Беленко сначала заявил, что он приземлился из-за нехватки топлива, но вскоре
попросил политического убежища и 9 сентября был вывезен за океан. С возвратом само-
лета японцы не спешили, объясняя это необходимостью тщательного исследования всех
обстоятельств незаконного пересечения границы. 19 сентября они начали подготовку
МиГа к транспортировке на американскую военную базу. Самолет разобрали, поместили в
С-5 «Галакси» и доставили на базу Хякури где проводилось его «исследование». Остав-
шиеся в баках 200 литров топлива позволяли провести статические испытания двигателя.
Затем МИГ-25 облетели два F-4, снимая с высоты спектры излучения бортовой РЛС. Как
потом оказалось, часть аппаратуры при включении была выведена из строя. Были взяты
также образцы металла и стекла. «Исследования» были закончены 5 октября. Состояние
самолета после этого не позволяло говорить о его перелете «домой». Была достигнута
договоренность о возврате МиГа в СССР на борту транспортного судна. Советские пред-
ставители потребовали выплатить финансовую компенсацию за нанесенный самолету ущерб.
Японцы согласились но выдвинули условие чтобы осмотр и оценка технического состояния
самолета проводилось советскими специалистами (в присутствии японских коллег) на
борту транспортного судна в течение светового дня. Колонна грузовиков в ночь с 11 на
12 ноября доставила разобранный и тщательно упакованный в 13 крепких деревянных
ящиков самолет в порт Хитачи, где стоял советский теплоход. Расчет был на то, что
почти все отведенное на осмотр время уйдет на «борьбу» с ящиками. Но как известно –
ломать, не строить. Команда мускулистых ребят очень быстро разнесла ящики в щепки,
и за дело взялись специалисты ОКБ Микояна. Выяснилось, что японцы не вернули боль-
шинство электронных блоков, в частности, систему опознавания «свой-чужой». В конеч-
ном итоге японцам был выставлен счет в 7,7 млн.руб (около 11 млн. долл.). В ответ
японцы запросили 40 тыс.долл. за две антенны, поврежденных Беленко при посадке и за
транспортировку МиГа из Хякари в порт. После урегулирования финансовых вопросов 15
ноября теплоход покинул японский порт. Возвращенный самолет долгое время использо-
вался в качестве учебного пособия в Даугавпилсском военном училище, а в конце 80-х
был списан и разобран на сувениры.
Большинство западных экспертов сошлись во мнении, что МиГ-25 является наиболее
совершенным истребителем-перехватчиком в мире. Его РЛС, хотя и выполнена на электрон-
но-вакуумных лампах (один из экспертов высказался в отношении элементной базы элект-
роники F-4 и МиГ-25 в том духе. что «это все равно, что сравнивать транзисторный при-
емник с граммофоном») и не имеет режима селекции целей на фоне земли, но по осталь-
ным параметрам не уступает западным. Настоящим открытием стало весьма скромное ис-
пользование в конструкции планера МиГа титана (на Западе считали МиГ-25 «титановым»
самолетом вследствие чего его масса значительно занижалась, а скорость соответст-
венно завышалась). Выяснилось что три «Маха» МиГ все же не развивал, на самолете
Беленко красная ограничительная черта стояла на скорости М=2,8. В целом самолет оце-
нили как «высотный перехватчик, не имеющий себе равных, отличительными особенностями
которого являются простота конструкции, ее прочность, надежность, легкость техничес-
кого обслуживания и доступность пилотирования самолета летчикам не самой высокой
квалификации». Японцы были приятно удивлены радиусом действия МиГ-25: ранее счита-
лось, что советские истребители способны долететь от Владивостока до Токио и вер-
нуться обратно. Однако оказалось что запас топлива во внутренних баках сделать это
не позволял, а оборудованием для подвески дополнительных баков этот МиГ-25 оснащен
не был.
Принято считать, что результатом угона стала замена на всех самолетах советских
ВВС системы опознавания «свой-чужой», на что ушло порядка 2 миллиардов рублей. Но
есть мнение компетентных специалистов что к тому времени система уже устарела, и ее
так и так надо было в скором времени менять. Что точно стало результатом угона так
это продажа МиГ-25 Ираку (20 самолетов), Сирии (30 машин) и Алжиру поскольку с него
были сняты экспортные ограничения. вскоре американцы и их союзники повстречались с
этими МИГами в воздухе.
