Последние шаги давались с трудом. Шарахающиеся в сторону от худого, грязного, но по-прежнему вызывающего страх алабая прохожие, совсем не добавляли псу уверенности... Двор гудел. Терялся в какофонии разной тональности звуков. Взрывался веселым смехом разновозрастной детворы и до безобразия напоминал растревоженный, разворошенный медведем-сладкоежкой пчелиный улей. В большой квадратной песочнице с выкрашенными яркой синей краской бортами копошились малыши. Лепили, строили. Выкапывали маленькие, похожие на мышиные норки, ямы и тут же, забываясь, засыпали их песком, переворачивая цветные формочки-ведерки. Чуть подальше, там, где под тенью молодых деревьев примостились разного
Заболела теща, через неделю умерла. Забираем тестя к себе, благо место есть. У тещи был пес, просто черный лохматый урод. Забрали и его, себе на горе. Все грызет, детей прикусывает, на меня огрызается, гадит, гулять его надо выводить вдвоем, как на распорке. Вызывал кинологов, денег давал без счету- чтоб научили, как с ним обходиться, без толку... Говорят, проще усыпить... Тесть решил, собачка умрет, тогда и ему пора. Оставили. Дети ходят летом в джинсах, с длинными рукавами: покусы от меня прячут, жалеют дедушку. К осени совсем кранты пришли, озверел, грызет на себе шкуру, воет. Оказывается, его еще и надо триминговать. Объехали все салоны, нигде таких злобных не берут.
Старый серый кот с шерстью, торчащей клочками, сидел рядом и уговаривал: - Ну, что ты так расстраиваешься? Ну, чего? Рядом с ним сидело маленькое существо, напоминающее небольшого суслика. Толстого и кругленького. С маленькими лапками и малюсенькими пальчиками. Существо плакало. Оно тихонько всхлипывало и вытирало лапками мордочку. - Болит всё. Всё тело. Будто ногами били. - Ногами? - возмутился серый кот, - Ты мне будешь рассказывать про ногами? Меня вот полгода назад управдом из этого дома ногами побил. Я у него из мусорного пакета вот такой кусок пиццы стащил. И кот развёл лапы в стороны, демонстрируя Душе, какая была пицца. Душа посмотрела на кота широко раскрытыми гл