"""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""
Два тарана Петра Шавурина
Тяжёлым было детство многих екатеринославских детей. Семья Петра потеряла много родных и близких. Умерли мать, бабушка, дядя, 9 детей. Пётр остался с отцом. Отец решил выучить сына. Пётр окончил 7 классов и престижное в то время фабрично-заводское училище "Красный металлист".
Получив специальность слесаря-инструментальщика, Шавурин начал работать в трамвайном депо № 1 родного города. Работа нравилась. Нравился ему и слесарь-электрик Андрей Чирков. Он был старше Петра на год. И привлекал этот парень ещё и тем, что учился в аэроклубе. Пошёл туда и Пётр. Учёба и работа сложно совмещались в его распорядке дня.
После окончания аэроклуба, его как отлично владеющего техникой пилотирования, оставляют в аэроклубе лётчиком-инструктором. Вскоре призывают в Красную Армию и направляют в Батайскую военную авиационную школу пилотов. Здесь готовили лётчиков-истребителей.
В 1940 году Пётр Шавурин окончил лётную школу и был направлен в 28-й истребительный авиационный полк в город Львов для дальнейшего прохождения военной службы. Там и встретил войну.
В августе 1941 года Шавурина переводят в 722-й истребительный авиационный полк, в котором он и совершил свой первый боевой подвиг.
Полк охранял Горьковский автозавод, как важнейший стратегический объект. Налёты фашистской авиации на Горький, находившийся сравнительно далеко от фронта, участились. Но лётчики и зенитчики давали достойный отпор врагу. Наступило 27 июля 1942 года...
...Небо начало светлеть. Лейтенант Пётр Шавурин шёл через аэродром к стоянке дежурного звена. Мрачным было его худое, скуластое, с упрямым подбородком лицо. Лётчика беспокоили невесёлые мысли. Он думал о Днепропетровске. В оккупированном фашистами городе остались престарелый отец, друзья.
Что будет с городом, родными? Шавурина глубоко взволновала напечатанная в "Правде" статья - "Стонет земля украинская". Много слышал он о зверствах оккупантов, но то, о чём поведала газета, особенно поразило. Он вознегодовал:
"Проклятые фашисты! Не могу больше сидеть в тылу! Завтра же подам рапорт. В самое пекло попрошусь!.."
Когда Пётр подошёл к стоянке, почти совсем рассвело. Лётчик невольно залюбовался своим красавцем - истребителем. Влажный от росы, МиГ-3 поблескивал свежей тёмно-зелёной краской, ярко выделялись красные звёзды на фюзеляже, киле и крыльях. Удлинённый нос, заканчивающийся коком винта, создавал впечатление, что самолёт рвётся в полёт.
Едва Шавурин занял место в кабине, и пристегнул ремни, как с командного пункта взвилась зелёная ракета. В наушниках раздался голос командира полка:
- К объекту на большой высоте со стороны Арзамаса следует самолёт - разведчик "Юнкерс-88". Приказываю перехватить его и уничтожить !
Голос звучал спокойно: командир был уверен, что Шавурин не подведёт.
На высоте 5000 метров облака расступились. Лётчик чуть выше своего самолёта увидел "Юнкерс".
- Цель обнаружил. Атакую! - доложил Пётр по радио на командный пункт полка и, дослав рукоятку сектора газа вперёд, привычно взлетел в паре с ведомым.
"Юнкерс" появился внезапно со стороны Арзамаса и шёл курсом на автозавод. Противник пытался раскрыть систему противовоздушной обороны, а после нанести бомбовой удар по заводу. Уточнив координаты вражеского самолёта, Шавурин и ведомый легли на указанный курс и вскоре заметили в небе инверсионный след.
Нужно спешить, иначе уйдёт безнаказанным. Прибавили скорость, стали набирать высоту. В этот неподходящий момент у напарника отказал кислородный прибор. Пётр Шавурин остался один на один с врагом.
Вот уже хорошо видны сигарообразный удлинённый фюзеляж, прозрачный фонарь кабины, капоты двух моторов. Немецкий лётчик тоже заметил советский истребитель и увеличил скорость. Шавурин до предела отжал рукоятку сектора газа от себя. Расстояние быстро сокращалось.
Вот "Юнкерс" в перекрестье прицела. Пётр нажал гашетку, и очереди скорострельных пулемётов ударили по вражескому разведчику. Стрелок "Юнкерса" ответил огнём из пулемёта. Но пули пронеслись мимо. Расчёт Шавурина был точен: он подходил к врагу по "мёртвой воронке". Тем временем, "Юнкерс" продолжал набирать высоту.