Сразу после получения известия о побеге было начато расследование. Первое время
рассматривалась версия о вынужденной посадке на японском аэродроме. В пользу этого
говорило странное поведение Беленко в аэропорту Хакодате. Сразу после приземления
он отгонял любопытных от самолета, стреляя в воздух, не разрешал фотографировать,
требовал зачехлить самолёт. Однако этот факт мог иметь и другое объяснение. Когда
стало известно, что летчик не собирается возвращаться на Родину и попросил политичес-
кое убежище в США, то появилась новая официальная версия - якобы Беленко находится
под действием психотропных наркотических средств (только под их влиянием советский
летчик мог заявить такое). На советском телевидении появляются его мать (которую,
как потом выяснится, он не видел тринадцать лет) и жена (с которой он собирался раз-
водиться). Женщины плакали, умоляли японцев отпустить горячо любимого сына и мужа.
Вскоре выяснилось что личные документы Беленко (свидетельство лётчика-инструктора
1-го класса, аттестат зрелости, диплом об окончании военного училища, свидетельство
о рождении) среди его вещей и у родственников отсутствуют, а в иностранной прессе
появилось сообщение, что Беленко возвращены изъятые у него при задержании полицией
документы, среди которых находится свидетельство о рождении. Это окончательно разру-
шило первоначальные версии, хотя маловероятно, что они всерьез рассматривались след-
ствием скорее это была уловка в надежде, что Беленко вернут в СССР. Всестороннее
изучение личности Беленко показало, что в его биографии неоднократно складывались
острые конфликтные ситуации. Виктор Иванович Беленко родился в 1947г, в г.Нальчик
после окончания школы, поступил в Омский медицинский институт, В Омске он начал
летать в аэроклубе. После двух лет учебы он бросил мединститут и подал документы в
Армавирское училище летчиков ПВО. В училище Беленко приобрел весьма красноречивое
прозвище - Торреро. Как-то раз Беленко пролетел на бреющем над птицефермой. Руковод-
ство фабрики пожаловались, мол куры перестали нести яйца. Хулигана на 10 суток поса-
дили на гауптвахту. После окончания училища в 1971г. он был направлен летчиком-инст-
руктором в Ставропольское училище где скоро завоевал уважение сослуживцев. Как-то в
ночном полете у его истребителя отказал один двигатель, а второй загорелся. Проявив
мастерство, лейтенант Беленко спас самолет и себя с курсантом, за что получил благо-
дарность от Главкома ПВО. За время службы он неоднократно выражал настойчивое жела-
ние перевестись в боевой полк. Но командование, как правило, лётчиков-инструкторов
из училищ в войска не отпускало. По этой причине отношения с командирами обострились.
Как-то на собрании Беленко выступил с критикой начальства которое не только допуска-
ло повальное пьянство летчиков, но и само от них не отставало (недостатка спирта,
который использовался в антиобледенительной системе, не было). После этого Беленко
отстранили от полетов и принялись, в назидание другим, гонять по нарядам. Тогда он
написал рапорт с просьбой уволить его из Советской Армии, мотивируя тем, что не же-
лает служить с командирами, которые постоянно злоупотребляют спиртными напиткам. Сна-
чала его отправили на психиатрическое обследование в Ставрополь. После возвращения
Беленко еще с месяц мотался по нарядам, пока не пришел приказ о его переводе в ист-
ребительный авиаполк 11-й Отдельной армии ПВО (авиабаза Чугуевка Приморского края).
За первые полгода службы на новом месте Беленко зарекомендовал себя с положительной
стороны, успешно прошёл курс переподготовки на новом для него типе самолёта МиГ-25П,
был назначен исполняющим обязанности начальника штаба эскадрильи, избран заместите-
лем секретаря партийного бюро эскадрильи. К служебным обязанностям относился доб-
росовестно. Примерно с июля 1976г. стали замечаться странности в его поведении. Он
стал нервозным, взвинченным, возможно переживал задержку с присвоением очередного
воинского звания капитана и с назначением на обещанную при переводе должность началь-
ника штаба эскадрильи, которая дала бы ему возможность поступить в академию. Таким
образом у Беленко имелись основания быть недовольным своим служебным положением, но
никаких данных которые говорили бы о намерениях Беленко бежать на Запад выявлено не
было. Он не интересовался уровнем жизни на Западе, осуждал инструктора «родного»
Армавирского училища Сафронова, перелетевшего в Иран в 1973г., передач зарубежных
радиостанций (по словам жены) не слушал, запретил жене переписываться со школьной
подругой, которая вышла замуж за иностранца и проживала в Италии. Лишь однажды Бе-
ленко высказал недовольство условиями жизни лётного состава, нерегламентированным
рабочим днём, частой отменой выходных. При этом он говорил, что американские лётчики
заняты по службе меньше. Версия о том, что Беленко до побега был завербован американ-
ской разведкой в ходе следствия подтверждения не получила, хотя КГБешники, переворо-
шив всю его биографию, наткнулись на много интересных фактов. Во-первых в семейном
архиве не нашлось ни одной детской фотографии, по которой можно было бы идентифици-
ровать его личность. Хотя, по словам родственников, таковые имелись. В годы курсант-
ской учебы он проводил отпуск в маленьких северных городах и никогда не рассказывал
товарищам, что же там делал. Родителей Беленко со времен и начала учебы не навещал
(хотя материально помогал). Споры о том, кем же был на самом деле Беленко: завербо-
ванным агентом, или простым угонщиком, движимым личными мотивами, не утихают до сих
пор. Некоторые сослуживцы по Армавирскому училищу считают, что Беленко был завербо-
ван еще на курсантской скамье. В качестве аргумента приводится тот факт, что его
часто видели с секретными документами, которые других курсантов особенно не интересо-
вали.
