«Га-га-ры! Га-га-ры! Га-га-ры!»… Неслось так громко со всех дворов нашего маленького алтайского поселка 12 апреля 1961 года. У каждого на улице висела большая черная тарелка, радио, как объясняли взрослые. Электричества у нас еще не было. Уроки делали при настольной лампе, а вот радио – было!
Шла моя 11-я весна. Я, третьеклассница, с тяжеленным портфелем в руке возвращалась со школы. Она находилась далеко от дома, на самом высоком, солнечном, месте, в бывшей бревенчатой церквушке, совсем рядом с дремучим еловым лесом. И всякий раз, спускаясь с горы по кривой, петляющей улочке без названия, я видела все наше Яровское от края до края, как на ладошке.
Это теперь я знаю, что родились мы в самом красивом месте на свете! Некогда это был казачий поселок с двухсотлетней историей, сейчас он занимал совсем немного местечка на склонах лесистых гор. А вокруг да около острые ели, стремящиеся в небо; кучерявые, игривые березы; пугливые, вечно трепещущие даже без ветра осины; редкие, безлесные опушки с оранжевыми цветками-жарками в начале лета; в высоких травах скрываются рясные кусты кислицы – дикой красной смородины. Ягод на них - бочками! Насобираем, мама купит обновы к школе.
А там, вон слева, на горизонте, такая проплешина – наш покос. Отец Куликов Николай Сергеевич, фронтовик, сейчас - лесник, у него большие планы от лесничества. Столько стогов надо поставить, собрать уйму кедровых орехов, и что совсем уж непонятно – мешки семян совсем несъедобного собачника! Вот и снуем все лето всей семьей – двое взрослых и семеро детей.
12 апреля стылый воздух уже пропах нагретой за день землей. Появились первые проталины. Скоро, того и гляди, за кандыками на гору Богородскую.
Но чтобы это значило - гагары? Почему «в радио» все так громко кричат что-то непонятное, как гуси. Не переставая! Что случилось?
- Га-га-ры! Га-га-ры! Га-га-ры! – восторженно, миллионном голосов неслось уже из нашей радио-тарелки где-то под крышей дома.
А вот и мама. Вся какая-то взбудораженная, с улыбкой на все лицо, такой не видела я ее никогда! Такая счастливая, радостная мама! Бежит навстречу и кричит:
- Тоня, Тоня! Человек в космосе! Наш!!! Га-га-рин!!! Юрий Алексеевич! Уже всю Землю облетел!!!
Так вот оно что! «Гагарин! Гагарин! Гагарин!!!», – кричало человечество!
Так в мою жизнь вошло это светлое, бессмертное имя – Гагарин. И ворвалось что-то грандиозное, значительное, что объединило всех землян, позволило почувствовать себя частицей великого целого, имя которому – Человечество планеты Земля. И такая гордость – ведь наш же в Космосе ПЕРВЫЙ!
Случилось в тот день невероятное, о чем мечталось только в безудержных фантазиях. Человек в Космосе!
Во всем нашем Яровском в то время, поди, не нашлось бы человека, кроме учителя, понимавшего физической сути происходящего, но всем было понятно: наша Земля – наш космический дом! И не такая уж она большая, раз можно ее облететь вот так запросто, как сейчас наш Гагарин.
С невероятной высоты – из Космоса! - улыбался всему миру, всей планете, советский – НАШ! - человек, Гагарин, а ничего вокруг не изменилось. Но это только казалось. Земля жила уже в другом измерении – началась космическая эра…
Не было у нас телевизоров, даже понаслышке не знали, что это такое; и не могли мы видеть людские волны ликующих демонстраций в Москве, в Париже, в Нью-Йорке, Браззавиле, не могли видеть лик человечества в звездный его час, скандировавшего русское – Га-га-рин! Не видели еще его потрясающей улыбки. Но и у нас в глухомани в этот неповторимый миг все сердца как бы слились в одно и заодно со всем миром в едином вздохе – как ОН ТАМ – НАШ Юрий?! Юра!
На следующий день мы увидели его портрет в газетах – такой красивый, такой солнечный человек! Что-что, а газеты приходили к нам быстро. Родители знали все новости, прочитывая огромные листы газет от корки до корки. В каждом доме из красного угла улыбался он, Юрий Гагарин – сын Земли! Сразу он стал не просто известным – родным и близким каждому.
Наши плохо выбритые отцы и уставшие матери всегда бурно обсуждали международные события: огорчались коварством Эйзенхауэра, переживали за Патриса Лумумбу, Лютера Кинга, потом – за Анджелу Дэвис. А уж как радовались всем космическим успехам – первому спутнику, первым четвероногим космонавтам – Стрелке и Белке.
К тому времени только четыре года назад запустили первый искусственный спутник. Вчера еще всматривались в ночное звездное небо, чтобы первому заметить движущуюся точку и закричать: «Спутник! Спутник!». И в этом взрослые ненамного отличались от детей. А сегодня, прильнув к простеньким репродукторам, наполнялись высокими чувствами – всеобщей радости - человек в Космосе! И каждый чувствовал к тому причастность. Да так оно и было. Путь в небо начался на земле. 12 апреля 1961 года хрупкую еще космическую орбиту держали на своих ладонях миллионы – от пахаря до конструктора…
… и снова была весна… и снова текли ручьи … шла моя 18-я весна.
У выпускников - последние каникулы. Из интерната, где жили ученики из поселков Чарышского района, не имеющих школ-десятилеток, все, кроме меня, разъехались по домам.
Мой Усть-Ионыш был самым далеким, до него трудно добраться. И я гостила у бабушки с теткой. Видела их очень редко, и, как оказалось, в последний раз. Они сидели молча на высоком крыльце, мать и дочь, наслаждаясь тишиной, покоем, и теплым мартовским деньком.
Я готовилась к экзаменам. К новой, долгожданной жизни, к поступлению в университет. Как вдруг включилось радио, и тишину разорвал трагический голос диктора. Юрий Гагарин… погиб? Первый космонавт, сын Земли!? Небо почернело, солнце погасло… Я куда-то спряталась, чтоб не слышно было моего горького плача… …
… Все было так же и не так…Мир почернел от горя… Гибель Юрия Алексеевича Гагарина 27 марта 1968 года каждый советский человек воспринял, как личную трагедию.
Тоня Куликова - Антонина Лаврик,
член Союза журналистов России
г. Дальнегорск, Приморский край
Присоединяйтесь к ОК, чтобы подписаться на группу и комментировать публикации.
Нет комментариев