Советский лётчик неотступно преследовал его. Второй короткой очередью он заставил замолчать стрелка. Ещё очередь - задымил мотор. Отворот вправо - в прицеле другой мотор. Но... пулемёты умолкли. А враг уходил. "Надо таранить !" - мелькнула у Петра смелая мысль.
Оценив обстановку, Шавурин стал подводить истребитель к хвостовому оперению самолёта-разведчика. Вражеский экипаж, почувствовав опасность, стал бросать машину в пикирование, снова набирать высоту, пытаясь скрыться в облаках. Советский лётчик не отставал, несмотря на то, что струя воздуха от мотора "Юнкерса" швыряла его истребитель с крыла на крыло.
Улучив момент, он приблизился к "Юнкерсу" почти вплотную. Однако немецкий пилот успел снова бросить машину в пике. Пётр повторил маневр и при выходе из пикирования винтом и левой плоскостью ударил по хвостовому оперению самолёта противника. Оглушительный удар, "МиГ" резко подбросило.
Шавурин уже не видел, как "Юнкерс", кружась в штопоре, пошёл к земле. Его истребитель тоже был повреждён и стал неуправляем. Откинув фонарь кабины, преодолевая силу инерции и потока воздуха, Пётр выбрался наполовину из самолёта и струя встречного потока вынесла его в свободный полет. Несколько секунд выдержки, рывок за кольцо, и шёлковый купол парашюта хлопнул над головой.
Колхозники, убиравшие сено, залитого маслом и бензином лётчика приняли за фашиста, с косами и вилами окружили его. Хорошо, что вмешался проезжавший мимо на полуторке офицер. На месте падения "Юнкерса" из-под обломков самолёта были извлечены 4 трупа. У командира экипажа и штурмана на груди Железные кресты - одна из высоких наград в гитлеровской армии.
Весть о подвиге Петра Ивановича Шавурина облетела страну. Горьковчане собрали деньги и подарили ему новый истребитель. В это время Пётр проходил кандидатский стаж. Начальник политотдела через 2 дня после тарана вручил ему партбилет. А поверженный "Юнкерс" привезли в Горький и установили для обозрения.
В конце осени 1942 года Пётр Шавурин на подаренном пионерами и комсомольцами Горьковской области новеньком самолёте Як-1 прибыл под Сталинград, где разгорелись жестокие бои.
Как и МиГ-3, Як-1 был создан в канун войны. Но у него имелось явное преимущество: кроме двух пулемётов ещё и 20-мм скорострельная пушка. Довольно лёгкий в управлении самолёт отличался хорошей маневренностью, быстро поднимался на большую высоту. Словом, эта машина стала любимицей советских лётчиков и грозой для фашистов.
Единственной железной дорогой, питавшей героически оборонявшийся Сталинград, была стальная ветка на Поворино. По ней день и ночь шли эшелоны, вражеские самолёты непрестанно рвались к этому объекту. Но их попытки неизменно разбивались о мужество, стойкость и непреклонную волю к победе наших воздушных бойцов.
Стоял морозный декабрь 1942 года. Коротки зимние дни. С редкими перерывами мела поземка. 27 декабря, ровно через 5 месяцев после тарана в горьковском небе, на перехват бомбардировщика - разведчика "Юнкерс-88", летевшего из района Сталинграда на Поворино, поднялся старший лейтенант Пётр Шавурин.
Настроение у него было радостным: 6 фашистских дивизий, пробивавшихся из района Котельникова к окружённой группировке под Сталинградом, наголову разбиты, продолжается наше наступление на Среднем Дону, кольцо окружения ежедневно сжимается. От этих мыслей даже теплее стало в холодной кабине самолёта.
Чтобы обезопасить себя, немецкий пилот вышел на высоту 7500 метров, но его всё же обнаружил острый глаз Шавурина. Он поднял свою боевую машину на 7800 метров и зашёл со стороны солнца, стараясь остаться незамеченным.
Уточнив курс, Пётр пошёл на пикирование, ведя огонь из пулемёта. Противник "огрызался", но трассы ушли стороной. Внезапно "Юнкерс" сделал разворот и стал уходить в облака. Ещё немного и его уже не найти. Пётр Иванович принимает решение - таранить.