Участник тех событий опытный летчик, полковник в отставке А.Мазур занимавший в
то время должность начальника отдела боевой подготовки и боевого применения авиации
ПВО Дальнего Востока имеет свой взгляд на события тех лет. По его воспоминаниям
загадочным было само появление Беленко в части. «…По спецканалу мы получили телеграм-
му о том, что из Ставрополья в боевой полк просится на службу инструктор училища Бе-
ленко… как выяснилось позже (об этом мне рассказали сотрудники КГБ), в той телеграм-
ме не все было чисто. Обычно такие переводы летчиков санкционировала Москва, и поэ-
тому на телеграммах должен был стоять условный код Москвы. На той телеграмме он тоже
был, но на самом деле документ посылали не из столицы, а из ставропольского училища.
Кому нужно было идти на риск и фальсифицировать код, остается загадкой». По вос-
поминаниям Мазура Беленко выделялся чрезвычайной аккуратностью, глубокими знаниями,
четкими ответами на вопросы. После первого знакомства у Мазура «…промелькнула мысль:
«Такими правильными летчики не бывают…» Складывалось впечатление, что его хорошо на-
таскали. Смутила и еще одна вещь. В то время шла волна «омолаживания» командирского
состава боевых истребительных подразделений. Беленко же слишком поздно попал в бое-
вую часть, чтобы в перспективе получить в ней командирскую должность. Ему светило
лишь продвижение по штабной работе, но это в перспективе означало отказ от полетов.
Я обрисовал ему эту картину, однако летчика это не смутило. Еще, помню, удивился:
просится летать, но понимает, что от этого надо будет вскоре отказаться...»
В это время на Дальний Восток с неожиданной проверкой прибыл маршал Савицкий.
Обычно такие вещи согласовывают загодя, маршал же по воспоминаниям Мазура прибыл
неожиданно, минуя даже штаб армии. Спустя некоторое время у Мазура появилось предпо-
ложение, что появление Савицкого и угон самолета Беленко каким-то образом взаимосвя-
заны: «Проанализировав факты, я предположил, что маршал прибыл на Дальний Восток,
чтобы проследить выполнение особого задания. Но какого? На момент прибытия Савицкого
у нас в части не намечалось никаких полетов. Но утром 6 сентября командующий армии
ПВО поставил мне задачу немедленно вылететь в Приморье для руководства боевыми
стрельбами. Полк самолетов МиГ-25П впервые должен был выполнять стрельбы по воздуш-
ным мишеням. На высоте полета мишеней была облачность, и летчики не могли вести
прицельную стрельбу. Тогда я принял решение прекратить стрельбы, а проводить полеты
согласно плану боевой подготовки. Беленко, только что вернувшийся из отпуска, должен
был совершить контрольный полет на учебно-боевом самолете... И тут стали происходить
поистине необъяснимые вещи. Согласно таблице полетов, за ним был записан самолет под
номером «20» с 70% горючего только для полетов в учебную зону. Но на аэродроме стоя-
ли МиГи, заправленные на 100% для полетов на дальность и боевых стрельб. Техники и
руководитель полетов, который, собственно, и дает пилоту разрешение на взлет, четко
знают, кто должен лететь, на каком самолете, с каким вариантом заправки... Что
делает Беленко? Он находит самолет со 100% заправкой под номером 23 и как ни в чем
не бывало садится в него. Техник несоответствия не замечает. Беленко выруливает на
полосу, делает запрос:«Разрешите взлет?» И руководитель полетов дает добро на взлет!
