чтобы всё бренное кануло мимо.
Вечером в платье лилово-пурпурном
слушать какую-то оперу в Риме.
Чтобы смотрели вокруг с восхищеньем
и умоляли о крохотном шансе.
И наслаждаться песочным печеньем
и виноградом в уютном Провансе.
Хочется быть королевою бала
в хрупкой, изящной, блестящей короне.
Чтобы Да Винчи меня рисовали
на золотом ослепительном троне.
И расправляться со сплетнями гордо,
будто с какой-то обыденной данью.
И восхищаться журналами моды,
и каблуки надевать на свиданье.
Хочется быть легкомысленно светлой.
Тонкие пальцы - в лохматую гриву.
И отдаваться горячему лету
и полюбить детективное чтиво.
Хочется в поезд на гладкие рельсы.
Там, где у моря - моя остановка.
На загорелое тело повесить
странную, черную татуировку.
И, заплетая лохматые дреды,
в порванных, старых, растянутых джинсах,
хочется чтобы дешевые кеды
где-то бродили у каменных сфинксов.
Или напротив - под огненный бренди
вечером тихим в компании Данте
быть непокорной железною леди,
каждое слово которой - цитата.
Я ухожу по дороге закатной.
Я у желаний моих - середина.
Я изменяю себе многократно
и собираюсь потом воедино.
Непостоянна, увы, суетлива,
и не божественна в трепетном вальсе.
Я запускаю в лохматую гриву
тонкие и загорелые пальцы.
Словно ребенок трехлетний потешна,
я - королева себе и служанка.
Я - это ферзь и безликая пешка,
я - проститутка, и я - парижанка.
Я состою из бетона и трещин.
Я - это смесь Достоевского с Ницше.
Я - это сотня немыслимых женщин,
что под одной уживаются крышей.
Алена Васильченко
Присоединяйтесь к ОК, чтобы подписаться на группу и комментировать публикации.
Нет комментариев