Метод проверенный. Не прерывая пикирования, он, прежде чем ударить "Юнкерс", сделал небольшой обратный крен, чтобы пригасить огромную скорость и не разбиться самому. Маневр удался. Своим винтом истребитель ударил по стабилизатору и рулю "Юнкерса", а крылом - по левой плоскости. Вражеский самолёт перевернулся и упал.
Истребитель Шавурина с погнутым винтом и оторванным крылом стал неуправляем и перешёл в отрицательное пикирование. Пётр, после нескольких попыток, выбрался с парашютом. А в обломках вражеского самолёта были найдены ценные для советского командования документы.
За образцовое выполнение боевых заданий командования, мужество, отвагу и геройство, проявленные в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками, Указом Президиума Верховного Совета СССР от 14 февраля 1943 года старший лейтенант Шавурин Пётр Иванович удостоен звания Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали "Золотая Звезда" (№ 703).
После разгрома фашистов под Сталинградом заместителя командира эскадрильи истребительного авиационного полка старшего лейтенанта Шавурина вызвали в Москву. В Кремле М. И. Калинин вручил ему "Золотую Звезду" Героя и два ордена Ленина. За оба тарана.
Но война продолжалась и Пётр Иванович сражался. В боевой характеристике от 10 августа 1944 года отмечалось:
"Летать любит, летает смело и уверенно днём и ночью. Общий налёт 1080 часов 47 минут, из них 374 часов ночью. За период пребывания в 910-м истребительном авиационном полку он совершил 91 боевой вылет. Участвовал в 15 воздушных боях. За короткий срок подготовил 7 лётчиков - ночников".
Безусловно храбрости ему не занимать. Он и умело руководил эскадрильей, которая за период с сентября 1942 года по сентябрь 1944 года "произвела 1486 боевых вылетов, провела более 100 воздушных боёв. Было сбито 18 самолётов противника при своих боевых потерях 4 самолёта и 1 лётчик".
За годы войны 350 раз вылетал Пётр Иванович Шавурин на штурмовку, разведку и сопровождение бомбардировщиков. Его боевой счёт большинством источников оценивается в 100 воздушных боёв и 17 сбитых самолётов противника. Однако, это не так...
Личный счёт Петра Шавурина - 2 сбитых самолёта, оба тараном в двух разных полках (722-м и 910-м ИАП), больше он побед не имел. Видимо, кто-то из журналистов ещё в советские времена, не разобравшись, писанул где-то победы лётчиков эскадрильи Шавурина ему в личные и пошло - поехало...
Случай этот, кстати, не единичный. К примеру, даже в авторитетном двухтомном издании "Герои Советского Союза" (Воениздат, 1988 год.) командиру эскадрильи 26-го ИАП капитану В. А. Мациевичу к июню 1942 года записано 16 личных и 6 групповых побед! На самом деле его боевой счёт, на тот период времени, составил всего 5 сбитых лично и в группе, а 16 + 6 - победы лётчиков всей эскадрильи, которой он командовал...
В военной авиации полковник П. И. Шавурин прослужил 35 лет. С 1974 года - в запасе, жил в родием Днепропетровске. Он почётный гражданин городов - Павлово и Нижнего Новгорода.
Каждый, кто бывает в Павлове, обязательно посетит парк Дальняя Круча. Он был заложен на крутом берегу Оки в 1913 году. С его высот открывается великолепный вид на реку и бескрайние просторы Заречья.Аллея Славы и комната Боевой Славы рассказывают о павловчанах - Героях Советского Союза.
В центре парка - монумент, воздвигнутый в честь земляков, павших в годы Великой Отечественной войны, обелиск памяти павловчан, отдавших жизнь за свободу и независимость нашей Родины в годы Великой Отечественной войны.
Из парка просматривается и живописная Троицкая гора. Здесь стоит ещё один памятник мужеству и отваге. На этом месте утром 27 июля 1942 года на глазах у многих жителей Павлова и Заречья советским лётчиком П. И. Шавуриным совершен таран фашистского самолёта.
В честь его подвига на Троицкой горе воздвигнут 10-метровый обелиск с надписью:
"27.07.1942 г. Над городом Павловом военным лётчиком Героем Советского Союза Шавуриным П. И. совершён героический подвиг - таран фашистского самолёта".
Каждый год, в канун праздника Победы, около обелиска проходят митинги, где отмечается вклад советских лётчиков в нашу общую Победу.
9 октября 2002 года ветерана не стало... Похоронен в Днепропетровске на Аллее Героев Запорожского кладбища.
Присоединяйтесь к ОК, чтобы подписаться на группу и комментировать публикации.
Нет комментариев