Объяснить это простой халатностью трудно. Думаю, причина здесь иная». Если вы заме-
тили в этом отрывке воспоминаний говорится о самолете с номером 23 хотя как известно
угнан был истребитель с номером 31. Что это, опечатка или ошибка неизвестно, зато
известно что «объяснение» тому как Беленко попал в самолет со 100% заправкой может
быть проще (оно приводится в некоторых публикациях) - самолет на котором должен был
лететь Беленко был неисправен и ему дали резервную машину с полной заправкой.
Получив ночью 7 сентября известие о том что Беленко сел на японский аэродром (на
пункте наведения авиации операторы поймали передачу японского телеканала), Мазур
«…высказал предпоожение начальнику штаба армии генералу Е.Данилову, что здесь не
все чисто. Во-первых, Беленко сел не на большой военный аэродром Титоса, куда спокой-
но мог долететь, а на маленький гражданский Хокадате. Во-вторых, там длина взлетно-
посадочной полосы всего 1200м., в то время как для МиГа нужна полоса не менее 2,5км!
Посадить так мастерски самолет, имея всего 6-7 часов самостоятельного пилотирования,
просто невозможно! Тогда же появилось предположение, что, находясь в отпуске, Белен-
ко тренировался летать на МиГ-25П. Сделать это было вполне реально даже самому Беле-
нко - как инструктору и начальнику штаба эскадрильи. А если еще иметь покровителей?.
К тому же никто так и не мог толком выяснить, где же старший лейтенант провел пол-
тора месяца отпуска. Одни говорили, что был пару дней у мамы в Магадане, другие- что
отдыхал на юге. Еще один любопытный факт: как только стало известно, что Беленко сел
в Японии, маршал Савицкий с группой мгновенно убыли в Москву. Хотя по логике ему
следовало остаться и начать расследование происшествия. И самое главное, Беленко там
уже ждали. Такой вывод можно было сделать по его поведению. В течение получаса он
никого не подпускал к самолету. Даже стрелял в воздух из пистолета. Складывалось
впечатление, что он ждал того, кто придет за ним, назовет нужный пароль и заберет
самолет... Интересно, что все эти три месяца его супруга с ребенком спокойно жили в
военном городке. Более того, жена получала за мужа зарплату и паек, словно он совер-
шил геройский поступок. Никто не трогал и нас - ни взысканий, ни наказаний в части
не последовало. И только в ноябре, на итоговом совещании руководящего состава армии
ПВО, Беленко был объявлен предателем Родины. Именно тогда нас стали немного прижи-
мать: кому-то звание задержали, кого-то перевели в другую часть. В это же время куда
-то бесследно исчезла супруга и ребенок старшего лейтенанта, хотя мать так и оста-
лась жить в Магадане.»
В США Беленко в течение нескольких лет знакомил американских летчиков с совет-
ской техникой воздушного боя, а когда его знания устарели, он переквалифицировался в
испытатели гражданских самолетов и выступал с лекциями об СССР. В самых разных ауди-
ториях он много раз подробно рассказывал о причинах своего побега. Беленко сравнивал
Советский Союз с лагерем, со всех сторон окруженным колючей проволокой. На вопрос о
предательств он отвечал, что предателем он себя не считает, а истинные предатели
сидят в Кремле и каждый день пьют народную кровь. Беленко выражал уверенность в том,
что прямой военный конфликт между СССР и США никогда не случится, а вот нерушимый
Советский Союз непременно развалится. От привычки критиковать все и вся Беленко не
смог избавиться и в Америке. Так, во время своего выступления в академии ВВС США он
шокировал привыкших к политкорректности американцев словами: «Женщинам место на
кухне, а не в кабине самолета. Гомосексуалистов надо расстреливать. Церкви переобо-
рудовать в ночные клубы, а ожиревших попов сажать в тюрьмы, так как они легально
крадут деньги у тупых людей». В конце 70-х годов в советской прессе промелькнули
сообщения о том, будто беглый летчик погиб в автокатастрофе, с намеком на то, что
«рука Москвы» достала предателя. Но это были лишь слухи. В 1980г. Конгресс США пре-
доставил беглецу американское гражданство «за огромный вклад в укрепление националь-
ной безопасности США». В том же году вышла книга «Пилот МиГа», написанная писателем
Джоном Бароном по воспоминаниям Беленко.
Несколько лет назад во время испытаний американского гражданского самолета BD-10
разбилось трое летчиков, чьи имена так и не были обнародованы. Случайно или нет, но
именно с тех пор никто больше не видел бывшего старшего лейтенанта советских ВВС
Виктора Беленко.
Нет комментариев