируем с такими же, как мы. И во всём остальном мы такие же животные на самом деле.
А чем же мы по-настоящему отличаемся от животного мира? По сути, только одним – тем, что мы молимся. Молитва – это признак человека. Птица потому птица, что летает, цветок потому цветок, что растет и пахнет, а человек потому человек, что он молится.
Давайте кратко поговорим о молитве. Это великое искусство, это наука из наук, искусство из искусств. Всю жизнь нужно учиться молиться. Иногда человек проводит долгие десятилетия в попытках научиться призывать имя Господа внимательно, со страхом и благоговением.
Иногда Божьим сверлом сердце просверливается в одну секунду, и оттуда бьёт фонтан молитвы, как это было, например, у тонущего Петра, когда не было времени и возможности книжку взять в руки, встать на колени, лампаду зажечь. Тонет человек. И он кричит: "Спаси меня, погибаю"! Вот такая молитва погибающего человека.
Или разбойник, например, на кресте: "Помяни, Господи, во Царствии Твоем". Или мытарь в храме, бьющий себя в грудь: "Боже, милостив буди мне грешному"! Это всё краткие молитвы, которые вырываются из человека протуберанцами, как гейзер, такой горячий кипяток вырывается из недр человеческой души.
Это такая просьба к Богу.
Но лучше не ждать беды, чтобы беда заставила нас молиться.
Лучший учитель молитвы – это беда. Когда беда приходит, приходит болезнь, начинается молитва об исцелении, приходит страх, начинаться молитва о спасении.
Приходят неприятности с детьми, начинается молитва о детях.
Но я бы не хвалил этот вид молитвы, потому что все-таки нужно молиться до болезни, до нужды, до беды, до смерти, до опасности, до разлучения души с телом.
То есть нужно молиться Богу, потому что Он есть, и нужно общаться с Ним.
Василий Великий определяет несколько видов молитвы. И первую, полагает он, молитву хвалебную. Бога нужно хвалить, в храмы нужно приходить для того, чтобы Бога хвалить. Заканчивается Псалтирь хвалебными псалмами 148, 149, 150. Мы читаем их на утренней. Начинается псалтирь откровением от том, как надо жить. Блажен муж, который не ходит на совет нечестивых, но в законе Господня воля его, и в законе Господнем получится день и ночь. Он будет похож на дерево при потоках, которое лист не потеряет и плод принесёт.
Это начало Псалтири. А в конце Псалтири к чему приходят?
К тому, что хватить надо Господа. Хвалите Господа, хвалите Его, змеи, бездны, огонь, град, все хвалите Господа. Человек настолько расширяет свою душу, что он желает, чтобы вся вселенная превратилась в храм, а он, человек, стал в этом храме священником.
Это, собственно, есть цель творения человека. Мир – это храм, а человек в нём священник.
Протоиерей Андрей Ткачёв